Драйзер: сочинение

Elit-Knigi.ru



Привет, Гость



Самые активные релизы за неделю

Теодор Драйзер – Собрание сочинений (37 произведений) / Художественная / FB2

СкачатьСкачать .torrent файл (основная ссылка для скачивания файла)
Magnet-ссылка (альтернативная ссылка для скачивания файла)
Тегихудожественная литература, зарубежная проза, 1986
Описание

Автор: Теодор Драйзер
Оригинальное название: Собрание сочинений
Год выпуска: 1986-1989
Жанр: Художественная литература, зарубежная проза
Выпущено: СССР, Москва, Ленинград, Минск, Правда, Лениздат, Издательство АН БССР
Язык: Русский

Описание: Теодор Херман Альберт Драйзер (англ. Theodore Herman Albert Dreiser; 27 июля 1871, Терре-Хот, штат Индиана — 28 декабря 1945, Голливуд) — американский писатель и общественный деятель. Его произведения, затрагивающие острые социальные проблемы, пользовались огромным успехом у читателей во всем мире и до сих пор вызывают самый живой интерес. Драйзер давно занял почетное место среди классиков мировой литературы. В 1930 году Синклер Льюис в своей нобелевской речи сказал, что премия по праву должна была достаться Теодору Драйзеру, ведь именно он “освободил американскую литературу от викторианской робости и направил ее по пути смелого, честного и страстного изображения жизни”.

Американская трагедия. Книга 1
Американская трагедия. Книга 2
Американская трагедия. Книга 3
Выбор (пер. В. Ровинский)
Гений (пер. М. Волосов)
Дженни Герхардт (пер. Н. Галь)
Оплот (пер. Е. Калашникова)
Cестра Керри (пер. М. Волосов)

Трилогия желания
1. Финансист (пер. М. Волосов)
2. Титан (пер. Т. Озёрская)
3. Стоик (пер. Т. Кудрявцева)

Галерея женщин
Ида Хошавут (пер. М. Литвинова)
Оливия Бранд (пер. Н. Санников)
Рона Мэрса (пер. Л. Хвостенко)
Эрнестина (пер. Э. Березина)
Эрнита (пер. В. Станевич)

Двенадцать
«Суета сует», сказал Экклезиаст (пер. Э. Васильева)
Калхейн, человек основательный (пер. П. Топер)
Могучий Рурк (пер. В. Тамохин)
Мопассан-младший (пер. Н. Банников)
Мэр и его избиратели (пер. М. Урнов)
Питер (пер. Е. Туркова)

Краски большого города
В метель (пер. Р. Облонская)
В снегу (пер. Р. Облонская)
Во тьме (пер. Э. Васильева)
Очистка нефти (пер. Н. Галь)
Союз Майкла Дж. Пауэрса (пер. Э. Васильева)

Освобождение
Западня (пер. М. Урнов)
Негр Джеф (пер. О. Холмская)
Освобождение (пер. Р. Облонская)
Репортаж о репортаже (пер. Л. Слонимская)

Цепи
Золотой мираж (пер. Н. Галь)
Победитель (пер. Н. Ромм)
Прибежище (пер. Е. Туркова)
Святой Колумб и река (пер. Е. Матерновская)
Ураган (пер. И. Стефен)
Цепи (пер. Н. Самохина-Высоцкая)

Формат: FB2
Качество: eBook
Размер: 14 МБ

«Герои романов Драйзера»

Юджин Витла — главный герой, как в свое время Френк Каупервуд, вызывает неприязнь и раздражение окружающих своей яркой индивидуальностью. Юджин Витла — одаренный художник. Драйзер отважно нарушил существующую традицию «добропорядочности» в литературе, его герой восстал против заскорузлости академизма и салонной красивости. Обстоятельства заставляют героя взяться за работу в рекламном агентстве.

Став респектабельным членом общества, Витла предает самого себя. Творческий кризис углубляется душевным: состоящий в браке (вдобавок, жена беременная), он влюбляется в юную девушку. Гордиев узел разрешается трагически: умирает во время родов жена, оставив ему дочь. Бросает его и Сюзанна. Юджина Витла сначала охватывает апатия. Выход из кризиса связан с заинтересованностью теософией, религиозными культами мистического пошиба, философией. Во время поисков он открывает новую сферу — «великое искусство снов», где сон равнозначен «иллюзии».

Юджин Витла приходит к тому же выводу, что и Френк Каупервуд: настоящая реальность находится вне границ и лишь искусство способно ее изменить. Через год после выхода романа «Западное общество по борьбе с пороком» добилось его запрета. В защиту «Гения «выступили много писателей, в частности Д. Лондон, С. Льюис, Г. Уэллс, А. Беннет. В 10— 20-х годах вспыхнул с невероятной силой яркий публицистический талант Драйзера. Он издал две книги очерков — «Сорокалетний путешественник» («A Traveller at Forty», 1913) и «Каникулы уроженца Индианы» («A Hoosier Holiday», 1916), где подорожные очерки (он странствовал Англией, Францией, Германией в 1911 году, а со временем пересек всю Америку) объединены с воспоминаниями и раздумьями писателя о современности, обществе, личности и искусстве.

Примечательно, что одновременно с работой над «Титаном» и «Гением» он набросал план многотомной автобиографии. В 1916 г. завершил ее первый том «Рассветная звезда» («Dawn»). Второй том «Книги о самом себе» («A Book of Myself) был закончен в 1919 году, но вышел лишь в 1922 г. На границе 10— 20-х годов Драйзер будто подводил предыдущие итоги, собирал ранее написанные пьесы, рассказы, очерки, дополнял их новыми и издал несколько сборников, среди которых «Двенадцать мужчин» («Twelve Men», 1919), «Цвета большого города» («The Colour of a Great City», 1923). Невольно возник замысел нового романа, который станет его триумфом. «Американская трагедия» («An American Tragedy», 1925) возникла с нескольких строк криминальной хроники. В начале столетия американские газеты писали об убийстве каким-то Джиллетом беременной любимой, которая стала препятствием на его пути к корыстной свадьбе. Убийца был казнен.

В 1924 г. замысел романа созрел. Драйзер не скрывал похожести истории своего героя Клайда Грифитса с историей Джиллета. Писатель посетил место реального преступления — Ликург, чтобы почувствовать его атмосферу. Клайд Грифитс, юноша из бедной многодетной семьи уличных проповедников, в меру тщеславный и горделивый, но без образования, жизненных понятий, энергии. Приобрел определенный, весьма сомнительный, жизненный опыт во время работы в отеле Канзас-Сити. Он попадает в Ликург, где получает должность на фабрике богатых родственников. Здесь он познакомился и сблизился с работницей Робертой Олден. В скором времени ему представилась возможность войти в мир хозяев Ликурга.

Дочь одного из богатеев, Сандра Финчли, влюбилась в Клайда. Но выясняется, что Роберта ждет ребенка. У Клайда возникает намерение избавиться от нее, он продумывает план убийства и приглашает Роберту покататься на лодке, во время прогулки она погибает. У Клайда не хватило духа убить, помог случай. Вопреки этому ему предъявили обвинение в смерти Роберты и казнили на электрическом стуле. Такой является сюжетная линия романа. Образ Клайда Драйзер создает путем скрупулезного нагнетания деталей, которые, наслаиваясь, создают образ юноши, который сызмала мечтает попасть за «высокие стены», в недоступный мир богатых людей. Необычность романа в том, что роль трагического героя досталась не Каупервуду, не Юджину Витли, а ординарной личности. «Американская трагедия» при всей масштабности, многоплановости очень цельная книга, подчиненная единому замыслу. Такое впечатление создает не фигура героя, а логика развития его судьбы, имя которой — Неизбежность.

Художественное зрение Драйзера позволило ему разглядеть в обычном уголовном деле трагедию судьбы. Жажда нового, дух поиска побуждали Драйзера в конце 20-х годов поехать в СССР. Его заинтересовал «колоссальный эксперимент, который проводился в масштабах целого государства». Результатом двухмесячного пребывания в Союзе стала книга «Драйзер смотрит на Россию» («Dreiser Looks at Russia», 1928), где есть воспоминания о Киеве, Харькове, Одессе и других городах Украины. Драйзер не претендовал на исчерпывающий анализ того, что увидел.

Он сознавал, что его впечатление поверхностное: «Я знаю очень мало правды об условиях в России». Нужно заметить, что писатель в целом принимал идеи коммунизма, это подтвердило и его вступление в Компартию США незадолго перед смертью. В 1932—1933 годах Драйзер совместно с Дж. Натаном, Э. Бойдом, Ю. О’Нилом основал журнал «Америкен спектейтор», стараясь сплотить левые интеллектуальные силы в их антивоенной и антифашистской борьбе. Много из написанного в эту «политическую декаду» вошло в публицистические книги «Трагическая Америка» («Tragic America», 1931) и «Америку надо спасать» («America Is Worth Saving», 1941). В конце жизни Драйзер закончил роман «Оплот» («The Bulwark», 1946), в центре которого история финансиста Барнса, который оказался в роли современного Иова.

Пафос поражения, привкус горького разочарования роднит «Оплот» со «Стоиком» (1947), над которым Драйзер работал одновременно, но так и не успел закончить. То же самое ощущение напрасно прожитой жизни переживает и Фрэнк Каупервуд, его мучают такие же самые мысли о бесполезности его титанической борьбы за богатство и власть. Герои Драйзера в конце жизни стараются найти опору в вечных ценностях. Драйзер также до самой смерти продолжал свой духовный поиск.

Дороги поисков привели его в конгрегацийную церковь, куда он начал ходить на причастие, и в коммунистическую партию. И в первом, и во втором случаях им руководила вера в Идеал, которая, как это не удивительно, согласовывалась с его позитивистскими убеждениями. Эта вера освещает изнутри все, созданное Драйзером. На украинский язык отдельные произведения Драйзера перевели М. Коваленкова, Ивченко, Л. Смилянский, И. Буш, Л. Ященко, О. Кундзич, Э. Ржевуцкая, Дмитренко и др.

Рецензия к роману Финансист. Часть 1. (Драйзер Теодор)

Если сравнивать между собой зарубежных писателей XX столетия по степени их популярности в России, то Драйзер займет, пожалуй, одно из первых, если не первое место Наше знакомство с его сочинениями случилось в 1925 г., И началось оно странным образом —- не с его знаменитых романов, а с рассказа «Негр Джефф», ныне почти позабытого. С тех пор прошло без малого шестьдесят лет. Количество изданий Драйзера на русском языке неудержимо растет, не обнаруживая тенденции к сокращению. В 1928 г. начало выходить первое собрание его сочинений (в 13 томах), в 1950 г. — второе (в 12 томах), в 1955 г. — третье, в 1973 г.— четвертое. Количество изданий отдельных произведений, сборников, журнальных публикаций почти не поддается учету: тиражи исчисляются миллионами экземпляров.

Наши эксперты могут проверить Ваше сочинение по критериям ЕГЭ
ОТПРАВИТЬ НА ПРОВЕРКУ

Эксперты сайта Критика24.ру
Учителя ведущих школ и действующие эксперты Министерства просвещения Российской Федерации.

Сегодня издательствам, берущимся за выпуск сочинений Драйзера, не понадобится компьютер, чтобы выяснить, сколько экземпляров требуется для удовлетворения читательского спроса. Сколько ни издай, все мало. Как это ни парадоксально, но у нас есть все основания считать, что мы ценим Драйзера выше и понимаем лучше, чем американцы. И уж, во всяком случае, мы читаем его больше и чаще. Для нас Драйзер — пролагатель новых путей в литературе, открыватель новых миров в жизни, писатель безоглядно смелый, честный и бескомпромиссный. Мы можем только согласиться с Г. Менкеном, который писал после смерти Драйзера в 1945 г.: «Он был великий художник, ни один другой американец его поколения не оставил такого прочного и прекрасного следа в нашей национальной словесности. Американская литература до и после его времени отличается почти так же, как биология до и после Дарвина». «Русский Драйзер» — явление значительное и важное в нашем духовном мире. Книги великого американца читаются у нас по-прежнему с неослабным интересом, помогая нам понять Америку, мир, человека и доставляя высокое художественное наслаждение. Если попытаться выразить одним словом наше представление о Драйзере-художнике, то, пожалуй, трудно подобрать что-нибудь более удачное, чем название одного из его романов — «Титан».

Теодор Драйзер (1871 — 1945) прожил долгую жизнь, почти целиком отданную литературному творчеству. Его наследие поражает своей обширностью и разнообразием. Драйзер писал стихи, пьесы, статьи, очерки, эссе, рассказы, повести, романы, репортажи, рецензии и критические заметки. Сочинения его многочисленны и неравноценны. Как поэт и драматург Драйзер не оставил следа в литературе. Многие его рассказы и очерки справедливо позабыты. Сегодня к ним обращаются лишь биографы да историки литературы. Очевидно, что центральным ядром в творческом наследии Драйзера, обладающим непреходящей историко-литературной и эстетической ценностью, являются его романы. Их всего восемь: «Сестра Керри» (1900), «Дженни Герхардт» (1911), «Финансист» (1912), «Титан» (1914), «Гений» (1915), «Американская трагедия» (1925), «Оплот» (1946, издан посмертно), «Стоик» (1947, издан посмертно).

Появление каждого из романов Драйзера вызывало целую бурю в американской литературной критике. Писатель отказывался следовать «правилам игры», нарушал все общепринятые «нормы» литературного творчества. Он писал о том, что полагалось запретным для искусства, писал с откровенностью, приводившей в содрогание благопристойных критиков, позволял себе вскрывать истинное содержание нравственных ценностей, аксиоматически принятых в буржуазном обществе. Он высказывал суждения и оценки, повергавшие почтенную публику в состояние шока. Драйзер не щадил никого и ничего. Он утверждал принципиальную трагичность судьбы каждого рядового американца и обвинял в этом социальную систему. В поисках решения кардинальных проблем национальной жизни писатель сближался с идеологией пролетариата, что привело его логически к вступлению в Коммунистическую партию США—шаг, которого и сегодня американская критика не может ему простить.

1945 гг. и с 1945 г. по настоящее время. Скажем сразу, что ни на одном из этапов критика не могла игнорировать творчество Драйзера. Каждый из его романов был слишком значительным явлением, вызывал слишком мощный общественный резонанс, чтобы можно было обойти его вниманием. Драйзер никогда не мог пожаловаться на недостаток интереса со стороны критиков. Но интерес этот, как правило, был недружелюбным.

На первом этапе романы Драйзера подвергались уничтожающей критике, исходя преимущественно из соображений морального порядка. Драйзеру не могли простить вторжения в запретные области, жестокого разоблачения фальши, лицемерия, ханжества нравственных устоев буржуазного общества. На втором — критика сосредоточилась в основном на идеологических аспектах творчества писатели, на его социальных теориях, политических симпатиях. Особенное Не удовольствие со стороны буржуазной критики вызывала деятельность писателя в поддержку американского рабочего класса, в защиту Советской России, его непримиримые выступления против фашизма (европейского и американского). Настойчивый интерес к марксизму, к идеям социалистического переустройства общества, который Драйзер обнаружил на склоне жизни и который привел его, в конечном счете, к вступлению в Коммунистическую партию, приводил многих американских критиков, даже тех, кто прежде был благожелательно настроен по отношению к писателю, в неописуемую ярость. Третий этап начинается с момента смерти Драйзера. Писатель завершил свой путь. Теперь уже бесполезно было полемизировать с ним, опровергать его или наставлять на «путь истинный». Стало очевидно, что творчество Драйзера, взятое целиком, — огромной важности явление в истории американской культуры XX столетия. Это явление следовало изучать, и критика приобрела более академический характер. Тем более что дерзкие вторжения в запретные области (например, физиологические аспекты человеческого бытия) не могли уже более раздражать критиков, поскольку сами эти области перестали быть запретными. Что там говорить, Драйзер с его «деликатными» описаниями любовных авантюр Фрэнка Каупервуда или Юджина Витлы на фоне нынешней литературы, балансирующей на грани порнографии, выглядит робким провинциалом.

Сегодня изучение Драйзера в США идет в основном по двум направлениям — биографическому и эстетическому. Теперь уже ясно, что в массе своей американские критики успеха не достигли. Можно назвать два-три удачных исследования, подобных монографии Фрэнсиса Матиссена, и это все.

Биографы тщательнейшим образом собирают мелкие подробности жизни Драйзера, сведения о его друзьях, родственниках, о состоянии его финансовых дел, о его женах и любовницах, о разного рода ссорах и спорах, в которые он оказывался втянут. В написанных ими биографиях есть все, включая мельчайшие подробности быта, но, как справедливо заметил старейшина американских критиков Малькольм Каули, нет главного — самого Драйзера. Они нисколько не помогают нам понять «феномен Драйзера». Красноречивым образцом такого рода биографий можно счесть сочинение У. Сванберга, вышедшее в 1965 г.

Критики «эстетического» направления сосредоточили свои усилия на «антилитгратурности» творчества Драйзера, на установлении погрешностей в языке его сочинений, их стиле, на громоздкости сюжетов, неразработанности характеров и т. п. Они довольно убедительно показали, что Драйзер небрежен в языке, вплоть до погрешностей против грамматики, что ему недостает вкуса, что он бывает не в ладах с логикой, что стиль его сочинений лишен изящества и отшлифованности, что ему не хватает образованности, что во многих случаях поступки его героев недостаточно мотивированы, и вообще с психологией у него дела обстоят неважно, что в некоторых своих понятиях и суждениях Драйзер примитивен. Они охотно и часто противопоставляют Драйзера его выдающимся современникам — от Джеймса и Хоуэллса до Андерсона и Хемингуэя и неизменно приходят к выводу: Драйзеру не хватало таланта. При этом все они ссылаются . на слова самого Драйзера, который заметил как-то, что недоволен своими книгами и что все их, в сущности, следовало бы переписать. Им, естественно, возражали ценители творчества Драйзера: помилуйте, как же так? Драйзер — один из самых читаемых американских авторов XX столетия. Его книги заложили фундамент нового развития ‘ национальной литературы, определили ее направление на многие десятилетия вперед. Свой долг Драйзеру признают все крупнейшие писатели новейшего времени! Этот спор, по-своему мудро, разрешил Малькольм Каули, который в своей рецензии на книгу Сванберга выразился примерно следующим образом: не ссорьтесь, джентльмены. Драйзер — это «необтесанный» гений, не облагороженный и не подкрепленный талантом, но— гений. Он — наш великий примитив! Насчет «примитива». Дау-ли, пожалуй, перестарался, но в целом был прав. Он только не сказал, в чем именно заключается гений Драйзера.

Гений Драйзера, при всей его оригинальности и необычности, был в общем традиционен для Америки. История американской национальной культуры складывалась таким образом, что на протяжении многих десятилетий главная задача великих американских писателей заключалась в том, чтобы «открывать Америку».

Напомним, что американское государство создали иммигранты из разных стран Европы, расселившиеся вдоль узкой полосы Атлантического побережья обособленными колониями. Они сохраняли свои нравы, обычаи, язык, культуру, плохо знали друг друга и совсем не знали огромных территорий континента к западу от Аллеганских гор. Горные хребты, каньоны, леса, пустыни, прерии, реки п водопады оставались долгое время великой загадкой, окутанном дымком легенды Они мало что знали об индейцах — коренных жителях страны, с которыми вели кровавую войну на истребление. Население Америки росло в основном за счет притока перебеженцев из Европы. Вновь прибывшие иммигранты были еще более невежественны относительно своей новой родины, знали о ней еще меньше. И это касалось не только «географии» континента, но также истории Америки, ее общественно-политических установлений, государственной структуры, нравов и т. д. Даже на рубеже XVIII и XIX веков, когда страна уже освободилась от колониальной зависимости, когда сформировалось новое самостоятельное государство — Соединенные Штаты, в сознании американцев все еще отсутствовала общая концепция Америки как единого комплекса естественно-географических, этнологических, социально-исторических, политических и нравственно-психологических моментов, образующих само понятие «Америка». С этим, кстати, была связана сложность и замедленность становления нации и формирования национального сознания в Соединенных Штатах.

Нет ничего удивительного в том, что на ранних этапах своего существования американская литература оказалась вовлеченной в мощный поток «нативизма» — культурного и литературного движения, смысл и пафос которого заключался в художественно-философском освоении Америки, ее природы, истории, общественных и политических институтов, нравов и обычаев. Великими «нативистами» были Ирвинг и Купер, Готорн и Мелвилл, Брет Гарт и Твен и многие другие гении XIX столетия. Каждый из них открывал «свою» Америку, которая становилась частью, аспектом, элементом национальной жизни, национального сознания.

Во второй половине XIX века стало, однако, очевидным, что «открыть Америку» раз и навсегда невозможно. Темпы развития экономической, социальной, политической жизни страны, в особенности после Гражданской войны J861 — 1864 годов, были столь высоки, что буквально в считанные десятилетия Америка неузнаваемо изменилась и весьма мало напоминала Америку Ирвинга, Купера или Готорна. К концу столетия она превратилась в страну концентрированного производства и капитала, в страну банков и монополий, трестов и картелей. Происходило стремительное сосредоточение богатства на одном полюсе и чудовищной бедности на другом. Возникла многомиллионная армия фабрично-заводских пролетариев. Безработица сделалась национальным бедствием. К этому же времени относятся и первые значительные организованные выступления американского пролетариата. Коррупция в органах государственной власти — от городских муниципалитетов до федерального конгресса — достигла чудовищных масштабов. Иными словами, американский капитализм вступил в монополистическую стадию развития.

Это была уже другая, «новая» Америка, и ее следовало «открывать» заново. Задача была не из легких. Переход совершался быстро, но не одномоментно. Чтобы уловить характер перемен, их значимость, оценить их важность, отделить главное от второстепенного, окинуть взором всю картину и разглядеть «новую» Америку в ее типических чертах, требовался особый дар, неповторимый склад ума, способный к анализу, синтезу и обобщению. Более того, нужно было не только умение увидеть и понять, но еще и способность пересоздать увиденное в художественных образах, выстроить художественный мир, который адекватно и выпукло отражал бы мир реальный. Всем этим обладал Теодор Драйзер. В этом, собственно, и состоял его гений.

Открывая и художественно пересоздавая «новую» Америку, Драйзер, фигурально выражаясь, «работал топором». Ему было не до тонкостей стилистической отделки, не до углубленной психологической разработки характеров и мотивировок, не до поэтических описаний или органической сбалансированности повествовательной структуры. И дело не в том, что он «не мог». Многолетний опыт редакторской работы Драйзера, как, впрочем, и некоторые его сочинения, свидетельствуют о том, что он умел, когда надо, быть превосходным стилистом, виртуозом, владевшим всем мыслимым набором художественных средств. Просто он не стремился к этому в своих крупных полотнах. То, что он создавал в своих романах, была сама жизнь. Она не нуждалась в специальной отделке во имя правдоподобия. Она была описана грубо, неизящно, порой небрежно, но все равно это была жизнь. Лучше всего литературную специфику своего метода Драйзер определил сам, когда сказал о «Сестре Керри»: «Это книга, близкая к жизни. Она создана не как пример литературного мастерства, а как картина общественных условий, обрисованная так просто и сильно, как позволяет английский язык. Когда она попадет к народу, он поймет, потому что это рассказ о действительной жизни, об их жизни»’.

В своих усилиях открыть, показать и разоблачить «новую» Америку Драйзер был не одинок. Рядом с ним работали Фрэнк Норрис, Стивен Крейн, Хемлин Гарланд, Джек Лондон, Эптон Синклер и целая компания «разгребателей грязи» во главе с Линкольном Стеффсисом. Американская критика именует их «натуралистами», что хоть и не совсем точно, но в целом не лишено оснований. Они были (Натур! листами» в духе Эмиля Золя, с его острым социальным зрением, разоблачительным пафосом и стремлением выявить природу социального поведения человека.

Драйзер был бесспорно самой крупной фигурой среди своих соратников. Он сделал далеко не все, что мог бы, по он проложил новый путь в литературе. Мы можем смело утверждать, что американский реализм XX столетия начинается именно с Драйзера. Уже в годы первой мировой войны многие американские писатели признали в нем патриарха и первопроходца. В апреле 1916 г. Шервуд Андерсон писал о нем:

«Теодор Драйзер стар — он очень, очень стар. Я не знаю, сколько лет он прожил, может быть, тридцать, а может быть, пятьдесят, но он очень стар. Когда Драйзер уйдет, мы будем писать книги, много книг. В книгах, которые мы напишем, будут присутствовать все те качества, которых недоставало Драйзеру. У нас будет чувство юмора, а ведь всем известно, что у Драйзера нет чувства юмора. Более того, у нас будет изящество, легкость мазка, мечты о красоте, прорывающейся сквозь оболочку жизни.

Да, у тех, кто пойдет за Драйзером, будет многое такое, чего у него не было. Чудо и красота Драйзера в том, что все это у нас будет благодаря ему.

Тяжелы ноги Теодора. Как легко разнести его книги «в пух и прах», посмеяться над ним. Но. топ, топ, топ — это шагает Драйзер, грузный и старый. Ноги Драйзера прокладывают нам путь, грубые, тяжелые ноги. Они шагают через пустыню, прокладывая тропу. Со временем тропа превратится в проспект с арками над головой и изящными шпилями, пронзающими небо. И дети будут бегать по этой улице, крича друг другу: «Посмотри на меня!», позабывши о ногах Теодора.

Людям, которые пойдут за Драйзером, предстоит сделать многое. Их путь будет долог. Но, благодаря Драйзеру, нам в Америке не придется прокладывать дорогу через пустыню. Это сделал Драйзер».

В концепции Америки, предложенной Драйзером, отчетливо обнажены два полюса — полюс бедности и полюс богатства. Внутренняя динамика его романов неизменно сопряжена с движением героев от одного полюса к другому — вверх и вниз, вниз и вверх, от бедности к богатству, от богатства к бедности. Убедительность воспроизведения национальной действительности, подчиненной этому динамическому принципу, предполагала в качестве обязательного условия проникновенное знание жизни бедняков и жизни богачей, причем не только в ее внешних, бытовых проявлениях, но и в ее глубинной социально-психологической и нравственной сущности.

Постижение «сферы бедности» не могло представлять для Драйзера каких-либо затруднений. Сын бедняка и сам бедняк, он знал привкус нищеты, как говорится, с младых ногтей. Отец писателя Иоганн Пауль Драйзер — молодой немецкий ткач и ревностный католик — эмигрировал в Америку в 1846 г. в надежде выбиться из нищеты и обрести благополучие в «свободной стране». Подобно многим иммигрантам, он не задержался на Атлантическом побережье и после долгих переездов осел на среднем Западе, в небольшом городке Форт Уэйн, где получил должность начальника производства на фабрике шерстяных тканей. Он был трудолюбив, прекрасно знал свое дело, хорошо зарабатывал. Казалось, Америка дала ему все, что обещала. Он быстро шел вверх и спустя некоторое время уже обзавелся собственной фабрикой в Салливэне. Тогда же Иоганн Пауль женился, и жена родила ему одиннадцать детей.

Благополучие, однако, было недолгим. Кривая взлета переломилась посредине, и жизнь многодетного семейства покатилась под откос. Пожар уничтожил фабрику со всеми запасами сырья, за которое Иоганн Пауль еще не успел расплатиться с поставщиками. Он попытался начать восстановительные работы, но получил тяжелую травму и надолго выбыл из строя. За время его болезни благосостояние Драйзеров развеялось как дым. Они остались без гроша и вынуждены были перебраться в заштатный поселок Терре Хоте. Драйзеры впали в беспросветную нищету, из которой им никогда уже не удалось подняться. Семья переезжала с места на место, разделялась, воссоединялась и наконец окончательно распалась. Родители умерли, дети разбрелись по свету.

Посмотреть все сочинения без рекламы можно в нашем

Чтобы вывести это сочинение введите команду /id77

Автор Теодор Драйзер

Если не работает, попробуйте выключить AdBlock

Вы должны быть зарегистрированы для использования закладок

День рождения: 27.08.1871

Дата смерти: 28.12.1945 (74 лет)

Знак зодиака: Коза, Дева ♍

Теодор Драйзер — американский писатель и общественный деятель.

Родители Драйзера — Джон Драйзер (Иоганн Пауль Драйзер, немец, эмигрировавший в США в 1846) и Сара Шёнёб были совладельцами шерстопрядильни. После пожара, уничтожившего запасы шерсти, отец работал на стройке, где его тяжело покалечило. Вскоре погибли трое старших сыновей. Семья долго переезжала и, в конце концов, обосновалась в провинциальном городе Терре-Хот в штате Индиана. Теодор Драйзер, девятый ребёнок в семье, родился 27 августа 1871. В 1887 окончил школу. В 1889 поступил в Индианский университет в Блумингтоне. Через год прекратил обучение из-за того, что не смог оплачивать учёбу. После работал клерком, возчиком фургона прачечной.

В 1892-1894 был репортёром в газетах Питтсбурга, Толедо, Чикаго и Сент-Луиса. В 1894 переехал в Нью-Йорк. Его брат Поль Дрессер организует музыкальный журнал Every Month, и Драйзер начинает работать в нём редактором. В 1897 покидает журнал. Писал по заказу для Metropolitan, Harper’s, Cosmopolitan.

Одна из первых опубликованных Драйзером литературных работ — очерк «Артистический квартал Нью-Йорка: литературно-артистическое убежище в Броксвилле» (ноябрь 1897). До появления своего первого романа в 1900 Драйзер опубликовал 42 статьи и ряд поэм. Драйзер указал в интервью для справочника «Кто есть кто в Америке» (1899), что им были написаны две книги: «Исследование о знаменитых современниках» — очерки о Вильгельме II, Барнуме и т. д. — и «Поэмы».

Обычно библиография работ Драйзера начинается с его романа «Сестра Керри» (1900). Этим произведением Драйзер продолжал реалистические традиции писателей Америки конца XIX века, но уже в условиях упадка этого движения. Роман был встречен критикой и обществом крайне враждебно как «безнравственное» произведение. Без предрассудков и обычного в то время пуританизма Драйзер дал реалистический образ девушки, выступающей против общепринятых моральных взглядов. Только в 1911 Драйзер опубликовал свой второй роман — «Дженни Герхардт», в котором он развивает мотивы «Сестры Керри». Американская пресса обошла выход романа молчанием.

Романом «Финансист» (1912) Драйзер начал свою монументальную «Трилогию желания». В её основу положена история жизни миллионера Ч. Йеркса. Герой «Трилогии» (второй том — «Титан», 1914; к третьему тому — «Стоик» — Драйзер приступил в январе 1929) — Фрэнк Каупервуд; Драйзер показывает, как буржуазная и коммерческая среда, окружавшая Каупервуда, уже с детства формирует в нём психологию дельца и приобретателя, для которого все средства хороши, если они помогают достигнуть власти и богатства. Начав с мелких спекуляций, Каупервуд постепенно приобретает состояние, подкупает чиновников и муниципалитет, незаконно приобретает городские концессии в Филадельфии, но в финале терпит поражение, попадает в тюрьму и затем вынужден оставить Филадельфию. В романе «Титан» Драйзер развёртывает жизнь Каупервуда в Чикаго, где на расширенной базе повторяется цикл его деятельности в Филадельфии. «Трилогия желания» — значительнейшее произведение американской и европейской литературы XX века. С исключительной изобразительной силой обрисовывает Драйзер быт и нравы финансовой среды.

Нападки консервативной критики особенно усилились после публикации в 1916 романа «Гений», который Драйзер считает своим лучшим произведением. По настоянию «Общества уничтожения порока» суд запретил распространение романа, и лишь позднее этот запрет был снят. Тема романа — власть денег и чувственности над искусством. Герой романа — художник Витла, цель существования которого сводится только к искусству и к женщинам. Это опустошает его творчество, он становится преуспевающим дельцом, утрачивает свои художественные способности.

В своём романе «Американская трагедия» (1925) Драйзер выводит среднего американского юношу Гриффитса, малообразованного, легкомысленного, слабовольного. Сущность трагедии Гриффитса, кончающего свою жизнь на электрическом стуле, — его социальная неприспособленность к окружающей действительности, сочетающаяся со стремлением выдвинуться, занять исключительное положение, войти в буржуазные круги. Гриффитс — жертва американского псевдодемократизма. Как и во всех своих романах, Драйзер в «Американской трагедии» даёт широкую картину нравов и быта изображаемой им среды. Роман считается одним из самых успешных произведений писателя. Сразу после выхода он получил хорошие отзывы критики.

Драйзер — художник-натуралист. Он строит свои произведения на колоссальном материале наблюдений и опыта. Его искусство — это искусство точного до скрупулезности изображения, искусство фактов и вещей. Драйзер передаёт быт во всех его мельчайших подробностях, он вводит документы, иногда почти целиком взятые из действительности (письма Роберты Олден в «Американской трагедии» приводятся почти целиком), цитирует прессу, пространно объясняет биржевые спекуляции своих героев, внимательно прослеживает развитие их деловых предприятий и т. д. Американские критики неоднократно обвиняли Драйзера в отсутствии стиля, не понимая особой природы его натуралистического стиля.

Драйзер во всех своих произведениях тяготеет к социальным темам, что не мешает ему быть художником-психологом. Беря общественные темы, он перемещает их в плоскость индивидуальной психики, показывая в итоге психологически-индивидуальную сторону больших общественных явлений. Ограничению темы в объёме сопутствует у Драйзера её углубление.

Драйзеру принадлежат два сборника рассказов — «Освобождение» и «Цепи», в которых разрабатываются главным образом психологические и сексуальные мотивы. Им написано также два тома пьес: «Рука гончара» (1919) и «Пьесы естественные и сверхъестественные» (1916).

Ранние очерки Драйзера о Нью-Йорке собраны в его книге «Картина великого города» (1923). «Бей, барабан» (1920) — сборник статей Драйзера, из которых наиболее интересна статья «Американский финансист». В 1926 вышел том стихотворений Драйзера «Настроения», близких по форме к Уолту Уитмену.

В «Галерее женщин» (1928) собраны биографические очерки Драйзера, так же как и в книге «Двенадцать мужчин». Драйзер обращается к самым различным общественным слоям, выискивая в них оригинальных, выдающихся людей. Но «Галерея женщин» резко отличается от «Двенадцати мужчин» тем, что Драйзер подчеркивает сексуальное, именно в половом ищет он объяснения не только чисто субъективных, но и социальных поступков и процессов. Роман Драйзера — «Безумие» (1929) представляет собою ряд любовных эпизодов, объединённых тем, что в центре их поставлен один герой — сам автор.

В 1930 кандидатура Драйзера была выдвинута на получение Нобелевской премии по литературе.

В мае 1931 выходит автобиографическая книга Драйзера «Заря», где он описал своё детство и юность.

В 1927 Драйзер принял приглашение посетить СССР и принять участие в праздновании десятой годовщины Октябрьской революции. В начале ноября он прибыл в Советский Союз и 7 ноября был на Красной площади. В ходе своего 77-дневного путешествия Драйзер побывал в Ленинграде, Киеве, Харькове, Ростове-на-Дону, Баку, Тбилиси, Одессе и других советских городах, встречался с Владимиром Маяковским и Сергеем Эйзенштейном. После поездки опубликовал книгу «Драйзер смотрит на Россию».

В начале 1930-х в горнорудных районах США — Харлане и Белле — произошли столкновения шахтёров с полицией. Вместе с комиссией комитета защиты политических заключённых Драйзер отправляется на место событий. Его встретили угрозы физической расправы со стороны владельцев шахт и полиции. Против Драйзера возбудили судебный иск и предложили его отозвать при условии, что писатель прекратит освещение событий. Однако Драйзер продолжил выступления в газетах и на радио, сообщая о положении дел — избиениях членов профсоюза и полицейских расправах. В 1932 он издаёт книгу «Трагическая Америка».

Драйзер часто выступал на митингах, публиковался на страницах коммунистической прессы США. В 1932 поддержал кандидата от американской компартии Уильяма Фостера в избирательной кампании. В 1932 был членом Всемирного Антивоенного Конгресса, в инициативный комитет которого входили Анри Барбюс, Максим Горький, Альберт Эйнштейн.

В 1938 Драйзер был делегирован на антивоенную конференцию в Париже, открытую в связи с бомбардировками испанских городов. Летом посетил Барселону, где встречался с президентом и премьер-министром страны. На обратном пути посетил Англию, где надеялся встретиться с членами английского правительства. В США ему удалось добиться кратковременной встречи с Рузвельтом. После этого безуспешно пытался организовать комитет для поставки продовольствия в Испанию. В итоге в Испанию по указанию Рузвельта было отправлено несколько грузовых судов с мукой.

В июле 1945 Драйзер вступил в Коммунистическую партию США.

Великий американец

Виктор Пресс

Великий американец Теодор Драйзер из тех писателей, которым суждено остаться современниками будущих поколений.

Драйзер считал своим святым и непременным долгом проникать в душу простых американцев, тех, кому не суждено было стать миллионерами, тех, кого обошел успех, кому «обществом равных возможностей» уготована участь жертвы. Именно этим людям адресовал Драйзер свои книги, именно эти образы стали центральными в его творчестве. А рядом с такими образами в произведениях Драйзера живут лощеные, предельно циничные в своей откровенности хищники, преуспевающие «хозяева жизни», причем неприглядная технология их преуспеяния беспощадно обнажена скальпелем выдающегося художника-реалиста. В работах Драйзера мы видим и тех, кто не сломлен жизнью, не поставлен на колени, людей-борцов, устремления и дела которых не ограничены мирком индивидуалистических страстишек.

Драйзер — писатель истинно народный, и потому он не мог с самого начала творческого пути продолжить традиции авторов изящных литературных поделок, традиции «снежного реализма», типичным представителем которого в то время был Уильям Дин Хоуэлле. Не мог человек и художник, писавший в автобиографии, что ребенком он не один раз был голоден, что с детских лет проходил в полном объеме суровые «университеты» жизни, закрыть глаза на бедствия и лишения народных масс, на размах и опасный характер действий монополистических хищников. Через безысходную нужду родительского дома в Индиане, через лачуги столицы Среднего Запада — Чикаго, через контрасты огромного Нью-Йорка лежит путь Драйзера к литературному творчеству. Позже он напишет о разрыве между жизнью и рафинированной литературой, которую ему приходилось читать в те годы: «В книгах все было красиво, безмятежно и никогда ни намека на жестокость жизни и ее грубость и пошлость». Показательно, что любимыми писателями Драйзера с самого начала стали Лев Толстой и Бальзак. Не случайно молодой Драйзер мечтал «уметь писать подобно Толстому, чтобы слушал весь мир».

Нелегкой была пора литературного ученичества Драйзера. Но все подмеченное зорким глазом и замечательно цепкой памятью, все воспринятое добрым сердцем находило воплощение уже в его ранних произведениях. Впрочем, немало оставалось и в тайниках памяти. И первый роман Драйзера, «Сестра Керри», не только подвел итог достижениям американских писателей-реалистов, среди которых звездами первой величины сияют имена Марка Твена и Джека Лондона, но и сам дал мощный стимул развитию здоровых, реалистических тенденций в американской литературе.

Спокойное, широкой рекой льющееся повествование вобрало в себя и человека и особенности эпохи, в которую он живет. В своем первом романе писатель показал контрасты больших городов, тяжелую жизнь американских тружеников, трагизм хищнических законов буржуазных джунглей.

Вскоре эту истину подтвердила жизнь самого Драйзера. Суровые испытания уготовили писателю буржуазная критика и печать. Двери респектабельных журналов захлопнулись перед Драйзером, ханжи и фарисеи от доллара обвиняли автора «Сестры Керри» в безнравственности и аморальности. Литературная критика безжалостно травила его. Но Драйзер устоял. Устоял, хотя травля и литературный бойкот едва не довели его до голодной смерти.

Творчество Драйзера развивается в русле лучших традиций демократической культуры американского народа. Душевной теплотой и трепетной, щемящей печалью пронизана каждая строка, посвященная чистой и нежной девушке из народа Дженни Герхардт. Матерым хищником, напрочь лишенным моральных устоев, предстает герой «Трилогии желания» — американский миллиардер Фрэнк Каупервуд. В романах знаменитой трилогии мы встречаемся с беспощадным обличением рыцаря наживы и среды, его породившей, — вроде филадельфийского триумвирата из «Финансиста» и арочного союза реакционеров всех мастей и оттенков из «Титана», сплотившихся на стороне Каупервуда во время схватки монополий с тружениками Чикаго.

Не монополиям должен служить художник — убедительно доказывает Драйзер образом Юджина Витла из «Гения». Стремление к наживе убивает искусство, измена правде жизни уничтожает талант. Так в «Гении» продолжается тема задушенного капиталом таланта, тема загубленного драматического дарования Керри. Псевдоискусство, «массовая культура», оглупляющая народ и набивающая карманы власть имущих, — жизненный итог изменившего подлинному искусству художника Юджина Витла.

После опубликования первых двух романов «Трилогии желания» на писателя обрушился новый мощный вал клеветы. Конечно, не проблемы морали столь взволновали организаторов травли, а сила драйзеровского обличения буржуазного строя. Но как бы в ответ на их словоблудие Драйзер формулирует в феврале 1917 года свое художественное кредо: мыслящий человек «должен стараться проникнуть в глубь вещей, познать то, что видит вокруг себя, — не отдельные явления, а все в целом, — и, стоя в центре этого исполненного противоречий неистового вихря, именуемого жизнью, доискиваться до смысла ее и назначения».

. Двадцатые годы. Разжиревший на военных поставках, на страданиях народов американский империализм упивается собственным могуществом. Герберт Гувер, прозванный впоследствии «президентом голода», сулит каждому американцу автомобиль в гараже и курицу в супе. Американский обыватель «джазового века», как назвал это время Скотт Фитцджеральд, спешит наслаждаться.

И именно тогда появился роман, принесший Драйзеру мировую известность. Полемический по своей сути, глубоко жизненный по воплощенному в нем материалу и мастерский по тонкому психологизму и убедительности образов, роман «Американская трагедия» стал подлинной вершиной творчества писателя. Преступления, подобные описанным в романе, социально закономерны и обусловлены, утверждает Драйзер: питательная среда для них — сама американская действительность. По сути дела, преступны сами социально-нравственные идеалы американского буржуазного общества — вот главный вывод, к которому приходишь, прочитав роман «Американская трагедия». И если есть сомнения в степени виновности самого Клайда Грифитса (американские юристы изучали убийство Роберты как трудный случай, достойный особого внимания), то несомненна степень виновности американского общества, его моральных, или, вернее, аморальных идеалов.

Роман «Американская трагедия» убедительно показал читателям — в самих Соединенных Штатах и во многих странах мира, — насколько мощен калибр писательского мастерства Т. Драйзера, насколько масштабно и остро его художественное видение мира.

В фокусе внимания выдающегося писателя оказались социальные проблемы ведущей империалистической страны; извечная коллизия эксплуататорского общества всех времен — «простой человек и окружающая его социальная среда» — была раскрыта им жизненно достоверно и художественно убедительно. Трагедия одного человека взята автором в объемном социально-историческом контексте. Вполне естественно поэтому, что роман о судьбе американского паренька, казненного на электрическом стуле, стал не только книгой, прочно и навсегда вошедшей в необходимый минимум прочитанного каждым культурным человеком, но одновременно — и монументальным обличением всего общества «желтого дьявола».

Происшедшее на озере Биг Битерн не роковая случайность и не проявление извечной греховности человеческой натуры, а событие закономерное и естественное в условиях капиталистического общества. Клайд честолюбив, он стремится достичь «положения в обществе», соизмеряет свое настоящее и будущее с ценностями окружающего его общества, и в соответствии с ними он хочет не примитивного существования, а действенного, полнокровного бытия. И общество, опять-таки в соответствии с формируемым им моральным климатом, с возведенными им в абсолют ценностями, направляет — упорно и неотвратимо — Клайда с его типично американским взглядом на жизнь на преступный путь.

«Я считал, — это имело для меня немаловажное значение, — подчеркивал Драйзер, — что каждый классово сознательный человек, прочитав эту книгу, отчетливо увидит, каковы социальные и экономические силы, воздействующие на людей различных классов и приводящие их к благоденствию или гибели».

Широкая галерея героев новеллистики Драйзера: немало в ней людей, одержимых страстью к наживе, у которых и жизненная цель, и мерило успехов, и моральный кодекс — всемогущий доллар.

Но самые гордые, самые привлекательные герои Драйзера — люди нового типа, люди-борцы, активно утверждающие в жизни положительное начало. Прочным и долголетним был интерес Драйзера к таким людям. Еще в пору, когда монополии только набирали силу и жирели, когда щупальца новоявленных спрутов проникали все дальше, в самые отдаленные уголки Соединенных Штатов и за их рубежи, Драйзер отражает в своих произведениях социальную активность американского рабочего класса. Для писателя предельно ясны причины мощных забастовок начала века — со скрупулезной точностью он вводит в свои произведения графы нищенского бюджета рабочей семьи. Симпатии Драйзера на стороне мэра-социалиста, вступившего в неравную схватку с монополиями, на стороне организатора забастовки Фергюссона с его гордыми словами: «В жизни можно убить и похоронить мое счастье, но нельзя «убить и похоронить мое дело», — на стороне «Жанны д’Арк из Ист-Сайда» — Элизабет Герли Флинн, юной бунтарки, ставшей впоследствии выдающимся деятелем американского рабочего движения.

Вполне естественно, что в драйзеровской «галерее женщин» центральное место занимают не рассказы о покончившей самоубийством актрисе Эрнестине и не о художнице Адамс Ринн, чьи чувства целиком заняты собственным духовным миром, а новеллы о женщинах-борцах.

С не меньшим правом, чем о Драйзере-писателе, мы можем и должны говорить о Драйзере-журналисте, Драйзере-публицисте. Активный публицистический поиск, приобщение к бурям и грозам своего времени, высокая гражданская и профессиональная причастность к испытаниям, перенесенным народом своей страны и народами всего мира, в немалой степени помогли Драйзеру выйти на самые передовые рубежи эпохи, постичь великую правду нашего времени, поверить в нее, открыть новые творческие горизонты.

Джона Рида, великого американского публициста, называли «странником больших дорог мира». Бесчисленные колеи избороздили и жизненный путь Теодора Драйзера. В своих первых публицистических книгах, «Путешественник в сорок лет» и «Каникулы уроженца Индианы», он с сочувствием пишет о людях труда, о рабочих по обе стороны Атлантики, утверждает общность их судеб и общность источника их страданий. Горяч и неистов обличительный накал публицистики Драйзера в сборнике «Бей, барабан!». «Животная сила, обагренная кровью, хохочет во все горло» — так предельно емко характеризует он американский капитал.

Публицистическая деятельность Драйзера сочеталась с общественной. Неприятие зла на родной земле, любовь к ней, неизменная готовность бороться за счастье своего народа означали для Драйзера готовность бороться за мир, против социальной несправедливости. Мир неделим, и ни одна страна не может быть счастлива, когда голодают, проливают кровь народы других стран. Именно эти идеи определяют облик созданной в начале трагического 1941 года книги Драйзера «Америку стоит спасать».

И здесь следует хотя бы коротко сказать о Драйзере — антифашисте и борце за мир. Вместе с Максимом Горьким, Анри Барбюсом и Роменом Ролланом он участвовал в Международном антивоенном конгрессе в Амстердаме в августе 1932 года. Драйзер активно выступал против интервенции фашистских стран в Китае, Эфиопии, Испании, совершил поездку в сражающуюся Испанию. Летом 1938 года он председательствовал на международной конференции деятелей культуры в защиту мира в Париже.

Л-ра: Октябрь. – 1971. – № 8. – С. 209-212.

Ключевые слова: Теодор Драйзер,Theodore Dreiser,критика на творчество Теодора Драйзера,критика на произведения Теодора Драйзера,скачать критику,скачать бесплатно,американская литература 20 века

Сочинение: Драйзер, Теодор

План
Введение
1 Ранние годы
2 Журналистика

3.1 Романы
3.2 Очерки и рассказы

4 Общественная деятельность
5 Произведения
5.1 Романы
5.2 Сборники рассказов
5.3 Автобиографии
5.4 Публицистика

6 Библиография
7 Интересные факты

Теодор Драйзер (англ. Theodore Herman Albert Dreiser; 27 августа 1871, Терре-Хот, штат Индиана — 28 декабря 1945, Голливуд) — американский писатель и общественный деятель.

27 августа 1871 года в городке Терре-Хот (штат Индиана) родился Герман Теодор Драйзер, девятый ребенок в семье. Отец-Джон Поль Драйзер, мать – Сара Мария Драйзер.

Раннее детство писателя было наполнено голодом и холодом. Погруженный в религиозные думы, отец перестал быть опорой семьи, и вся тяжесть забот о пропитании свалилась на плечи матери.

Дети любили мать и старались помогать чем только могли. Пятилетний Теодор вместе с братьями частенько собирал уголь на железной дороге, чтобы в доме было тепло. Когда стал постарше – вместе с сестрой разносил заказчикам пакеты с бельем, которое выстирала и отутюжила мать. “Как ни был я мал, я все же сознавал страдания, выпавшие на долю моей матери, — писал Драйзер впоследствии об этих годах. – Мне вспоминаются долгие, мрачные, серые, холодные дни; скудная еда, состоящая из картошки или чечевицы. Ребенком, в особенности в эти годы, я не однажды был голоден”.

В шестилетнем возрасте Теодора отдали в небольшую немецкую католическую школу. В памяти писателя от этих первых ученических лет остались долгие часы тягостных служб, недоброжелательные лица церковников.

Материальное положение семейства все ухудшалось. Было принято решение временно разъехаться и попытать счастья в другом месте. Мать с тремя младшими детьми (Эдом, Теодором и Терезой) переехала в городок Салливан. Здесь летом 1879 года ей удалось снять недорогой коттедж с небольшим участком, и она снова стала зарабатывать на жизнь стиркой и уборкой. Дети по-прежнему разносили пакеты с бельем, собирали на железной дороге уголь.

Несмотря на нужду, эти годы писатель вспоминал с благодарностью: “Если бы меня попросили указать какой-то период моей юности или даже всей жизни, о котором я мог бы сказать, что он представляет собой единство простоты, чудес, красоты…я бы остановился на двух-трех годах, которые прошли в простом небольшом белом домишке, приютившем нас в Салливане ”.

В 1884 году Драйзеры переезжают в Чикаго. Теодор вместе с младшим братишкой Эдом торгует газетами. Однако вскоре оказалось, что жизнь в Чикаго требует значительно больше средств, чем имела семья. Было решено опять переехать в какой-нибудь небольшой городок, где жилье и питание значительно дешевле.

Драйзеры оседают в город Варшава (штате Индиана). Драйзер вспоминает: “Мне всегда приятно сознавать, что именно здесь жизнь нашей семьи стала простой, консервативной, хорошо ухоженной – такой, как того больше всего хотелось моей матери ”. Теодор впервые пошел не в церковную, а в муниципальную городскую школу. Он увлекается языком и литературой, читает много книг.

В 1887 году Драйзер оканчивает среднюю школу и отправляется на поиски счастья в Чикаго. С помощью знакомых он попытался поступить мойщиком железнодорожных вагонов, но уже к середине первого дня понял, что эта тяжелая работа ему не под силу. Вскоре Теодор устраивается уборщиком, мойщиком посуды и посыльным в захудалый ресторан. Пять долларов в неделю плюс бесплатное питание – такими были условия. С раннего утра до позднего вечера он чистил овощи, мыл посуду, таскал уголь и дрова. Положенное трехразовое питание не лезло в глотку. Именно в эти месяцы он на всю жизнь испортил себе желудок. Через несколько месяцев он не выдерживает условий работы в ресторане и снова оказывается безработным. Драйзер поступает подносчиком на оптовый склад скобяных товаров.

В 1889 году, благодаря помощи своей бывшей школьной учительницы Милред Филдинг, оплатившей год обучения, Драйзер становится студентом Индианского университета. Он изучает латинский язык, философию, геометрию, алгебру, но больше всего увлекается литературой и историей. Зачитывается произведениями Льва Толстого, книгами Спенсера, Гексли. В конце года Теодор успешно сдает все экзамены, но поскольку оплачивать дальнейшее обучение нет возможности, то он возвращается в Чикаго и устраивается клерком в контору по торговле недвижимым имуществом.

В ноябре 1890 года жизнь нанесла Теодору тяжелый удар – умерла его любимая мать. Вскоре контора, в которой он работал, закрывается и Драйзер устраивается возчиком фургона одной из прачечных, собирает грязное белье и развозит чистое. За восемь долларов он работает шесть дней в неделю с шести утра до восьми вечера. Далее по рекомендации одной из клиенток ему удается получить более оплачиваемую работу – сборщика взносов для фирмы, продающей вещи в рассрочку. Новая работа помогает ему углубить знание жизни большого города, раскрывает перед ним разнообразные человеческие отношения. В это время Драйзер впервые задумывается посвятить себя литературе. У него появляется идея попробовать себя на репортерском поприще в какой-нибудь газете.

Драйзер решает стать репортёром. В 1892—1894 годах был репортёром в газетах Питтсбурга, Толедо, Чикаго и Сент-Луиса. В 1894 году переезжает в Нью-Йорк. Его брат Поль Дрессер организует музыкальный журнал «Every month», и Драйзер начинает работать редактором. В 1897 году покидает журнал. Писал по заказу «Метрополитен», «Харперс», «Космополитен».

Одна из первых опубликованных Драйзером литературных работ — очерк «Артистический квартал Нью-Йорка: литературно-артистическое убежище в Броксвилле» (журнал «Метрополитен», ноябрь 1897). До появления своего первого романа в 1900 году Драйзер опубликовал 42 статьи и ряд поэм. Драйзер указал в интервью для справочника «Кто есть кто в Америке» (1899), что им были написаны две книги: «Исследование о знаменитых современниках» — очерки о Вильгельме II, Барнуме и т. д. — и «Поэмы».

Обычно библиография работ Драйзера начинается с его романа «Сестра Керри» (1900). Этим произведением Драйзер продолжал реалистические традиции писателей Америки конца XIX века (Ф. Норрис, С. Крейн), но уже в условиях упадка этого движения. Роман был встречен критикой и обществом крайне враждебно, как «безнравственное» произведение. Без предрассудков и обычного в то время пуританизма Драйзер дал реалистический образ девушки, выступающей против общепринятых моральных взглядов. Только в 1911 году Драйзер опубликовал свой второй роман — «Дженни Герхардт», в котором развивает мотивы «Сестры Керри». Американская пресса обошла выход романа молчанием.

Романом «Финансист» (1912) Драйзер начал свою монументальную «Трилогию желания». В её основу положена история жизни миллионера Ч. Йеркса. Герой «Трилогии» (второй том — «Титан», 1914; к третьему тому — «Стоик» — Драйзер приступил в январе 1929 года) — Фрэнк Каупервуд; Драйзер показывает, как буржуазная и коммерческая среда, окружавшая Каупервуда, уже с детства формирует в нем психологию дельца и приобретателя, для которого все средства хороши, если они помогают достигнуть власти и богатства. Начав с мелких спекуляций, Каупервуд постепенно приобретает состояние, подкупает чиновников и муниципалитет, незаконно приобретает городские концессии в Филадельфии, но в финале терпит поражение, попадает в тюрьму и затем вынужден оставить Филадельфию. В романе «Титан» Драйзер развёртывает жизнь Каупервуда в Чикаго, где на расширенной базе повторяется цикл его деятельности в Филадельфии.

«Трилогия желания» — значительнейшее произведение американской и европейской литературы XX века. С исключительной изобразительной силой обрисовывает Драйзер быт и нравы финансовой среды.

Нападки консервативной критики особенно усилились после публикации в 1916 году романа «Гений», который Драйзер считает своим лучшим произведением. По настоянию «Общества уничтожения порока» суд запретил распространение романа, и лишь позднее этот запрет был снят. Тема романа — власть денег и чувственности над искусством. Герой романа, художник Витла, цель существования которого сводится только к искусству и к женщинам. Это опустошает его творчество, он становится преуспевающим дельцом, утрачивает свои художественные способности.

В своём романе «Американская трагедия» (1925) Драйзер выводит среднего американского юношу Грифитса, малообразованного, легкомысленного, слабовольного. Сущность трагедии Грифитса, кончающего свою жизнь на электрическом стуле, — его социальная неприспособленность к окружающей действительности, сочетающаяся со стремлением выдвинуться, занять исключительное положение, войти в буржуазные круги. Грифитс — жертва американского псевдодемократизма. Как и во всех своих романах, Драйзер в «Американской трагедии» даёт широкую картину нравов и быта изображаемой им среды. Роман считается одним из самых успешных произведений писателя. Сразу после выхода он получил хорошие отзывы критики. В 1930 году киностудия Paramount Pictures заказывает сценарий советскому режиссёру Сергею Эйзенштейну. Однако спустя месяц контракт оказывается расторгнутым — сценарий не устраивает студию. Кроме того, организация Hollywood Technical Director’s Institute начинает критику режиссёра из СССР. В 1931 году Драйзер подал в суд на студию. По словам писателя, в фильме режиссёра Йозефа фон Штернберга был искажён смысл его книги.

Драйзер — художник-натуралист. Он строит свои произведения на колоссальном материале наблюдений и опыта. Его искусство — это искусство точного до скрупулезности изображения, искусство фактов и вещей. Драйзер передает быт во всех его даже мельчайших подробностях, он вводит документы, иногда почти целиком взятые из действительности (письма Роберты Олден в «Американской трагедии» приводятся почти целиком), цитирует прессу, пространно объясняет биржевые спекуляции своих героев, внимательно прослеживает развитие их деловых предприятий и т. д. Американские критики неоднократно обвиняли Драйзер в отсутствии стиля, не понимая особой природы его натуралистического стиля.

Драйзер во всех своих произведениях тяготеет к социальным темам, что не мешает ему быть художником-психологом. Беря общественные темы, он перемещает их в плоскость индивидуальной психики, показывая в итоге психологически-индивидуальную сторону больших общественных явлений. Ограничению темы в объеме сопутствует у Драйзера её углубление.

В ноябре 1932 года Драйзер заключил контракт с Paramount о постановке фильма по роману «Дженни Герхардт». В 1944 году Американская академия искусств и литературы награждает Драйзера почётной золотой медалью за выдающиеся достижения в области искусства и литературы.

3.2. Очерки и рассказы

Драйзеру принадлежат два сборника рассказов — «Освобождение» (1918) и «Цепи», в которых разрабатываются главным образом психологические и сексуальные мотивы. Им написано также два тома пьес: «Рука гончара» (1919) и «Пьесы естественные и сверхъестественные» (1916).

Ранние очерки Драйзера о Нью-Йорке собраны в его книге «Картина великого города» (1923). «Hey Rub-A-Dub-Dub» (1919) — сборник статей Драйзера, из которых наиболее интересна статья «Американский финансист». В 1926 вышел том стихотворений Драйзера: «Настроения», близких по форме к Уитмену. Кроме указанных, Драйзером написаны ещё следующие произведения: «Книга о себе» (1922, является вторым томом автобиографического цикла; первый том «Заря» закончен Драйзером в конце 1928), «Каникулы» (1916) и «Сорокалетний путешественник» (1913) — книги путешествий.

В «Галерее женщин» (1928) собраны биографические очерки Драйзера, так же как и в книге «Двенадцать мужчин».

Как и в последней книге, Драйзер обращается к самым различным общественным слоям, выискивая в них оригинальных, выдающихся людей. Но «Галерея женщин» резко отличается от «Двенадцати мужчин» тем, что Драйзер подчеркивает сексуальное, именно в половом ищет он объяснения не только чисто субъективных, но и социальных поступков и процессов. Роман Драйзера — «Безумие» (1929) представляет собою ряд любовных эпизодов, объединённых тем, что в центре их поставлен один герой — сам автор.

В 1930 году кандидатура Драйзера была выдвинута на получение Нобелевской премии по литературе. Большинством голосов премию присудили писателю Синклеру Льюису.

В мае 1931 года выходит автобиографическая книга Драйзера «Заря», где он описал своё детство и юность.

4. Общественная деятельность

В 1927 году Драйзер принял приглашение посетить СССР и принять участие в праздновании годовщины Октябрьской революции. В начале ноября он прибыл в Советский Союз и 7 ноября был на Красной площади. В ходе своего 77-дневного путешествия Драйзер побывал в Ленинграде, Киеве, Харькове, Ростове-на-Дону, Баку, Тбилиси, Одессе и других городах, встречался с Владимиром Маяковским и Сергеем Эйзенштейном. После поездки опубликовал книгу «Драйзер смотрит на Россию».

В начале 1930-х годов в горнорудных районах США — Харлане и Белле произошли столкновения шахтёров с полицией. Вместе с комиссией комитета защиты политических заключенных Драйзер отправляется на место событий. Его встретили угрозы физической расправы со стороны владельцев шахт и полиции. Против Драйзера возбудили судебный иск и предложили его отозвать при условии, что писатель прекратит освещение событий. Однако Драйзер продолжил выступления в газетах и на радио, сообщая о положении дел — избиениях членов профсоюза и полицейских расправах. В 1932 году он издает книгу «Трагическая Америка».

Драйзер часто выступал на митингах, публиковался на страницах коммунистической прессы США. В 1932 году поддержал кандидата американской компартии в избирательной кампании. В 1932 году был членом всемирного антивоенного конгресса, в инициативный комитет которого входили Анри Барбюс, Максим Горький, Альберт Эйнштейн.

В 1938 году Драйзер был делегирован на антивоенную конференцию в Париже, открытую в связи с бомбардировками испанских городов. Летом посетил Барселону, где встречался с президентом и премьер-министром страны. На обратном пути посетил Англию, где надеялся встретиться с членами английского правительства. В США ему удалось добиться кратковременной встречи с Рузвельтом. После этого безуспешно пытался организовать комитет для поставки продовольствия в Испанию. В итоге в Испанию по указанию Рузвельта было отправлено несколько грузовых судов с мукой.

В июле 1945 года Драйзер вступил в Коммунистическую партию США.

Теодор Драйзер скончался 28 декабря 1945 года на 75 году жизни.

Читайте также:  Войнович: сочинение
Ссылка на основную публикацию
×
×