Рабле: сочинение

Рабле: сочинение

Один из величайших писателей эпохи Возрождения, француз Франсуа
Рабле(1494-1553) родился в Шиноне (Турень) в семье зажиточного землевладельца и адвоката. Рано был отдан в монастырь Францисканского ордена, где получил сан священника в 1524 году. Но в результате враждебного отношения францисканцев к изучению греческого языка Рабле добился разрешения перейти в Бенедиктский орден. В 1530 году он переселился в Лион, где изучал медицину и стал врачом местной больницы.
Однажды ему в руки попала народная книга «Великие и неоценимые хроники о великом и огромном великане Гаргантюа» Это издание навело Рабле на мысль написать роман под названием «Гаргантюа и Пантагрюэль”. Четыре книги романа увидели свет в 1532-1552 гг. Заключительная пятая книга появилась уже после смерти автора в 1564 г. Вероятно, что ее написал не сам Рабле, но кто-то из его последователей, располагавший набросками и черновиками, оставленными великим гуманистом.

В первой книге писатель призывает читателя не делать скоропалительных выводов из «потешных заглавий некоторых книг», а вникнуть в суть дела, потому то «к творениям рук человеческих так легкомысленно относиться нельзя». Он предлагает «истолковать в более высоком смысле все то, что, как вам могло случайно показаться, автор сказал спроста».

«Книга, полная Пантагрюэлизма» – так называет первую книгу Рабле, несмотря на то, что вся книга посвящена описанию жизни, друзей и родителей
Гаргантюа, отца Пантагрюэля. Когда землекопы нашли склеп, содержащий родословную Гаргантюа, на его крышке была надпись “Hic bibitur”, что означало “Здесь пьют”. Безусловно, можно сказать, что эта фраза сопровождает Гаргантюа на протяжении всей повести.

Действительно, основное действие начинается с большого пира, во время которого и рождается младенец, при виде которого его отец, Грангузье, восклицает: «Ке гран тю а!», имея в виду глотку ребенка, первыми словами которого были: «Лакать» Лакать! Лакать!» С первых же минут читатель попадает в атмосферу веселья и беззаботности пирующих, потому что «Вечная жизнь для меня в вине, вино – вот моя вечная жизнь!» – таков девиз не просто одного из празднующих, но и всех присутствующих на пиру.

Дальнейшее действие фокусируется на жизни и учебе Гаргантюа. В начале
Грангузье замечает, что «ум его заключает в себе нечто божественное, до того он остер, тонок, глубок и ясен; его надобно только обучить всем наукам, и он достигнет высшей степени мудрости». Поэтому в его учители берут «великого богослова», магистра Тубала Олоферна, с которым Гаргантюа сумел выучить азбуку в обратном порядке за 5 лет и 3 месяца, прочитал много средневековых учебников «с комментариями Пустомелиуса, Оболтуса, Прудпруди,
Галео, Жана Теленка, Грошмуцена и пропасть других». А после смерти богослова «его сменил еще один старый хрен, магистр Дурако Простофиль»…

В лице этих учителей Рабле высмеивает распространенный метод образования
– чтение «умных» учебников и монотонное зубрение азбуки, пренебрежение физическим развитием человека и познания окружающего мира. Говорящие фамилии: Пустомелиус, Оболтус и т. д. раскрывают читателю отношение Рабле к такому образованию, а гротескные замечания усиливают нелепость и глупость таких методов науки.

Между делом Грангузье стал замечать, что от такого обучения его сын все больше тупеет и «час от часу становится рассеяннее и бестолковее». Франсуа
Рабле описывает распорядок дней Гаргантюа, показывая как бестолково он проводит свое время.

Путем долгих раздумий, Грангузье делает учителем Гаргантюа мудрого
Понократа, который превращает его в очень образованного, культурного и всесторонне-развитого человека, путем того, что очищает его мозг от
«всякой скверны» и заставляет забыть все, чему учили его прошлые преподаватели. Понократ применил специальную методу, «благодаря которой у
Гаргантюа не пропадало зря ни одного часа». Вместе с Понократом Гаргантюа читает произведения Плиния, Афинея, Диоскорида, Юлия Поллукса, Галена,
Порфирия, Оппиана, Полибия, Гелиодора, Аристотеля, Элиана и других. Также
Гаргантюа развивается и в точных науках, и в физической культуре.

В лице Понократа Рабле подразумевает ученого-гуманиста и показывает, какая большая разница между людьми и двумя методами образования: первый способ, распространенный, подразумевает собой заучивание правил и законов, а второй раскрывает возможности человека, дает ему развиться в полной мере.

Понократ везет Гаргантюа в Париж, где тот снимает огромные колокола с собора Парижской Богоматери. Но пока Гаргантюа занимается в Париже, на земли его отца вследствие небольшого инцидента нападает Пикрохол, сосед
Грангузье. Пикрохол представляет собой нелепого и жадного человека. Он воображает себя великим предводителем наподобие Александра Македонского, его советники предлагают ему грандиозные планы и он с радостью мечтает о славе, не задумываясь о своих возможностях.

В результате Пикрохол оказывается побежденным и теряет все владения и власть. Но Гаргантюа великодушно обходится с побежденными, а добрый
Грангузье щедро одаривает победителей. Учителям Гаргантюа он дарит во владения земли, а монаху Жану по прозвищу Зубодробитель из аббатства Сейи по его просьбе строит Телемскую (Телема по-гречески – желание) обитель.
Она, безусловно, не похожа на все другие аббатства. В ней не отрекаются от жизни, а наоборот, приходят молодые и красивые для веселой и богатой жизни.
Там царит полная свобода, каждый может уйти, когда захочет, потому что любой телемит “вправе сочетаться законным браком, быть богатым и пользоваться полной свободой”. Само аббатство – огромный красивый замок на берегу реки Луары, в нем есть огромное книгохранилище, просторные галереи, двор с площадками для игр.

Понятно, что Телемское аббатство вовсе не монастырь. Оно – дерзкий вызов монастырским порядкам и самому духу монашества. Недаром с глубокой неприязнью относятся здесь к монахам и монахиням, злобным ханжам, святошам, наушникам и продавцам обмана. Телемское аббатство – это царство радости, молодости, красоты, изобилия и свободы. В его уставе записано только одно правило: “Делай что хочешь”.

Поразительно, что в Телемском аббатстве, не знающем иных правил, совершенно отсутствуют ссоры и конфликты. Рабле замечает по этому поводу:
“Людей свободных, происходящих от добрых родителей, просвещенных, вращающихся в порядочном обществе, сама природа наделяет инстинктом и побудительною силой, которые постоянно наставляют их на добрые дела и отвлекают их от порока, и сила эта зовется у них честью. Но когда тех же самых людей давят и гнетут подлое насилие и принуждение, они обращают благородный свой пыл, с которым они добровольно устремлялись к добродетели, на то, чтобы сбросить с себя и свернуть ярмо рабства, ибо нас искони влечет к запретному и мы жаждем того, в чем нам отказано”
Телемское аббатство, по замыслу Рабле, должно свидетельствовать о благородстве человеческой природы. Оно – всего лишь союз достойных, хорошо воспитанных и образованных людей. Рабле не рассказывает подробно об этих занятиях. Он только любуется ими.
Гуманизм борется за свободу и уважение человека, утверждая, что самое совершенное, что есть на свете – это личность.
На протяжении всей книгу Франсуа Рабле показывает и плохие, и хорошие стороны своих героев. Но тем не менее, в каждой главе видно, как он восхищается ими. Он показывает, что человек, несмотря на все его пороки, остается самым развитым, великодушным и совершенным существом на Земле.
Рабле радуется тому, что на свете множество красивых и достойных людей.
Видно, что он восхищается разумом и возможностями людей, а не это ли главная цель гуманизма?

«Гаргантюа и Пантагрюэль»

повесть о преужасной жизни великого Гаргантюа, отца Пантагрюэля, некогда сочиненная магистром Алькофрибасом Назье, извлекателем квинтэссенции

Черты гуманизма и особенности произведения

Теги: Черты гуманизма в произведении Ф.Рабле Гаргантюа и Пантагрюэль Сочинение Литература

Сочинение: Сатира и утопия в романе Ф. Рабле Гаргантюа и Пантагрюэль

ПО ИСТОРИИ ЗАРУБЕЖНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ.

ТЕМА : САТИРА И УТОПИЯ В РОМАНЕ Ф.РАБЛЕ

ГАРГАНТЮА И ПАНТАГРЮЭЛЬ.

Крупнейшим представителем французского гуманизма и одним из величайших французских писателей всех времен является Франсуа Рабле (1494 – 1553). У этого писателя необычная биография. Он родился в Шиноне, в семье зажиточного землевладельца и адвоката. В молодые годы он поступил во Францисканский монастырь и монастырь и до 1525г. пробыл монахом в Фонте-Леконт, но вместо богословских трудов изучал древних писателей и юридические трактаты. Рабле получил сан священника, но служебных обязанностей не исполнял. С самого начала Франсуа Рабле больше привлекали науки, нежели духовные подвиги. Он изучал латынь, греческий, читал Платона, вступил переписку с главою французских гуманистов Гильемом Бюде, После конфликта с монахами, он покинул монастырь и занялся изучением медицины, а в 1532г. получил должность врача лионского госпиталя. Кроме того, Ф.Рабле изучал в Риме римские древности и лекарственные травы. После этого он состоял на службе у Франциска I, практиковал как врач, путешествуя по Франции, и получил степень доктора медицины, затем снова вернулся в монастырь. Умер Рабле в 1553г. в Париже.

Однажды, во время работы в Лионе, в руки к Рабле попала лубочная книга «Великие и неоценимые хроники о великом и огромном великане Гаргантюа», в основе которой лежала старинная французская народная сказка о великане Гаргантюа, хорошо известная еще в конце XV столетия. Это и послужило толчком, побудившим Рабле написать свой роман.

Сюжет французской сказки, в которой великан Гаргантюа помогает королю Артуру спастись от гогов и магогов, Рабле использовал как основу для своего сюжета. Он заимствовал из народной книги имена героев и ряд эпизодов, а так же некоторые приемы, например, гротескный перечень всевозможных предметов или похищение Гаргантюа колоколов собора Парижской богоматери. Однако читателей привлекала не только фольклорная основа романа, а главным образом содержащаяся в нем явная сатира на фантастику и авантюрную героику старых рыцарских романов и глубокое философское содержание. Это изогнутое зеркало, в котором причудливо отобразилось буйное жизнелюбие «старой веселой Франции», пробужденной к новой жизни в эпоху Возрождения. Под маской шуток, анекдотов и острот спрятано особенное идейное содержание. Сам Рабле в предисловии к первой книги «Гаргантюа и Пантагрюэля» сравнивает свое творение с ларцом, на котором сверху нарисованы «смешные и забавные фигурки», а внутри хранятся редкие снадобья, приносящие человеку немалую пользу. «Положим даже, вы там найдете вещи довольно забавные, если понимать их буквально, вещи, вполне соответствующие заглавию, и все же не заслушивайтесь вы пенья сирен, а лучше истолкуйте в более высоком смысле все то, что, как вам могло случайно показаться, автор сказал спроста».

Взять хотя бы воспитание Гаргантюа. Король Грангузье поручил решение этого вопроса схоластикам и богословам сорбоннского типа, людям старой культуры и старой науки, для которых главный метод обучения – «зубрежка», в результате которой Гаргантюа выучил азбуку наизусть в обратном порядке всего лишь за 5 лет и 3 месяца. Бедный Гаргантюа стал заметно глупеть и на смену учителям-схоластикам пришли гуманисты. И здесь Рабле в очень яркой форме раскрывает свои идеалы.

Педагогика в культуре Ренессанса играла очень большую роль. Ведь Ренессанс – это время научного подхода и открытий, пришедших на место слепой вере, это время воспитание нового человека с новым образом мыслей. В трудах Леонардо Бруни, Верджерио, Дечембрино, Гварини была разработана целая система новой педагогики, была основана школа в Мантуе, которую называли «домом радости». Воспитание по Рабле – это не только умственное, но и физическое образование, чередование различных дисциплин и отдыха, а так же не насильственное «вдалбливание» дисциплин, а свободное обучение, воспринимаемое учеником с радостью.

Схоластки, будучи представителями старого мира, душили на корню новые идеалы, вот поэтому-то так жестоко осмеивает их Рабле, выставляя на посмешище их умственную немощь, издеваясь над их человеческими слабостями.

Не менее важная проблема, рассматриваемая Ф.Рабле – это неудовлетворяющая политика феодализма. Рассмотрена она в сюжете войны Гранузье и Пирохла. Поводом для нападения войска Пирохла на утопийцев стали не поделенные плюшки. Война в романе – это возможность показать не только отрицательные черты существующего строя, но главным образом изобразить тип правителя. Что представляет собой Пирохл? Это король-феодал, король в старом стиле, далекий от гуманизма и других передовых идей, это варвар, который принимает только идею грубой силы. Ему противопоставлен Грангузье – полная противоположность: добрый король, который заботится о славе и о благе своих подданных. Оба портрета сатира, крайность, но отдельные черты обоих королей можно найти в любом из правителей европейских государств. Из чего ясно, что Рабле, не отвергающий принципа монархии, не видит достойного короля и достойной системы правления ни в одном из реально существующих государств.

На примере Телемского аббатства (телема в переводе с греческого – желание) Ф.Рабле показывает свои идеалы устройства общества.

Грангузье хочет наградить за подвиги брата Жана, храбро сражавшегося в войне, и способствует в реализации его мечты – строительства удивительного монастыря, не похожего на другие: «… вам надлежит ввести воспрещающее женщинам избегать мужского общества, а мужчинам – общества женского, … как мужчины, так и женщины, поступившие к вам, вольны будут уйти от вас, когда захотят,… каждый в праве сочетаться законным браком, быть богатым и пользоваться свободой». Что хотел сказать Рабле этой утопической картиной?

Феодальному средневековью было незнакомо понятие свобода. Это время свирепствования жесткого принуждения и насилия. Гуманизм отвергал такие общественные категории и боролся за свободу и уважение человека, утверждая, что самое совершенное, что есть на свете – это личность. Отставляя в сторону нравы средневековья, Рабле рисует свою картину устройства общества – Телемское аббатство, на дверях которого написан единственный принцип жизни телемитов: «Делай, что хочешь». Эта картина утопична, но признать ее абсолютно не приемлемой тоже нельзя. Скорее, это база, начальная информация для построения нового общества – общества свободных людей.

Дальнейшая работа над романом затормозилась вследствие реакции новой политики Франциска I. Она выразилась в беспощадном преследовании гугенотов и всех инакомыслящих. Подстрекаемый католической партией, Франциск I вступил на путь жестоких репрессий. Запылали костры. Многие просвещенные, талантливые люди гибнут от рук инквизиции. Самого Рабле обвиняют в безверии, кальвинизме и всех смертных грехах. Рабле пришлось замолчать. Он исчез из Лиона и уехал в Италию с кардиналом Жаном дю Белле.

Теперь Рабле жил в Риме и мог наблюдать за жизнью католического центра и нашел там много интересного для себя.

В таких условиях этому остроумному писателю и борцу молчать было не возможно, и он снова принялся за свои дела. С 1534г. он создает продолжение романа и перепечатывает старые две книги «Гаргантюа», потом «Пантагрюэль» на новый лад – им убраны места с особо острой критикой.

В 1546г. вышла «Третья книга», довольно мягкая по сравнению с предыдущими. Главный герой этой книги – плут и транжира Панург, который « … знал 63 способа добывания денег, из которых самым честным и самым обычным являлась незаметная кража, и был он озорник, шулер, кутила, гуляка и жулик, каких и в Париже немного. А в сущности, чудеснейший из смертных». Перед Панургом встает вопрос: жениться ему или не жениться, ибо он очень боится остаться «рогатым». Многим представителям «учености» задает он этот вопрос, и каждый дает ему мудрые советы, которые на самом деле нелепы и глупы до невозможности. Таким образом, Рабле разворачивает целую галерею комических личностей. Среди них богослов, врач, философ и юрист, а еще раньше были поэт и астролог. Но после четырех консультаций Панург вместе с Пантегрюэлем решили ехать в Китай к оракулу Божественной Бутылки.

Эта книга, как и две предыдущих была осуждена Сорбонной, по-прежнему продолжались казни уважаемых Рабле людей. На костре инквизиции был сожжен друг и соратник Рабле Этьен Доле, вновь опасность нависла над самим Рабле, и он вынужден был бежать за границу. Затем последовала смена на престолах французском и папском. Это дало возможность вернуться Рабле в Париж. Будучи священником, Рабле получил два прихода. Теперь у него было достаточно времени на написание «четвертой книги», которая начата была еще раньше, за границей. Рабле окончил книгу, и в 1552г. Она вышла в свет.

Сюжетом «четвертой книги» стало путешествие Панурга и Пантагрюэля через океан в Китай к оракулу Божественной Бутылки. По дороге они останавливаются в разных удивительных странах, населенных невероятными существами и претерпевают ряд приключений.

В первой части описываются два ярких эпизода. Первый – это «панургово стадо», Мотив его заимствован у итальянца Фоленго. Такую же шутку проделал герой его поэмы «Бальдус». Этот эпизод полон иронии и тонко характеризует психологию Панурга. Второй – описание бури и поведения во время нее пассажиров корабля – Пантегрюэля, Панурга, Брата Жана, Эпистемона. Корабль тонет, и всплывают черты, раскрывающие образы этих героев.

С каждой главой усиливаются сатирические аллегории, направленные на уклад католической церкви. Вот остров, где царствует враждебный всему естественному Постник, который приводит на память притчу о Физисе и Антифизисе. Антифизис (Противоестество) плодит детей, ходящих вверх ногами, а так же монахов, христопродавцев, «святош», «неуемных кальвинистов, женевских обманщиков», бесноватых «путербеев» и «прочих чудищ, уродливых, безобразных и противоестественных. А с самого Постника Рабле нарисовал портрет типичного фанатика.

Далее следовали острова Папефигов (показывающих фигу папе, т.е. кальвинистов) и папоманов. Некогда папефиги были веселы и богаты, но однажды их угораздило показать папе фигу, и тогда папоманы вторглись на их остров и разорили его. Зато папоманы чувствуют себя отлично. Они покланяются папским Декреталиям. Как известно, сборник папских постановлений, носящий это название, односторонним решением пап был объявлен источником канонического права, и именно Декреталии санкционировали всякого рода вымогательства курии; Благодаря их «златекучей энергии» Франция ежегодно отдавала Риму в виде дани четыреста тысяч дукатов. На этом заканчивается четвертая книга.

Вскоре после ее окончания король заключил мир с папой, и Рабле, предчувствовавший это, перед самым окончанием книги поспешил скрыться. Книга эта, как и три предыдущие, была осуждена, а Рабле вернулся в Париж и умер там во второй половине 1553г.

В 1562г. появилась в печати «пятая книга» под названием «Остров звонкий». Скорее всего, перу Ф.Рабле принадлежат лишь наброски, весь текст написан, возможно, каким-нибудь его другом или последователем. В художественном плане эта книга уступает четырем книгам Рабле, в ней слишком уж много аллегорий и резких нападок на церковь. Впрочем, когда она издавалась, было сравнительно безопасное время. Верх взяли войны гугенотов, и проблемы Декреталий и Острова Звонкого отошли на второй план.

Рабле – ученый и гуманист. Он и филолог и естествовед, а кроме того, он представители словесности, как необходимого орудия для овладения материальным миром и для пропаганды.

Проза Рабле рассчитана на массового, демократического писателя, и завоевать его Рабле хотел именно смехом. «Поэтому смех его особенный. Так смеяться, как он не умел никто. Это оглушительный, раскатистый смех во все горло, который понятен каждому, и потому обладает огромной заразительностью, от которого рушится все, над чем он разражается, смех здоровый, освежающий и очищающий атмосферу. Так смеялся у Чосера Мельник, у Пульчи – Морганте. Так будет смеяться Санчо Панса. Так смеются люди из народа. И Рабле знает, чем можно вызвать такой смех у народа». (вступ ст. А.Дживелегова М.:Правда).

Рабле, обладая особым чувством слова и яркой сатирой, описал массу замечательных персонажей, живых, неувядающих образов. Все он – достойные плоды пера Рабле, но все-таки из этой славной компании выделяются два самых ярких – Панург и брат Жан.

Панург – типичный городской житель, порождение улиц ренессанского города. Он не глуп, дерзок, упрям, в нем силен дух авантюризма и озорства, а кроме того, он студент-недоучка и голова его завалена кучей разнообразных знаний. О его добродетельности и честности говорит тот факт, что он знал массу способов добывания денег, из которым самым честным было воровство. Настоящей, крепкой устойчивости в его натуре нет. Он может в критическую минуту пасть духом и превратиться в жалкого труса, который только и способен восклицать: «О! Горе мне, горе», как это было в эпизоде о разыгравшейся буре. Панург задолго до встречи с Пантагрюэлем отбросил в сторону этические принципы и общественную мораль, в нем прочно сложился характер плута и эгоиста. Он пародия на среднестатистического городского бродяжку, каких полным-полно бродило по свету. Но в то же время он не лишен какого-то большого обаяния, которым сам зачастую любуется и на которое надеется в критических ситуациях. Но самое главное, что он предчувствует лучшее будущее, в котором такие, как он будут иметь место под солнцем.

Панург нужен не только Пантагрюэлю, но и самому Рабле. Великому писателю нужен его острый язык, его дерзость, его умение выставлять в смешном виде все то, с чем боролись гуманисты.

Другой яркий образ в романе – брат Жан, приятель Гаргантюа. Это тоже человек из народа, веселый и обходительный. У него мозолистые руки, изворотливый ум, масса энергии. Он привык труду, никогда не тратит время в пустую. Даже в то время, когда, стоя на клиросе, он поет за панихидой или заутреней, он мастерит тетиву для арбалета, оттачивает стрелы, плетет сети и силки для кроликов. По поводу соблюдения поста и целомудренности у брата Жана свои соображения: «Из всех рыб, не считая линя,… лучше всего крылышко куропатки или же окорочек монашки». Когда враги вторглись в утопию, Жан превратился в богатыря и разнес «в пух и прах» неприятеля, проявив чудеса храбрости. По поводу основного своего занятия, монашества, то тут брат Жан не питает особых идей. Рясу он носит по привычке, а спится ему лучше всего на проповеди или молитве. Во французской литературе эпохи возражения не найти другого такого яркого и привлекательного изображения простолюдина, любящего жизнь и способного на подвиг.

Общий друг Панурга и брата Жана – Пантагрюэль. С первого появления он в центре рассказа, хотя иногда и уступает передние планы другим. Уравновешенный, мудрый, ученый, гуманный, он обо всем успел подумать и составить мнение. Его спокойное, веское слово всегда вносит умиротворение в самые горячие споры, осаживает пылкие порывы брата Жана и хитроумные планы Панурга. В нем Рабле выразил свой идеал монарха, и, быть может, человека. Пантагрюэль не похож ни на одного из реально существующих монархов. И Франциска и Генриха II он далеко превосходит по своим качествам. Пантагрюэль великан и по росту и по своим достоинствам.

Роман Рабле – крупнейший памятник французского Ренессанса. Великое произведение этого борца за новое общество, художника и мыслителя, имеет полное право считаться национальным и мировым шедевром. Роман создан в эпоху Возрождения – время, когда мир закончил свое политическое объединение и создавал новую, весьма отличную от старой, культуру. Роман писался на стыке эпох, во время перемен и потрясений, и отражает все противоречия и недочеты, существовавшие в жизни.

В мировой литературе роман по праву занимает одной из самых почетных мест. Многие крупнейшие писатели восторгались им, шли за ним, учились у него и реализму и сатире, учились смеяться, ведь смех Рабле вселяет веру в конечное торжество прогресса и разума. В его смехе всегда звучат победные нотки.

Список используемой литературы.

Рабле Ф. Гаргантюа и Пантагрюэль. – М.: Правда, 1981.

Зарубежная литература. Эпоха Возрождения. Сост. Б.И.Пуришев. Москва, «Просвещение» 1976.

Б.И.Пуришев. Литература эпохи Возрождение. Курс лекций. Москва «Высшая школа» 1996.

История зарубежной литературы Раннее средневековье и Возрождение под общей ред. В.М.Жирмунского Учпедгиз Москва 1959.

Энциклопедический словарь юного литературоведа Москва «Педагогика» 1987.

Биография Франсуа Рабле

Когда кого-то называют словом «раблезианец», мы сразу представляем себе не в меру упитанного насмешника, который любит со вкусом поесть, хорошо выпить и закусить, покуражиться, крепко выразиться, устремиться за любой юбкой. – словом, полнокровного человека, ни в чем себе не отказывающего. Вглядимся в портрет Франсуа Рабле. Разве он похож на «раблезианца» Ничуть. Да и портрет этот взят из солидного собрания «Портретов многих знаменитых людей, живших во Франции с 1500 года по настоящее время» (издание 1601 года). Кстати, портрет Рабле помещен не среди писателей, а в разделе знаменитых врачей.

До того как стать «знаменитым врачом», Рабле тоже был не менее серьезным господином – сначала монахом, затем священником. «Скомпрометировали» имя этого уважаемого человека Гаргантюа и его сын Пантагрюэль, именно их «неумеренное жизненное поведение» наполнило определенным смыслом слово «раблезианец», поскольку Рабле явил миру и отца и сына в своей знаменитой книге «Гаргантюа и Пантагрюэль».

Рабле – это загадка. Разгадать ее пытались многие. Приведем несколько авторитетных суждений соотечественников писателя, чтобы показать диапазон «проблемы».

Франсуа Рабле. Неизвестный художник. Национальный музей Трианона

«Маро и Рабле совершили непростительный грех, запятнав свои сочинения непристойностью, – писал Лабрюйер в книге «Характеры или нравы нынешнего века» (1688) – они оба обладали таким прирожденным талантом, что легко могли бы обойтись без нее, даже угождая тем, кому смешное в книге дороже, чем высокое. Особенно трудно понять Рабле. его произведение – неразрешимая загадка. Оно подобно химере – женщине с прекрасным лицом, но с ногами и хвостом змеи или еще более безобразного животного это чудовищное сплетение высокой утонченной морали и грязного порока. Там, где Рабле дурен, он переходит за пределы дурного, это какая-то гнусная снедь для черни; там, где хорош, он превосходен и бесподобен, он становится изысканнейшим из возможных блюд».

Для Вольтера, далеко не пуританина, Рабле тем не менее был только первый из буффонов (шутов), презираемый всей нацией.

Шатобриан выдвигал идею о гениях-матерях, которые рождают и вскармливают всех великих писателей своего народа. Он полагал, что таких гениев-матерей всего пять-шесть во всей мировой литературе. В их числе он называл Рабле – рядом с Гомером, Шекспиром и Данте. Рабле, считал Шатобриан, создал всю французскую литературу, как Гомер – греческую и римскую, Шекспир – английскую, Данте – итальянскую.

Спорящие между собой суждения и по сей день «вопрос о Рабле» оставляют открытым, а если четыре с половиной века книга Рабле не дает о себе забыть – она заставляет назвать ее великой.

Франсуа Рабле родился в 1494 году в небольшом городке Шиноне, расположенном в цветущей долине реки Луары. Отец его был землевладельцем и местным адвокатом, сыном зажиточного крестьянина (по другим версиям отец Рабле являлся владельцем небольшого кабачка или аптекарем). Известно, что мать Франсуа умерла рано.

В 1510 году Рабле поступил во францисканский монастырь в Пуату и до 1525 года был монахом, затем перешел в бенедиктинский монастырь, где принял сан священника. В эти годы он изучает латынь, древнегреческий язык, начинает переписку с главой французского гуманизма и советником короля Гильомом Вюде, увлекается естественными науками и медициной. Все эти далеко не монашеские занятия вызывали неудовольствие духовных иерархов. В 1527 году Рабле испросил себе разрешение посетить Париж и в монастырь больше не вернулся.

Франсуа Рабле начинает свои странствия по университетским городам Франции в погоне за знаниями, что было характерно для того времени. Чтобы представить круг интересов человека эпохи Возрождения и общее умонастроение, приведем фрагмент из письма Гаргантюа к его сыну Пантагрюэлю, который, подобно Рабле, отправился в странствия. Отец, после бурно проведенной молодости добравшийся наконец до мудрой старости, наставляет сына «Ныне науки восстановлены, возрождены языки греческий, не зная которого человек не имеет права считать себя ученым, еврейский, халдейский, латинский.

Ныне в ходу изящное и исправное тиснение (имеется в виду книгопечатание. – Л.К.), изобретенное в мое время по внушению Бога, тогда как пушки были выдуманы по наущению дьявола. Всюду мы видим ученых людей, образованнейших наставников, обширнейшие книгохранилища, так что, на мой взгляд, даже во времена Платона, Цицерона и Папиниана было труднее учиться, нежели теперь, и скоро для тех, кто не понаторел в Минервиной школе мудрости, все дороги будут закрыты. Ныне разбойники, палачи, проходимцы и конюхи более образованны, нежели в мое время доктора наук и проповедники.

Да что говорить! Женщины и девушки – и те стремятся к знанию, этому источнику славы, этой манне небесной. Даже я на старости лет принужден заниматься греческим языком. и вот теперь, ожидая того часа, когда Господу будет угодно, чтобы я покинул землю и предстал перед Ним, я с наслаждением читаю Moralia Плутарха («Этические сочинения». -Л. К.), прекрасные Диалоги Платона, Павсаниевы Описания и Афинеевы Древности. Вот почему, сын мой, я заклинаю тебя употребить свою молодость на усовершенствование в науках и добродетелях. »

Заметим, что слова Гаргантюа об изучении им на старости лет древнегреческого языка, а также более чем почтительное упоминание мыслителей и писателей Древней Греции и Древнего Рима, не случайны. Эпоха Возрождения открыла для себя античную культуру и восхитилась ею. Именно благодаря этому увлечению, а также книгопечатанию многие образцы античного искусства и науки не затерялись в веках и дошли до нашего времени, а ведь могли быть уничтожены во времена средневековья, которое презирало античный культ полноты жизни.

Это же поклонение людей Возрождения античной культуре привело и к самым фантастическим теориям. Где-то в семидесятых годах XX века ходил по рукам трактат некоего молодого историка, выдвинувшего сенсационную гипотезу, будто вся античность сочинена в эпоху Возрождения. Впрочем, это можно расценивать лишь как попытку обратить на себя внимание, нежели как правдоподобную версию. Вернемся к Франсуа Рабле, которого мы оставили в тот момент, когда он снял монашескую рясу и отправился в мирское странствие.

История жизни Франсуа Рабле

Рабле изучал право в Пуатье, медицину в Монпелье, где получил степень бакалавра (1530), а затем и доктора медицины (1537). В это время он завязывает переписку с Эразмом Роттердамским, автором знаменитой книги «Похвала Глупости», выступает с лекциями на темы медицины, в которых следует доктринам Гиппократа и Галена. Эти занятия побудили его взяться за перо. В 1532 году Рабле издал «Афоризмы» Гиппократа со своими комментариями, а в следующем году появилось его первое оригинальное произведение «Ужасающие и устрашающие деяния и подвиги знаменитейшего Пантагрюэля», подписанное псевдонимом Алькофрибас Назье (Alcofribas Nasier – анаграмма его имени).

Вдохновила Рабле на это сочинение народная книга под названием «Великие и неоценимые хроники о великом и огромном великане Гаргантюа». Судя по его замечанию о том, что этой книги «в два месяца было продано столько, сколько не купят Библий за девять лет», она пользовалась огромной популярностью.

«Великие и неоценимые хроники...» – фольклорная книга, содержащая сатиру на фантастику и авантюрных героев из старых рыцарских романов. Своего «Пантагрюэля» Франсуа Рабле задумал как продолжение этой книги. Однако его стилизация наивного народного эпоса по мере повествования об «ужасающих деяниях» Пантагрюэля вскоре стала перемежаться ироничными авторскими комментариями по поводу рассказываемых событий, и книга получилась вполне авторской.

В 1534 году Франсуа Рабле побывал в Риме вместе с посольством короля Франциска I, в которое входил епископ Жан Дю Белле, а Рабле состоял при нем врачом. Поездка обогатила его новыми впечатлениями, он посетил Флоренцию, возможно, другие города. Вернувшись на родину, в том же году Рабле издал еще одну часть своей книги – «Повесть о преужасной жизни великого Гаргантюа, отца Пантагрюэля» – под тем же псевдонимом. Эта книга свидетельствует, что кругозор автора явно расширился и повествование разнообразилось новыми темами. «Преужасная жизнь великого Гаргантюа» стала первой частью эпоса Рабле, а «Пантагрюэль» – второй.

В этих книгах поведана история великана Гаргантюа, чьим отцом был великан-король Грангузье, и его сына Пантагрюэля. Король поручил воспитание Гаргантюа схоластам и богословам, то есть людям старой культуры, и все обучение сводилось к зубрежке без усвоения смысла наук. Тогда король поручает воспитание своего наследника гуманистам, полагающим, что воспитание должно быть жизнерадостным и соединять умственное и физическое развитие.

Такая завязка основного смысла романа дает возможность Рабле высказать свои идеалы, выражающие общие идеалы эпохи Возрождения раскрепощение личности – «ибо между телом и духом существует согласие нерушимое», отрицание аскетизма – в религии, науке, искусстве, политике, быту, а также «глубокая и несокрушимая жизнерадостность, перед которой все преходящее бессильно».

Гаргантюа отправляется продолжать образование в Париж, где усвоенные новые идеи позволяют ему вести весьма нескучный образ жизни, что во второй части с исполинским размахом продолжит его сын Пантагрюэль. Два ведущих лейтмотива жизни этих «всежаждущих» натур – вино и знания – открывали автору безграничный простор для создания немыслимых комических положений и безудержных дионисийских картин.

Третья книга романа вышла только через двенадцать лет – в 1545 году, и подписана была уже настоящим именем автора. Полное ее название выглядит так «Третья книга героических деяний и речений доброго Пантагрюэля, сочинение мэтра Франсуа Рабле, доктора медицины». Для сравнения приведем полное название первой части «Повесть о преужасной жизни великого Гаргантюа, отца Пантагрюэля, некогда сочиненная магистром Алькофрибасом Назье, извлекателем квинтэссенции».

Третья книга романа «Гаргантюа и Пантагрюэль» вышла в опасный политический момент и могла стоить Рабле жизни. К тому же он посвятил ее «духу королевы Наваррской», написавшей озорную книгу – вслед за Воккаччо – «Гептамерон», которая считалась скандальной. Король Франциск I, прежде лояльно относившийся к новым общественным веяниям, в 1545 году находился в самом разгаре борьбы с лютеранством, в котором видел угрозу официальному католицизму, а значит, государственности. «Все эти новые секты, – говорил он, – стремятся гораздо более к разрушению государства, чем к назиданию душ». Началось преследование еретиков. Сорбонна (богословский коллеж в 1257-1554 годах), пытавшаяся запретить и первые книги Рабле, от чего их спасал покровительствующий писателю епископ Жанн Дю Белле, начала преследовать романиста.

После того как в 1546 году закончил на костре свою жизнь друг и единомышленник Рабле Этьен Доле, писатель решил больше не испытывать судьбу. При поддержке епископа Жана Дю Белле Рабле покинул пределы Франции, а в 1547 году вместе с Дю Белле, который к тому времени стал кардиналом, уехал в Италию и вернулся лишь в 1549 году, когда обстановка во Франции смягчилась.

В замке Дю Белле Рабле дописал свою Четвертую книгу, после чего кардинал назначил его на место кюре в Медоне близ Парижа, что не требовало исполнения обязанностей священника, но защищало от преследований. Этот период оставил легенды о шутовских выходках «медонского кюре», бытовавшие на протяжении почти четырех веков, однако новейшие исследователи решительно их отвергли. А жаль. Согласитесь, трудно поверить в то, что человек, ведущий безукоризненную жизнь аскета, мог обладать столь богатой фантазией, которой хватило на четыре книги похождений его «всежаждущих» героев. К тому же маленькие слабости всегда очеловечивают образ.

В 1552 году Четвертая книга была подвергнута парижским парламентом судебному рассмотрению, и Рабле грозила тюрьма, от которой его спасла смерть. Франсуа Рабле ушел из жизни в Париже, по предположениям – в апреле 1553 года. Вышедшая посмертно Пятая книга романа «Гаргантюа и Пантагрюэль», как считают исследователи, вряд ли принадлежит перу Рабле. Предполагают, что она создана неизвестным автором, который мог использовать оставшиеся после кончины писателя наброски.

Франсуа Рабле считают «мужем единой книги», но за этой книгой закрепилась высокая репутация энциклопедии французского Возрождения и собрания народной мудрости. «Рабле собирал мудрость в народной стихии старинных провинциальных наречий, поговорок, пословиц, школьных фарсов, из уст дураков и шутов, – писал французский историк Мишле. – Но, преломляясь через это шутовство, раскрывается во всем своем величии гений века и его пророческая сила».

До России «озорник» Рабле добрался только в начале XX века. Первая попытка перевода на русский язык романа «Гаргантюа и Пантагрюэль», весьма неудачная, была сделана в 1901 году, и лишь в 1961-м перевод Н.М. Любимова смог дать объективное представление об этой мудрой и веселой, интеллектуальной и «хулиганской» книге. Она же стала основой для исследования природы смеха и народной смеховой культуры в замечательном труде Михаила Бахтина «Франсуа Рабле и народная культура средневековья и Ренессанса».

«Ученые труды Рабле»

Крупнейшим представителем французского гуманизма и одним из величайших французских писателей всех времен является Франсуа Рабле (1494—1553). Он родился в окрестностях Шинона (в Туре-ни), в семье зажиточного землевладельца и адвоката. Поступив в молодые годы в монастырь, он вместо богословских трудов с жаром изучал там древних писателей и юридические трактаты.

Покинув при неизвестных нам обстоятельствах монастырь, он занялся изучением медицины и в 1532 г. получил должность врача лионского госпиталя. Вскоре затем Рабле совершил в свите парижского епископа, позже — кардинала Жана дю Белле (двоюродного брата поэта Жоашена дю Белле, о котором будет речь ниже), две поездки в Рим, где изучал римские древности и восточные лекарственные травы. После этого Рабле состоял два года на службе у Франциска I, разъезжая по южной Франции, практикуя в качестве врача, получил в Монпелье степень доктора медицины, снова поступил на службу в королевскую канцелярию, еще раз побывал в Риме и по возвращении оттуда получил два прихода, но священнических обязанностей не исполнял. В 1553 г. он умер в Париже.

Ученые труды Рабле, свидетельствуя об обширности его познаний, не представляют все же большого интереса. Они сводятся главным образом к комментированным изданиям античных работ по медицине (например, «Афоризмов» Гиппократа) и старых юридических трактатов, сочинениям по археологии и т. п. Главным произведением Рабле, принесшим ему мировую славу, является роман «Гаргантюа и Пантагрюэль», в котором под покровом шуточного повествования о всяких небылицах он дал необычайно острую и глубокую критику учреждений и обычаев средневековья, противопоставив им систему новой, гуманистической культуры.

Толчком к созданию романа Рабле послужил выход в свет в 1532 г. в Лионе анонимной народной книги «Великие и неоценимые хроники о великом и огромном великане Гаргантюа». Успех книги, в которой остроумно пародировались средневековые рыцарские романы (в ней изображались всякого рода причудливые приключения с участием короля Артура, «гогов и магогов» и т. п.), навел Рабле на мысль использовать эту форму для передачи более глубокого содержания; в том же 1532 г. он выпустил в качестве ее продолжения книгу «Страшные и ужасающие деяния и подвиги преславного Пантагрюэля, короля дипсодов, сына великого великана Гаргантюа».

Произведение это, подписанное псевдонимом Алькофрибас Назье () и составившее затем вторую книгу всего романа, выдержало в короткий срок ряд изданий и даже вызвало несколько подделок. В этой книге Рабле еще близко придерживается подсказанной ему народной книгой схемы средневековых романов (детство героя, юношеские странствия и подвиги и т. п.), из которых он почерпнул многие образы и сюжетные мотивы. Наряду с самим Пантагрюэлем выдвигается другой центральный герой эпопеи — неразлучный спутник Пантагрюэля Панург. Шуточный элемент в этой книге еще преобладает над серьезным. Однако кое в чем уже проявляются гуманистические тенденции: таковы многочисленные отголоски древности, насмешки над схоластической «ученостью» докторов Сорбонны (усиленные в последующих изданиях), особенно — замечательное письмо Гаргантюа к сыну (глава VIII), являющееся апологией наук и универсальной образованности.

Ободренный успехом своего замысла, Рабле в 1534 г. выпустил под тем же псевдонимом начало истории, долженствовавшее заменить собой народную книгу, под заглавием «Повесть о преужасной жизни великого Гаргантюа, отца Пантагрюэля», которое составило первую книгу всего романа. Из своего источника Рабле заимствовал лишь очень немногие мотивы (исполинские размеры Гаргантюа и его родителей, поездку его на гигантской кобыле, похищение колоколов собора Нотр-Дам), все же остальное— плод его собственного творчества. Фантастика уступила место гротескным и нередко гиперболическим, но, по существу, реальным образам, и шуточная форма изложения прикрыла очень глубокие мысли. Здесь сосредоточены важнейшие моменты романа Рабле. История воспитания Гаргантюа вскрывает различия между старым схоластическим и новым гуманистическим методами в педагогике. Речь магистра Ианотуса де Брагмардб, упрашивающего Гаргантюа вернуть похищенные им колокола,— великолепная пародия на пустозвонную риторику сорбоннистов. Далее следует описание вторжения и завоевательных планов Пикрохола — блестящая сатира на феодальные войны и на королей феодального типа. На фоне войны появляется фигура «монаха-мирянина», брата Жана,— олицетворение физического и нравственного здоровья, грубоватой жизнерадостности, освободившейся от средневековых пут человеческой природы. Заканчивается книга описанием основанного по плану брата Жана Телемского аббатства, этого средоточия разумных, культурных наслаждений и абсолютной свободы личности.

«Третья книга героических деяний и речений доброго Пантагрюэля» вышла в свет после большого перерыва, в 1546 г., с обозначением подлинного имени автора. Она существенно отличается от двух предыдущих книг. К этому времени политика Франциска I резко изменилась. Восторжествовала реакция: участились казни кальвинистов и свободомыслящих; свирепствовала цензура. Сатира Рабле в «Третьей книге» стала по необходимости более сдержанной и прикрытой. Уже в переиздании 1542 г. двух первых книг он смягчил выпады против сорбоннистов и упразднил места, выражавшие сочувствие кальвинизму, тем не менее издание было запрещено богословским факультетом Парижа, точно так же как в 1547 г. им были осуждены переизданные вместе в 1546 г. три книги романа.

Рабле Франсуа – доклад

Рабле родился в небольшом французском городке Шиноне в семье известного в тех местах адвоката и землевладельца. Однако точная дата его рождения неизвестна. Исследователи называют и 1494, и 1495, и даже 1483 годы.Зато точно известно, что он был младшим сыном в большой семье. У него было два старших брата и сестра. Мальчику едва исполнилось девять лет, как отец отдал его во францисканский монастырь. Там Рабле и получил начальное образование.

Он учился очень хорошо и за время пребывания в монастыре изучил несколько иностранных языков, а также классические языки – греческий и латинский.Однако уровень обучения во францисканской школе не удовлетворил Рабле, и местный епископ Д’Эдиссак, который покровительствовал талантливому юноше, предложил ему перейти в бенедиктинский орден, что тот и сделал. Причем разрешение на это дал сам папа римский Климент VII. Правда, вскоре Рабле оставляет монастырь и переезжает в дом епископа, чтобы стать его секретарем. В это время Рабле знакомится с известными людьми своего времени – поэтом К. Маро, богословом Ж. Кальвином.

С разрешения архиепископа будущий писатель начал заниматься медициной и вскоре отправился в университет города Монпелье. Там находился древнейший в Европе медицинский факультет. В Монпелье Рабле пробыл два года и покинул университет, получив звание бакалавра медицины.После этого он переехал в большой французский город Лион, где стал врачом в городской больнице. Там он впервые начинает заниматься литературным творчеством. Возможно, это произошло благодаря поддержке знаменитого гуманиста Эразма Роттердамского, с которым Рабле состоял в переписке.

В начале 1532 года Рабле выпустил первую книгу, в которой рассказывал о приключениях великана Гаргантюа.Она вышла под псевдонимом Алькофрибас Назье, составленным из букв его имени, произвольно переставленных в виде анаграммы. Анонимный автор сразу же становится известным далеко за пределами своего города.В следующем, 1533 году, выходит продолжение книги, а чуть позже новые и новые главы. Их выпуском автор занимался практически всю оставшуюся жизнь, сочетая литературный труд с занятиями медициной.

По инициативе епископа Жана дю Белле Рабле в составе посольства короля Франциска отправился в Рим. Во время этой поездки он ни на день не прекращал работы и по возвращении в Лион написал еще один том своей эпопеи, где рассказывалось о жизни Пантагрюэля, отца Гаргантюа. В нем Рабле в иронической форме изложил свои впечатления о поездке в Италию и о пребывании при папском дворе.Не удивительно, что вскоре после выхода книги Рабле были запрещены французской инквизицией.

В это время имя автора уже было известно. Он перестал скрываться под псевдонимом.Опасаясь преследований, Рабле вновь уехал в Италию и поселился в Риме, где на этот раз провел более трех лет. Формально Рабле числился секретарем епископа дю Белле, который к тому времени стал кардиналом. Только благодаря покровительству дю Белле Рабле сумел избежать преследований инквизиции.Находясь в Риме, Рабле занимался врачебной практикой, а также серьезно увлекся археологией и даже выпустил книгу, посвященную античным памятникам Рима.

В 1537 году Рабле ненадолго приезжает во Францию в свите кардинала дю Белле и наконец получает степень доктора медицины. Тогда же ему удается получить королевскую привилегию на дальнейшее издание своих книг во Франции.В 1542 году выходит самое полное издание сочинения Рабле, в котором не только впервые рассказывается о современной Рабле Италии, но и высмеивается двор французского короля.Она вышла под псевдонимом Алькофрибас Назье, составленным из букв его имени, произвольно переставленных в виде анаграммы. Анонимный автор сразу же становится известным далеко за пределами своего города.

В следующем, 1533 году, выходит продолжение книги, а чуть позже новые и новые главы. Их выпуском автор занимался практически всю оставшуюся жизнь, сочетая литературный труд с занятиями медициной. По инициативе епископа Жана дю Белле Рабле в составе посольства короля Франциска отправился в Рим. Во время этой поездки он ни на день не прекращал работы и по возвращении в Лион написал еще один том своей эпопеи, где рассказывалось о жизни Пантагрюэля, отца Гаргантюа. В нем Рабле в иронической форме изложил свои впечатления о поездке в Италию и о пребывании при папском дворе.Не удивительно, что вскоре после выхода книги Рабле были запрещены французской инквизицией.

В это время имя автора уже было известно. Он перестал скрываться под псевдонимом.Опасаясь преследований, Рабле вновь уехал в Италию и поселился в Риме, где на этот раз провел более трех лет. Формально Рабле числился секретарем епископа дю Белле, который к тому времени стал кардиналом. Только благодаря покровительству дю Белле Рабле сумел избежать преследований инквизиции.Находясь в Риме, Рабле занимался врачебной практикой, а также серьезно увлекся археологией и даже выпустил книгу, посвященную античным памятникам Рима.

Мини сочинение на тему Франсуа Рабле

Ответ

Франсуа Рабле, великого французского писателя эпохи Возрождения, нередко упоминается в русской периодической печати XVIII века, а герои его сатирического романа — Гаргантюа, Пантагрюэль, Панург — фигурируют в качестве имен нарицательных наряду с Дон Кихотом, Фальстафом и Гулливером.

В 1790 году в Петербурге была издана «Повесть славного Гаргантуаса, страшнейшего великана из всех доныне находившихся в свете». До недавнего времена ее считали перелицовкой романа Рабле, но в действительности это — перевод анонимной лубочной повести начала XVII века, восходящей к тем же фольклорным источникам, что и роман. «Повесть славного Гаргантуаса» в 1796 году вышла повторным изданием. Ее читали и взрослые и дети, знакомившиеся таким образом со сказочно-фольклорной первоосновой книги Рабле. Кроме того, учителя и наставники дворянских детей, осторожно пользуясь французским текстом романа, извлекали из него отдельные эпизоды для чтения и пересказа. Так же далеки были от оригинала и позднейшие переложения некоторых эпизодов без обозначения имени автора (сказки о подвигах великана Гаргантюа).

До начала XX века царская цензура пресекала все попытки познакомить читателей с «Гаргантюа и Пантагрюэлем», запрещая не гол,ко переводы, но даже статьи, в которых излагалось содержание романа. Например, цензор Лебедев, мотивируя в 1874 году запрещение статьи критика Варфоломея Зайцева, предназначенной для «Отечественных записок», по существу, раскрыл идейную направленность сатиры Рабле: «…нужно заметить, что большинство предметов, предаваемых Рабле на публичное осмеяние, продолжают существовать и ныне, как-то: верховная власть, выражающаяся в лице Государей; религиозные учреждения в лице монашествующих и священников; богатство, сосредотачивающееся в руках либо вельмож, либо в руках отдельных личностей. А потому знакомство русской публики с произведениями хотя и такого исторического, если можно так выразиться, писателя, как Рабле, нельзя не считать со стороны редакции крайне предосудительным».

В борьбе с феодально-церковным мировоззрением передовые деятели Возрождения создали новую, светскую культуру, основанную па принципах гуманизма. Провозвестники этой новой культуры с открытым забралом выступили в защиту человеческой личности и свободной мысли, против феодальных предрассудков, циничной погони за обогащением и жестокой эксплуатации народных масс. Многотрудная жизнь Рабле была заполнена неустанной борьбой за новые гуманистические идеалы, которые он отстаивал всеми доступными ему средствами. Превосходный лингвист, знаток античных древностей, выдающийся естествоиспытатель и прославленный медик, Рабле, опираясь на науку, воевал с мракобесием церковников и ниспровергал аскетическое мировоззрение средневековья. Главной заслугой Рабле является создание пятитомной сатирической эпопеи «Гаргантюа и Пантагрюэль» (1532 —1552], которой он отдал более двух десятилетий своей творческой жизни. По словам Белинского, это произведение «всегда будет иметь свой живой интерес, потому что оно тесно связано со смыслом и значением целой исторической эпохи»1.

Сам Рабле предупреждает читателей в предисловии, что его книга — нечто большее, чем простое нагромождение сказочно-фантастических авантюр: «Нужно,— говорит он,— разгрызть кость, чтобы добраться до мозга», то есть за полным чудесных приключений сюжетом увидеть глубокое содержание. Оглушительный хохот героев романа, их соленые шутки и безудержное «раблезианское» веселье выражают мироощущение людей, стремящихся освободиться от средневековой рутины и церковного догматизма. Этому здоровому, жизнерадостному началу, которое воплощено в образах Гаргантюа, Пантагрюэля и их друзей, противопоставлены уродливо-карикатурные маски средневековых монархов и церковников, схоластов и рутинерой. В каждом комическом эпизоде содержатся философская мысль и те «тонкие снадобья» жизненной мудрости, которые сам Рабле предлагал искать в своих книгах.

«Гаргантюа и Пантагрюэль» — это настоящая энциклопедия гуманистических идей, отражающая все стороны общественного бытия: ‘вопросы государственного устройства и политики, философии и религии, морали и педагогики, науки и просвещения. Для Рабле’человек с его правом на свободную, радостную, творческую жизнь находится в центре мира, и именно потому писателя больше всего интересует проблема воспитания нового человека. В главах, посвященных Гаргантюа, Рабле беспощадно высмеивает средневековую схоластическую педагогику, противопоставляя ей в лице Понократа новую, гуманистическую систему воспитания: наблюдение и изучение природы и жизни, сочетание теории с практикой, наглядное обучение, гармоническое развитие как умственных, так и физических способностей человека. На протяжении всего романа Рабле выступает как рьяный пропагандист и блестящий популяризатор естественнонаучных знаний. Герцен заметил по этому поводу, что «Рабле, очень живо понимавший страшный вред схоластики на развитие ума, положил в основу воспитания Гаргантюа естественные науки».

Читайте также:  Акулов: сочинение
Ссылка на основную публикацию
×
×
Название: Сатира и утопия в романе Ф. Рабле Гаргантюа и Пантагрюэль
Раздел: Сочинения по литературе и русскому языку
Тип: сочинение Добавлен 20:19:55 12 августа 2005 Похожие работы
Просмотров: 1404 Комментариев: 14 Оценило: 4 человек Средний балл: 5 Оценка: неизвестно Скачать