Две философии жизни в романе И. А. Гончарова Обыкновенная история: сочинение

Сочинение: Две философии жизни в романе И. А. Гончарова «Обыкновенная история»

Две философии жизни в романе И. А. Гончарова «Обыкновенная история»

Роман И. А. Гончарова “Обыкновенная история” начинается с того, что герой покидает родной дом и отправляется на поиски счастья. Александр не может вразумительно ответить на вопрос дяди, зачем он приехал в столицу. Говорит о том, что мечтает о пользе, “которую он принесет отечеству”, что его влечет “жажда благородной деятельности”. Он пишет стихи и верит в бескорыстную дружбу и великую любовь. Но, оказывается, совсем не знает, что в Петербурге надо делать “карьеру и фортуну”, и не представляет, как их делать.

За свои двадцать лет Александр, казалось бы, успел многому поучиться. “Я, — говорит он с гордостью дяде, — знаю богословие, гражданское, уголовное, естественное и народное право, дипломацию, политическую экономию, философию, эстетику, археологию. ” Нужно еще заметить, что Адуев-младший много читал. Его речь переполнена цитатами, образными выражениями в возвышенном стиле.

Но весь этот духовный багаж он не может применить в Петербурге. Потому Адуевы по-разному понимают счастье, разное ценят в людях. Петербург в романе Гончарова — это выражение “нового порядка”, дела, “злобы дня”, “практического направления” меркантильного “железного” века, жажды преуспеть, расчета. “Я, — говорит Александр, — гляжу на толпу, как может глядеть только герой, поэт и влюбленный. ”. А местом его деятельности оказывается департамент, хотя служебно-бюрократический мир Петербурга Александр не принимает как “истинный”, достойный того, чтобы посвятить ему жизнь. Для него это “грязь земная”, он стремиться доказать свою абсолютную независимость от “низкой действительности”.

Александр, при всей своей посредственности, обычности, очень внимательно относится к собственным душевным переживаниям. И вот такой внимательный к себе, герой близорук, а порой жесток и несправедлив в любви. Увлеченный Наденькой, Александр уже ничего не замечает вокруг, кроме своих чувств. Он весь замкнут на них, вернее, на своих переживаниях. Мир вдруг оказался гармоничным. “. Вот жизнь! — думает Адуев-младший, — так я воображал ее себе, такова она должна быть, такова есть и такова будет!” Но эта гармония достигнута не деятельным творческим преображением жизни, а тем, что Александр просто-напросто отвернулся от дисгармоничной действительности. “Ужели есть горе на свете?” — спрашивает его Наденька. “Говорят есть. — задумчиво отвечал Адуев, — да я не верю. ” Курьезны оглядка на литературные образцы, поза самолюбования. “Я двое суток не знаю, что такое есть”, — говорит Александр в период своего увлечения Наденькой. И читатель понимает всю относительность его страданий. Многое в поведении, суждениях, переживаниях Александра объясняется тем, что он молод. Его романтизм еще и возрастной: “Я люблю, как никогда никто не любил, всеми силами души. ”. А ведь он по-своему прав. Прав, не принимая “мудрость” дяди, утверждающего, что “с Адама и Евы одна и та же история у всех, с маленькими вариантами”. Что это за любовь, если она соглашается признать себя повторением уже бывшего? В переживаниях и речах Александра явно виден максимализм юношеского чувства. Но совсем другим показан герой в отношениях с Юлией и Лизой. Он проходит путь от восторженного влюбленного до пошлого и циничного обольстителя.

Жизненные неурядицы Адуева-младшего отражают также его принципиальное нравственное несовпадение с “веком”, “Петербургом”, “делом”. Потерпевший неудачу Александр, уезжая из столицы в родную усадьбу, мысленно обращается к Петербургу: “. прощай город поддельных волос город учтивой спеси, искусственных чувств, безжизненной суматохи”. Обвинения героя одновременно наивны, излишни мак-сималистичны и в то же время во многом справедливы.

Писатель обозначает основные, поворотные моменты в эволюции Александра. Один из поворотов — потрясение, которое герой испытал на концерте. Что же открылось ему? Прежде всего истина, которую он принимает с горечью: он Адуев, не исключение, а один из многих: “Эти звуки внятно рассказывали ему прошедшее, всю жизнь его”. Раз жизнь его можно рассказать, значит дядя прав: он — “как все”. Прекрасная музыка, поведение артиста показали Александру, что деление людей на “я” и “толпу” ложно, что возможны и более естественны какие-то другие отношения человека с людьми. Писатель дает яркое сравнение: музыкант — это творческое, индивидуальное, личностное начало, а оркестр — это общее, “толпа”, слитное. Но эти два начала находятся не в антагонистических, а в каких-то новых, загадочных для Адуева творческих, гармонических отношениях. Музыкант заиграл, “оркестр начал глухо вторить, как будто отдаленный гул толпы, как народная молва. ”. Художник знает какую-то тайну, в его отношениях с оркестром — какой-то прообраз будущих возможных отношений всякого человека и всех остальных людей, человечества. Адуев размышляет о музыканте, который “с своей глубокой, сильной душой, с поэтической натурой, не отрекается от мира и не бежит от толпы: он гордится ее рукоплесканиями. Он понимает, что он едва заметное кольцо в бесконечной цепи человечества”.

Покинув Петербург, Адуев-младший начинает понимать, что окружающая его жизнь, при всей ее прозаичности и обыкновенности, значительна, полна глубокого смысла. Живя в усадьбе, размышляя о своем петербургском поражении, Александр обретает простоту и ясность мысли, которые проявляются в его речи. Фраза, в основе которой, как правило, эффектная, но уже отработанная метафора или сравнение (“корабли, принесшие нам дары дальних стран”), уступает место простому и ясному слову. Подтверждение тому — его письмо к тетке. Александр понял и сумел выразить то, что жизнь не может преобразиться сразу, стать гармоничной, что к счастью ведет трудный путь. “Признаю теперь, — писал он, — что не быть причастным страданиям значит не быть причастным всей полноте жизни”. Гончаров один из первых в прозаическом произведении показал, что в переживаниях обыкновенного человека можно увидеть и игру в страдания, и истинные, глубокие потрясения, которые “очищают душу” делают человека сносным к себе, и другим и возвышают его”. Теперь он, написал Александр в своем письме, “не сумасброд, немечтатель, не разочарованный, не провинциал, а просто человек, каких в Петербурге много”. Он понял, что жизнь в Грачах — это “сон”, “застой”, прозябание. Надо возвращаться в Петербург. Третьего варианта жизнь не дает. Да к тому же сердце “ныло и опять просилось” в петербургский “омут”.

Письмо из деревни написал уже как бы обновленный Александр — столь значительная перемена произошла с ним. Что обусловило эту перемену? Гончаров не дает однозначного ответа: и время (около десяти лет прошло), и обдумывание пережитого. На смену максимализму, возвышенным порывам пришли уравновешенность, житейская мудрость (“мудреные узлы развязались сами собой”). Но вместе с нею пришла и усталость души. Александр, как явствует из строк его письма, адресованного дяде, уже согласен признать, что “у всякого мечты со временем улягутся”, как у соседа, который “воображал себя героем, исполином — ловцом пред Господом”, а теперь “мирно разводит картофель и сеет репу”. В герое уже зародилась и постепенно зреет готовность к компромиссу с “веком”. Тут чуть слышно, но уже звучит зловещая нота, предваряющая эпилог, где Александр предстает самодовольным, сытым буржуа.

Делец Александр Адуев, собирающийся жениться на дочери Александра Степаныча (“пятьсот душ и триста тысяч денег”), — пошлый и отвратительный. Поразительно, что Гончаров еще в середине 40-х годов, когда капитализм в России только набирал силу, уже предугадал, во что выродится тип буржуазного дельца при катастрофическом убывании в нем естественности и человечности.

Так почему же “обыкновенные истории” неизбежно подразумевают нравственный компромисс, а в конечном счете поражение и “романтика” и “прагматика”? У каждого из них — своя система ценностей. Но в главном ущербны обе: и та и другая сориентированы на готовые, взятые извне схемы, внешние по отношению к человеку авторитеты, догмы, будь то “романтическая” свобода или “святые” требования “века”. И тот и другой герои пытаются приспособить себя к избранной норме, а не осуществить себя как личность. В таком случае у человека есть “история”, но нет высокой судьбы.

Высокая судьба человека — и человека вообще, и данного конкретного — подразумевает в нем героическое начало, творческую, мужественную позицию перед лицом “обыкновенных обстоятельств. Такую позицию, по мысли Гончарова, высказанной позднее в статье “Мильон терзаний”, занимают в жизни Чацкие всех времен. Чацкий, по словам романиста, “передовой воин”, “застрельщик”, он бьется “для будущего и за всех”, Его роль и “страдательная” и в то же время “победительная”.

Отражение русской действительности в романе И. А. Гончарова “Обломов”

Школьное сочинение

Правдивость, глубина, жизненность характеров и проблем, актуальность поставленных вопросов — характерные черты творчества Ивана Александровича Гончарова — особенно ярко раскрылись в романе “Обломов”.

В центре внимания писателя всегда были судьбы его родины. Сам он так отзывался о своем творчестве: “То с грустью, то с радостью, смотря по обстоятельствам, наблюдаю благоприятный или неблагоприятный ход народной жизни”. Исторической эпохой, взрастившей творчество этого писателя, были 40-60-е годы XIX века, время глубокого кризиса феодально-крепостнического строя, период ликвидации крепостного права и подъема демократического движения в России.

Первый роман Гончарова — “Обыкновенная история” (1847) — принес ему громкую известность и всеобщее признание.

С большой силой художественного обобщения Гончаров показал крушение старого, патриархального уклада жизни. “Обыкновенная история ” — первая часть трилогии Гончарова, запечатлевшей жизнь русского общества на разных стадиях его развития. В 1859 году вышел роман “Обломов”, справедливо считающийся вершиной творчества писателя, а еще через десять лет была напечатана третья часть трилогии — роман “Обрыв”.

У главного героя “вершинного” романа — Обломова — ярко проявляются черты “естественного человека”, удивительным образом сохранившиеся в середине XIX века. Придерживаясь идеологии природной жизни, герой существует согласно собственным принципам, собственному пониманию цельного и гармоничного человека: он решительно отвергает суету, тщеславие, карьеризм, погоню за выгодной женитьбой и богатством. “Нет, — восклицает он, — это не жизнь, а искажение нормы, идеала жизни, какой указала природа целью человека”. Но по своей наивности он не задумывается над тем, что все это возможно для него — барина, так как у него есть “Захар и еще триста Захаров”, обеспечивающих ему такое беззаботное существование. Илья Ильич радуется своей неподвижности и независимости, не отдавая себе отчета в том, что сам является частью ненавистного ему мира. Лишь иногда прозрение озаряет его, и тогда он с гнетущим беспокойством начинает задумываться над своей жизнью и над причинами, которые погубили все то доброе, что было в нем заложено: “Кто-то будто украл и закопал в собственной его душе принесенные ему в дар миром и жизнью сокровища. Какой-то тайный враг наложил на него тяжелую руку в начале пути и далеко отбросил от прямого человеческого назначения. ” Ответ на мучивший героя вопрос приходит в “Сне Обломова”, где Гончаров рисует картину патриархально-крепостнической утопии, главным содержанием которой являются “сон, вечная тишина, вялая жизнь и отсутствие движения”. Таким образом, тем врагом, который погубил все 1 доброе в Илье Ильиче, явился сам способ его жизни, все то, что впоследствии приобрело определение — обломовщина.

В образе Обломова критик Н.А. Добролюбов увидел отражение русского национального характера, назвал его “коренным типом” русской жизни, а литературовед Д. Н. Овсянико-Куликовский характеризовал свойства Обломова как “черту национального психического склада”. Исследователь А. Г. Цейтлин считал, что герой романа соединяет в себе черты национально-исторические, рожденные и обусловленные конкретной крепостнической эпохой русской жизни, и свойства общечеловеческие, по-своему проявляющиеся в соответствующих социально-исторических ситуациях различных стран. А сам автор подчеркивал, что его герой воплощает “элементарные свойства русского человека “. Таков, например, слуга Захар, которого отличают постоянное брюзжание и строптивость, упрямство, неповоротливость, косность и неряшливость, неопрятность и преклонение перед барством, но прежде всего — лень. Вот отчего он уподоблен своему барину. “Обломовская” жизнь Захара закончилась таким же драматическим финалом, как и судьба его барина: он стал нищим, подобно тому, как нищим духовно и нравственно стал под конец жизни и сам Обломов. Крепостнический уклад жизни сформировал их обоих, лишил уважения к труду, воспитал безделье и праздность. В одном из откликов на роман верно говорилось о том, что Захар и Обломов “выросли на одной и той же почве, пропитались одними и теми же соками”.

Таким образом, в Обломове воплотились черты характера, порожденного русской патриархальной помещичьей жизнью. Этот образ — крупнейшее мировое обобщение, он является воплощением жизненного застоя, неподвижности, беспробудной человеческой лени.

Обломовское начало живет не только в Захаре, но и в гостях героя, и в быте вдовы Пшеницыной. Оно распространилось по деревням и селам крепостнической России, укоренилось в ее столице, оно проявляется не только в поведении бар, но и в косности чиновников, крепостных крестьян, людей интеллигентных профессий.

Типичность созданного образа подтверждается еще и тем, что у главного героя романа “Обломов” было несколько реальных прототипов. В своих воспоминаниях “На родине” Гончаров рассказывал о трех из них: Козыреве, не вылезавшем из халата, никуда не выезжавшем из имения и не желавшем знать о своих доходах; Гастурине, отличавшемся теми же свойствами; о Якубове, своем крестном, весь день лежавшем в постели, где его и заставали гости. Кроме того, в беседе с издателем М.О. Вольфом Гончаров и в себе признал черты своего героя. “Обломов — это я . я рисовал Обломова с себя”, — говорил он. Но если вся страна будет состоять из одних “обломовых”, чьи духовные порывы уничтожила лень, то впереди ее ждут разруха, пошлость и нищета. Такие перспективы, конечно, не могут радовать, и это заставляет автора искать “положительные начала русской жизни”.

Друг главного героя, Андрей Штольц, олицетворяет еще одну сторону русской действительности. В его характере преобладают воспитанная с детства привычка к труду, самостоятельность, воля к достижению цели, бесстрашие перед трудностями. Он кипит жаждой знаний, жаждой деятельности, жаждой живого общения. В его характере удивительным образом переплелись унаследованные от отца-бюргера деловитость и аккуратность, унаследованные от матери высокая духовность и тонкая душевность. Идеалом для него является осмысленный труд, который он определяет как “образ, содержание, стихию и цель жизни”. Хорошо усвоив уроки отца, быт обломовского дома и княжеского замка, Штольц научился удобно и практично устраиваться в жизни. Этот герой “нового века” по-своему симпатичен автору. Писатель дает ему “наполненную, волнующую жизнь, в которой цвела неувядаемая весна”, дарит ему семейное счастье с Ольгой Ильинской. Штольц выходит победителем из всех жизненных ситуаций, обретает комфорт, изобилие, благоденствие среди картин и цветов в крымском доме, но почему-то Гончаров не показывает нам своего героя в “деле”, не изображает его общественного служения. Сохраняя верность жизненной правде, Гончаров отмечает, что практичность, холодный расчет часто получают у него перевес над трепетностью чувства — ум Штольца преобладает над его сердцем.

Читайте также:  Все мы в душе Обломовы: сочинение

Главное качество Штольца — непримиримое отношение к обломовщине в любых ее проявлениях. Он же нашел и само это слово “обломовщина”. Но, к сожалению, иногда в нем самом проглядывает то, что можно было бы назвать “отсветом обломовщины”. Кипучая деятельность Штольца направлена на узкопрактические цели, лишена интереса к реальности, в нем нет тяги к деятельности на благо общества, к искусству. “Мы не Титаны с тобой, — говорит он Ольге, — мы не пойдем, с Манфредами и Фаустами, на дерзкую борьбу с мятежными вопросами, не примем их вызова, склоним головы и смиренно переживем трудную минуту. ” Успокоение для себя он находит в тихой и комфортной семейной жизни. И потому вовсе не он положительный герой романа.

Многие критики усматривали в этом образе типическое, находили его “живым человеком”, но большинство из них соглашались с Н.А. Добролюбовым, считавшим, что “Штольц не дорос еще до идеала общественного русского деятеля”.

По-настоящему положительным героем, а точнее, героиней, является Ольга Ильинская. Это живое лицо, также непосредственно взятое писателем из жизни. Воспоминания современников Гончарова и исследование О.М. Чеменной называют в качестве прототипа Ольги Екатерину Майкову, которой был увлечен писатель и которая была самым близким ему человеком в 50-е годы. Образ Ольги Ильинской — образ красивой, молодой и энергичной женщины, обладающей необыкновенной простотой и естественностью, женщины, которую влечет к значительным делам и борьбе, имеющим общечеловеческий смысл, — воплотил лучшие свойства передовой русской женщины 50-х годов. Это образ тонко чувствующего, духовно одаренного человека, обладающего гармонией ума, воли и сердца. Именно такие как Ольга способны выступить на “трудный и тернистый, исполненный лишений и невзгод” путь и в любом забытом уголке сохранить заветы своей молодости.

Продолжатель реалистических традиций Пушкина и Гоголя, Гончаров прежде всего ценил в литературе объективность и глубину изображения жизни. Он исходил из убеждения, что “действительность, какая бы она ни была, нуждается в эпически спокойном изображении”. Именно поэтому он выбрал для своего творчества жанр романа, как жанр, наиболее полно отвечающий этим требованиям. Все картины и образы, созданные писателем в романе “Обломов”, — удивительно яркие, полные, содержащие в себе характерные черты общества и людей его времени. Этому роману, а также его героям, суждено не просто оставаться понятными и современными для читателей всех поколений и времен. Они прочно вошли в саму нашу жизнь, их имена стали нарицательными, а слово “обломовщина” даже вошло в “Толковый словарь живого великорусского языка” В. И. Даля.

Две философии жизни в романе И. А. Гончарова “Обыкновенная история”

Роман И. А. Гончарова “Обыкновенная история” начинается с того, что герой покидает родной дом и отправляется на поиски счастья. Александр не может вразумительно ответить на вопрос дяди, зачем он приехал в столицу. Говорит о том, что мечтает о пользе, “которую он принесет отечеству”, что его влечет “жажда благородной деятельности”. Он пишет стихи и верит в бескорыстную дружбу и великую любовь.

Но, оказывается, совсем не знает, что в Петербурге надо делать “карьеру и фортуну”, и не представляет, как их делать.
За свои

А местом его деятельности оказывается департамент, хотя служебно-бюрократический мир Петербурга Александр не принимает как “истинный”, достойный того, чтобы посвятить ему жизнь. Для него это “грязь земная”, он стремиться доказать свою абсолютную независимость от “низкой действительности”.
Александр, при всей своей посредственности, обычности, очень внимательно относится к собственным душевным переживаниям. И вот такой внимательный к себе, герой близорук, а порой жесток и несправедлив в любви. Увлеченный Наденькой, Александр уже ничего не замечает вокруг, кроме своих чувств. Он весь замкнут на них, вернее, на своих переживаниях.

Мир вдруг оказался гармоничным. “…Вот жизнь! – думает Адуев-младший, – так я воображал ее себе, такова она должна быть, такова есть и такова будет!” Но эта гармония достигнута не деятельным творческим преображением жизни, а тем, что Александр просто-напросто отвернулся от дисгармоничной действительности. “Ужели есть горе на свете?” – спрашивает его Наденька. “Говорят есть… – задумчиво отвечал Адуев, – да я не верю…” Курьезны оглядка на литературные образцы, поза самолюбования. “Я двое суток не знаю, что такое есть”, – говорит Александр в период своего увлечения Наденькой. И читатель понимает всю относительность его страданий. Многое в поведении, суждениях, переживаниях Александра объясняется тем, что он молод. Его романтизм еще и возрастной: “Я люблю, как никогда никто не любил, всеми силами души…”.

А ведь он по-своему прав. Прав, не принимая “мудрость” дяди, утверждающего, что “с Адама и Евы одна и та же история у всех, с маленькими вариантами”. Что это за любовь, если она соглашается признать себя повторением уже бывшего? В переживаниях и речах Александра явно виден максимализм юношеского чувства.

Но совсем другим показан герой в отношениях с Юлией и Лизой. Он проходит путь от восторженного влюбленного до пошлого и циничного обольстителя.
Жизненные неурядицы Адуева-младшего отражают также его принципиальное нравственное несовпадение с “веком”, “Петербургом”, “делом”. Потерпевший неудачу Александр, уезжая из столицы в родную усадьбу, мысленно обращается к Петербургу: “… прощай город поддельных волос город учтивой спеси, искусственных чувств, безжизненной суматохи”. Обвинения героя одновременно наивны, излишни мак-сималистичны и в то же время во многом справедливы.
Писатель обозначает основные, поворотные моменты в эволюции Александра. Один из поворотов – потрясение, которое герой испытал на концерте. Что же открылось ему? Прежде всего истина, которую он принимает с горечью: он Адуев, не исключение, а один из многих: “Эти звуки внятно рассказывали ему прошедшее, всю жизнь его”.

Раз жизнь его можно рассказать, значит дядя прав: он – “как все”. Прекрасная музыка, поведение артиста показали Александру, что деление людей на “я” и “толпу” ложно, что возможны и более естественны какие-то другие отношения человека с людьми. Писатель дает яркое сравнение: музыкант – это творческое, индивидуальное, личностное начало, а оркестр – это общее, “толпа”, слитное. Но эти два начала находятся не в антагонистических, а в каких-то новых, загадочных для Адуева творческих, гармонических отношениях.

Музыкант заиграл, “оркестр начал глухо вторить, как будто отдаленный гул толпы, как народная молва…”. Художник знает какую-то тайну, в его отношениях с оркестром – какой-то прообраз будущих возможных отношений всякого человека и всех остальных людей, человечества. Адуев размышляет о музыканте, который “с своей глубокой, сильной душой, с поэтической натурой, не отрекается от мира и не бежит от толпы: он гордится ее рукоплесканиями.

Он понимает, что он едва заметное кольцо в бесконечной цепи человечества”.
Покинув Петербург, Адуев-младший начинает понимать, что окружающая его жизнь, при всей ее прозаичности и обыкновенности, значительна, полна глубокого смысла. Живя в усадьбе, размышляя о своем петербургском поражении, Александр обретает простоту и ясность мысли, которые проявляются в его речи. Фраза, в основе которой, как правило, эффектная, но уже отработанная метафора или сравнение (“корабли, принесшие нам дары дальних стран”), уступает место простому и ясному слову. Подтверждение тому – его письмо к тетке.

Александр понял и сумел выразить то, что жизнь не может преобразиться сразу, стать гармоничной, что к счастью ведет трудный путь. “Признаю теперь, – писал он, – что не быть причастным страданиям значит не быть причастным всей полноте жизни”. Гончаров один из первых в прозаическом произведении показал, что в переживаниях обыкновенного человека можно увидеть и игру в страдания, и истинные, глубокие потрясения, которые “очищают душу” делают человека сносным к себе, и другим и возвышают его”. Теперь он, написал Александр в своем письме, “не сумасброд, немечтатель, не разочарованный, не провинциал, а просто человек, каких в Петербурге много”.

Он понял, что жизнь в Грачах – это “сон”, “застой”, прозябание. Надо возвращаться в Петербург. Третьего варианта жизнь не дает.

Да к тому же сердце “ныло и опять просилось” в петербургский “омут”.
Письмо из деревни написал уже как бы обновленный Александр – столь значительная перемена произошла с ним. Что обусловило эту перемену? Гончаров не дает однозначного ответа: и время (около десяти лет прошло), и обдумывание пережитого. На смену максимализму, возвышенным порывам пришли уравновешенность, житейская мудрость (“мудреные узлы развязались сами собой”).

Но вместе с нею пришла и усталость души. Александр, как явствует из строк его письма, адресованного дяде, уже согласен признать, что “у всякого мечты со временем улягутся”, как у соседа, который “воображал себя героем, исполином – ловцом пред Господом”, а теперь “мирно разводит картофель и сеет репу”. В герое уже зародилась и постепенно зреет готовность к компромиссу с “веком”.

Тут чуть слышно, но уже звучит зловещая нота, предваряющая эпилог, где Александр предстает самодовольным, сытым буржуа.
Делец Александр Адуев, собирающийся жениться на дочери Александра Степаныча (“пятьсот душ и триста тысяч денег”), – пошлый и отвратительный. Поразительно, что Гончаров еще в середине 40-х годов, когда капитализм в России только набирал силу, уже предугадал, во что выродится тип буржуазного дельца при катастрофическом убывании в нем естественности и человечности.
Так почему же “обыкновенные истории” неизбежно подразумевают нравственный компромисс, а в конечном счете поражение и “романтика” и “прагматика”? У каждого из них – своя система ценностей. Но в главном ущербны обе: и та и другая сориентированы на готовые, взятые извне схемы, внешние по отношению к человеку авторитеты, догмы, будь то “романтическая” свобода или “святые” требования “века”.

И тот и другой герои пытаются приспособить себя к избранной норме, а не осуществить себя как личность. В таком случае у человека есть “история”, но нет высокой судьбы.
Высокая судьба человека – и человека вообще, и данного конкретного – подразумевает в нем героическое начало, творческую, мужественную позицию перед лицом “обыкновенных обстоятельств. Такую позицию, по мысли Гончарова, высказанной позднее в статье “Мильон терзаний”, занимают в жизни Чацкие всех времен. Чацкий, по словам романиста, “передовой воин”, “застрельщик”, он бьется “для будущего и за всех”, Его роль и “страдательная” и в то же время “победительная”.

Две философии жизни в романе И. А. Гончарова «Обыкновенная история»

Две философии жизни в романе И. А. Гончарова «Обыкновенная история»

Роман И. А. Гончарова “Обыкновенная история” начинается с того, что герой покидает родной дом и отправляется на поиски счастья. Александр не может вразумительно ответить на вопрос дяди, зачем он приехал в столицу. Говорит о том, что мечтает о пользе, “которую он принесет отечеству”, что его влечет “жажда благородной деятельности”. Он пишет стихи и верит в бескорыстную дружбу и великую любовь. Но, оказывается, совсем не знает, что в Петербурге надо делать “карьеру и фортуну”, и не представляет, как их делать.

За свои двадцать лет Александр, казалось бы, успел многому поучиться. “Я, — говорит он с гордостью дяде, — знаю богословие, гражданское, уголовное, естественное и народное право, дипломацию, политическую экономию, философию, эстетику, археологию. ” Нужно еще заметить, что Адуев-младший много читал. Его речь переполнена цитатами, образными выражениями в возвышенном стиле.

Но весь этот духовный багаж он не может применить в Петербурге. Потому Адуевы по-разному понимают счастье, разное ценят в людях. Петербург в романе Гончарова — это выражение “нового порядка”, дела, “злобы дня”, “практического направления” меркантильного “железного” века, жажды преуспеть, расчета. “Я, — говорит Александр, — гляжу на толпу, как может глядеть только герой, поэт и влюбленный. ”. А местом его деятельности оказывается департамент, хотя служебно-бюрократический мир Петербурга Александр не принимает как “истинный”, достойный того, чтобы посвятить ему жизнь. Для него это “грязь земная”, он стремиться доказать свою абсолютную независимость от “низкой действительности”.

Александр, при всей своей посредственности, обычности, очень внимательно относится к собственным душевным переживаниям. И вот такой внимательный к себе, герой близорук, а порой жесток и несправедлив в любви. Увлеченный Наденькой, Александр уже ничего не замечает вокруг, кроме своих чувств. Он весь замкнут на них, вернее, на своих переживаниях. Мир вдруг оказался гармоничным. “. Вот жизнь! — думает Адуев-младший, — так я воображал ее себе, такова она должна быть, такова есть и такова будет!” Но эта гармония достигнута не деятельным творческим преображением жизни, а тем, что Александр просто-напросто отвернулся от дисгармоничной действительности. “Ужели есть горе на свете?” — спрашивает его Наденька. “Говорят есть. — задумчиво отвечал Адуев, — да я не верю. ” Курьезны оглядка на литературные образцы, поза самолюбования. “Я двое суток не знаю, что такое есть”, — говорит Александр в период своего увлечения Наденькой. И читатель понимает всю относительность его страданий. Многое в поведении, суждениях, переживаниях Александра объясняется тем, что он молод. Его романтизм еще и возрастной: “Я люблю, как никогда никто не любил, всеми силами души. ”. А ведь он по-своему прав. Прав, не принимая “мудрость” дяди, утверждающего, что “с Адама и Евы одна и та же история у всех, с маленькими вариантами”. Что это за любовь, если она соглашается признать себя повторением уже бывшего? В переживаниях и речах Александра явно виден максимализм юношеского чувства. Но совсем другим показан герой в отношениях с Юлией и Лизой. Он проходит путь от восторженного влюбленного до пошлого и циничного обольстителя.

Жизненные неурядицы Адуева-младшего отражают также его принципиальное нравственное несовпадение с “веком”, “Петербургом”, “делом”. Потерпевший неудачу Александр, уезжая из столицы в родную усадьбу, мысленно обращается к Петербургу: “. прощай город поддельных волос город учтивой спеси, искусственных чувств, безжизненной суматохи”. Обвинения героя одновременно наивны, излишни мак-сималистичны и в то же время во многом справедливы.

Писатель обозначает основные, поворотные моменты в эволюции Александра. Один из поворотов — потрясение, которое герой испытал на концерте. Что же открылось ему? Прежде всего истина, которую он принимает с горечью: он Адуев, не исключение, а один из многих: “Эти звуки внятно рассказывали ему прошедшее, всю жизнь его”. Раз жизнь его можно рассказать, значит дядя прав: он — “как все”. Прекрасная музыка, поведение артиста показали Александру, что деление людей на “я” и “толпу” ложно, что возможны и более естественны какие-то другие отношения человека с людьми. Писатель дает яркое сравнение: музыкант — это творческое, индивидуальное, личностное начало, а оркестр — это общее, “толпа”, слитное. Но эти два начала находятся не в антагонистических, а в каких-то новых, загадочных для Адуева творческих, гармонических отношениях. Музыкант заиграл, “оркестр начал глухо вторить, как будто отдаленный гул толпы, как народная молва. ”. Художник знает какую-то тайну, в его отношениях с оркестром — какой-то прообраз будущих возможных отношений всякого человека и всех остальных людей, человечества. Адуев размышляет о музыканте, который “с своей глубокой, сильной душой, с поэтической натурой, не отрекается от мира и не бежит от толпы: он гордится ее рукоплесканиями. Он понимает, что он едва заметное кольцо в бесконечной цепи человечества”.

Читайте также:  Дядя и племянник Адуевы в романе Обыкновенная история: сочинение

Покинув Петербург, Адуев-младший начинает понимать, что окружающая его жизнь, при всей ее прозаичности и обыкновенности, значительна, полна глубокого смысла. Живя в усадьбе, размышляя о своем петербургском поражении, Александр обретает простоту и ясность мысли, которые проявляются в его речи. Фраза, в основе которой, как правило, эффектная, но уже отработанная метафора или сравнение (“корабли, принесшие нам дары дальних стран”), уступает место простому и ясному слову. Подтверждение тому — его письмо к тетке. Александр понял и сумел выразить то, что жизнь не может преобразиться сразу, стать гармоничной, что к счастью ведет трудный путь. “Признаю теперь, — писал он, — что не быть причастным страданиям значит не быть причастным всей полноте жизни”. Гончаров один из первых в прозаическом произведении показал, что в переживаниях обыкновенного человека можно увидеть и игру в страдания, и истинные, глубокие потрясения, которые “очищают душу” делают человека сносным к себе, и другим и возвышают его”. Теперь он, написал Александр в своем письме, “не сумасброд, немечтатель, не разочарованный, не провинциал, а просто человек, каких в Петербурге много”. Он понял, что жизнь в Грачах — это “сон”, “застой”, прозябание. Надо возвращаться в Петербург. Третьего варианта жизнь не дает. Да к тому же сердце “ныло и опять просилось” в петербургский “омут”.

Письмо из деревни написал уже как бы обновленный Александр — столь значительная перемена произошла с ним. Что обусловило эту перемену? Гончаров не дает однозначного ответа: и время (около десяти лет прошло), и обдумывание пережитого. На смену максимализму, возвышенным порывам пришли уравновешенность, житейская мудрость (“мудреные узлы развязались сами собой”). Но вместе с нею пришла и усталость души. Александр, как явствует из строк его письма, адресованного дяде, уже согласен признать, что “у всякого мечты со временем улягутся”, как у соседа, который “воображал себя героем, исполином — ловцом пред Господом”, а теперь “мирно разводит картофель и сеет репу”. В герое уже зародилась и постепенно зреет готовность к компромиссу с “веком”. Тут чуть слышно, но уже звучит зловещая нота, предваряющая эпилог, где Александр предстает самодовольным, сытым буржуа.

Делец Александр Адуев, собирающийся жениться на дочери Александра Степаныча (“пятьсот душ и триста тысяч денег”), — пошлый и отвратительный. Поразительно, что Гончаров еще в середине 40-х годов, когда капитализм в России только набирал силу, уже предугадал, во что выродится тип буржуазного дельца при катастрофическом убывании в нем естественности и человечности.

Так почему же “обыкновенные истории” неизбежно подразумевают нравственный компромисс, а в конечном счете поражение и “романтика” и “прагматика”? У каждого из них — своя система ценностей. Но в главном ущербны обе: и та и другая сориентированы на готовые, взятые извне схемы, внешние по отношению к человеку авторитеты, догмы, будь то “романтическая” свобода или “святые” требования “века”. И тот и другой герои пытаются приспособить себя к избранной норме, а не осуществить себя как личность. В таком случае у человека есть “история”, но нет высокой судьбы.

Высокая судьба человека — и человека вообще, и данного конкретного — подразумевает в нем героическое начало, творческую, мужественную позицию перед лицом “обыкновенных обстоятельств. Такую позицию, по мысли Гончарова, высказанной позднее в статье “Мильон терзаний”, занимают в жизни Чацкие всех времен. Чацкий, по словам романиста, “передовой воин”, “застрельщик”, он бьется “для будущего и за всех”, Его роль и “страдательная” и в то же время “победительная”.

Две философии жизни в романе И. А. Гончарова «Обыкновенная история»

Роман И. А. Гончарова “Обыкновенная история” начинается с того, что герой покидает родной дом и отправляется на поиски счастья. Александр не может вразумительно ответить на вопрос дяди, зачем он приехал в столицу. Говорит о том, что мечтает о пользе, “которую он принесет отечеству”, что его влечет “жажда благородной деятельности”. Он пишет стихи и верит в бескорыстную дружбу и великую любовь. Но, оказывается, совсем не знает, что в Петербурге надо делать “карьеру и фортуну”, и не представляет, как их делать.

За свои двадцать лет Александр, казалось бы, успел многому поучиться. “Я, — говорит он с гордостью дяде, — знаю богословие, гражданское, уголовное, естественное и народное право, дипломацию, политическую экономию, философию, эстетику, археологию. ” Нужно еще заметить, что Адуев-младший много читал. Его речь переполнена цитатами, образными выражениями в возвышенном стиле.

Но весь этот духовный багаж он не может применить в Петербурге. Потому Адуевы по-разному понимают счастье, разное ценят в людях. Петербург в романе Гончарова — это выражение “нового порядка”, дела, “злобы дня”, “практического направления” меркантильного “железного” века, жажды преуспеть, расчета. “Я, — говорит Александр, — гляжу на толпу, как может глядеть только герой, поэт и влюбленный. ”. А местом его деятельности оказывается департамент, хотя служебно-бюрократический мир Петербурга Александр не принимает как “истинный”, достойный того, чтобы посвятить ему жизнь. Для него это “грязь земная”, он стремиться доказать свою абсолютную независимость от “низкой действительности”.

Александр, при всей своей посредственности, обычности, очень внимательно относится к собственным душевным переживаниям. И вот такой внимательный к себе, герой близорук, а порой жесток и несправедлив в любви. Увлеченный Наденькой, Александр уже ничего не замечает вокруг, кроме своих чувств. Он весь замкнут на них, вернее, на своих переживаниях. Мир вдруг оказался гармоничным. “. Вот жизнь! — думает Адуев-младший, — так я воображал ее себе, такова она должна быть, такова есть и такова будет!” Но эта гармония достигнута не деятельным творческим преображением жизни, а тем, что Александр просто-напросто отвернулся от дисгармоничной действительности. “Ужели есть горе на свете?” — спрашивает его Наденька. “Говорят есть. — задумчиво отвечал Адуев, — да я не верю. ” Курьезны оглядка на литературные образцы, поза самолюбования. “Я двое суток не знаю, что такое есть”, — говорит Александр в период своего увлечения Наденькой. И читатель понимает всю относительность его страданий. Многое в поведении, суждениях, переживаниях Александра объясняется тем, что он молод. Его романтизм еще и возрастной: “Я люблю, как никогда никто не любил, всеми силами души. ”. А ведь он по-своему прав. Прав, не принимая “мудрость” дяди, утверждающего, что “с Адама и Евы одна и та же история у всех, с маленькими вариантами”. Что это за любовь, если она соглашается признать себя повторением уже бывшего? В переживаниях и речах Александра явно виден максимализм юношеского чувства. Но совсем другим показан герой в отношениях с Юлией и Лизой. Он проходит путь от восторженного влюбленного до пошлого и циничного обольстителя.

Жизненные неурядицы Адуева-младшего отражают также его принципиальное нравственное несовпадение с “веком”, “Петербургом”, “делом”. Потерпевший неудачу Александр, уезжая из столицы в родную усадьбу, мысленно обращается к Петербургу: “. прощай город поддельных волос город учтивой спеси, искусственных чувств, безжизненной суматохи”. Обвинения героя одновременно наивны, излишни мак-сималистичны и в то же время во многом справедливы.

Писатель обозначает основные, поворотные моменты в эволюции Александра. Один из поворотов — потрясение, которое герой испытал на концерте. Что же открылось ему? Прежде всего истина, которую он принимает с горечью: он Адуев, не исключение, а один из многих: “Эти звуки внятно рассказывали ему прошедшее, всю жизнь его”. Раз жизнь его можно рассказать, значит дядя прав: он — “как все”. Прекрасная музыка, поведение артиста показали Александру, что деление людей на “я” и “толпу” ложно, что возможны и более естественны какие-то другие отношения человека с людьми. Писатель дает яркое сравнение: музыкант — это творческое, индивидуальное, личностное начало, а оркестр — это общее, “толпа”, слитное. Но эти два начала находятся не в антагонистических, а в каких-то новых, загадочных для Адуева творческих, гармонических отношениях. Музыкант заиграл, “оркестр начал глухо вторить, как будто отдаленный гул толпы, как народная молва. ”. Художник знает какую-то тайну, в его отношениях с оркестром — какой-то прообраз будущих возможных отношений всякого человека и всех остальных людей, человечества. Адуев размышляет о музыканте, который “с своей глубокой, сильной душой, с поэтической натурой, не отрекается от мира и не бежит от толпы: он гордится ее рукоплесканиями. Он понимает, что он едва заметное кольцо в бесконечной цепи человечества”.

Покинув Петербург, Адуев-младший начинает понимать, что окружающая его жизнь, при всей ее прозаичности и обыкновенности, значительна, полна глубокого смысла. Живя в усадьбе, размышляя о своем петербургском поражении, Александр обретает простоту и ясность мысли, которые проявляются в его речи. Фраза, в основе которой, как правило, эффектная, но уже отработанная метафора или сравнение (“корабли, принесшие нам дары дальних стран”), уступает место простому и ясному слову. Подтверждение тому — его письмо к тетке. Александр понял и сумел выразить то, что жизнь не может преобразиться сразу, стать гармоничной, что к счастью ведет трудный путь. “Признаю теперь, — писал он, — что не быть причастным страданиям значит не быть причастным всей полноте жизни”. Гончаров один из первых в прозаическом произведении показал, что в переживаниях обыкновенного человека можно увидеть и игру в страдания, и истинные, глубокие потрясения, которые “очищают душу” делают человека сносным к себе, и другим и возвышают его”. Теперь он, написал Александр в своем письме, “не сумасброд, немечтатель, не разочарованный, не провинциал, а просто человек, каких в Петербурге много”. Он понял, что жизнь в Грачах — это “сон”, “застой”, прозябание. Надо возвращаться в Петербург. Третьего варианта жизнь не дает. Да к тому же сердце “ныло и опять просилось” в петербургский “омут”.

Письмо из деревни написал уже как бы обновленный Александр — столь значительная перемена произошла с ним. Что обусловило эту перемену? Гончаров не дает однозначного ответа: и время (около десяти лет прошло), и обдумывание пережитого. На смену максимализму, возвышенным порывам пришли уравновешенность, житейская мудрость (“мудреные узлы развязались сами собой”). Но вместе с нею пришла и усталость души. Александр, как явствует из строк его письма, адресованного дяде, уже согласен признать, что “у всякого мечты со временем улягутся”, как у соседа, который “воображал себя героем, исполином — ловцом пред Господом”, а теперь “мирно разводит картофель и сеет репу”. В герое уже зародилась и постепенно зреет готовность к компромиссу с “веком”. Тут чуть слышно, но уже звучит зловещая нота, предваряющая эпилог, где Александр предстает самодовольным, сытым буржуа.

Делец Александр Адуев, собирающийся жениться на дочери Александра Степаныча (“пятьсот душ и триста тысяч денег”), — пошлый и отвратительный. Поразительно, что Гончаров еще в середине 40-х годов, когда капитализм в России только набирал силу, уже предугадал, во что выродится тип буржуазного дельца при катастрофическом убывании в нем естественности и человечности.

Так почему же “обыкновенные истории” неизбежно подразумевают нравственный компромисс, а в конечном счете поражение и “романтика” и “прагматика”? У каждого из них — своя система ценностей. Но в главном ущербны обе: и та и другая сориентированы на готовые, взятые извне схемы, внешние по отношению к человеку авторитеты, догмы, будь то “романтическая” свобода или “святые” требования “века”. И тот и другой герои пытаются приспособить себя к избранной норме, а не осуществить себя как личность. В таком случае у человека есть “история”, но нет высокой судьбы.

Высокая судьба человека — и человека вообще, и данного конкретного — подразумевает в нем героическое начало, творческую, мужественную позицию перед лицом “обыкновенных обстоятельств. Такую позицию, по мысли Гончарова, высказанной позднее в статье “Мильон терзаний”, занимают в жизни Чацкие всех времен. Чацкий, по словам романиста, “передовой воин”, “застрельщик”, он бьется “для будущего и за всех”, Его роль и “страдательная” и в то же время “победительная”.

Похожие рефераты:

В первом своем романе «Обыкновенная история», написан-я 1846 году, Иван Александрович Гончаров на примере двух героев: Петра Иваныча и Александра Адуевых пытается решить вопрос: как должен жить человек.

В романе Ивана Александровича Гончарова «Обыкновенная история» показано своеобразное противостояние двух героев стоящих на одной социальной ступени, больше того, они род. ственники.

Роман А. И. Гончарова “Обыкновенная история” был одним из первых русских реалистических романов в прозе, посвященных изображению повседневной жизни обыкновенных людей.

“Обыкновенная история”, опубликованная в 1847 году в “Современнике”, была первым художественным произведением И.А.Гончарова , появившимся в печати. Над “Обыкновенной историей” писатель работал в течении трех лет.

Первые стихотворные опыты Г. были подражанием романтическим поэтам. Из ранних произведений значителен очерк “Иван Саввич Поджабрин” (1842, опубликован 1848). В 1846 Г. познакомился с В. Г. Белинским, сыгравшим большую роль в творческой судьбе писателя.

И. А. Гончаров, на мой взгляд, является писателем, который быстрее других понял изменения русской жизни, связанные с проникновением в старый патриархальный уклад западных буржуазных веяний.

Роман Гончарова “Обыкновенная история” впервые был напечатан в журнале “Современник” в 1847 году. Темой романа была избрана история жизни в Петербурге провинциального барина Александра Адуева.

Характеристика событий произведения и главных героев.

Комедия Грибоедова “Горе от ума” была написана в 1824 году. Суть пьесы в противостоянии между “умным” человеком и “глупцами”. Сам автор писал: “В моей комедии 25 глупцов на одного здравомыслящего человека. “

Читайте также:  «Воспитание — великое дело им решается участь человека…» (По роману Гончарова «Обломов»): сочинение

РЕФЕРАТ “Необыкновенная история” И.А.Гончарова ученика 10 класса 577 школы Коренивского Сергея СОДЕРЖАНИЕ: 1) О И.А.Гончарове .

Роман Ивана Александровича Гончарова “Обыкновенная история” был одним из первых русских реалистических произведений, повествующих о повседневной жизни обыкновенных людей.

Александр Трифонович Твардовский — большой и самобытный поэт. Будучи крестьянским сыном, он прекрасно знал и понимал интересы, печали и радости народа.

И. А. Гончаров — писатель, который как никто другой понял и принял изменения, произошедшие с Россией, когда в ее размеренный патриархальный уклад стали просачиваться западные веяния.

Формула речи дяди “крестить мне тебя некогда», – в буквальном смысле слова подразумевает благословение на ночь, а в переносном – убеждение, что «надо уметь и чувствовать и думать, словом, жить одному»,

Действия, описанные в романе Гончарова “Обыкновенная история”, происходят в конце первой половины девятнадцатого века, во время правления Николая 1, когда были сильны реакционные настроения в обществе.

В литературе мы не раз встречались с уездным городом N, губернским городом D и даже столицей с её массивными постройками и широким мощёными улицами. Любой город населяют заурядные и выдающиеся люди.

Однажды, готовясь к зачету по литературе, я заинтересовался книгой известного в середине 19 века писателя и литературного деятеля А.В.Дружинина “Литературная критика”. Среди прочих там была и статья об Иване Александровиче Гончарове.

Комедия “Горе от ума” оказала огромное влияние на дальнейшее развитие русской литературы. В этой пьесе Грибоедов показал важную проблему всех времен – конфликт между “веком нынешним” и “веком минувшим”.

Образованный человек своего времени, АС Грибоедов еще в молодости увлекался историей мировой комедии. Он изучил и творчески переработал лучшие художественные достижения русских и западноевропейских литераторов.

Первая критика романа. Отражение “исторической ломки” в названии и содержании романа. Особенность “карьерной” повести Гончарова.

Анализ романа «Обыкновенная история» (И. А. Гончаров)

Середина и конец девятнадцатого века стали периодом рассвета русской прозы. Именно тогда творили величайшие русские писатели, чьи произведения обогатили не только отечественную, но и всю мировую литературу.

Одним из таких колоссов был Иван Гончаров. И хоть его творческое наследие гораздо скромнее наследия Толстого, Достоевского или Чехова, этого писателя ни в коем случае нельзя недооценивать. Одним из самых известных произведений Гончарова, прославивших его на всю Россию, стал роман «Обыкновенная история», разбор которого предлагает Вам Многомудрый Литрекон.

История создания

История написания романа «Обыкновенная история» вмещает в себя интересные факты:

  1. «Обыкновенная история» стала первой книгой в так называемой трилогии «Три О», в которую вошли «Обломов» и «Обрыв». Она также стала литературным дебютом писателя и предвестницей новой школы в отечественной литературе. Именно после успеха произведения Гончарова Белинский предрек возникновение «натуральной школы», звездой которой стал Н.В. Гоголь.
  2. Работа над романом началась в 1844 году и заняла сравнительно мало времени по меркам самого Гончарова, всего два года. Однако даже так писатель проявил невероятную скрупулёзность, постоянно редактируя роман даже накануне издания (он был опубликован в «Современнике»).
  3. Изначально автор передал произведение знаменитому поэту Н.М. Языкову. Но тот, прочитав пару страниц, не был впечатлен произведением и забросил его на долгое время, так и не передав в печать. Потом он отдал ее поэту и редактору Н.А. Некрасову, а тот уже понял, что перед ним совершенно новаторская, редкая по красоте вещь. Столь же восторженно роман «Обыкновенная история» встретил В.Г. Белинский.

Направление и жанр

«Обыкновенная история» являет собой яркий пример реалистического направления в литературе. Автор стремится достоверно отобразить окружающую действительность в своём произведении. Персонажи и диалоги прописаны максимально реалистично, а атмосфера дополняется многочисленными деталями. Читатель может поверить в то, что описанные в романе события могли произойти на самом деле. Так знаменитый критик Белинский описал свое отношение к героям «Обыкновенной истории»:

«Нет, не переведутся никогда такие характеры…С течением времени они будут изменяться, но сущность их всегда будет та же самая…»

Жанровую принадлежность «Обыкновенной истории» можно определить, как роман. Повествование охватывает длительный промежуток времени, в сюжете задействовано большое количество персонажей, а объем романа более, чем солидный.

Смысл названия

В своих произведениях Гончаров стремился отобразить тенденции, которые господствовали в русском обществе на момент создания романа. Название романа «Обыкновенная история» подчёркивает повсеместность и типичность описанных событий, чтобы подчеркнуть их опасность и значимость.

Кроме того, автор взывает к памяти читателя: разве он не помнит, каким был в юности, какие мечты утратил с течением времени? История Александра — это вечная история о том, как романтичная молодость уступает место практической зрелости, где нужно не только писать стихи возлюбленной, но и обеспечивать ее.

Суть: о чём роман?

Молодой дворянин – Александр Адуев, почти всю жизнь проживший в провинции, отправляется в Петербург к своему дяде Петру Адуеву, чтобы поступить на государственную службу. Так герой говорит родственникам, но на самом деле он хочет пробиться в литературную среду и стать великим поэтом. Между молодым романтиком Александром и старым циником Петром сразу же возникают разногласия, ведь дядя не планирует содержать племянника, пока он витает в облаках.

Столичная жизнь сильно разочаровывает Александра. Он испытывает отвращение к своей работе, переживает неудачу в писательской карьере, и даже на любовном фронте Адуев-младший терпит поражение.

Александр покидает Петербург и возвращается домой. Однако, проведя в своём имении совсем немного времени, он понимает, что провинциальная жизнь уже совсем не привлекает его, а потому Адуев решает вернуться в столицу.

Спустя много лет перед нами предстаёт новый Александр Адуев – циничный карьерист, которого не волнует ничего, кроме денег и повышения. Старый Адуев восхищается своим племянником, который поднялся выше, чем сам Пётр мог мечтать. Однако теперь старик понял, что упустил в своей жизни в погоне за деньгами. Его жена при смерти, и теперь им остались жалкие крохи времени, оставшиеся после «карьеры».

Главные герои и их характеристика

Система образов в романе «Обыкновенная история» воплощена Многомудрым Литреконом в таблице:

главные герои романа «обыкновенная история»характеристика
александр адуевмолодой дворянин. симпатичный и чувствительный молодой человек, выросший в глухой провинции, окружённый заботой и достатком. мама воспитала его в тепличных условиях, а сам саша вырос робким, мечтательным и нежным мальчиком. в начале романа он мечтал о любви, государственной службе на благо страны и народа и карьере писателя, однако потерпел поражение во всех своих начинаниях. будучи неспособным отказаться от столичной жизни, александр поддаётся растлевающему влиянию большого города и к концу романа становится одним из тех, кого всегда осуждал – циником и карьеристом.
пётр адуевдядя александра. в начале романа предстаёт перед нами циничным, деловым и бездуховным человеком. он умен, проницателен и расчетлив. свою семью он обеспечивает хорошо, но в жизни всего добился сам и шел к повышениям с нуля. такая жизнь сделала его черствым скептиком — рациональным и далеким от семьи. он пророчит наивному александру провал во всех его начинаниях, однако даже помогает племяннику, отправляя его книгу знакомому писателю от своего имени. к концу романа, однако, несколько преображается и отказывается от карьеры, чтобы помочь своей больной жене – елизавете. однако от своих взглядов не отрекается, восхищаясь свои племянником, ставшим его более успешной копией.
надежда любецкаявосемнадцатилетняя дворянка: кокетливая, смешливая, капризная. ее настроение меняется ежечасно. ничем не примечательная девушка, в которую, однако, без памяти влюбляется неразборчивый александр. после длительных ухаживаний главный герой намеревается сделать ей предложение. но ветреная надежда влюбляется в графа новинского, и отношения с адуевым заканчиваются.
анна адуевамать александра. добрая и заботливая женщина, окружившая сына любовью, воспитавшая в нём искреннего и отзывчивого человека. очень возвышенная и поэтичная, мягкая и нежная женщина, привыкшая к мечтаниям и праздности.
елизавета адуевамолодая жена петра адуева. ласковая и умная женщина, живущая несчастным браком с циничным и холодным мужем. испытывает симпатию к доброте и наивности александра и тяжело переживает его духовное падение.

Тематика романа «Обыкновенная история» многогранна и интересна даже для сегодняшнего читателя, привыкшего к литературному изобилию:

  1. Становление личности – основная тема романа. Гончаров показал тот путь, который прошёл человек от мечтательного юноши до расчётливого карьериста. Становление личности, по мнению Гончарова, может быть не только со знаком «плюс», но и со знаком «минус». Под влиянием неудач Александр изменил самому себе.
  2. Любовь – на протяжении всего произведения юный Адуев неоднократно влюбляется. Однако все его любовные начинания обречены на провал. Потому что, по мнению Гончарова, в столичном обществе Российской империи, погрязшем в цинизме и инфантилизме, нет места по-настоящему глубоким чувствам. Иронично, однако, то, что настоящую любовь в романе демонстрирует именно циничный Пётр Адуев.
  3. Семья – в столичном обществе, изображённом в романе, нет места настоящей семье. Елизавета несчастна в браке, а Александр в итоге женится по расчёту. С другой стороны, живущая в провинции мама Адуева по-настоящему ценит семью и любит своего сына. Город в очередной раз противопоставляется деревне и терпит поражение в системе ценностей Гончарова.
  4. Отцы и дети – бесконечные споры юного Александра и видавшего виды Петра символизируют собой столкновение двух поколений, попытку буйной молодости сломать уклад, сформированный старшими. Однако в итоге «отцы» одерживают победу, и «дети» вынуждены идти по их стопам.
  5. Творчество – попытки Александра стать писателям терпят поражение не только из-за его неопытности, но и от отсутствия воли, чтобы пытаться снова и снова. По мнению писателя, искусство – это долгий и кропотливый труд, к которому нельзя подходить легкомысленно.
  6. Воспитание – детство оказывает огромное влияние на жизнь человека. Именно то воспитание, которое дала Александру мать, сделало его романтиком и идеалистом, который в итоге не смог сопротивляться растлевающему влиянию общества.

Проблемы

Проблематика романа «Обыкновенная история» не менее интересна. Если Вы хотите ее дополнить, то попросите Многомудрого Литрекона в комментариях.

  • Карьеризм – Гончаров испытывает нескрываемое отвращение к карьеристам, лишённым совести и принципов, ограниченных лишь поиском собственной выгоды. В то же время писатель понимает, что зачастую именно такой подход к жизни помогает человеку выжить и добиться успеха. Но какова цена такого успеха? Об этом заставляет задуматься произведение.
  • Равнодушие – общество, изображённое Гончаровым, абсолютно безразлично к страданиям людей. Все его члены стремятся лишь к собственному благополучию, а желания других не играют никакой роли. Так живет столица, погрязшая в суете. Это пропагандирует и дядя, который не поддерживает, а высмеивает племянника.
  • Мещанство – в лице Петра, а потом и Александра Адуевых Гончаров представляет нам целую касту людей – мещан. В его понимании это мелочные и жалкие люди, с головой ушедшие в быт и работу и позабывшие о каком-либо духовном развитии. Они бесцельно проживают свою жизнь среди тысяч таких же мещан.
  • Юношеский максимализм – писатель симпатизирует юному Александру, его идеализму и горячности, но в то же время показывает, что эти качества не приносят ничего, кроме боли и разочарования. Автор призывает читателей соблюдать баланс между душевностью и здоровым цинизмом.
  • Городская и деревенская жизнь – Гончаров жёстко противопоставляет город и деревню. Город – обитель порока, в которой нет места по-настоящему хорошему человеку, однако в то же время город крайне притягателен и мало кто способен отказаться от городской суеты. Деревня же в его глазах представлена как идеальная утопия, в которой нет места волнению и страданиям, однако мало какой человек, жаждущий жизни, останется в этом застывшем раю. Писатель вырисовывает две крайности и предлагает читателям самим сделать выбор.

Смысл

Гончаров изобразил дворянское общество Российской империи, насквозь пропитанное цинизмом и мелочностью. Он показал, как оно на корню губит всё доброе и светлое в человеке, извращая его душу и превращая его в часть серой массы. Главная мысль романа «Обыкновенная история» заключается в необходимости сопротивляться растлевающему влиянию города и сохранять себя для близких людей, которые в тебе нуждаются.

Писатель демонстрирует нам две крайности в лице Петра и Александра. Он одинаково отрицает обе, призывая нас жить в реальном мире, здраво смотреть на вещи, но в то же время оставаться людьми, способными мечтать и мыслить. Такова основная идея романа «Обыкновенная история».

Критика

Роман Гончарова был восторженно встречен читающей публикой.

Виссарион Белинский очень хвалил роман за хорошо прописанные женские образы. Однако Белинскому особенно пришёлся по душе образ Петра Аудева, которого он считал лучшим персонажем романа.

Другой известный критик – Дружинин, поставил «Обыкновенную историю» на один уровень с «Евгением Онегиным», за его точное изображение дворянского общества и красивые пейзажи.

Также критики высоко оценили художественное своеобразие романа «Обыкновенная история»:

«Дарование г-на Гончарова — дарование самобытное: он идет своим путем, не подражая никому, ни даже Гоголю, а это не безделица в наше время…» (критик под псевдонимом «В. М.», «Ведомости Санкт-петербургской городской полиции», 8 марта 1847 г., №54)

Однако некоторые рецензенты заметили догматизм автора и его чрезмерное стремление навязать основную мысль:

«…Роман хорош. В молодом авторе есть наблюдательность, много ума; идея кажется нам немного запоздалою, книжною, но проведена ловко. Впрочем, особенное желание автора сохранить свою идею и растолковать ее как можно подробнее придало роману какой-то особенный догматизм и сухость, даже растянуло его. Этого недостатка не выкупает и легкий, почти летучий слог г-на Гончарова. Автор верит действительности, изображает людей как они есть. Петербургские женщины вышли очень удачны…» (анонимный автор под псевдонимом «Н. Н.», «Санкт-Петербургские ведомости», 13 апреля 1847, № 81)

Особенности творчества Гончарова заключаются в его наблюдательности и умении точно передать атмосферу общества и эпохи:

…От наблюдательности г-на Гончарова не ускользает ни одно малейшее движение Евсея, Аграфены, дворника, его жены, ямщика, лодочников. Эти черты наблюдательности тем больше вас поражают, что рядом с ними в то же время главное действие продолжается само собою, идет своим путем; они только перебегают по сцене действия как легкие, неуловимые огоньки, или, лучше, как разнородные, разнохарактерные голоса в толпе. Это разнообразит картины романа и делает эффект их на читателя разностороннее…» (неизвестный автор, рецензия в журнале «Отечественные записки», 1848 г, №3)

Ссылка на основную публикацию
×
×