«Мертвые души» Гоголя — горький упрек современной России но не безнадежный: сочинение

«Мертвые души» Н.В. Гоголя – удивительная книга, горький упрек современной Руси, но не безнадежный» (А.И. Герцен).

Скачать сочинение
Тип: Проблемно-тематический анализ произведения

Свое произведение «Мертвые души» Гоголь писал на протяжении 17 лет. За этот срок его задумка неоднократно менялась. В итоге в поэме перед нами предстает всеобъемлющая картина современной автору Руси.

Важно заметить, что Гоголь определил жанр своего произведения как поэму. Это неслучайно, ведь в своем творении автор огромнейшее место уделил человеческой душе. И само название произведения подтверждает это. Под выражением «мертвые души» Гоголь подразумевал не только ревизские души умерших крестьян, но и погребенные под мелочными интересами жизни многих людей.

Осуществляя свою идею, Чичиков ездит почти по всей России. Благодаря его путешествию перед нами предстает целая галерея «мертвых» душ. Это и помещики Манилов, Коробочка, Ноздрев, Собакевич, Плюшкин, и чиновники губернского города N, и сам Чичиков.

Чичиков наносит визиты помещикам в определенной последовательности: от менее плохого – к худшему, от тех, у кого еще есть душа, до полностью бездушных.

Первым перед нами предстает Манилов. Его бездушие заключается в бесплодной мечтательности, бездеятельности. На всем в своей усадьбе Манилов оставляет след этих качеств. Неудачен выбор места для господского дома, смешна претензия на глубокомыслие (беседка с плоским куполом и надписью «Храм уединенного размышления»). Та же самая праздность отражается и в обстановке комнат дома. В гостиной прекрасная мебель и тут же два кресла, обтянутые рогожей. В кабинете лежит книжка «с закладкою на четырнадцатой странице, которую он читал постоянно уже два года». На словах он любит свою семью, крестьян, но на деле совершенно о них не заботится. Все управление поместьем Манилов доверил плуту приказчику, который разоряет и крестьян, и помещика. Праздная мечтательность, бездеятельность, ограниченность умственных интересов при кажущейся культурности позволяет нам отнести Манилова к «праздным небокоптителям», ничего не дающим обществу.

В поисках Собакевича Чичиков попадает к помещице Коробочке. Ее бездушие выражается в поразительно мелких жизненных интересах. Кроме цен на пеньку и на мед Коробочку больше ничего не волнует. Она поразительно тупа («дубиноголовая», как назвал ее Чичиков), равнодушна и полностью оторвана от людей. Все, что выходит за границы ее скудных интересов, помещицу не интересует. На вопрос Чичикова, не знает ли она Собакевича, Коробочка отвечает, что не знает, а стало быть, его и нет. Все в доме у помещицы похоже на коробочки: и дом как коробочка, и двор как коробочка, набитая всякой живностью, и комод-коробочка с деньгами, и голова, как деревянный короб. Да и само имя героини – Коробочка – передает ее сущность: ограниченность и узость интересов.

Стремясь все же найти Собакевича, Чичиков попадает в лапы Ноздрева. Этот человек из тех, что «начнут гладью, а кончат гадью». Ноздрев одарен всеми возможными «задорами»: удивительной способностью врать без нужды, надувать в карты, меняться на что попало, устраивать «истории», покупать и спускать все дотла. Он наделен широтой натуры, поразительной энергией и деятельностью. Его мертвенность заключается в том, что он не умеет свои «таланты» направить в положительное русло.

Далее Чичиков наконец-то попадает к Собакевичу. Он крепкий хозяин, «кулак», готовый ради наживы на любое мошенничество. Он никому не доверяет: деньги и списки мертвых душ Чичиков и Собакевич одновременно передают друг другу из рук в руки. Городских чиновников он судит по себе: «Мошенник на мошеннике сидит и мошенником погоняет». Мелочность и ничтожность души Собакевича подчеркивает описание вещей в его доме. Каждый из предметов Собакевича как бы говорит: «И я тоже Собакевич!» Вещи словно бы оживают, обнаруживая «какое-то странное сходство с самим хозяином дома», а сам хозяин напоминает «средней величины медведя».

Бездушность Собакевича приняла совершенно бесчеловечные формы у Плюшкина, у которого крестьяне «мерли, как мухи». Даже собственных детей он лишил средств к существованию. Плюшкин завершает галерею помещичьих «мертвых душ». Он – «прореха на человечестве», олицетворяющий полный распад личности. Этот герой дан нам в процессе деградации. В прошлом он слыл помещиком опытным, предприимчивым, хозяйственным. Но со смертью его любимой жены в нем усилилась подозрительность и скупость до высшей степени. Бессмысленное накопительство привело к тому, что очень богатый хозяин морит голодом своих людей, а его запасы гниют в амбарах. Полную бездушность характеризует куча хлама посреди его комнаты – он сам превратился в хлам, лишенный всех человеческих характеристик. Он скорее похож на нищего, чем на помещика, на человека без рода и без полу (то ли ключник, то ли ключница).

Галерею «мертвых душ» дополняют образы чиновников уездного города N. Они еще более обезличены, чем помещики. Это «корпорация служебных воров и грабителей». Все они бездельники, «тюфяки», «байбаки». Мертвенность чиновников показана в сцене бала: людей не видно, повсюду фраки, мундиры, муслины, атласы, ленты. Весь интерес жизни сосредоточен у них на сплетнях, мелком тщеславии, зависти.

И крепостные слуги, находясь в подчинении у бездушных хозяев, сами становятся такими же (например, черноногая девка Коробочки, Селефан, Петрушка, дядя Митяй и дядя Миняй). Да и сам Чичиков, по мнению Гоголя, бездушен, потому что заботится только о своей наживе, не брезгуя ничем.

Уделив огромное внимание «мертвым душам», Гоголь показывает нам и живых. Это образы умерших или беглых крестьян. Это крестьяне Собакевича: чудо-мастер Михеев, сапожник Максим Телятников, богатырь Степан Пробка, умелец-печник Милушкин. Также это беглый Абакум Фыров, крестьяне восставших деревень Вшивая-спесь, Боровки и Задирайлова.

Мне кажется, что взгляд Гоголя на современную ему Россию весьма пессимистичен. Все «живые» души у него мертвы. Отводя огромное место описанию «мертвых душ», Гоголь все же верит в то, что в будущем Русь возродится с помощью душ «живых». Об этом говорит нам лирическое отступление про «Русь-тройку» в конце поэмы: «Чудным звоном заливается колокольчик. летит мимо все, что ни есть на земле, и косясь постораниваются и дают ей дорогу другие народы и государства».

человек просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

/ Сочинения / Гоголь Н.В. / Мертвые души / «Мертвые души» Н.В. Гоголя – удивительная книга, горький упрек современной Руси, но не безнадежный» (А.И. Герцен).

Смотрите также по произведению “Мертвые души”:

«Мертвые души» Н. В. Гоголя – удивительная книга, горький упрек современной Руси, но не безнадежный» (А. И. Герцен) (вариант 2)

«Мертвые души» Н. В. Гоголя – удивительная книга, горький упрек современной Руси, но не безнадежный» (А. И. Герцен)

Тема России и ее будущего всегда волновала писателей и поэтов. Многие из них пытались предсказать судьбу России и объяснить положение, создавшееся в стране в то или иное время. Так и Н. В. Гоголь отразил в своих произведениях наиболее важные черты эпохи, современной писателю, – эпохи кризиса крепостничества. Поэма Н. В. Гоголя «Мертвые души» – произведение не только о настоящем и будущем России времен Гоголя, а о судьбе России вообще, о ее месте в мире. Писатель пытается проанализировать жизнь нашей страны в тридцатые годы ХIХ века и делает вывод, что люди, которые несут ответственность за судьбу России, – мертвые души. Это один из смыслов, который вкладывал автор в название поэмы. Также название помогает нам понять одну из характерных черт России – абсурдность. В религиозной традиции душа считается бессмертной, значит, она не может быть мертвой. Гоголь подчеркивает: как абсурдно название поэмы, так абсурдно и устройство жизни в России. Первоначальным замыслом автора было «показать хотя с одного боку всю Русь», но позже замысел поменялся и Гоголь написал про свое произведение: «Вся Русь явится в нем». Воплощению замысла помогает и жанр произведения: поэма раскрывает перед читателем более широкую панораму России того времени. Кроме того, жанр поэмы предполагает сочетание эпического и лирического начал в рамках одного произведения.

автора проявляется в лирических отступлениях. Гоголь рассуждает о России, о ее настоящем и будущем. И хотя во время чтения произведения создается ощущение, что состояние страны плачевное и ничего изменить нельзя, автор все-таки выражает надежду на будущее Руси. Большую роль в создании мотива надежды играет образ дороги. Гоголь размышляет о российских дорогах и их состоянии в лирических отступлениях. Дорога описывается как чудо и воспринимается как спасение, спасение не только для человека, который пытается забыться, но и для всего человечества, для всей России. По мнению автора, состояние дорог отражает положение в стране. Поэма «Мертвые души» начинается с образа дороги: главный герой приезжает в город, о котором Гоголь пишет, что «мостовая везде была плоховата». Когда Чичиков разговаривает с губернатором, он специально лжет, чтобы втереться в доверие, что «дороги везде бархатные». Дорога становится персонажем в поэме и приобретает особый смысл. Надежды писателя связаны именно с этим образом. Гоголь хочет сказать, что будущее России – в движении и развитии. Также автор сравнивает Русь с птицейтройкой; он не дает ответа, куда она несется, но последняя фраза поэмы заключает надежду на то, что в России есть внутренние силы, которые ведут ее в нужном направлении.

в поэме, не похожи друг на друга, и в то же время в каждом из них выступают отдельные типичные черты русского барина: скупость, праздность и духовная пустота. Наиболее яркими представителями являются Собакевич и Плюшкин. Помещик Собакевич символизирует мрачный крепостной уклад жизни. Он человек циничный и грубый. Все вокруг похоже на него самого: богатая деревня, интерьер и даже дрозд, сидящий в клетке. Но такое состояние поместья говорит о том, что Собакевич заботится только о себе. Собакевич враждебно относится ко всему новому, ему ненавистна сама мысль о «просвещении». Автор постоянно сравнивает его с медведем, а Чичиков называет Собакевича «кулаком». Другой помещик, Плюшкин, является не столько комической фигурой, сколько трагической. В описании его деревни ключевым является слово «запущенность». Его поместье – это образ-символ всей запущенной России. Плюшкин утратил все человеческое, даже пол его Чичиков не сразу смог определить. Гоголь называет Плюшкина «прорехой на человечестве», и становится ясно, что такой человек не может нести ответственность за судьбу России. Все помещики, представленные в поэме, являются мертвыми душами, об этом говорит описание их поместий, внешности, семьи.

Читайте также:  Многословие и пустословие героев романа «Мертвые души»: сочинение

населения, отношение к службе как к источнику чинов и богатства, невежество и безразличие к народу. Случайная и нелепая смерть прокурора становится ярким свидетельством бесцельности и пустоты жизни чиновников. Они так же, как и помещики, являются «мертвыми душами». В системе образов поэмы крестьяне не занимают столь уж большого места по сравнению с образами помещиков и чиновников. Автор размышляет о трагической судьбе народа, используя сатиру. Гоголь смеется над примитивностью, неразвитостью и невежеством русских мужиков, но смеется сквозь слезы. Автор видит причину трагической судьбы народа в многовековом рабстве и произволе со стороны высших сословий. Отношение писателя к народу в поэме двойственно. Автор задумывается о живой душе русского народа, верит в его жизненную силу и прекрасное будущее, которое ждет русский народ. Гоголь считает, что крестьяне – это «живые души», в которых заключены природное и нравственное начала, способные возродить Россию. Писатель возлагает на народ надежды. Как кучер Селифан правит бричкой, в которой едет Чичиков, так и весь простой русский народ правит Россией, которую Гоголь сравнивает с птицейтройкой. Иногда голосом Селифана говорит сам автор. Также автор на примере лакея Чичикова Петрушки показывает, что простой мужик, символизирующий весь русский народ, никогда не пропадет. Живые помещики воспринимаются нами как мертвые души, а мертвые крестьяне, о которых идет речь в сцене покупки мертвых душ в доме Собакевича, – как живые люди.

««Мертвые души» Гоголя — горький упрек современной России но не безнадежный»

Можно по-разному рассказать об одном и том же явлении. Можно поставить его в тень, можно выдвинуть на яркий свет, развернуть, рассмотреть со всех сторон. Можно показать все большое, что сразу бросается в глаза, а можно составить портрет из мелочей, из подробностей, высветить самую мельчайшую черточку. Если умело создать портрет из мелочей, то он намного лучше отразит характер, чем черты, бросающиеся в глаза, но не являющиеся главными, определяющими.

Гоголь не стал писать про всю страну, изобразил не шумную жизнь столицы, а открыл нам «глубинку» — настоящую Россию во всех ее подробностях. Почему-то представляешь себе старинный кукольный театр, где среди декораций — желтых каменных домов и серых от дождя деревянных изб — по грязной мостовой едут коляски, медленно проходят люди. Все почти как в жизни: свой высший свет с его интригами, свои стражи порядка, чиновники, свои встречи и беседы. Только люди настолько мелкие и пустые, что кажутся куклами. Герои Гоголя и обстановка, в которой они живут, подчеркивают, усиливают друг друга. Манилов — мечтательный никчема, с уймой планов, ни один из которых никогда не доводится до конца. В его комнате — случайная мебель, книжка уже несколько лет открыта на той же четырнадцатой странице. Собакевич — богатый скупердяй. Его крепкий, на века возводившийся дом уставлен мощными столами и стульями. Ободранный Плюшкин, живущий среди превратившихся в мусор драгоценностей. Помещица Коробочка с ее узелочками, ящичками, блинчиками и пирожками и такой мелочной недоверчивостью и придирчивостью, что диву даешься. Забияка и лгун Ноздрев с его нелепыми выдумками и предложениями. Все они какие-то двухмерные, нелепые, ненастоящие, живущие, словно заводные куклы — двигаются, разговаривают, что-то продают, выменивают, покупают, но только душ не имеют.

Правда, у них есть крепостные — «души», которыми, по законам государственным и человеческим, они не только имеют право распоряжаться, владеть, выплачивая налоги в государственную казну, но и должны отвечать — заботиться о их благоденствии. Да где там! Манилову дела нет до обнищавших обитателей крестьянских избенок; даже простой учет живых и мертвых он переложил на управляющего. Собакевич и с живыми, и с мертвыми обращается как с полезным товаром: ради выгоды хоть одну женскую душу да припишет к списку мужчин, прибавив к имени мужское окончание — «Елизаветъ Воробей».

Вот и разъезжает по их поместьям Чичиков, готовый продать за копейку и доверчивого дрессированного мышонка, и старого учителя, и школьных товарищей, и таможню с ее учреждениями, и саму родину. Даже последние капли совести он продаст за копейку, потому что только копейка, по его мнению, не изменит, только она поможет…

Именно мертвые души — оплот этого ужасного сумасшедшего мира, оправдывающего систему владения одного человека другими людьми, готового вознести на вершину власти никчемных чиновников, и забыть о заслугах и страданиях капитана Копейкина. Мира, где даже на высших ступеньках, в первых рядах господствует подлость. Мир, где труженики, содержащие Россию своим трудом, пугаются простой полицейской фуражки даже без самой персоны блюстителя порядка. Мир, где не встретишь ни одного ясного лица, не найдешь ни единого положительного героя. Недаром же Гоголь, создавая свой роман, решил «припрячь подлеца »…

Писатель бросает горький упрек современной ему стране, упрек горький и болезненный для него самого, но не безнадежный. Даже в этих замученных, забитых, несчастных крепостных душах, терпящих физические и моральные издевательства, становящихся предметом купли-продажи, чьи дети не знают, где право, где лево и в любую пору года ходят босиком, надевая сапоги лишь в панских покоях, тлеет уголек силы, способной разгореться в яркое пламя. Слава пережила крепостных мастеров плотника Степана Пробку и каретника Михеева. Стал легендой простой русский мужик, который никогда не теряется, и если надо, засучит рукава, возьмет топор и поставит новую избу. А потому правдивы пророческие слова Гоголя о птице-тройке, о народе и стране, которой «дадут дорогу другие народы и государства». Нужно лишь, чтобы эта сила проснулась, чтобы этот огонек не погас. О том и заботился великий писатель Николай Васильевич Гоголь, и несколько поколений разбуженных и воспитанных его книгами читателей.

Сочинение: Мертвые души Гоголя горький упрек современной России, но не безнадежный

Можно по-разному рассказать об одном и том же явлении. Можно поставить его в тень, можно выдвинуть на яркий свет, развернуть, рассмотреть со всех сторон. Можно показать все большое, что сразу бросается в глаза, а можно составить портрет из мелочей, из подробностей, высветить самую мельчайшую черточку. Если умело создать портрет из мелочей, то он намного лучше отразит характер, чем черты, бросающиеся в глаза, но не являющиеся главными, определяющими.

Гоголь не стал писать про всю страну, изобразил не шумную жизнь столицы, а открыл нам «глубинку» — настоящую Россию во всех ее подробностях. Почему-то представляешь себе старинный кукольный театр, где среди декораций — желтых каменных домов и серых от дождя деревянных изб — по грязной мостовой едут коляски, медленно проходят люди. Все почти как в жизни: свой высший свет с его интригами, свои стражи порядка, чиновники, свои встречи и беседы. Только люди настолько мелкие и пустые, что кажутся куклами. Герои Гоголя и обстановка, в которой они живут, подчеркивают, усиливают друг друга. Манилов — мечтательный никчема, с уймой планов, ни один из которых никогда не доводится до конца. В его комнате — случайная мебель, книжка уже несколько лет открыта на той же четырнадцатой странице. Собакевич — богатый скупердяй. Его крепкий, на века возводившийся дом уставлен мощными столами и стульями. Ободранный Плюшкин, живущий среди превратившихся в мусор драгоценностей. Помещица Коробочка с ее узелочками, ящичками, блинчиками и пирожками и такой мелочной недоверчивостью и придирчивостью, что диву даешься. Забияка и лгун Ноздрев с его нелепыми выдумками и предложениями. Все они какие-то двухмерные, нелепые, ненастоящие, живущие, словно заводные куклы — двигаются, разговаривают, что-то продают, выменивают, покупают, но только душ не имеют.

Правда, у них есть крепостные — «души», которыми, по законам государственным и человеческим, они не только имеют право распоряжаться, владеть, выплачивая налоги в государственную казну, но и должны отвечать — заботиться о их благоденствии. Да где там! Манилову дела нет до обнищавших обитателей крестьянских избенок; даже простой учет живых и мертвых он переложил на управляющего. Собакевич и с живыми, и с мертвыми обращается как с полезным товаром: ради выгоды хоть одну женскую душу да припишет к списку мужчин, прибавив к имени мужское окончание — «Елизаветъ Воробей».

Вот и разъезжает по их поместьям Чичиков, готовый продать за копейку и доверчивого дрессированного мышонка, и старого учителя, и школьных товарищей, и таможню с ее учреждениями, и саму родину. Даже последние капли совести он продаст за копейку, потому что только копейка, по его мнению, не изменит, только она поможет…

Именно мертвые души — оплот этого ужасного сумасшедшего мира, оправдывающего систему владения одного человека другими людьми, готового вознести на вершину власти никчемных чиновников, и забыть о заслугах и страданиях капитана Копейкина. Мира, где даже на высших ступеньках, в первых рядах господствует подлость. Мир, где труженики, содержащие Россию своим трудом, пугаются простой полицейской фуражки даже без самой персоны блюстителя порядка. Мир, где не встретишь ни одного ясного лица, не найдешь ни единого положительного героя. Недаром же Гоголь, создавая свой роман, решил «припрячь подлеца »…

Писатель бросает горький упрек современной ему стране, упрек горький и болезненный для него самого, но не безнадежный. Даже в этих замученных, забитых, несчастных крепостных душах, терпящих физические и моральные издевательства, становящихся предметом купли-продажи, чьи дети не знают, где право, где лево и в любую пору года ходят босиком, надевая сапоги лишь в панских покоях, тлеет уголек силы, способной разгореться в яркое пламя. Слава пережила крепостных мастеров плотника Степана Пробку и каретника Михеева. Стал легендой простой русский мужик, который никогда не теряется, и если надо, засучит рукава, возьмет топор и поставит новую избу. А потому правдивы пророческие слова Гоголя о птице-тройке, о народе и стране, которой «дадут дорогу другие народы и государства». Нужно лишь, чтобы эта сила проснулась, чтобы этот огонек не погас. О том и заботился великий писатель Николай Васильевич Гоголь, и несколько поколений разбуженных и воспитанных его книгами читателей.

Горький, но не безнадежный упрек (русская тема в творчестве Н.В. Гоголя)

“Мертвые души” все сочли

(пусть ложно) за копию с действительности,

подписав под творениями — “с подлинным верно”.

Лучшие литературные критики России единодушно и справедливо считали и считают Н. В. Гоголя первостепенным художником русского слова, гигантом философской мысли. Наверное, только Пушкин удостоился стольких восхищенных отзывов о своем творчестве от русских мыслителей. Особенно ярко Гоголь заявил о себе поэмой “Мертвые, души”. Это произведение никого не оставило равнодушным. Споры возникали даже вокруг определения жанра этого произведения. Почему поэма?

Столько проявлений мятежного русского духа и резкой полемики с окружающим миром дает Гоголь в своем произведении.

Мое понимание авторской позиции в “Мертвых душах” в большей части я основываю на высказываниях о поэме великих русских мыслителей. Например, Герцен сказал: “Эта книга — горький упрек современной Руси, но не безнадежный; там, где взгляд может проникнуть сквозь туман нечистых, навозных испарений, там он увидит удалую, полную сил национальность”. Лично я считаю, что противоречия специально заложены автором в произведение, чтобы ярче выразить положительные моменты русской жизни. Вспомним, сколько в романе светлых лирических отступлений, радующих читателя настоящей поэзией, поэтому Гоголь и назвал “Мертвые души” поэмой, хотя написаны они прозаическим языком. Значит, в названии также можно уловить отношение автора к российской жизни. Поэма явно задумана как эпическое произведение, где автор ставит перед собой глобальные задачи — отобразить, как в зеркале, жизнь России той эпохи. Что касается язвительного языка во многих отрывках произведения, так он свойствен Гоголю. Вспомним, что ирония Гоголя появляется в разных его вещах, например в “Ревизоре”, “Тарасе Бульбе”. Особенно ироничен Гоголь в своих знаменитых “Выборных местах из переписки с друзьями”. Если кто обратил внимание на письма Гоголя, то наверняка заметил, что он ко всем относится с разным эмоциональным настроем. Пушкина Гоголь боготворит, с иными холоден, над некоторыми откровенно иронизирует. Таков Гоголь и в своих художественных произведениях. Пушкин признавал за Гоголем первенство в умении виртуозно обнажать пошлость жизни, показать крупно мелочь.

В поэме Гоголь сознательно проводит читателя через все лабиринты человеческого нравственного уродства.

Построение произведения в форме путешествия по России также дает автору возможность заглянуть вместе с читателем во все интересующие его сферы жизни русского общества. Особенно досталось в поэме русским чиновникам. Гоголь был, я считаю, далек от огульных оценок и выбрал для показа самых плохих чиновников. Перед нами проходят мелкие, пустые и трусливые личности. Но такое чиновничество всегда объединяется в силу, тормозящую нормальный жизненный процесс в обществе. Эта сила поощряет процветание взяточничества, кляузничества, возвышение личных интересов над государственными.

В названии поэмы, я считаю, также скрыт не один смысл, а несколько. “Мертвые души” — это и живые уродливые люди. “Мертвые души” — это и недалекие и не созидательные мысли. “Мертвые души” — это и люди, не способные видеть красоту мира. Самый главный “мертвый” — Павел Иванович Чичиков. Мошенник с “претензией”, он не способен к созиданию. Лишь в одном устремлении он доходит до фанатизма: заработать денег любыми путями, чтобы потом посредством брака и рождения детей оставить след того, “что он действительно существовал, а не то, что прошел по земле какой-нибудь тенью или призраком”. Вообще-то, этот порыв сам по себе является благородным, если им руководствуется не мошенник.

Автор разоблачает Чичикова, показывая его фантазии о возможных судьбах приобретенных им крепостных “мертвых душ”.

Итак, Гоголь меняет местами души: “мертвые” становятся живыми и наоборот. Птица-тройка — это живая душа Святой Руси, которая мчится сквозь строй всякой мертвечины. Слухи

о сожжении Гоголем второго тома “Мертвых душ” можно истолковать и как отказ писателя что-то добавлять к тому, что уже им определено в русской жизни, и как отказ от уверенности в собственной правоте. Но вряд ли Гоголь уступил бы в этой схватке с темными силами. Поэтому, мне кажется, что скорее всего писатель пришел к выводу, что добавить к сказанному больше нечего. Все предельно ясно. И птица-тройка, запущенная им однажды, не прекращает своего стремительного полета в будущее. Это, по-моему, главнейшая позиция Николая Васильевича Гоголя в поэме “Мертвые души”.

А. И. Герцен о Гоголе

ИЗ ДНЕВНИКОВ, МЕМУАРОВ И СТАТЕЙ

. «Мертвые души» Гоголя — удивительная книга, горький упрек современной Руси, но не безнадежный. Там, где взгляд может проникнуть сквозь туман нечистых, навозных испарений, там он видит удалую, полную силы национальность. Портреты его удивительно хороши, жизнь сохранена во всей полноте; не типы отвлеченные, а добрые люди, которых каждый из нас видел сто раз. Грустно в мире Чичикова, так, как грустно нам в самом деле; и там, и тут одно утешение в вере и уповании на будущее. Но веру эту отрицать нельзя, и она не просто романтическое упование ins Blaue*, а имеет реалистическую основу: кровь как-то хорошо обращается у русского в груди.

Толки о «Мертвых душах». Есть слова примирения, есть предчувствия и надежды будущего, полного и торжественного, но это не мешает настоящему отражаться во всей отвратительной действительности. Тут переход от Собакевичей к Плюшкиным, — обдает ужас; вы с каждым шагом вязнете, тонете глубже, лирическое место вдруг оживит, осветит и сейчас заменяется опять картиной, напоминающей еще яснее, в каком рве ада находимся и как Данте хотел бы перестать видеть и слышать, — а смешные слова веселого автора раздаются.

«Мертвые души» — поэма, глубоко выстраданная. «Мертвые души», — это заглавие само носит в себе что-то, наводящее ужас. И иначе он не мог назвать; не ревизские — мертвые души, а все эти Ноздревы, Маниловы и tutti quanti* — вот мертвые души, и мы их встречаем на каждом шагу. Где интересы общие, живые, в которых живут все вокруг нас дышащие мертвые души? Не все ли мы после юности, так или иначе, ведем одну из жизней гоголевских героев? Один остается при маниловской тупой мечтательности, другой буйствует a la Nosdreff, третий — Плюшкин и пр. Один деятельный человек — Чичиков, и тот ограниченный плут. Зачем он не встретил нравственного помещика, добросерда, стародума. Да откуда попался бы в этот омут человек столько абнормальный, и как он мог бы быть типом.

. Не будучи по происхождению, подобно Кольцову, из народа, Гоголь принадлежал к народу по своим вкусам и по складу своего ума. Гоголь совершенно независим от иностранного влияния: он не знал никакой литературы, когда имел уже имя. Он больше сочувствовал народной жизни, чем придворной, что естественно со стороны украинца .

Рассказы, которыми дебютировал Гоголь, составляют ряд картин украинских нравов и видов истинной красоты, полных веселости, грации, движения и любви. Такие повести невозможны в Великороссии за неимением сюжета, оригинала. У нас народные сцены тотчас же принимают мрачный и трагический вид, что угнетает читателя, — я говорю «трагический» только в смысле Лаокоона. Это — трагическое судьбы, перед которым человек падает без борьбы. В этих случаях скорбь превращается в бешеную злобу и отчаяние, а смех — в горькую и злобную иронию. Кто без негодования и стыда способен прочесть замечательную повесть «Антон-Горемыка» или шедевр Тургенева — «Записки охотника»?

По мере того как Гоголь выходил из Украйны и близился к средней России, исчезали наивные и прелестные образы. Нет более полудикого героя вроде «Тараса Бульбы»*; нет более добродушного, патриархального старика, какого Гоголь так хорошо изобразил в «Старосветских помещиках». С московским небом все становится мрачно, пасмурно, враждебно. Он все смеется, — он смеется даже больше, чем прежде, — но другим смехом, и только люди очень черствые или очень простодушные ошиблись в оценке этого смеха. Переходя от своих украинцев и казаков к русским, Гоголь оставляет в стороне народ и сосредоточивается на двух своих самых заклятых врагах: на чиновнике и помещике. Никто никогда до него не читал такого полного патолого-анатомического курса о русском чиновнике. С хохотом на устах он без жалости проникает в самые сокровенные складки нечистой, злобной чиновнической души. Комедия Гоголя «Ревизор», его поэма «Мертвые души» представляют собою ужасную исповедь современной России, напоминающую разоблачения Котошихина в XVII веке**.

Император Николай умирал со смеху, присутствуя на представлениях «Ревизора».

Поэт, в отчаянии, что вызвал только августейший хохот и самодовольный смех чиновников, совершенно тождественных с теми, которых он изобразил, но более ограждаемых цензурою, — счел своей обязанностью разъяснить, что его комедия не только очень смешна, но и очень печальна, что за смехом кроются горячие слезы.

После «Ревизора» Гоголь обратился к поместному дворянству и выставил напоказ этот неизвестный народ, державшийся за кулисами вдали от дорог и больших городов, хоронившийся в глуши своих деревень, — эту Россию дворянчиков, которые, хотя и живут без шума и кажутся совсем ушедшими в заботы о своих землях, но скрывают более глубокое развращение, чем западное. Благодаря Гоголю мы, наконец, увидели их выходящими из своих дворцов и домов без масок, без прикрас, вечно пьяными и обжирающимися; рабы власти без достоинства и тираны без сострадания своих крепостных, высасывающие жизнь и кровь народа с тою же естественностью и наивностью, с какой питается ребенок грудью своей матери.

«Мертвые души» потрясли всю Россию.

Подобное обвинение необходимо было современной России. Это — история болезни, написанная мастерской рукой. Поэзия Гоголя — это крик ужаса и стыда, который испускает человек, унизившийся от пошлой жизни, когда вдруг он замечает в зеркале свое оскотинившееся лицо. Но чтобы такой крик мог раздаться из чьей-либо груди, нужно, чтобы были и здоровые части, и большое стремление к реабилитации. Кто откровенно сознается в своих слабостях и пороках, тот чувствует, что они не составляют сущности его самого, что они еще не окончательно его поглотили, что есть еще в нем кое-что, спасающее от падения и противящееся ему, что он способен еще искупить прошедшее и не только поднять голову, но стать, как в трагедии Байрона, из Сарданапала-обабившегося Сарданапалом-героем .

Автор статьи «Москвитянина» говорит, что Гоголь «спустился, как горнорабочий, в этот глухой мир, где не слышится ни громовых ударов, ни сотрясений, неподвижный и однообразный, в бездонное болото, медленно, но безвозвратно затягивающее все, что есть свежего (это говорит славянофил); он спустился, как горнорабочий, нашедший под землею жилу, еще не початую». Да, Гоголь почуял эту силу, эту нетронутую руду под необработанной землей. Может, он ее и почал бы, но, к несчастию, раньше времени подумал, что достиг дна, и вместо того, чтобы продолжать расчистку, стал искать золото. Что же из этого вышло? Он начал защищать то, что прежде разрушал, оправдывать крепостное право и кончил тем, что бросился к ногам представителя «благоволения и любви».

Пусть славянофилы подумают о падении Гоголя. Они найдут в нем, может, больше логики, чем слабости. От православного смиренномудрия, от самоотречения, переносящего свою индивидуальность на индивидуальность государя, до обожания самодержца один только шаг.

Оставим, однако, идеалистов и гуманистов — мечтателей. Роман и повесть страстно набросились на несравненно более земной, вполне национальный сюжет — на вампира русского общества, чиновника. Повелитель последнего малодушно предал его литературе, предполагая, что она будет касаться только низших рангов. Это новое направление сразу достигло необычайного успеха. Одним из первых его бесстрашных застрельщиков, который, не боясь ни насекомых, ни заразы, начал с заостренным пером преследовать эту дичь вплоть до канцелярий и трактиров, среди попов и городовых, был казак Луганский (псевдоним Даля.) Малоросс по происхождению, он не чувствовал склонности к чиновничеству и, одаренный выдающимся талантом наблюдения, прекрасно знал свою среду и еще лучше народ. Он имел массу случаев узнать народную жизнь. В качестве врача он изъездил всю Россию, потом служил в Оренбурге, на Урале, долгое время работал в министерстве внутренних дел, все видел, все наблюдал и затем рассказывал об этом с лукавством и своеобразием, которые временами были полны большого комизма.

Вскоре после него явился Гоголь, прививший свое направление и даже свою манеру целому поколению. Иностранцу трудно понять огромное впечатление, произведенное у нас на сцене «Ревизором», который потерпел в Париже полное фиаско. У нас же публика своим смехом и рукоплесканиями протестовала против нелепой и тягостной администрации, против воровской полиции, против общего «дурного правления». Большая поэма в прозе «Мертвые души» произвела в России такое же впечатление, какое во Франции вызвала «Свадьба Фигаро». Можно было с ума сойти при виде этого зверинца из дворян и чиновников, которые слоняются в глубочайшем мраке, покупают и продают «мертвые души» крестьян.

Но и у Гоголя можно иногда уловить звук другой струны: в его душе точно два потока. Пока он находится в комнатах начальников департамента, губернаторов, помещиков, пока его герои имеют, по крайней мере, орден св. Анны или чин коллежского ассесора, до тех пор он меланхоличен, неумолим, полон сарказма, который иной раз заставляет смеяться до судорог, а иной — вызывает презрение, граничащее с ненавистью.

Но когда он, наоборот, имеет дело с ямщиками из Малороссии, когда он переносится в мир украинских казаков или шумно танцующих у трактира парубков, когда рисует перед нами бедного старого писаря, умирающего от огорчения, потому что у него украли шинель, тогда Гоголь — совсем иной человек. С тем же талантом, как прежде, он нежен, человечен, полон любви; его ирония больше не ранит и не отравляет; это — трогательная, поэтическая, льющаяся через край душа, и таким остается он до тех пор, пока случайно не встретит на своем пути городничего, судью, их жены или дочери, — тогда все меняется; он срывает с них человеческую личину и с диким и горьким смехом обрекает их на пытку общественного позора.

. Гоголь приподнял одну сторону занавеси и показал нам русское чиновничество во всем безобразии его; но Гоголь невольно примиряет смехом: его огромный комический талант берет верх над негодованием. Сверх того, в колодках русской цензуры он едва мог касаться печальной стороны этого грязного подземелья, в котором куются судьбы бедного русского народа .

Русская литература . зарождается в сатирах князя Кантемира, пускает корни в комедиях Фонвизина и достигает своего завершения в горьком смехе Грибоедова, в беспощадной иронии Гоголя и в духе отрицания новой школы, не знающем ни страха, ни границ.

. В самый год смерти Лермонтова появились «Мертвые души» Гоголя.

Наряду с философскими размышлениями Чаадаева и поэтическим раздумьем Лермонтова произведение Гоголя представляет практический курс изучения России. Это — ряд патологических очерков, взятых с натуры и написанных с огромным и совершенно оригинальным талантом.

Гоголь тут не нападает ни на правительство, ни на высшее общество; он расширяет рамки, ценз и выходит за пределы столиц; предметами его вивисекции служат: человек лесов и полей, волк, мелкий дворянчик; чернильная душа, лиса, провинциальный чиновник и их странные самки. Поэзия Гоголя, его скорбный смех — это не только обвинительный акт против подобного нелепого существования, но и мучительный вопль человека, старающегося спастись прежде, чем его заживо похоронят в этом мире безумцев. Подобный вопль мог вырваться из груди человека лишь при условии, если в нем еще не все больное и сохранилась громадная сила возрождения. Гоголь чувствовал — и многие другие чувствовали с ним — позади мертвых душ души живые .

. Сам Николай, тридцать лет оборонявший Россию от всякого прогресса, от всякого переворота, ограничился только фасадом строя, не порядком, а видом порядка. Ссылая Полежаева, Соколовского за смелые стихи, вымарывая слова «вольность», «гражданственность» в печати, он пропустил сквозь пальцы Белинского, Грановского, Гоголя и, сажая на гауптвахту цензора за пустые намеки, не заметил, что литература с двух сторон быстро неслась в социализм .

Сноски
Сноски к стр. 389
* На небеса.
Сноски к стр. 390
* Все прочие.
Сноски к стр. 391
* «Тарас Бульба», «Старосветские помещики» и некоторые другие повести Гоголя переведены по-французски г. Виардо. На немецком языке есть перевод «Мертвых душ». А. И. Г.
** Русский дипломат времен царя Алексея, отца Петра I; он бежал в Швецию, опасаясь преследований царя, и был казнен в Стокгольме за убийство. А. И. Г.

Ссылка на основную публикацию
×
×
Название: Мертвые души Гоголя горький упрек современной России, но не безнадежный
Раздел: Сочинения по литературе и русскому языку
Тип: сочинение Добавлен 17:39:57 04 февраля 2011 Похожие работы
Просмотров: 17 Комментариев: 5 Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно Скачать