Почему я выбрала Достоевского и Лескова: сочинение

Сочинение Лесков Н.С. – Разное

Тема: – Преступление и наказание в произведениях Ф. М. Достоевского и Н. С. Лескова

Быть или не быть — таков вопрос;
Что благородней духом: покоряться
Пращам и стрелам яростной судьбы
Иль, ополчась на море смут, сразить их
Противоборством?
У. Шекспир. “Гамлет”

Почему я выбрала Достоевского и Лескова? Наверное, из-за их сложной и трагической судьбы. Они стояли особняком в русской литературе, оставаясь не вполне понятыми и оцененными. За ними долго сохранялась слава реакционных писателей. В юности Достоевский за вольномыслие ссылается на каторгу. Затем он отрекается от политической борьбы. Он вступает в полемику со всеми современными демократическими теориями, обрекая себя на роль человека, идущего не в ногу со временем.
Достоевский не верил в радикальные преобразования и решил развеять “заблуждения”, наставить общество на “истинный” путь, путь достижения гармонии и согласия между всеми сословиями. Он считал, что “реальная критика” (Чернышевский и др.), которая настраивала литературу на обличительный лад, распространяла “нигилистические” настроения, занималась голым отрицанием. Достоевский признает, что Добролюбов — самый читаемый, самый талантливый критик, что у него есть ум, сила, зависящая от убеждения, к его мнениям публика прислушивается. Только считает вредными “утилитарные” требования Добролюбова к искусству: извлечение из искусства немедленной пользы. Не надо “заставлять” писать, не надо велеть что-либо искусству: первое условие художника — это “свобода”.
Лесков из-за ряда произведений и статей, написанных в самом начале творческого пути, долго не признавался прогрессивной русской литературой. В качестве одного из ведущих публицистов “Северной пчелы” он вступил в полемику с “Современником” и Чернышевским. Будучи сторонником постепенных преобразований, “постепеновцем”, как он сам говорил, Лесков не мог принять методов революционных демократов, по его терминологии “нетерпеливцев”. Ему казались несвоевременными и необоснованными призывы “нетерпеливцев” к революционному перевороту. Его статьи о петербургских пожарах, романы “Некуда” и “На ножах” были осуждены в многочисленных статьях, заметках, карикатурах. Его подозревали даже в связи с Третьим отделением. В условиях литературного бойкота, в 1866 — 1874 гг. Лесков печатался исключительно в консервативных журналах: “Русском вестнике”, “Современной летописи”. Он признал Каткова (редактора “Русского вестника”) своим идейным вдохновителем. Около “Русского вестника” Катков объединил писателей консервативных политических взглядов и создал свой кружок, в который входил Достоевский. Народническая критика писала: “Два последних романиста (Достоевский и Лесков) до того “окатковились”, что в новейших своих романах “Бесы”, “На ножах” слились в какой-то единый тип, в гомункула, родившегося в знаменитой чернильнице редактора “Московских ведомостей”.
Лесков искал покровительство в правительственных кругах, познакомился с Победоносцевым, который посылает книги наследнику Александру III.
У Достоевского в конце жизни возникает личная дружба с Победоносцевым. Именно он, ставший обер-прокурором Святейшего Синода, правой рукой Александра II, дирижировал похоронами Достоевского, которые были неожиданно обставлены пышной полуофициальной помпою. Создавалось мучительное двойственное положение писателя. С одной стороны — бывший социалист и каторжник, писатель-реалист, правдивый художник, с другой стороны — его отход от вольномыслия, попытка опереться на силу некоторых представителей официальной власти, приведшие к тому, что эти влиятельные лица пытались спекулировать на Достоевском, на его славе и влиянии на общество.
В это же время Лесков написал интересные сатирические повести и рассказы. За ним прочно укрепилась репутация реакционного писателя, третьестепенного автора и, в лучшем случае, “умелого рассказчика анекдотов”. Его большой талант не был по-настоящему оценен не только при его жизни, но и после смерти. В течение десятилетий он мучительно искал свое место в родной литературе, не имея поддержки критики и своих литературных собратьев.
Это сложные писатели, которых нельзя воспринимать однозначно. Главное в них то, что это писатели-реалисты, со- страдающие бедным и угнетенным, страстные обличители социального зла, лжи. И тот и другой писали свои произведения, основываясь на наблюдениях, знании жизни и быта народа, они сходны остротой ощущения трагедии человека в собственном обществе. Уже зрелым писателем Достоевский определил основную черту своего творчества: “при полном реализме найти в человеке человека”, т. е. человеческое доброе еще надо искать, не так уж его много. Но также надо воспитывать человека, исправлять бесчеловечное общество. “Восстановление человека, поднятие в униженных их человеческого достоинства — процесс долгий и нелегкий. За человеком тянется груз старых предрассудков. Даже на самых высоких взлетах благородного служения возрождаются себялюбие, мания величия, попирание малых “сил”. В этом суждении Достоевский был истинным реалистом.
Лесков писал: “Я не изучал народ по разговорам с петербургскими извозчиками, а я вырос в народе, на гостомельском выгоне, с казанком в руке, я спал с ним на росистой траве ночного”. Его разъезды по делам службы дали возможность узнать Россию “от Черного моря до Белого и от Брод до Красного Яру”. Он собрал богатый материал из жизни различных слоев русского общества. Часто в своем творчестве Лесков обращался к своему прошлому. В его повести “Леди Макбет Мценского уезда” отразились его детские впечатления: “Раз одному соседу-старику, который “зажился” за семьдесят годов и пошел в летний день отдохнуть под куст черной смородины, нетерпеливая невестка влила в ухо кипящий сургуч. Потом ее на Ильинке (на площади) “палач, терзал”.
Почему я выбрала из их творчества тему “Преступление и наказание”? Преступление — один из наиболее социально активных поступков человека. Оно выходит из сферы частной жизни и вторгается в жизнь других людей, воздействуя на нравственную жизнь общества. Кто виноват в страданиях человека, в искажении его облика, в преступлениях против человечности? Что приводит человека к совершению преступления? Заложено ли это в самом человеке от природы или преступление совершается вне зависимости от личности, а только под влиянием каких-то обстоятельств (среды)? Эти вопросы всегда стояли перед людьми. И особенно остро они встают в настоящее время, когда идет ломка в сознании людей, ломка самих людей как личностей под воздействием меняющейся внешней среды жизни, когда меняются сами устои, когда чувствуешь себя ‘“маленьким человеком”. Меня поразили два высказывания Достоевского, сделанные два века назад. “Прежний порядок — очень худой, но все же порядок — отошел безвозвратно. И странное дело: мрачные нравственные стороны прежнего порядка — эгоизм, цинизм, рабство, разъединение, продажничество — не только не отошли с уничтожением крепостнического быта, но как бы усилились, развились и умножились: тогда как из хороших нравственных сторон прежнего быта, которые все же были, почти ничего не осталось: “Что такое Liberte? Свобода. Какая свобода? Одинаковая свобода всем делать все, что угодно, в пределах закона. Когда можно делать все, что угодно? Когда имеешь миллионы. Дает ли свобода каждому по миллиону? Нет. Что такое человек без миллиона? Человек без миллиона есть не тот, который делает все, что угодно, а тот, с которым делают все, что угодно”. Как жить, каким быть? Можно ли, совершив безнравственный поступок, стать счастливым? Читая Лескова и Достоевского, я попыталась для себя ответить на эти вопросы. Эти писатели жили в одно время. И тому и другому пришлось самостоятельно прокладывать свой путь в жизни. Жизненные наблюдения позволили писателям нарисовать реальную жизнь людей. Отношение к человеку, отношения между людьми, само понятие “преступление” у них наиболее ярко проявляется в “Преступлении и наказании” Достоевского и “Леди Макбет Мценского уезда” у Лескова.
Катерина и Раскольников. В их характерах нет дурных черт. Катерина ничем не выделялась среди своих веселых и бойких сверстниц. “У Катерины Львовны характер был пылкий и, живя девушкой в бедности, она привыкла к простоте и свободе: побежать бы с ведрами на реку да покупаться в рубашке под пристанью или обсыпать через калитку прохожего молодца подсолнечною лузгою”. С другой стороны, его героиня насмешливая, бойкая на язык мещанка, умеет постоять за себя и расправиться с любым обидчиком.
В скуке и одиночестве текут дни молодой купеческой жены, пока не появляется Сергей, которого она полюбила так, что готова была идти ради него на самые тяжкие преступления: “Развернулась она вдруг во всю ширь своей проснувшейся натуры и такая стала решительная, что и узнать ее нельзя”. Она не только отстаивает свое право на любовь, но выполняет малейшее желание Сергея, стремясь сделать его полноправным купцом. Свое чувство она имела возможность защищать только теми же средствами, которые могли быть обращены против нее: свекор пригрозил отправить Сергея в острог, а Катерину выпороть — она убила свекра. Пойдя по преступной дороге, Катерина Измайлова никакого удержу уже не знает над собой и ничего не может ее остановить. Полюбив Сергея всей силой своей цельной натуры, она идет на любое злодейство, чтобы сделать его купцом. После свекра наступает очередь мужа, убитого Катериной Измайловой тяжелым литым подсвечником. “Ну вот теперь ты и купец”, — говорит она Сергею после расправы с Зиновием Борисычем. Далее, под влиянием Сергея, она убила малолетнего племянника.
А что же герой романа Достоевского “Преступление и наказание” — Родион Раскольников? Раскольников “был замечательно хорош собою, с прекрасными темными глазами, темнорус, ростом выше среднего, тонок и строен”. Человек не трусливый, не забитый, искренне переживающий и страдающий о других людях. Рискуя жизнью, он спасает из огня детей, делится последним с Мармеладовым. Бедный бывший студент, существующий на средства, присылаемые ему матерью, живущий в мрачной каморке — “он был задавлен бедностью” и “до того худо одет, что иной, даже и привычный человек, посовестился бы днем выходить в таких лохмотьях на улицу”. “Насущными делами своими он совсем перестал и не хотел заниматься”, узнает из письма из дому, что судьба его матери, его сестры Дуни не более светла, чем судьба Мармеладовых, так же как и он живущих в трущобах Петербурга, старшая дочь которых, Соня, ради спасения семьи вынуждена продавать себя.
Письмо матери “вдруг как громом в него ударило. Ясно, что теперь надо было не тосковать, не страдать пассивно, одними рассуждениями о том, что вопросы не разрешимы, а непременно что-нибудь сделать, и сейчас же, и поскорее. Во что бы то ни “стало надо решиться, хоть на что-нибудь или. Или отказаться от жизни совсем!” Но Раскольников хочет “действовать, жить и любить!” Не собственная бедность, не нужда и страдания сестры и матери терзают Раскольникова, а, так сказать, нужда всеобщая, горе вселенское — и горе сестры и матери, и мученичество Сонечки, и трагедия семьи Мармеладовых, “беспросветная, безысходная, вечная бессмыслица, нелепость бытия, ужас и зло, царствующие в мире нищета, позор, порок, слабость и несовершенство человека — вся эта дикая глупость создания”. Он считал, что он открыл “Закон”, закон взаимоотношения людей, человеческого общества. Раскольников считает, что, “кто крепок и силен умом и духом, тот над ними (людьми) и властен! Кто много посмеет, тот у них и прав. Кто на большее может плюнуть, тот у них и законодатель, а кто больше всех может посметь, тот и всех правее! Так доселе велось и так всегда будет. Власть дается только тому, кто посмеет взять ее. Тут одно, только одно: стоит только посметь”. И перед собой ставит вопрос: “. вошь ли я, как все, или человек? Смогу ли я переступить или не смогу! Тварь ли я дрожащая или ПРАВО имею. ” Он считает, что людей, которые сами не способны изменить свою жизнь, может спасти добрый “властелин” и для этого можно преступить нравственные законы. Он решает убить никому не нужную, с его точки зрения, старуху-ростовщицу, сделать “первый шаг”, избавить мать и сестру от унизительно послушнического положения и осчастливить, возможно, своей деятельностью человечество. О Раскольникове, задумавшем убить богатую старуху, говорится, в частности: “Он решил. что задуманное им — “не преступление”. Вот почему его деяние страшнее всякого обыкновенного преступления, т. к. он не просто убил, а хотел утвердить правоту убийства, утвердить само право на преступление ”.
Но помимо старухи Раскольников убивает и ее сестру Ли-завету — забитое и безответное существо, полное простоты и смирения, ту Лизавету, которая еще недавно чинила его рубаху. И хотя он совершил убийство, т. е. “теория” победила, но что-то мешает Раскольникову не только жить, а просто жить. Что именно? А то, что он “как бы ножницами” отрезал себя от всех людей. Раскольников должен, по своей теории, отступаться от тех, за кого страдает. Должен презирать, ненавидеть и убивать тех, кого любил. Он не может этого вынести. “Мрачное ощущение мучительного, бесконечного уединения и отчуждения вдруг сознательно сказалось душе его. ” •
Кровавая драма уездной “леди Макбет” — столкновение простодушной и веселой героини с мертвым, домостроевским укладом, жизнь с нелюбимым мужем. Лесков назвал ее короткую и страшную жизнь “драмою любви”.
“. Послушно принять судьбу, как она есть, раз навсегда, и задушить в себе все, отказавшись от всякого права действовать, жить и любить!” Послушно склонить голову перед судьбой, требующей страшных жертв, принять железную необходимость унижения, страдания, нищеты и порока, принять слепой и безжалостный “фатум”, с которым, казалось бьх, смешно спорить — это для Раскольникова — “отказаться от жизни совсем”. Драма жизни Катерины Измайловой и Раскольникова — это драма сильной личности, страдающей от несовершенства мира. Личности, не желающей принимать безропотно условия бытия. Такая драма возможна только для личности, развернувшейся в своем протесте в таких формах, которые отрицают сами устои морали и человечности и выражают тем самым мораль ее окружения.
Преступление против Человека. Одна общая идея объединяет “Преступление и наказание” Достоевского и “Леди Макбет Мценского уезда” Лескова. Это нравственная проблема, проблема отношения человека к человеку, проблема — “преступить” через человека. Соня говорит Раскольникову: “Встань. Поди сейчас, сию же минуту, стань на перекрестке, поклонись, поцелуй сначала землю, которую ты осквернил, а потом поклонись всему свету, на все четыре стороны и скажи всем вслух: “Я убил!” Тогда бог опять тебе жизни пошлет”. Этими словами Соня говорит, что человек, преступивший другого, лишает себя возможности быть с другими людьми. И здесь неважно, что движет человеком: страсть ли, как у Катерины Измайловой, или идея, как у Раскольникова. Важно — “как же без человека-то прожить”.
Убивая другого, герои убивают себя. Себя — как Человека. А теперь переходим ко второй части нашего разбора — наказанию. Что же ожидает Катерину Измайлову и Раскольникова за преступления? Катерина и Раскольников жили в разных условиях, но их отчужденность от людей, их замкнутость на себе, своих переживаниях, нежелание “переступить” через себя, свои желания и привели их к трагедии. Условия их жизни, их бытия не были определяющими для совершения ими преступления, хотя и создали условия для поиска решения своих проблем нашим героям. И мне кажется, хотя Раскольников опирался в своих поступках на свою теорию “властелина” и “вши”, а Катерина Измайлова — на свое “хочу”, свою страсть, их подтолкнуло к преступлению отсутствие собственной деятельности и сверхвысокая оценка собственной значимости в этом мире.
После преступления “неразрешимые вопросы” встают перед Раскольниковым. Земной закон берет свое, и он принужден на себя донести. Принужден, чтоб хотя погибнуть на каторге, но примкнуть опять к людям; чувство разомкнутости замучило его. В возвращении Раскольникова к людям большую роль сыграла Соня Мармеладова. Но ее “решение” состояло в самопожертвовании, в том, что она “переступила” себя и основная ее идея — это идея “непреступаемости” другого человека. Преступить другого — значит для нее погубить себя. “Это человек-то вошь!” — восклицает она на заявление Раскольникова, что он “вошь убил, бесполезную, гадкую, зловредную”. “Ну как же, как же без человека-то прожить”!
Две разные судьбы, два разных во всех отношениях человека, Катерина Измайлова и Раскольников, совершили одно и то же преступление — убийство. Их ждет одно и то же наказание — каторга. Но самая страшная трагедия для человека — это наказание не физическое (каторга), а нравственное. Человек перестает верить сам себе. “Я не человека убил, а принцип убил!” — восклицает Раскольников, бессознательно понимая, что на этом “принципе” держится его Я. “Разве я старушонку убил? Я себя убил, а не старушонку!” “Себя убил” как Человека.
Страшные муки терзают Катерину: “Кругом все до ужаса безобразно: бесконечная грязь, серое небо, обезлиственные мокрые ракиты и в растопыренных их сучьях нахохлившаяся ворона. Ветер то стонет, то злится, то воет и ревет”. В этих адских, душу раздирающих звуках, которые довершают весь ужас картины, звучат советы жены библейского Иова: “Прокляни день твоего рождения и умри”.
Вот это нравственное наказание за преступление и есть самое страшное наказание для человека. Это и объединяет Лескова и Достоевского.
Но после наказания Раскольников осознает преступность его “идеи”, его дел. Под воздействием Сони и людей, с которыми он постоянно общался, возможно его перерождение. Любовь воскресила его. “Как это случилось, он и сам не знал, но вдруг что-то как бы подхватило его и как бы бросило к ее ногам. Он плакал и обнимал ее колени. В первое мгновение она ужасно испугалась, и все лицо ее помертвело. Она вскочила с места и, задрожав, смотрела на него. Но тотчас же, в тот же миг она все поняла. В глазах ее засветилось бесконечное счастье; она поняла, и для нее уже не было сомнения, что он любит, бесконечно любит ее, и что настала же наконец эта минута. ” “Да и что такое эти все, все муки прошлого! Все, даже преступление его, даже приговор и ссылка казались ему теперь, в первом порыве, каким-то внешним, странным, как бы далее и не с ним случившимся фактом. Он, впрочем, не мог в этот вечер долго и постоянно о чем-нибудь думать, сосредоточиться на чем-нибудь мыслью; да он ничего бы и не разрешил теперь сознательно; он только чувствовал. Вместо диалектики наступила жизнь, и в сознании должно было выработаться что-то совершенно другое.
Под подушкой его лежало Евангелие. Он взял его машинально. Эта книга принадлежала ей, была та самая, из которой она читала ему о воскресении Лазаря В начале каторги он думал, что она замучит его религией, будет заговаривать о Евангелии и навязывать ему книги. Но, к величайшему его удивлению, она ни разу не заговорила об этом, ни разу даже не предложила ему Евангелия. Он сам попросил его у ней незадолго до своей болезни, и она молча принесла ему книгу. До сих пор он ее не раскрывал. Он не раскрыл ее и теперь, но одна мысль промелькнула в нем: “Разве могут ее убеждения не быть теперь и моими убеждениями? Ее чувства, ее стремления по крайней мере. ”
Любовь, воскресившая Раскольникова, погубила Катерину. Поняв, что совершенные ею убийства не дали ей счастья в жизни, что ей некуда уйти от осознания совершенного ею, перестав верить в любимого человека, она кончает жизнь самоубийством.
Объединяет эти два произведения подход писателей к проблеме преступления и наказания через внутреннюю, духовную жизнь человека. И самым страшным наказанием для человека является отчуждение от общества и то, что зло, причиненное ими другим, возвращается к ним духовными муками.

«Почему я выбрала Достоевского и Лескова»

Наверное, из-за их сложной и трагической судьбы. Они стояли особняком в русской литературе, оставаясь не вполне понятыми и оцененными. За ними долго сохранялась слава реакционных писателей. В юности Достоевский за вольномыслие ссылается на каторгу. Затем он отрекается от политической борьбы. Он вступает в полемику со всеми современными демократическими теориями, обрекая себя на роль человека, идущего не в ногу со временем.

Достоевский не верил в радикальные преобразования и решил развеять заблуждения, наставить общество на истинный путь, путь достижения гармонии и согласия между всеми сословиями. Он считал, что реальная критика (Чернышевский и др.), которая настраивала литературу на обличительный лад, распространяла нигилистические настроения, занималась голым отрицанием. Достоевский признает, что Добролюбов самый читаемый, самый талантливый критик, что у него есть ум, сила, зависящая от убеждения, к его мнениям публика прислушивается. Только считает вредными утилитарные требования Добролюбова к искусству: извлечение из искусства немедленной пользы. Не надо заставлять писать, не надо велеть что-либо искусству: первое условие художника это свобода.

Лесков из-за ряда произведений и статей, написанных в самом начале творческого пути, долго не признавался прогрессивной русской литературой. В качестве одного из ведущих публицистов Северной пчелы он вступил в полемику с Современником и Чернышевским. Будучи сторонником постепенных преобразований, постепеновцем, как он сам говорил, Лесков не мог принять методов революционных демократов, по его терминологии нетерпеливцев. Ему казались несвоевременными и необоснованными призывы нетерпеливцев к революционному перевороту. Его статьи о петербургских пожарах, романы Некуда и На ножах были осуждены в многочисленных статьях, заметках, карикатурах. Его подозревали даже в связи с Третьим отделением. В условиях литературного бойкота, в 1866 1874 гг. Лесков печатался исключительно в консервативных журналах: Русском вестнике, Современной летописи. Он признал Каткова (редактора Русского вестника) своим идейным вдохновителем. Около Русского вестника Катков объединил писателей консервативных политических взглядов и создал свой кружок, в который входил Достоевский. Народническая критика писала: Два последних романиста (Достоевский и Лесков) до того окатковились, что в новейших своих романах Бесы, На ножах слились в какой-то единый тип, в гомункула, родившегося в знаменитой чернильнице редактора Московских ведомостей.

Лесков искал покровительство в правительственных кругах, познакомился с Победоносцевым, который посылает книги наследнику Александру III.

У Достоевского в конце жизни возникает личная дружба с Победоносцевым. Именно он, ставший обер-прокурором Святейшего Синода, правой рукой Александра II, дирижировал похоронами Достоевского, которые были неожиданно обставлены пышной полуофициальной помпою. Создавалось мучительное двойственное положение писателя. С одной стороны бывший социалист и каторжник, писатель-реалист, правдивый художник, с другой стороны его отход от вольномыслия, попытка опереться на силу некоторых представителей официальной власти, приведшие к тому, что эти влиятельные лица пытались спекулировать на Достоевском, на его славе и влиянии на общество.

В это же время Лесков написал интересные сатирические повести и рассказы. За ним прочно укрепилась репутация реакционного писателя, третьестепенного автора и, в лучшем случае, умелого рассказчика анекдотов. Его большой талант не был по-настоящему оценен не только при его жизни, но и после смерти. В течение десятилетий он мучительно искал свое место в родной литературе, не имея поддержки критики и своих литературных собратьев.

Это сложные писатели, которых нельзя воспринимать однозначно. Главное в них то, что это писатели-реалисты, со – страдающие бедным и угнетенным, страстные обличители социального зла, лжи. И тот и другой писали свои произведения, основываясь на наблюдениях, знании жизни и быта народа, они сходны остротой ощущения трагедии человека в собственном обществе. Уже зрелым писателем Достоевский определил основную черту своего творчества: при полном реализме найти в человеке человека, т. е. человеческое доброе еще надо искать, не так уж его много. Но также надо воспитывать человека, исправлять бесчеловечное общество. Восстановление человека, поднятие в униженных их человеческого достоинства процесс долгий и нелегкий. За человеком тянется груз старых предрассудков. Даже на самых высоких взлетах благородного служения возрождаются себялюбие, мания величия, попирание малых сил. В этом суждении Достоевский был истинным реалистом.Лесков писал: Я не изучал народ по разговорам с петербургскими извозчиками, а я вырос в народе, на гостомельском выгоне, с казанком в руке, я спал с ним на росистой траве ночного. Его разъезды по делам службы дали возможность узнать Россию от Черного моря до Белого и от Брод до Красного Яру. Он собрал богатый материал из жизни различных слоев русского общества. Часто в своем творчестве Лесков обращался к своему прошлому. В его повести Леди Макбет Мценского уезда отразились его детские впечатления: Раз одному соседу-старику, который зажился за семьдесят годов и пошел в летний день отдохнуть под куст черной смородины, нетерпеливая невестка влила в ухо кипящий сургуч… Потом ее на Ильинке (на площади) палач, терзал.

Почему я выбрала из их творчества тему Преступление и наказаниеПреступление один из наиболее социально активных поступков человека. Оно выходит из сферы частной жизни и вторгается в жизнь других людей, воздействуя на нравственную жизнь общества. Кто виноват в страданиях че-довека, в искажении его облика, в преступлениях против человечностиЧто приводит человека к совершению преступленияЗаложено ли это в самом человеке от природы или преступление совершается вне зависимости от личности, а только под влиянием каких-то обстоятельств (среды)Эти вопросы всегда стояли перед людьми. И особенно остро они встают в настоящее время, когда идет ломка в сознании людей, ломка самих людей как личностей под воздействием меняющейся внешней среды жизни, когда меняются сами устои, когда чувствуешь себя ‘маленьким человеком. Меня поразили два высказывания Достоевского, сделанные два века назад. Прежний порядок очень худой, но все же порядок отошел безвозвратно. И странное дело: мрачные нравственные стороны прежнего порядка эгоизм, цинизм, рабство, разъединение, продажничество не только не отошли с уничтожением крепостнического быта, но как бы усилились, развились и умножились: тогда как из хороших нравственных сторон прежнего быта, которые все же были, почти ничего не осталось: Что такое LiberteСвобода. Какая свободаОдинаковая свобода всем делать все, что угодно, в пределах закона. Когда можно делать все, что угодноКогда имеешь миллионы. Дает ли свобода каждому по миллионуНет. Что такое человек без миллионаЧеловек без миллиона есть не тот, который делает все, что угодно, а тот, с которым делают все, что угодно. Как жить, каким бытьМожно ли, совершив безнравственный поступок, стать счастливымЧитая Лескова и Достоевского, я попыталась для себя ответить на эти вопросы. Эти писатели жили в одно время. И тому и другому пришлось самостоятельно прокладывать свой путь в жизни. Жизненные наблюдения позволили писателям нарисовать реальную жизнь людей. Отношение к человеку, отношения между людьми, само понятие преступление у них наиболее ярко проявляется в Преступлении и наказании Достоевского и Леди Макбет Мценского уезда у Лескова.

Катерина и Раскольников. В их характерах нет дурных черт. Катерина ничем не выделялась среди своих веселых и бойких сверстниц. У Катерины Львовны характер был пылкий и, живя девушкой в бедности, она привыкла к простоте и свободе: побежать бы с ведрами на реку да покупаться в рубашке под пристанью или обсыпать через калитку прохожего молодца подсолнечною лузгою. С другой стороны, его героиня насмешливая, бойкая на язык мещанка, умеет постоять за себя и расправиться с любым обидчиком.

В скуке и одиночестве текут дни молодой купеческой жены, пока не появляется Сергей, которого она полюбила так, что готова была идти ради него на самые тяжкие преступления: Развернулась она вдруг во всю ширь своей проснувшейся натуры и такая стала решительная, что и узнать ее нельзя. Она не только отстаивает свое право на любовь, но выполняет малейшее желание Сергея, стремясь сделать его полноправным купцом. Свое чувство она имела возможность защищать только теми же средствами, которые могли быть обращены против нее: свекор пригрозил отправить Сергея в острог, а Катерину выпороть она убила свекра. Пойдя по преступной дороге, Катерина Измайлова никакого удержу уже не знает над собой и ничего не может ее остановить. Полюбив Сергея всей силой своей цельной натуры, она идет на любое злодейство, чтобы сделать его купцом. После свекра наступает очередь мужа, убитого Катериной Измайловой тяжелым литым подсвечником. Ну вот теперь ты и купец, говорит она Сергею после расправы с Зиновием Борисычем. Далее, под влиянием Сергея, она убила малолетнего племянника.А что же герой романа Достоевского Преступление и на казание Родион РаскольниковРаскольников был замечательно хорош собою, с прекрасными темными глазами, тем-норус, ростом выше среднего, тонок и строен. Человек не трусливый, не забитый, искренне переживающий и страдающий о других людях. Рискуя жизнью, он спасает из огня детей, делится последним с Мармеладовым. Бедный бывший студент, существующий на средства, присылаемые ему матерью, живущий в мрачной каморке он был задавлен бедностью и до того худо одет, что иной, даже и привычный человек, посовестился бы днем выходить в таких лохмотьях на улицу. Насущными делами своими он совсем перестал и не хотел заниматься, узнает из письма из дому, что судьба его матери, его сестры Дуни не более светла, чем судьба Мармеладовых, так же как и он живущих в трущобах Петербурга, старшая дочь которых, Соня, ради спасения семьи вынуждена продавать себя.

Письмо матери вдруг как громом в него ударило. Ясно, что теперь надо было не тосковать, не страдать пассивно, одними рассуждениями о том, что вопросы не разрешимы, а непременно что-нибудь сделать, и сейчас же, и поскорее. Во что бы то ни «стало надо решиться, хоть на что-нибудь или… Или отказаться от жизни совсем! Но Раскольников хочет действовать, жить и любить! Не собственная бедность, не нужда и страдания сестры и матери терзают Раскольникова, а, так сказать, нужда всеобщая, горе вселенское и горе сестры и матери, и мученичество Сонечки, и трагедия семьи Мармеладовых, беспросветная, безысходная, вечная бессмыслица, нелепость бытия, ужас и зло, царствующие в мире нищета, позор, порок, слабость и несовершенство человека вся эта дикая глупость создания. Он считал, что он открыл Закон, закон взаимоотношения людей, человеческого общества. Раскольников считает, что, кто крепок и силен умом и духом, тот над ними (людьми) и властен! Кто много посмеет, тот у них и прав. Кто на большее может плюнуть, тот у них и законодатель, а кто больше всех может посметь, тот и всех правее! Так доселе велось и так всегда будет. Власть дается только тому, кто посмеет взять ее. Тут одно, только одно: стоит только посметь. И перед собой ставит вопрос: …вошь ли я, как все, или человекСмогу ли я переступить или не смогу! Тварь ли я дрожащая или ПРАВО имею… Он считает, что людей, которые сами не способны изменить свою жизнь, может спасти добрый властелин и для этого можно преступить нравственные законы. Он решает убить никому не нужную, с его точки зрения, старуху-ростовщицу, сделать первый шаг, избавить мать и сестру от унизительно послушнического положения и осчастливить, возможно, своей деятельностью человечество. О Раскольникове, задумавшем убить богатую старуху, говорится, в частности: Он решил… что задуманное им не преступление… Вот почему его деяние страшнее всякого обыкновенного преступления, т. к. он не просто убил, а хотел утвердить правоту убийства, утвердить само право на преступление.

Читайте также:  В чём отличие Раскольникова от обыкновенных люде: сочинение

Но помимо старухи Раскольников убивает и ее сестру Ли-завету забитое и безответное существо, полное простоты и смирения, ту Лизавету, которая еще недавно чинила его рубаху. И хотя он совершил убийство, т. е. теория победила, но что-то мешает Раскольникову не только жить, а просто жить. Что именноА то, что он как бы ножницами отрезал себя от всех людей. Раскольников должен, по своей теории, отступаться от тех, за кого страдает. Должен презирать, ненавидеть и убивать тех, кого любил. Он не может этого вынести. Мрачное ощущение мучительного, бесконечного уединения и отчуждения вдруг сознательно сказалось душе его…

Кровавая драма уездной леди Макбет столкновение простодушной и веселой героини с мертвым, домостроевским укладом, жизнь с нелюбимым мужем. Лесков назвал ее короткую и страшную жизнь драмою любви.

…Послушно принять судьбу, как она есть, раз навсегда, и задушить в себе все, отказавшись от всякого права действовать, жить и любить! Послушно склонить голову перед судьбой, требующей страшных жертв, принять железную необходимость унижения, страдания, нищеты и порока, принять слепой и безжалостный фатум, с которым, казалось бьх, смешно спорить это для Раскольникова отказаться от жизни совсем. Драма жизни Катерины Измайловой и Раскольникова это драма сильной личности, страдающей от несовершенства мира. Личности, не желающей принимать безропотно условия бытия. Такая драма возможна только для личности, развернувшейся в своем протесте в таких формах, которые отрицают сами устои морали и человечности и выражают тем самым мораль ее окружения.Преступление против Человека. Одна общая идея объединяет Преступление и наказание Достоевского и Леди Макбет Мценского уезда Лескова. Это нравственная проблема, проблема отношения человека к человеку, проблема преступить через человека. Соня говорит Раскольникову: Встань. Поди сейчас, сию же минуту, стань на перекрестке, поклонись, поцелуй сначала землю, которую ты осквернил, а потом поклонись всему свету, на все четыре стороны и скажи всем вслух: Я убил! Тогда бог опять тебе жизни пошлет. Этими словами Соня говорит, что человек, преступивший другого, лишает себя возможности быть с другими людьми. И здесь неважно, что движет человеком: страсть ли, как у Катерины Измайловой, или идея, как у Раскольникова. Важно как же без человека-то прожить.

Убивая другого, герои убивают себя. Себя как Человека. А теперь переходим ко второй части нашего разбора наказанию. Что же ожидает Катерину Измайлову и Раскольникова за преступленияКатерина и Раскольников жили в разных условиях, но их отчужденность от людей, их замкнутость на себе, своих переживаниях, нежелание переступить через себя, свои желания и привели их к трагедии. Условия их жизни, их бытия не были определяющими для совершения ими преступления, хотя и создали условия для поиска решения своих проблем нашим героям. И мне кажется, хотя Раскольников опирался в своих поступках на свою теорию властелина и вши, а Катерина Измайлова на свое хочу, свою страсть, их подтолкнуло к преступлению отсутствие собственной деятельности и сверхвысокая оценка собственной значимости в этом мире. ственной деятельности и сверхвысокая оценка собственной значимости в этом мире.

После преступления неразрешимые вопросы встают перед Раскольниковым. Земной закон берет свое, и он принужден на себя донести. Принужден, чтоб хотя погибнуть на каторге, но примкнуть опять к людям; чувство разомкнутости замучило его. В возвращении Раскольникова к людям большую роль сыграла Соня Мармеладова. Но ее решение состояло в самопожертвовании, в том, что она переступила себя и основная ее идея это идея непреступаемости другого человека. Преступить другого значит для нее погубить себя. Это человек-то вошь! восклицает она на заявление Раскольникова, что он вошь убил, бесполезную, гадкую, зловредную. Ну как же, как же без человека-то прожить!

Две разные судьбы, два разных во всех отношениях человека, Катерина Измайлова и Раскольников, совершили одно и то же преступление убийство. Их ждет одно и то же наказание каторга. Но самая страшная трагедия для человека это наказание не физическое (каторга), а нравственное. Человек перестает верить сам себе. Я не человека убил, а принцип убил! восклицает Раскольников, бессознательно понимая, что на этом принципе держится его Я. Разве я старушонку убилЯ себя убил, а не старушонку! Себя убил как Человека.

Страшные муки терзают Катерину: Кругом все до ужаса безобразно: бесконечная грязь, серое небо, обезлиственные мокрые ракиты и в растопыренных их сучьях нахохлившаяся ворона. Ветер то стонет, то злится, то воет и ревет. В этих адских, душу раздирающих звуках, которые довершают весь ужас картины, звучат советы жены библейского Иова: Прокляни день твоего рождения и умри.

Вот это нравственное наказание за преступление и есть самое страшное наказание для человека. Это и объединяет Лескова и Достоевского.

Но после наказания Раскольников осознает преступность его идеи, его дел. Под воздействием Сони и людей, с которыми он постоянно общался, возможно его перерождение. Любовь воскресила его. Как это случилось, он и сам не знал, но вдруг что-то как бы подхватило его и как бы бросило к ее ногам. Он плакал и обнимал ее колени. В первое мгновение она ужасно испугалась, и все лицо ее помертвело. Она вскочила с места и, задрожав, смотрела на него. Но тотчас же, в тот же миг она все поняла. В глазах ее засветилось бесконечное счастье; она поняла, и для нее уже не было сомнения, что он любит, бесконечно любит ее, и что настала же наконец эта минута… Да и что такое эти все, все муки прошлого! Все, даже преступление его, даже приговор и ссылка казались ему теперь, в первом порыве, каким-то внешним, странным, как бы далее и не с ним случившимся фактом. Он, впрочем, не мог в этот вечер долго и постоянно о чем-нибудь думать, сосредоточиться на чем-нибудь мыслью; да он ничего бы и не разрешил теперь сознательно; он только чувствовал. Вместо диалектики наступила жизнь, и в сознании должно было выработаться что-то совершенно другое.Под подушкой его лежало Евангелие. Он взял его машинально. Эта книга принадлежала ей, была та самая, из которой она читала ему о воскресении Лазаря В начале каторги он думал, что она замучит его религией, будет заговаривать о Евангелии и навязывать ему книги. Но, к величайшему его удивлению, она ни разу не заговорила об этом, ни разу даже не предложила ему Евангелия. Он сам попросил его у ней незадолго до своей болезни, и она молча принесла ему книгу. До сих пор он ее не раскрывал. Он не раскрыл ее и теперь, но одна мысль промелькнула в нем: Разве могут ее убеждения не быть теперь и моими убеждениямиЕе чувства, ее стремления по крайней мере…

Любовь, воскресившая Раскольникова, погубила Катерину. Поняв, что совершенные ею убийства не дали ей счастья в жизни, что ей некуда уйти от осознания совершенного ею, перестав верить в любимого человека, она кончает жизнь самоубийством.

Объединяет эти два произведения подход писателей к проблеме преступления и наказания через внутреннюю, духовную жизнь человека. И самым страшным наказанием для человека является отчуждение от общества и то, что зло, причиненное ими другим, возвращается к ним духовными муками.

Лесков Н. С. Преступление и наказание в произведениях Ф. М. Достоевского и Н. С. Лескова

Лесков Н. С.

Сочинение по произведению на тему: Преступление и наказание в произведениях Ф. М. Достоевского и Н. С. Лескова

Быть или не быть — таков вопрос;

Что благородней духом: покоряться

Пращам и стрелам яростной судьбы

Иль, ополчась на море смут, сразить их

У. Шекспир. “Гамлет”

Почему я выбрала Достоевского и Лескова? Наверное, из-за их сложной и трагической судьбы. Они стояли особняком в русской литературе, оставаясь не вполне понятыми и оцененными. За ними долго сохранялась слава реакционных писателей. В юности Достоевский за вольномыслие ссылается на каторгу. Затем он отрекается от политической борьбы. Он вступает в полемику со всеми современными демократическими теориями, обрекая себя на роль человека, идущего не в ногу со временем.

Достоевский не верил в радикальные преобразования и решил развеять “заблуждения”, наставить общество на “истинный” путь, путь достижения гармонии и согласия между всеми сословиями. Он считал, что “реальная критика” (Чернышевский и др.), которая настраивала литературу на обличительный лад, распространяла “нигилистические” настроения, занималась голым отрицанием. Достоевский признает, что Добролюбов — самый читаемый, самый талантливый критик, что у него есть ум, сила, зависящая от убеждения, к его мнениям публика прислушивается. Только считает вредными “утилитарные” требования Добролюбова к искусству: извлечение из искусства немедленной пользы. Не надо “заставлять” писать, не надо велеть что-либо искусству: первое условие художника — это “свобода”.

Лесков из-за ряда произведений и статей, написанных в самом начале творческого пути, долго не признавался прогрессивной русской литературой. В качестве одного из ведущих публицистов “Северной пчелы” он вступил в полемику с “Современником” и Чернышевским. Будучи сторонником постепенных преобразований, “постепеновцем”, как он сам говорил, Лесков не мог принять методов революционных демократов, по его терминологии “нетерпеливцев”. Ему казались несвоевременными и необоснованными призывы “нетерпеливцев” к революционному перевороту. Его статьи о петербургских пожарах, романы “Некуда” и “На ножах” были осуждены в многочисленных статьях, заметках, карикатурах. Его подозревали даже в связи с Третьим отделением. В условиях литературного бойкота, в 1866 — 1874 гг. Лесков печатался исключительно в консервативных журналах: “Русском вестнике”, “Современной летописи”. Он признал Каткова (редактора “Русского вестника”) своим идейным вдохновителем. Около “Русского вестника” Катков объединил писателей консервативных политических взглядов и создал свой кружок, в который входил Достоевский. Народническая критика писала: “Два последних романиста (Достоевский и Лесков) до того “окатковились”, что в новейших своих романах “Бесы”, “На ножах” слились в какой-то единый тип, в гомункула, родившегося в знаменитой чернильнице редактора “Московских ведомостей”.

Лесков искал покровительство в правительственных кругах, познакомился с Победоносцевым, который посылает книги наследнику Александру III.

У Достоевского в конце жизни возникает личная дружба с Победоносцевым. Именно он, ставший обер-прокурором Святейшего Синода, правой рукой Александра II, дирижировал похоронами Достоевского, которые были неожиданно обставлены пышной полуофициальной помпою. Создавалось мучительное двойственное положение писателя. С одной стороны — бывший социалист и каторжник, писатель-реалист, правдивый художник, с другой стороны — его отход от вольномыслия, попытка опереться на силу некоторых представителей официальной власти, приведшие к тому, что эти влиятельные лица пытались спекулировать на Достоевском, на его славе и влиянии на общество.

В это же время Лесков написал интересные сатирические повести и рассказы. За ним прочно укрепилась репутация реакционного писателя, третьестепенного автора и, в лучшем случае, “умелого рассказчика анекдотов”. Его большой талант не был по-настоящему оценен не только при его жизни, но и после смерти. В течение десятилетий он мучительно искал свое место в родной литературе, не имея поддержки критики и своих литературных собратьев.

Это сложные писатели, которых нельзя воспринимать однозначно. Главное в них то, что это писатели-реалисты, со – страдающие бедным и угнетенным, страстные обличители социального зла, лжи. И тот и другой писали свои произведения, основываясь на наблюдениях, знании жизни и быта народа, они сходны остротой ощущения трагедии человека в собственном обществе. Уже зрелым писателем Достоевский определил основную черту своего творчества: “при полном реализме найти в человеке человека”, т. е. человеческое доброе еще надо искать, не так уж его много. Но также надо воспитывать человека, исправлять бесчеловечное общество. “Восстановление человека, поднятие в униженных их человеческого достоинства — процесс долгий и нелегкий. За человеком тянется груз старых предрассудков. Даже на самых высоких взлетах благородного служения возрождаются себялюбие, мания величия, попирание малых “сил”. В этом суждении Достоевский был истинным реалистом.

Лесков писал: “Я не изучал народ по разговорам с петербургскими извозчиками, а я вырос в народе, на гостомельском выгоне, с казанком в руке, я спал с ним на росистой траве ночного”. Его разъезды по делам службы дали возможность узнать Россию “от Черного моря до Белого и от Брод до Красного Яру”. Он собрал богатый материал из жизни различных слоев русского общества. Часто в своем творчестве Лесков обращался к своему прошлому. В его повести “Леди Макбет Мценского уезда” отразились его детские впечатления: “Раз одному соседу-старику, который “зажился” за семьдесят годов и пошел в летний день отдохнуть под куст черной смородины, нетерпеливая невестка влила в ухо кипящий сургуч. Потом ее на Ильинке (на площади) “палач, терзал”.

Почему я выбрала из их творчества тему “Преступление и наказание”? Преступление — один из наиболее социально активных поступков человека. Оно выходит из сферы частной жизни и вторгается в жизнь других людей, воздействуя на нравственную жизнь общества. Кто виноват в страданиях человека, в искажении его облика, в преступлениях против человечности? Что приводит человека к совершению преступления? Заложено ли это в самом человеке от природы или преступление совершается вне зависимости от личности, а только под влиянием каких-то обстоятельств (среды)? Эти вопросы всегда стояли перед людьми. И особенно остро они встают в настоящее время, когда идет ломка в сознании людей, ломка самих людей как личностей под воздействием меняющейся внешней среды жизни, когда меняются сами устои, когда чувствуешь себя ‘“маленьким человеком”. Меня поразили два высказывания Достоевского, сделанные два века назад. “Прежний порядок — очень худой, но все же порядок — отошел безвозвратно. И странное дело: мрачные нравственные стороны прежнего порядка — эгоизм, цинизм, рабство, разъединение, продажничество — не только не отошли с уничтожением крепостнического быта, но как бы усилились, развились и умножились: тогда как из хороших нравственных сторон прежнего быта, которые все же были, почти ничего не осталось: “Что такое Liberte? Свобода. Какая свобода? Одинаковая свобода всем делать все, что угодно, в пределах закона. Когда можно делать все, что угодно? Когда имеешь миллионы. Дает ли свобода каждому по миллиону? Нет. Что такое человек без миллиона? Человек без миллиона есть не тот, который делает все, что угодно, а тот, с которым делают все, что угодно”. Как жить, каким быть? Можно ли, совершив безнравственный поступок, стать счастливым? Читая Лескова и Достоевского, я попыталась для себя ответить на эти вопросы. Эти писатели жили в одно время. И тому и другому пришлось самостоятельно прокладывать свой путь в жизни. Жизненные наблюдения позволили писателям нарисовать реальную жизнь людей. Отношение к человеку, отношения между людьми, само понятие “преступление” у них наиболее ярко проявляется в “Преступлении и наказании” Достоевского и “Леди Макбет Мценского уезда” у Лескова.

Катерина и Раскольников. В их характерах нет дурных черт. Катерина ничем не выделялась среди своих веселых и бойких сверстниц. “У Катерины Львовны характер был пылкий и, живя девушкой в бедности, она привыкла к простоте и свободе: побежать бы с ведрами на реку да покупаться в рубашке под пристанью или обсыпать через калитку прохожего молодца подсолнечною лузгою”. С другой стороны, его героиня насмешливая, бойкая на язык мещанка, умеет постоять за себя и расправиться с любым обидчиком.

В скуке и одиночестве текут дни молодой купеческой жены, пока не появляется Сергей, которого она полюбила так, что готова была идти ради него на самые тяжкие преступления: “Развернулась она вдруг во всю ширь своей проснувшейся натуры и такая стала решительная, что и узнать ее нельзя”. Она не только отстаивает свое право на любовь, но выполняет малейшее желание Сергея, стремясь сделать его полноправным купцом. Свое чувство она имела возможность защищать только теми же средствами, которые могли быть обращены против нее: свекор пригрозил отправить Сергея в острог, а Катерину выпороть — она убила свекра. Пойдя по преступной дороге, Катерина Измайлова никакого удержу уже не знает над собой и ничего не может ее остановить. Полюбив Сергея всей силой своей цельной натуры, она идет на любое злодейство, чтобы сделать его купцом. После свекра наступает очередь мужа, убитого Катериной Измайловой тяжелым литым подсвечником. “Ну вот теперь ты и купец”, — говорит она Сергею после расправы с Зиновием Борисычем. Далее, под влиянием Сергея, она убила малолетнего племянника.

А что же герой романа Достоевского “Преступление и наказание” — Родион Раскольников? Раскольников “был замечательно хорош собою, с прекрасными темными глазами, темнорус, ростом выше среднего, тонок и строен”. Человек не трусливый, не забитый, искренне переживающий и страдающий о других людях. Рискуя жизнью, он спасает из огня детей, делится последним с Мармеладовым. Бедный бывший студент, существующий на средства, присылаемые ему матерью, живущий в мрачной каморке — “он был задавлен бедностью” и “до того худо одет, что иной, даже и привычный человек, посовестился бы днем выходить в таких лохмотьях на улицу”. “Насущными делами своими он совсем перестал и не хотел заниматься”, узнает из письма из дому, что судьба его матери, его сестры Дуни не более светла, чем судьба Мармеладовых, так же как и он живущих в трущобах Петербурга, старшая дочь которых, Соня, ради спасения семьи вынуждена продавать себя.

Письмо матери “вдруг как громом в него ударило. Ясно, что теперь надо было не тосковать, не страдать пассивно, одними рассуждениями о том, что вопросы не разрешимы, а непременно что-нибудь сделать, и сейчас же, и поскорее. Во что бы то ни “стало надо решиться, хоть на что-нибудь или. Или отказаться от жизни совсем!” Но Раскольников хочет “действовать, жить и любить!” Не собственная бедность, не нужда и страдания сестры и матери терзают Раскольникова, а, так сказать, нужда всеобщая, горе вселенское — и горе сестры и матери, и мученичество Сонечки, и трагедия семьи Мармеладовых, “беспросветная, безысходная, вечная бессмыслица, нелепость бытия, ужас и зло, царствующие в мире нищета, позор, порок, слабость и несовершенство человека — вся эта дикая глупость создания”. Он считал, что он открыл “Закон”, закон взаимоотношения людей, человеческого общества. Раскольников считает, что, “кто крепок и силен умом и духом, тот над ними (людьми) и властен! Кто много посмеет, тот у них и прав. Кто на большее может плюнуть, тот у них и законодатель, а кто больше всех может посметь, тот и всех правее! Так доселе велось и так всегда будет! Власть дается только тому, кто посмеет взять ее. Тут одно, только одно: стоит только посметь”. И перед собой ставит вопрос: “.вошь ли я, как все, или человек? Смогу ли я переступить или не смогу! Тварь ли я дрожащая или ПРАВО имею.” Он считает, что людей, которые сами не способны изменить свою жизнь, может спасти добрый “властелин” и для этого можно преступить нравственные законы. Он решает убить никому не нужную, с его точки зрения, старуху-ростовщицу, сделать “первый шаг”, избавить мать и сестру от унизительно послушнического положения и осчастливить, возможно, своей деятельностью человечество. О Раскольникове, задумавшем убить богатую старуху, говорится, в частности: “Он решил. что задуманное им — “не преступление”. Вот почему его деяние страшнее всякого обыкновенного преступления, т. к. он не просто убил, а хотел утвердить правоту убийства, утвердить само право на преступление ”.

Но помимо старухи Раскольников убивает и ее сестру Ли-завету — забитое и безответное существо, полное простоты и смирения, ту Лизавету, которая еще недавно чинила его рубаху. И хотя он совершил убийство, т. е. “теория” победила, но что-то мешает Раскольникову не только жить, а просто жить. Что именно? А то, что он “как бы ножницами” отрезал себя от всех людей. Раскольников должен, по своей теории, отступаться от тех, за кого страдает. Должен презирать, ненавидеть и убивать тех, кого любил. Он не может этого вынести. “Мрачное ощущение мучительного, бесконечного уединения и отчуждения вдруг сознательно сказалось душе его.” •

Кровавая драма уездной “леди Макбет” — столкновение простодушной и веселой героини с мертвым, домостроевским укладом, жизнь с нелюбимым мужем. Лесков назвал ее короткую и страшную жизнь “драмою любви”.

“.Послушно принять судьбу, как она есть, раз навсегда, и задушить в себе все, отказавшись от всякого права действовать, жить и любить!” Послушно склонить голову перед судьбой, требующей страшных жертв, принять железную необходимость унижения, страдания, нищеты и порока, принять слепой и безжалостный “фатум”, с которым, казалось бьх, смешно спорить — это для Раскольникова — “отказаться от жизни совсем”. Драма жизни Катерины Измайловой и Раскольникова — это драма сильной личности, страдающей от несовершенства мира. Личности, не желающей принимать безропотно условия бытия. Такая драма возможна только для личности, развернувшейся в своем протесте в таких формах, которые отрицают сами устои морали и человечности и выражают тем самым мораль ее окружения.

Преступление против Человека. Одна общая идея объединяет “Преступление и наказание” Достоевского и “Леди Макбет Мценского уезда” Лескова. Это нравственная проблема, проблема отношения человека к человеку, проблема — “преступить” через человека. Соня говорит Раскольникову: “Встань. Поди сейчас, сию же минуту, стань на перекрестке, поклонись, поцелуй сначала землю, которую ты осквернил, а потом поклонись всему свету, на все четыре стороны и скажи всем вслух: “Я убил!” Тогда бог опять тебе жизни пошлет”. Этими словами Соня говорит, что человек, преступивший другого, лишает себя возможности быть с другими людьми. И здесь неважно, что движет человеком: страсть ли, как у Катерины Измайловой, или идея, как у Раскольникова. Важно — “как же без человека-то прожить”.

Убивая другого, герои убивают себя. Себя — как Человека. А теперь переходим ко второй части нашего разбора — наказанию. Что же ожидает Катерину Измайлову и Раскольникова за преступления? Катерина и Раскольников жили в разных условиях, но их отчужденность от людей, их замкнутость на себе, своих переживаниях, нежелание “переступить” через себя, свои желания и привели их к трагедии. Условия их жизни, их бытия не были определяющими для совершения ими преступления, хотя и создали условия для поиска решения своих проблем нашим героям. И мне кажется, хотя Раскольников опирался в своих поступках на свою теорию “властелина” и “вши”, а Катерина Измайлова — на свое “хочу”, свою страсть, их подтолкнуло к преступлению отсутствие собственной деятельности и сверхвысокая оценка собственной значимости в этом мире.

После преступления “неразрешимые вопросы” встают перед Раскольниковым. Земной закон берет свое, и он принужден на себя донести. Принужден, чтоб хотя погибнуть на каторге, но примкнуть опять к людям; чувство разомкнутости замучило его. В возвращении Раскольникова к людям большую роль сыграла Соня Мармеладова. Но ее “решение” состояло в самопожертвовании, в том, что она “переступила” себя и основная ее идея — это идея “непреступаемости” другого человека. Преступить другого — значит для нее погубить себя. “Это человек-то вошь!” — восклицает она на заявление Раскольникова, что он “вошь убил, бесполезную, гадкую, зловредную”. “Ну как же, как же без человека-то прожить”!

Две разные судьбы, два разных во всех отношениях человека, Катерина Измайлова и Раскольников, совершили одно и то же преступление — убийство. Их ждет одно и то же наказание — каторга. Но самая страшная трагедия для человека — это наказание не физическое (каторга), а нравственное. Человек перестает верить сам себе. “Я не человека убил, а принцип убил!” — восклицает Раскольников, бессознательно понимая, что на этом “принципе” держится его Я. “Разве я старушонку убил? Я себя убил, а не старушонку!” “Себя убил” как Человека.

Страшные муки терзают Катерину: “Кругом все до ужаса безобразно: бесконечная грязь, серое небо, обезлиственные мокрые ракиты и в растопыренных их сучьях нахохлившаяся ворона. Ветер то стонет, то злится, то воет и ревет”. В этих адских, душу раздирающих звуках, которые довершают весь ужас картины, звучат советы жены библейского Иова: “Прокляни день твоего рождения и умри”.

Вот это нравственное наказание за преступление и есть самое страшное наказание для человека. Это и объединяет Лескова и Достоевского.

Но после наказания Раскольников осознает преступность его “идеи”, его дел. Под воздействием Сони и людей, с которыми он постоянно общался, возможно его перерождение. Любовь воскресила его. “Как это случилось, он и сам не знал, но вдруг что-то как бы подхватило его и как бы бросило к ее ногам. Он плакал и обнимал ее колени. В первое мгновение она ужасно испугалась, и все лицо ее помертвело. Она вскочила с места и, задрожав, смотрела на него. Но тотчас же, в тот же миг она все поняла. В глазах ее засветилось бесконечное счастье; она поняла, и для нее уже не было сомнения, что он любит, бесконечно любит ее, и что настала же наконец эта минута.” “Да и что такое эти все, все муки прошлого! Все, даже преступление его, даже приговор и ссылка казались ему теперь, в первом порыве, каким-то внешним, странным, как бы далее и не с ним случившимся фактом. Он, впрочем, не мог в этот вечер долго и постоянно о чем-нибудь думать, сосредоточиться на чем-нибудь мыслью; да он ничего бы и не разрешил теперь сознательно; он только чувствовал. Вместо диалектики наступила жизнь, и в сознании должно было выработаться что-то совершенно другое.

Под подушкой его лежало Евангелие. Он взял его машинально. Эта книга принадлежала ей, была та самая, из которой она читала ему о воскресении Лазаря В начале каторги он думал, что она замучит его религией, будет заговаривать о Евангелии и навязывать ему книги. Но, к величайшему его удивлению, она ни разу не заговорила об этом, ни разу даже не предложила ему Евангелия. Он сам попросил его у ней незадолго до своей болезни, и она молча принесла ему книгу. До сих пор он ее не раскрывал. Он не раскрыл ее и теперь, но одна мысль промелькнула в нем: “Разве могут ее убеждения не быть теперь и моими убеждениями? Ее чувства, ее стремления по крайней мере.”

Любовь, воскресившая Раскольникова, погубила Катерину. Поняв, что совершенные ею убийства не дали ей счастья в жизни, что ей некуда уйти от осознания совершенного ею, перестав верить в любимого человека, она кончает жизнь самоубийством.

Объединяет эти два произведения подход писателей к проблеме преступления и наказания через внутреннюю, духовную жизнь человека. И самым страшным наказанием для человека является отчуждение от общества и то, что зло, причиненное ими другим, возвращается к ним духовными муками.

Преступление и наказание в произведениях Ф. М. Достоевского и Н. С. Лескова

Преступление и наказание в произведениях Ф. М. Достоевского и Н. С. Лескова

Быть или не быть — таков вопрос;

Что благородней духом: покоряться

Пращам и стрелам яростной судьбы

Иль, ополчась на море смут, сразить их

У. Шекспир. “Гамлет”

Почему я выбрала Достоевского и Лескова? Наверное, из-за их сложной и трагической судьбы. Они стояли особняком в русской литературе, оставаясь не вполне понятыми и оцененными. За ними долго сохранялась слава реакционных писателей. В юности Достоевский за вольномыслие ссылается на каторгу. Затем он отрекается от политической борьбы. Он вступает в полемику со всеми современными демократическими теориями, обрекая себя на роль человека, идущего не в ногу со временем.

Читайте также:  Правда Раскольникова и правда Сони в романе Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание»: сочинение

Достоевский не верил в радикальные преобразования и решил развеять “заблуждения”, наставить общество на “истинный” путь, путь достижения гармонии и согласия между всеми сословиями. Он считал, что “реальная критика” (Чернышевский и др.), которая настраивала литературу на обличительный лад, распространяла “нигилистические” настроения, занималась голым отрицанием. Достоевский признает, что Добролюбов — самый читаемый, самый талантливый критик, что у него есть ум, сила, зависящая от убеждения, к его мнениям публика прислушивается. Только считает вредными “утилитарные” требования Добролюбова к искусству: извлечение из искусства немедленной пользы. Не надо “заставлять” писать, не надо велеть что-либо искусству: первое условие художника — это “свобода”.

Лесков из-за ряда произведений и статей, написанных в самом начале творческого пути, долго не признавался прогрессивной русской литературой. В качестве одного из ведущих публицистов “Северной пчелы” он вступил в полемику с “Современником” и Чернышевским. Будучи сторонником постепенных преобразований, “постепеновцем”, как он сам говорил, Лесков не мог принять методов революционных демократов, по его терминологии “нетерпеливцев”. Ему казались несвоевременными и необоснованными призывы “нетерпеливцев” к революционному перевороту. Его статьи о петербургских пожарах, романы “Некуда” и “На ножах” были осуждены в многочисленных статьях, заметках, карикатурах. Его подозревали даже в связи с Третьим отделением. В условиях литературного бойкота, в 1866 — 1874 гг. Лесков печатался исключительно в консервативных журналах: “Русском вестнике”, “Современной летописи”. Он признал Каткова (редактора “Русского вестника”) своим идейным вдохновителем. Около “Русского вестника” Катков объединил писателей консервативных политических взглядов и создал свой кружок, в который входил Достоевский. Народническая критика писала: “Два последних романиста (Достоевский и Лесков) до того “окатковились”, что в новейших своих романах “Бесы”, “На ножах” слились в какой-то единый тип, в гомункула, родившегося в знаменитой чернильнице редактора “Московских ведомостей”.

Лесков искал покровительство в правительственных кругах, познакомился с Победоносцевым, который посылает книги наследнику Александру III.

У Достоевского в конце жизни возникает личная дружба с Победоносцевым. Именно он, ставший обер-прокурором Святейшего Синода, правой рукой Александра II, дирижировал похоронами Достоевского, которые были неожиданно обставлены пышной полуофициальной помпою. Создавалось мучительное двойственное положение писателя. С одной стороны — бывший социалист и каторжник, писатель-реалист, правдивый художник, с другой стороны — его отход от вольномыслия, попытка опереться на силу некоторых представителей официальной власти, приведшие к тому, что эти влиятельные лица пытались спекулировать на Достоевском, на его славе и влиянии на общество.

В это же время Лесков написал интересные сатирические повести и рассказы. За ним прочно укрепилась репутация реакционного писателя, третьестепенного автора и, в лучшем случае, “умелого рассказчика анекдотов”. Его большой талант не был по-настоящему оценен не только при его жизни, но и после смерти. В течение десятилетий он мучительно искал свое место в родной литературе, не имея поддержки критики и своих литературных собратьев.

Это сложные писатели, которых нельзя воспринимать однозначно. Главное в них то, что это писатели-реалисты, со- страдающие бедным и угнетенным, страстные обличители социального зла, лжи. И тот и другой писали свои произведения, основываясь на наблюдениях, знании жизни и быта народа, они сходны остротой ощущения трагедии человека в собственном обществе. Уже зрелым писателем Достоевский определил основную черту своего творчества: “при полном реализме найти в человеке человека”, т. е. человеческое доброе еще надо искать, не так уж его много. Но также надо воспитывать человека, исправлять бесчеловечное общество. “Восстановление человека, поднятие в униженных их человеческого достоинства — процесс долгий и нелегкий. За человеком тянется груз старых предрассудков. Даже на самых высоких взлетах благородного служения возрождаются себялюбие, мания величия, попирание малых “сил”. В этом суждении Достоевский был истинным реалистом.

Лесков писал: “Я не изучал народ по разговорам с петербургскими извозчиками, а я вырос в народе, на гостомельском выгоне, с казанком в руке, я спал с ним на росистой траве ночного”. Его разъезды по делам службы дали возможность узнать Россию “от Черного моря до Белого и от Брод до Красного Яру”. Он собрал богатый материал из жизни различных слоев русского общества. Часто в своем творчестве Лесков обращался к своему прошлому. В его повести “Леди Макбет Мценского уезда” отразились его детские впечатления: “Раз одному соседу-старику, который “зажился” за семьдесят годов и пошел в летний день отдохнуть под куст черной смородины, нетерпеливая невестка влила в ухо кипящий сургуч. Потом ее на Ильинке (на площади) “палач, терзал”.

Почему я выбрала из их творчества тему “Преступление и наказание”? Преступление — один из наиболее социально активных поступков человека. Оно выходит из сферы частной жизни и вторгается в жизнь других людей, воздействуя на нравственную жизнь общества. Кто виноват в страданиях че-довека, в искажении его облика, в преступлениях против человечности? Что приводит человека к совершению преступления? Заложено ли это в самом человеке от природы или преступление совершается вне зависимости от личности, а только под влиянием каких-то обстоятельств (среды)? Эти вопросы всегда стояли перед людьми. И особенно остро они встают в настоящее время, когда идет ломка в сознании людей, ломка самих людей как личностей под воздействием меняющейся внешней среды жизни, когда меняются сами устои, когда чувствуешь себя ‘“маленьким человеком”. Меня поразили два высказывания Достоевского, сделанные два века назад. “Прежний порядок — очень худой, но все же порядок — отошел безвозвратно. И странное дело: мрачные нравственные стороны прежнего порядка — эгоизм, цинизм, рабство, разъединение, продажничество — не только не отошли с уничтожением крепостнического быта, но как бы усилились, развились и умножились: тогда как из хороших нравственных сторон прежнего быта, которые все же были, почти ничего не осталось: “Что такое Liberte? Свобода. Какая свобода? Одинаковая свобода всем делать все, что угодно, в пределах закона. Когда можно делать все, что угодно? Когда имеешь миллионы. Дает ли свобода каждому по миллиону? Нет. Что такое человек без миллиона? Человек без миллиона есть не тот, который делает все, что угодно, а тот, с которым делают все, что угодно”. Как жить, каким быть? Можно ли, совершив безнравственный поступок, стать счастливым? Читая Лескова и Достоевского, я попыталась для себя ответить на эти вопросы. Эти писатели жили в одно время. И тому и другому пришлось самостоятельно прокладывать свой путь в жизни. Жизненные наблюдения позволили писателям нарисовать реальную жизнь людей. Отношение к человеку, отношения между людьми, само понятие “преступление” у них наиболее ярко проявляется в “Преступлении и наказании” Достоевского и “Леди Макбет Мценского уезда” у Лескова.

Катерина и Раскольников. В их характерах нет дурных черт. Катерина ничем не выделялась среди своих веселых и бойких сверстниц. “У Катерины Львовны характер был пылкий и, живя девушкой в бедности, она привыкла к простоте и свободе: побежать бы с ведрами на реку да покупаться в рубашке под пристанью или обсыпать через калитку прохожего молодца подсолнечною лузгою”. С другой стороны, его героиня насмешливая, бойкая на язык мещанка, умеет постоять за себя и расправиться с любым обидчиком.

В скуке и одиночестве текут дни молодой купеческой жены, пока не появляется Сергей, которого она полюбила так, что готова была идти ради него на самые тяжкие преступления: “Развернулась она вдруг во всю ширь своей проснувшейся натуры и такая стала решительная, что и узнать ее нельзя”. Она не только отстаивает свое право на любовь, но выполняет малейшее желание Сергея, стремясь сделать его полноправным купцом. Свое чувство она имела возможность защищать только теми же средствами, которые могли быть обращены против нее: свекор пригрозил отправить Сергея в острог, а Катерину выпороть — она убила свекра. Пойдя по преступной дороге, Катерина Измайлова никакого удержу уже не знает над собой и ничего не может ее остановить. Полюбив Сергея всей силой своей цельной натуры, она идет на любое злодейство, чтобы сделать его купцом. После свекра наступает очередь мужа, убитого Катериной Измайловой тяжелым литым подсвечником. “Ну вот теперь ты и купец”, — говорит она Сергею после расправы с Зиновием Борисычем. Далее, под влиянием Сергея, она убила малолетнего племянника.

А что же герой романа Достоевского “Преступление и на казание” — Родион Раскольников? Раскольников “был замечательно хорош собою, с прекрасными темными глазами, тем-норус, ростом выше среднего, тонок и строен”. Человек не трусливый, не забитый, искренне переживающий и страдающий о других людях. Рискуя жизнью, он спасает из огня детей, делится последним с Мармеладовым. Бедный бывший студент, существующий на средства, присылаемые ему матерью, живущий в мрачной каморке — “он был задавлен бедностью” и “до того худо одет, что иной, даже и привычный человек, посовестился бы днем выходить в таких лохмотьях на улицу”. “Насущными делами своими он совсем перестал и не хотел заниматься”, узнает из письма из дому, что судьба его матери, его сестры Дуни не более светла, чем судьба Мармеладовых, так же как и он живущих в трущобах Петербурга, старшая дочь которых, Соня, ради спасения семьи вынуждена продавать себя.

Письмо матери “вдруг как громом в него ударило. Ясно, что теперь надо было не тосковать, не страдать пассивно, одними рассуждениями о том, что вопросы не разрешимы, а непременно что-нибудь сделать, и сейчас же, и поскорее. Во что бы то ни “стало надо решиться, хоть на что-нибудь или. Или отказаться от жизни совсем!” Но Раскольников хочет “действовать, жить и любить!” Не собственная бедность, не нужда и страдания сестры и матери терзают Раскольникова, а, так сказать, нужда всеобщая, горе вселенское — и горе сестры и матери, и мученичество Сонечки, и трагедия семьи Мармеладовых, “беспросветная, безысходная, вечная бессмыслица, нелепость бытия, ужас и зло, царствующие в мире нищета, позор, порок, слабость и несовершенство человека — вся эта дикая глупость создания”. Он считал, что он открыл “Закон”, закон взаимоотношения людей, человеческого общества. Раскольников считает, что, “кто крепок и силен умом и духом, тот над ними (людьми) и властен! Кто много посмеет, тот у них и прав. Кто на большее может плюнуть, тот у них и законодатель, а кто больше всех может посметь, тот и всех правее! Так доселе велось и так всегда будет. Власть дается только тому, кто посмеет взять ее. Тут одно, только одно: стоит только посметь”. И перед собой ставит вопрос: “. вошь ли я, как все, или человек? Смогу ли я переступить или не смогу! Тварь ли я дрожащая или ПРАВО имею. ” Он считает, что людей, которые сами не способны изменить свою жизнь, может спасти добрый “властелин” и для этого можно преступить нравственные законы. Он решает убить никому не нужную, с его точки зрения, старуху-ростовщицу, сделать “первый шаг”, избавить мать и сестру от унизительно послушнического положения и осчастливить, возможно, своей деятельностью человечество. О Раскольникове, задумавшем убить богатую старуху, говорится, в частности: “Он решил. что задуманное им — “не преступление”. Вот почему его деяние страшнее всякого обыкновенного преступления, т. к. он не просто убил, а хотел утвердить правоту убийства, утвердить само право на преступление ”.

Но помимо старухи Раскольников убивает и ее сестру Ли-завету — забитое и безответное существо, полное простоты и смирения, ту Лизавету, которая еще недавно чинила его рубаху. И хотя он совершил убийство, т. е. “теория” победила, но что-то мешает Раскольникову не только жить, а просто жить. Что именно? А то, что он “как бы ножницами” отрезал себя от всех людей. Раскольников должен, по своей теории, отступаться от тех, за кого страдает. Должен презирать, ненавидеть и убивать тех, кого любил. Он не может этого вынести. “Мрачное ощущение мучительного, бесконечного уединения и отчуждения вдруг сознательно сказалось душе его. ” •

Кровавая драма уездной “леди Макбет” — столкновение простодушной и веселой героини с мертвым, домостроевским укладом, жизнь с нелюбимым мужем. Лесков назвал ее короткую и страшную жизнь “драмою любви”.

“. Послушно принять судьбу, как она есть, раз навсегда, и задушить в себе все, отказавшись от всякого права действовать, жить и любить!” Послушно склонить голову перед судьбой, требующей страшных жертв, принять железную необходимость унижения, страдания, нищеты и порока, принять слепой и безжалостный “фатум”, с которым, казалось бьх, смешно спорить — это для Раскольникова — “отказаться от жизни совсем”. Драма жизни Катерины Измайловой и Раскольникова — это драма сильной личности, страдающей от несовершенства мира. Личности, не желающей принимать безропотно условия бытия. Такая драма возможна только для личности, развернувшейся в своем протесте в таких формах, которые отрицают сами устои морали и человечности и выражают тем самым мораль ее окружения.

Преступление против Человека. Одна общая идея объединяет “Преступление и наказание” Достоевского и “Леди Макбет Мценского уезда” Лескова. Это нравственная проблема, проблема отношения человека к человеку, проблема — “преступить” через человека. Соня говорит Раскольникову: “Встань. Поди сейчас, сию же минуту, стань на перекрестке, поклонись, поцелуй сначала землю, которую ты осквернил, а потом поклонись всему свету, на все четыре стороны и скажи всем вслух: “Я убил!” Тогда бог опять тебе жизни пошлет”. Этими словами Соня говорит, что человек, преступивший другого, лишает себя возможности быть с другими людьми. И здесь неважно, что движет человеком: страсть ли, как у Катерины Измайловой, или идея, как у Раскольникова. Важно — “как же без человека-то прожить”.

Убивая другого, герои убивают себя. Себя — как Человека. А теперь переходим ко второй части нашего разбора — наказанию. Что же ожидает Катерину Измайлову и Раскольникова за преступления? Катерина и Раскольников жили в разных условиях, но их отчужденность от людей, их замкнутость на себе, своих переживаниях, нежелание “переступить” через себя, свои желания и привели их к трагедии. Условия их жизни, их бытия не были определяющими для совершения ими преступления, хотя и создали условия для поиска решения своих проблем нашим героям. И мне кажется, хотя Раскольников опирался в своих поступках на свою теорию “властелина” и “вши”, а Катерина Измайлова — на свое “хочу”, свою страсть, их подтолкнуло к преступлению отсутствие собственной деятельности и сверхвысокая оценка собственной значимости в этом мире.

После преступления “неразрешимые вопросы” встают перед Раскольниковым. Земной закон берет свое, и он принужден на себя донести. Принужден, чтоб хотя погибнуть на каторге, но примкнуть опять к людям; чувство разомкнутости замучило его. В возвращении Раскольникова к людям большую роль сыграла Соня Мармеладова. Но ее “решение” состояло в самопожертвовании, в том, что она “переступила” себя и основная ее идея — это идея “непреступаемости” другого человека. Преступить другого — значит для нее погубить себя. “Это человек-то вошь!” — восклицает она на заявление Раскольникова, что он “вошь убил, бесполезную, гадкую, зловредную”. “Ну как же, как же без человека-то прожить”!

Две разные судьбы, два разных во всех отношениях человека, Катерина Измайлова и Раскольников, совершили одно и то же преступление — убийство. Их ждет одно и то же наказание — каторга. Но самая страшная трагедия для человека — это наказание не физическое (каторга), а нравственное. Человек перестает верить сам себе. “Я не человека убил, а принцип убил!” — восклицает Раскольников, бессознательно понимая, что на этом “принципе” держится его Я. “Разве я старушонку убил? Я себя убил, а не старушонку!” “Себя убил” как Человека.

Страшные муки терзают Катерину: “Кругом все до ужаса безобразно: бесконечная грязь, серое небо, обезлиственные мокрые ракиты и в растопыренных их сучьях нахохлившаяся ворона. Ветер то стонет, то злится, то воет и ревет”. В этих адских, душу раздирающих звуках, которые довершают весь ужас картины, звучат советы жены библейского Иова: “Прокляни день твоего рождения и умри”.

Вот это нравственное наказание за преступление и есть самое страшное наказание для человека. Это и объединяет Лескова и Достоевского.

Но после наказания Раскольников осознает преступность его “идеи”, его дел. Под воздействием Сони и людей, с которыми он постоянно общался, возможно его перерождение. Любовь воскресила его. “Как это случилось, он и сам не знал, но вдруг что-то как бы подхватило его и как бы бросило к ее ногам. Он плакал и обнимал ее колени. В первое мгновение она ужасно испугалась, и все лицо ее помертвело. Она вскочила с места и, задрожав, смотрела на него. Но тотчас же, в тот же миг она все поняла. В глазах ее засветилось бесконечное счастье; она поняла, и для нее уже не было сомнения, что он любит, бесконечно любит ее, и что настала же наконец эта минута. ” “Да и что такое эти все, все муки прошлого! Все, даже преступление его, даже приговор и ссылка казались ему теперь, в первом порыве, каким-то внешним, странным, как бы далее и не с ним случившимся фактом. Он, впрочем, не мог в этот вечер долго и постоянно о чем-нибудь думать, сосредоточиться на чем-нибудь мыслью; да он ничего бы и не разрешил теперь сознательно; он только чувствовал. Вместо диалектики наступила жизнь, и в сознании должно было выработаться что-то совершенно другое.

Под подушкой его лежало Евангелие. Он взял его машинально. Эта книга принадлежала ей, была та самая, из которой она читала ему о воскресении Лазаря В начале каторги он думал, что она замучит его религией, будет заговаривать о Евангелии и навязывать ему книги. Но, к величайшему его удивлению, она ни разу не заговорила об этом, ни разу даже не предложила ему Евангелия. Он сам попросил его у ней незадолго до своей болезни, и она молча принесла ему книгу. До сих пор он ее не раскрывал. Он не раскрыл ее и теперь, но одна мысль промелькнула в нем: “Разве могут ее убеждения не быть теперь и моими убеждениями? Ее чувства, ее стремления по крайней мере. ”

Любовь, воскресившая Раскольникова, погубила Катерину. Поняв, что совершенные ею убийства не дали ей счастья в жизни, что ей некуда уйти от осознания совершенного ею, перестав верить в любимого человека, она кончает жизнь самоубийством.

Объединяет эти два произведения подход писателей к проблеме преступления и наказания через внутреннюю, духовную жизнь человека. И самым страшным наказанием для человека является отчуждение от общества и то, что зло, причиненное ими другим, возвращается к ним духовными муками.

Преступление и наказание в произведениях Ф. М. Достоевского и Н. С. Лескова

Быть или не быть — таков вопрос;

Что благородней духом: покоряться
Пращам и стрелам яростной судьбы

Иль, ополчась на море смут, сразить их

У. Шекспир. “Гамлет”

Почему я выбрала Достоевского и Лескова? Наверное, из-за их сложной и трагической судьбы. Они стояли особняком в русской литературе, оставаясь не полностью понятыми и оцененными. За ними длительно сохранялась слава реакционных писателей. В юности Достоевский за вольномыслие ссылается на каторгу. Затем он отрекается от политической борьбы. Он вступает в полемику со всеми современными демократическими теориями, обрекая себя на роль человека, идущего не в ногу со временем.

Достоевский не верил в радикальные преобразования и решил развеять “заблуждения”, наставить общество на “истинный” путь, путь достижения гармонии и согласия между всеми сословиями. Он считал, что “реальная критика” (Чернышевский и др.), которая настраивала литературу на обличительный лад, распространяла “нигилистические” настроения, занималась голым отрицанием. Достоевский признает, что Добролюбов — самый читаемый, самый талантливый критик, что у него есть ум, сила, зависящая от убеждения, к его мнениям публика прислушивается. Только считает вредными “утилитарные” требования Добролюбова к искусству: извлечение из искусства немедленной пользы. Не надо “заставлять” писать, не надо велеть что-либо искусству: первое условие художника — это “свобода”.

Лесков из-за ряда произведений и статей, написанных в самом начале творческого пути, длительно не признавался прогрессивной русской литературой. В качестве одного из ведущих публицистов “Северной пчелы” он вступил в полемику с “Современником” и Чернышевским. Будучи сторонником постепенных преобразований, “постепеновцем”, как он сам говорил, Лесков не мог принять методов революционных демократов, по его терминологии “нетерпеливцев”. Ему казались несвоевременными и необоснованными призывы “нетерпеливцев” к революционному перевороту. Его статьи о петербургских пожарах, романы “Некуда” и “На ножах” были осуждены в многочисленных статьях, заметках, карикатурах. Его подозревали более того в связи с Третьим отделением. В условиях литературного бойкота, в 1866 — 1874 гг. Лесков печатался только в консервативных журналах: “Русском вестнике”, “Современной летописи”. Он признал Каткова (редактора “Русского вестника”) своим идейным вдохновителем. Около “Русского вестника” Катков объединил писателей консервативных политических взглядов и создал свой кружок, в который входил Достоевский. Народническая критика писала: “Два последних романиста (Достоевский и Лесков) до того “окатковились”, что в новейших своих романах “Бесы”, “На ножах” слились в какой-то цельный тип, в гомункула, родившегося в знаменитой чернильнице редактора “Московских ведомостей”.

Лесков искал покровительство в правительственных кругах, познакомился с Победоносцевым, который посылает книги наследнику Александру III.

У Достоевского в конце жизни возникает личная приятельство с Победоносцевым. Именно он, ставший обер-прокурором Святейшего Синода, правой рукой Александра II, дирижировал похоронами Достоевского, которые были неожиданно обставлены пышной полуофициальной помпою. Создавалось мучительное двойственное положение писателя. С одной стороны — бывший социалист и каторжник, писатель-реалист, правдивый художник, с другой стороны — его отход от вольномыслия, попытка опереться на силу некоторых представителей официальной власти, приведшие к тому, что эти влиятельные лица пытались спекулировать на Достоевском, на его славе и влиянии на общество.

В это же час Лесков написал интересные сатирические повести и рассказы. За ним прочно укрепилась репутация реакционного писателя, третьестепенного автора и, в лучшем случае, “умелого рассказчика анекдотов”. Его большой талант не был по-настоящему оценен не только при его жизни, но и после смерти. В течение десятилетий он мучительно искал свое место в родной литературе, не имея поддержки критики и своих литературных собратьев.

Это сложные писатели, которых нельзя понимать однозначно. Главное в них то, что это писатели-реалисты, со- страдающие бедным и угнетенным, страстные обличители социального зла, лжи. И тот и другой писали свои произведения, основываясь на наблюдениях, знании жизни и быта народа, они сходны остротой ощущения трагедии человека в собственном обществе. Уже зрелым писателем Достоевский определил основную черту своего творчества: “при полном реализме найти в человеке человека”, т. е. человеческое доброе ещё надо выискивать, не так уж его много. Но также надо взращивать человека, исправлять бесчеловечное общество. “Восстановление человека, поднятие в униженных их человеческого достоинства — процесс продолжительный и нелегкий. За человеком тянется груз старых предрассудков. Даже на самых высоких взлетах благородного служения возрождаются себялюбие, мания величия, попирание малых “сил”. В этом суждении Достоевский был истинным реалистом.

Лесков писал: “Я не изучал народ по разговорам с петербургскими извозчиками, а я вырос в народе, на гостомельском выгоне, с казанком в руке, я спал с ним на росистой траве ночного”. Его разъезды по делам службы дали вероятность узнать Россию “от Черного моря до Белого и от Брод до Красного Яру”. Он собрал богатый материал из жизни различных слоев русского общества. Часто в своем творчестве Лесков обращался к своему прошлому. В его повести “Леди Макбет Мценского уезда” отразились его детские впечатления: “Раз одному соседу-старику, который “зажился” за семьдесят годов и пошел в летний день отдохнуть под куст черной смородины, нетерпеливая невестка влила в ухо кипящий сургуч. Потом ее на Ильинке (на площади) “палач, терзал”.

Почему я выбрала из их творчества тему “Преступление и наказание”? Преступление — один из наиболее социально активных поступков человека. Оно выходит из сферы частной жизни и вторгается в жизнь других людей, воздействуя на нравственную жизнь общества. Кто виноват в страданиях че-довека, в искажении его облика, в преступлениях против человечности? Что приводит человека к совершению преступления? Заложено ли это в самом человеке от природы или преступление совершается за пределами зависимости от личности, а только под влиянием каких-то обстоятельств (среды)? Эти вопросы постоянно стояли перед людьми. И особенно остро они встают в настоящее час, когда идет ломка в сознании людей, ломка самих людей как личностей под воздействием меняющейся внешней среды жизни, когда меняются сами устои, когда чувствуешь себя “”маленьким человеком”. Меня поразили два высказывания Достоевского, сделанные два века назад. “Прежний порядок — очень худой, но все же порядок — отошел безвозвратно. И странное дело: мрачные нравственные стороны прежнего порядка — эгоизм, цинизм, рабство, разъединение, продажничество — не только не отошли с уничтожением крепостнического быта, но как бы усилились, развились и умножились: тогда как из хороших нравственных сторон прежнего быта, которые все же были, почти ничего не осталось: “Что такое Liberte? Свобода. Какая свобода? Одинаковая свобода всем работать все, что угодно, в пределах закона. Когда можно работать все, что угодно? Когда имеешь миллионы. Дает ли свобода каждому по миллиону? Нет. Что такое человек без миллиона? Человек без миллиона есть не тот, который делает все, что угодно, а тот, с которым делают все, что угодно”. Как существовать, каким быть? Можно ли, совершив безнравственный поступок, стать счастливым? Читая Лескова и Достоевского, я попыталась для себя ответить на эти вопросы. Эти писатели жили в одно час. И тому и другому пришлось самостоятельно прокладывать свой путь в жизни. Жизненные наблюдения позволили писателям нарисовать реальную жизнь людей. Отношение к человеку, отношения между людьми, само понятие “преступление” у них наиболее ослепительно проявляется в “Преступлении и наказании” Достоевского и “Леди Макбет Мценского уезда” у Лескова.

Катерина и Раскольников. В их характерах нет дурных черт. Катерина ничем не выделялась среди своих веселых и бойких сверстниц. “У Катерины Львовны характер был пылкий и, живя девушкой в бедности, она привыкла к простоте и свободе: побежать бы с ведрами на реку да покупаться в рубашке под пристанью или обсыпать через калитку прохожего молодца подсолнечною лузгою”. С другой стороны, его героиня насмешливая, бойкая на язык мещанка, умеет постоять за себя и расправиться с любым обидчиком.

В скуке и одиночестве текут дни молодой купеческой жены, пока не появляется Сергей, которого она полюбила так, что готова была ходить ради него на самые тяжкие преступления: “Развернулась она вдруг во всю ширь своей проснувшейся натуры и такая стала решительная, что и узнать ее нельзя”. Она не только отстаивает свое право на любовь, но выполняет малейшее охота Сергея, стремясь сделать его полноправным купцом. Свое чувство она имела вероятность оберегать только теми же средствами, которые могли быть обращены против нее: свекор пригрозил отправить Сергея в острог, а Катерину выпороть — она убила свекра. Пойдя по преступной дороге, Катерина Измайлова никакого удержу уже не знает над собой и ничего не может ее остановить. Полюбив Сергея всей силой своей цельной натуры, она идет на любое злодейство, чтобы сделать его купцом. После свекра наступает очередь мужа, убитого Катериной Измайловой тяжелым литым подсвечником. “Ну вот теперь ты и купец”, — говорит она Сергею после расправы с Зиновием Борисычем. Далее, под влиянием Сергея, она убила малолетнего племянника.

А что же герой романа Достоевского “Преступление и на казание” — Родион Раскольников? Раскольников “был замечательно хорош собою, с прекрасными темными глазами, тем-норус, ростом выше среднего, тонок и строен”. Человек не трусливый, не забитый, от всего сердца переживающий и страдающий о других людях. Рискуя жизнью, он спасает из огня детей, делится последним с Мармеладовым. Бедный бывший студент, существующий на средства, присылаемые ему матерью, живущий в мрачной каморке — “он был задавлен бедностью” и “до того худо одет, что другой, более того и привычный человек, посовестился бы днем вылезать в таких лохмотьях на улицу”. “Насущными делами своими он совсем перестал и не хотел заниматься”, узнает из письма из дому, что судьба его матери, его сестры Дуни не более светла, чем судьба Мармеладовых, так же как и он живущих в трущобах Петербурга, старшая дочка которых, Соня, ради спасения семьи вынуждена продавать себя.

Письмо матери “вдруг как громом в него ударило. Ясно, что теперь надо было не тосковать, не страдать пассивно, одними рассуждениями о том, что вопросы не разрешимы, а непременно что-нибудь сделать, и в данный момент же, и поскорее. Во что бы то ни “стало надо решиться, хоть на что-нибудь или. Или отказаться от жизни совсем!” Но Раскольников хочет “действовать, существовать и любить!” Не собственная бедность, не нужда и страдания сестры и матери терзают Раскольникова, а, так высказать, нужда всеобщая, горесть вселенское — и горесть сестры и матери, и мученичество Сонечки, и трагедия семьи Мармеладовых, “беспросветная, безысходная, вечная бессмыслица, нелепость бытия, ужас и зло, царствующие в мире нищета, позор, порок, слабость и несовершенство человека — вся эта дикая чушь создания”. Он считал, что он открыл “Закон”, закон отношения людей, человеческого общества. Раскольников считает, что, “кто крепок и силен умом и духом, тот над ними (людьми) и властен! Кто много посмеет, тот у них и прав. Кто на большее может плюнуть, тот у них и законодатель, а кто больше всех может посметь, тот и всех правее! Так доселе велось и так постоянно будет. Власть дается только тому, кто посмеет взять ее. Тут одно, только одно: стоит только посметь”. И перед собой ставит вопрос: “. вошь ли я, как все, или человек? Смогу ли я переступить или не смогу! Тварь ли я дрожащая или ПРАВО имею. ” Он считает, что людей, которые сами не способны изменить свою жизнь, может спасти добрый “властелин” и для этого можно преступить нравственные законы. Он решает убить никому не нужную, с его точки зрения, старуху-ростовщицу, сделать “первый шаг”, избавить мать и сестру от унизительно послушнического положения и осчастливить, быть может, своей деятельностью человечество. О Раскольникове, задумавшем убить богатую старуху, пишется, в частности: “Он решил. что задуманное им — “не преступление”. Вот почему его деяние страшнее всякого обыкновенного преступления, т. к. он не просто убил, а хотел утвердить правоту убийства, утвердить само право на преступление “.

Читайте также:  Почему «переступивший» Свидригайлов покончил с собой, а Раскольников — нет? (по роману Ф. М. Достоевского «Преступление и наказание»): сочинение

Но помимо старухи Раскольников убивает и ее сестру Ли-завету — забитое и безответное существо, полное простоты и смирения, ту Лизавету, которая ещё недавно чинила его рубаху. И хотя он совершил убийство, т. е. “теория” победила, но что-то мешает Раскольникову не только существовать, а просто существовать. Что именно? А то, что он “как бы ножницами” отрезал себя от всех людей. Раскольников должен, по своей теории, отступаться от тех, за кого страдает. Должен презирать, ненавидеть и убивать тех, кого любил. Он не может этого перенести. “Мрачное ощущение мучительного, бесконечного уединения и отчуждения вдруг обдуманно сказалось душе его. ” •

Кровавая драма уездной “леди Макбет” — столкновение простодушной и веселой героини с мертвым, домостроевским укладом, жизнь с нелюбимым мужем. Лесков назвал ее короткую и страшную жизнь “драмою любви”.

“. Послушно принять судьбу, как она есть, раз навсегда, и задушить в себе все, отказавшись от всякого права работать, существовать и любить!” Послушно склонить голову перед судьбой, требующей страшных жертв, принять железную необходимость унижения, страдания, нищеты и порока, принять слепой и безжалостный “фатум”, с которым, казалось бьх, смешно спорить — это для Раскольникова — “отказаться от жизни совсем”. Драма жизни Катерины Измайловой и Раскольникова — это драма сильной личности, страдающей от несовершенства мира. Личности, не желающей принимать безропотно условия бытия. Такая драма возможна только для личности, развернувшейся в своем протесте в таких формах, которые отрицают сами устои морали и человечности и выражают тем самым мораль ее окружения.

Преступление против Человека. Одна общая мысль объединяет “Преступление и наказание” Достоевского и “Леди Макбет Мценского уезда” Лескова. Это нравственная проблема, проблема отношения человека к человеку, проблема — “преступить” через человека. Соня говорит Раскольникову: “Встань. Поди в данный момент, сию же минуту, стань на перекрестке, поклонись, поцелуй сначала землю, которую ты осквернил, а потом поклонись всему свету, на все четыре стороны и скажи всем вслух: “Я убил!” Тогда бог опять тебе жизни пошлет”. Этими словами Соня говорит, что человек, преступивший другого, лишает себя возможности быть с другими людьми. И тут неважно, что движет человеком: страсть ли, как у Катерины Измайловой, или мысль, как у Раскольникова. Важно — “как же без человека-то прожить”.

Убивая другого, герои убивают себя. Себя — как Человека. А теперь переходим ко второй части нашего разбора — наказанию. Что же ожидает Катерину Измайлову и Раскольникова за преступления? Катерина и Раскольников жили в разных условиях, но их отчужденность от людей, их замкнутость на себе, своих переживаниях, нежелание “переступить” через себя, свои желания и привели их к трагедии. Условия их жизни, их бытия не были определяющими для совершения ими преступления, хотя и создали условия для поиска решения своих проблем нашим героям. И мне кажется, хотя Раскольников опирался в своих поступках на свою теорию “властелина” и “вши”, а Катерина Измайлова — на свое “хочу”, свою страсть, их подтолкнуло к преступлению отсутствие собственной деятельности и сверхвысокая оценка собственной значимости в этом мире.

После преступления “неразрешимые вопросы” встают перед Раскольниковым. Земной закон берет свое, и он принужден на себя донести. Принужден, чтоб хотя погибнуть на каторге, но примкнуть опять к людям; чувство разомкнутости замучило его. В возвращении Раскольникова к людям большую роль сыграла Соня Мармеладова. Но ее “решение” состояло в самопожертвовании, в том, что она “переступила” себя и основная ее мысль — это мысль “непреступаемости” другого человека. Преступить другого — значит для нее погубить себя. “Это человек-то вошь!” — восклицает она на требование Раскольникова, что он “вошь убил, бесполезную, гадкую, зловредную”. “Ну как же, как же без человека-то прожить”!

Две разные судьбы, два разных во всех отношениях человека, Катерина Измайлова и Раскольников, совершили одно и то же преступление — убийство. Их ждет одно и то же наказание — каторга. Но самая страшная трагедия для человека — это наказание не физическое (каторга), а нравственное. Человек перестает верить сам себе. “Я не человека убил, а принцип убил!” — восклицает Раскольников, бессознательно понимая, что на этом “принципе” держится его Я. “Разве я старушонку убил? Я себя убил, а не старушонку!” “Себя убил” как Человека.

Страшные муки терзают Катерину: “Кругом все до ужаса безобразно: бесконечная грязища, серое небо, обезлиственные мокрые ракиты и в растопыренных их сучьях нахохлившаяся ворона. Ветер то стонет, то злится, то воет и ревет”. В этих адских, душу раздирающих звуках, которые довершают весь ужас картины, звучат советы жены библейского Иова: “Прокляни день твоего рождения и умри”.

Вот это нравственное наказание за преступление и есть самое страшное наказание для человека. Это и объединяет Лескова и Достоевского.

Но после наказания Раскольников осознает преступность его “идеи”, его дел. Под воздействием Сони и людей, с которыми он постоянно общался, быть может его перерождение. Любовь воскресила его. “Как это случилось, он и сам не знал, но вдруг что-то как бы подхватило его и как бы бросило к ее ногам. Он плакал и обнимал ее колени. В первое мгновение она ужасно испугалась, и все лицо ее помертвело. Она вскочила с места и, задрожав, смотрела на него. Но тотчас же, в тот же миг она все поняла. В глазах ее засветилось бесконечное счастье; она поняла, и для нее уже не было сомнения, что он любит, бесконечно любит ее, и что настала же наконец эта минута. ” “Да и что такое эти все, все муки прошлого! Все, более того преступление его, более того приговор и ссылка казались ему теперь, в первом порыве, каким-то внешним, странным, как бы дальше и не с ним случившимся фактом. Он, хотя вообще-то, не мог в тот самый вечер длительно и постоянно о чем-нибудь полагать, сосредоточиться на чем-нибудь мыслью; да он ничего бы и не разрешил теперь сознательно; он только чувствовал. Вместо диалектики наступила жизнь, и в сознании должно было выработаться что-то совершенно другое.

Под подушкой его лежало Евангелие. Он взял его машинально. Эта книга принадлежала ей, была та самая, из которой она читала ему о воскресении Лазаря В начале каторги он думал, что она замучит его религией, будет заговаривать о Евангелии и навязывать ему книги. Но, к величайшему его удивлению, она ни разу не заговорила об этом, ни разу более того не предложила ему Евангелия. Он сам попросил его у ней незадолго до своей болезни, и она молча принесла ему книгу. До сих пор он ее не раскрывал. Он не раскрыл ее и теперь, но одна мысль промелькнула в нем: “Разве могут ее убеждения не быть теперь и моими убеждениями? Ее чувства, ее стремления по крайней мере. “

Любовь, воскресившая Раскольникова, погубила Катерину. Поняв, что совершенные ею убийства не дали ей счастья в жизни, что ей некуда уйти от осознания совершенного ею, перестав верить в любимого человека, она кончает жизнь самоубийством.

Объединяет эти два произведения подход писателей к проблеме преступления и наказания через внутреннюю, духовную жизнь человека. И самым страшным наказанием для человека является отчуждение от общества и то, что зло, причиненное ими другим, возвращается к ним духовными муками.

Почему я выбрала Достоевского и Лескова: сочинение

Главная » СОЧИНЕНИЯ по литературе для школьников » Сочинения по авторам » » Сочинение на тему Преступление и наказание в произведениях Ф. М. Достоевского и Н. С. Лескова. Лесков Н.С.

Преступление и наказание в произведениях Ф. М. Достоевского и Н. С. Лескова

Быть или не быть таков вопрос; Что благородней духом: покоряться Пращам и стрелам яростной судьбы Иль, ополчась на море смуҭ, сразить их Противоборством? У. Шекспир. Гамлет Почему я выбрала Достоевского и Лескова? Наверное, из-за их сложной и трагической судьбы. Они стояли особняком в русской литературе, оставаясь не вполне понятыми и оцененными. За ними долго сохранялась слава реакционных писателей. В юности Достоевский за вольномыслие ссылается на каторгу. Затем он отрекается от полиҭической борьбы. Он вступает в полемику со всеми современными демократическими теориями, обрекая себя на роль человека, идущего не в ногу со временем. Достоевский не верил в радикальные преобразования и решил развеять заблуждения, наставить общество на истинный путь, путь достижения гармонии и согласия между всеми сословиями. Он считал, что реальная криҭика (Чернышевский и др.), которая настраивала литературу на обличительный лад, распространяла нигилистические настроения, занималась голым отрицанием. Достоевский признает, что Добролюбов самый читаемый, самый таланҭливый криҭик, что у него есть ум, сила, зависящая от убеждения, к его мнениям публика прислушивается. Только считает вредными уҭилитарные требования Добролюбова к искусству: извлечение из искусства немедленной пользы. Не надо заставлять писать, не надо велеть что-либо искусству: первое условие художника это свобода. Лесков из-за ряда произведений и статей, написанных в самом начале ҭворческого пуҭи, долго не признавался прогрессивной русской литературой. В качестве одного из ведущих публицистов Северной пчелы он вступил в полемику с Современником и Чернышевским. Будучи сторонником постепенных преобразований, постепеновцем, как он сам говорил, Лесков не мог принять методов революционных демократов, по его терминологии нетерпеливцев. Ему казались несвоевременными и необоснованными призывы нетерпеливцев к революционному перевороту. Его статьи о петербургских пожарах, романы Некуда и На ножах были осуждены в многочисленных статьях, заметках, карикатурах. Его подозревали даже в связи с Третьим отделением. В условиях литературного бойкота, в 1866 1874 гг. Лесков печатался исключительно в консервативных журналах: Русском вестнике, Современной летописи. Он признал Каткова (редактора Русского вестника) своим идейным вдохновителем. Около Русского вестника Катков объединил писателей консервативных полиҭических взглядов и создал свой кружок, в который входил Достоевский. Народническая криҭика писала: Два последних романиста (Достоевский и Лесков) до того окатковились, что в новейших своих романах Бесы, На ножах слились в какой-то единый ҭип, в гомункула, родившегося в знаменитой чернильнице редактора Московских ведомостей. Лесков искал покровительство в правительственных кругах, познакомился с Победоносцевым, который посылает книги наследнику Александру III. У Достоевского в конце жизни возникает личная дружба с Победоносцевым. Именно он, ставший обер-прокурором Святейшего Синода, правой рукой Александра II, дирижировал похоронами Достоевского, которые были неожиданно обставлены пышной полуофициальной помпою. Создавалось мучительное двойственное положение писателя. С одной стороны бывший социалист и каторжник, писатель-реалист, правдивый художник, с другой стороны его отход от вольномыслия, попыҭка опереться на силу некоторых представителей официальной власти, приведшие к тому, что эҭи влиятельные лица пытались спекулировать на Достоевском, на его славе и влиянии на общество. В это же время Лесков написал интересные сатирические повести и рассказы. За ним прочно укрепилась репутация реакционного писателя, третьестепенного автора и, в лучшем случае, умелого рассказчика анекдотов. Его большой таланҭ не был по-настоящему оценен не только при его жизни, но и после смерҭи. В течение десятилетий он мучительно искал свое место в родной литературе, не имея поддержки криҭики и своих литературных собратьев. Это сложные писатели, которых нельзя воспринимать однозначно. Главное в них то, что это писатели-реалисты, со- страдающие бедным и угнетенным, страстные обличители социального зла, лжи. И тот и другой писали свои произведения, основываясь на наблюдениях, знании жизни и быта народа, они сходны остротой ощущения трагедии человека в собственном обществе. Уже зрелым писателем Достоевский определил основную черҭу своего ҭворчества: при полном реализме найҭи в человеке человека, ҭ. е. человеческое доброе еще надо искать, не так уж его много. Но также надо воспиҭывать человека, исправлять бесчеловечное общество. Восстановление человека, поднятие в униженных их человеческого достоинства процесс долгий и нелегкий. За человеком ҭянется груз старых предрассудков. Даже на самых высоких взлетах благородного служения возрождаюҭся себялюбие, мания величия, попирание малых сил. В этом суждении Достоевский был истинным реалистом. Лесков писал: Я не изучал народ по разговорам с петербургскими извозчиками, а я вырос в народе, на гостомельском выгоне, с казанком в руке, я спал с ним на росистой траве ночного. Его разъезды по делам службы дали возможность узнать Россию от Черного моря до Белого и от Брод до Красного Яру. Он собрал богатый материал из жизни различных слоев русского общества. Часто в своем ҭворчестве Лесков обращался к своему прошлому. В его повести Леди Макбет Мценского уезда отразились его детские впечатления: Раз одному соседу-старику, который зажился за семьдесят годов и пошел в летний день отдохнуть под куст черной смородины, нетерпеливая невестка влила в ухо кипящий сургуч. Потом ее на Ильинке (на площади) палач, терзал. Почему я выбрала из их ҭворчества тему Преступление и наказание? Преступление один из наиболее социально активных поступков человека. Оно выходиҭ из сферы частной жизни и вторгается в жизнь других людей, воздействуя на нравственную жизнь общества. Кто виноват в страданиях че-довека, в искажении его облика, в преступлениях против человечности? Что приводиҭ человека к совершению преступления? Заложено ли это в самом человеке от природы или преступление совершается вне зависимости от личности, а только под влиянием каких-то обстоятельств (среды)? Эҭи вопросы всегда стояли перед людьми. И особенно остро они встаюҭ в настоящее время, когда идет ломка в сознании людей, ломка самих людей как личностей под воздействием меняющейся внешней среды жизни, когда меняюҭся сами устои, когда чувствуешь себя ‘маленьким человеком. Меня поразили два высказывания Достоевского, сделанные два века назад. Прежний порядок очень худой, но все же порядок отошел безвозвратно. И странное дело: мрачные нравственные стороны прежнего порядка эгоизм, цинизм, рабство, разъединение, продажничество не только не отошли с уничтожением крепостнического быта, но как бы усилились, развились и умножились: тогда как из хороших нравственных сторон прежнего быта, которые все же были, почти ничего не осталось: Что такое Liberte? Свобода. Какая свобода? Одинаковая свобода всем делать все, что угодно, в пределах закона. Когда можно делать все, что угодно? Когда имеешь миллионы. Дает ли свобода каждому по миллиону? Нет. Что такое человек без миллиона? Человек без миллиона есть не тот, который делает все, что угодно, а тот, с которым делаюҭ все, что угодно. Как жить, каким быть? Можно ли, совершив безнравственный поступок, стать счастливым? Читая Лескова и Достоевского, я попыталась для себя ответить на эҭи вопросы. Эҭи писатели жили в одно время. И тому и другому пришлось самостоятельно прокладывать свой путь в жизни. Жизненные наблюдения позволили писателям нарисовать реальную жизнь людей. Оҭношение к человеку, отношения между людьми, само понятие преступление у них наиболее ярко проявляется в Преступлении и наказании Достоевского и Леди Макбет Мценского уезда у Лескова. Катерина и Раскольников. В их характерах нет дурных черҭ. Катерина ничем не выделялась среди своих веселых и бойких сверстниц. У Катерины Львовны характер был пылкий и, живя девушкой в бедности, она привыкла к простоте и свободе: побежать бы с ведрами на реку да покупаться в рубашке под пристанью или обсыпать через калиҭку прохожего молодца подсолнечною лузгою. С другой стороны, его героиня насмешливая, бойкая на язык мещанка, умеет постоять за себя и расправиться с любым обидчиком. В скуке и одиночестве текуҭ дни молодой купеческой жены, пока не появляется Сергей, которого она полюбила так, что готова была идҭи ради него на самые ҭяжкие преступления: Развернулась она вдруг во всю ширь своей проснувшейся натуры и такая стала решительная, что и узнать ее нельзя. Она не только отстаивает свое право на любовь, но выполняет малейшее желание Сергея, стремясь сделать его полноправным купцом. Свое чувство она имела возможность защищать только теми же средствами, которые могли быть обращены против нее: свекор пригрозил отправить Сергея в острог, а Катерину выпороть она убила свекра. Пойдя по преступной дороге, Катерина Измайлова никакого удержу уже не знает над собой и ничего не может ее остановить. Полюбив Сергея всей силой своей цельной натуры, она идет на любое злодейство, чтобы сделать его купцом. После свекра наступает очередь мужа, убитого Катериной Измайловой ҭяжелым лиҭым подсвечником. Ну вот теперь ҭы и купец, говориҭ она Сергею после расправы с Зиновием Борисычем. Далее, под влиянием Сергея, она убила малолетнего племянника. А что же герой романа Достоевского Преступление и на казание Родион Раскольников? Раскольников был замечательно хорош собою, с прекрасными темными глазами, тем-норус, ростом выше среднего, тонок и строен. Человек не трусливый, не забиҭый, искренне переживающий и страдающий о других людях. Рискуя жизнью, он спасает из огня детей, делиҭся последним с Мармеладовым. Бедный бывший студенҭ, существующий на средства, присылаемые ему матерью, живущий в мрачной каморке он был задавлен бедностью и до того худо одет, что иной, даже и привычный человек, посовестился бы днем выходить в таких лохмотьях на улицу. Насущными делами своими он совсем перестал и не хотел заниматься, узнает из письма из дому, что судьба его матери, его сестры Дуни не более светла, чем судьба Мармеладовых, так же как и он живущих в трущобах Петербурга, старшая дочь которых, Соня, ради спасения семьи вынуждена продавать себя. Письмо матери вдруг как громом в него ударило. Ясно, что теперь надо было не тосковать, не страдать пассивно, одними рассуждениями о том, что вопросы не разрешимы, а непременно что-нибудь сделать, и сейчас же, и поскорее. Во что бы то ни “стало надо решиться, хоть на что-нибудь или. Или отказаться от жизни совсем! Но Раскольников хочет действовать, жить и любить! Не собственная бедность, не нужда и страдания сестры и матери терзаюҭ Раскольникова, а, так сказать, нужда всеобщая, горе вселенское и горе сестры и матери, и мученичество Сонечки, и трагедия семьи Мармеладовых, беспросветная, безысходная, вечная бессмыслица, нелепость быҭия, ужас и зло, царствующие в мире нищета, позор, порок, слабость и несовершенство человека вся эта дикая глупость создания. Он считал, что он открыл Закон, закон взаимоотношения людей, человеческого общества. Раскольников считает, что, кто крепок и силен умом и духом, тот над ними (людьми) и властен! Кто много посмеет, тот у них и прав. Кто на большее может плюнуть, тот у них и законодатель, а кто больше всех может посметь, тот и всех правее! Так доселе велось и так всегда будет. Власть дается только тому, кто посмеет взять ее. Туҭ одно, только одно: стоиҭ только посметь.
И перед собой ставиҭ вопрос: . вошь ли я, как все, или человек? Смогу ли я переступить или не смогу! Тварь ли я дрожащая или ПРАВО имею. Он считает, что людей, которые сами не способны изменить свою жизнь, может спасти добрый властелин и для этого можно преступить нравственные законы. Он решает убить никому не нужную, с его точки зрения, старуху-ростовщицу, сделать первый шаг, избавить мать и сестру от унизительно послушнического положения и осчастливить, возможно, своей деятельностью человечество. О Раскольникове, задумавшем убить богатую старуху, говориҭся, в частности: Он решил. что задуманное им не преступление. Вот почему его деяние страшнее всякого обыкновенного преступления, ҭ. к. он не просто убил, а хотел уҭвердить правоту убийства, уҭвердить само право на преступление . Но помимо старухи Раскольников убивает и ее сестру Ли-завету забитое и безответное существо, полное простоты и смирения, ҭу Лизавету, которая еще недавно чинила его рубаху. И хотя он совершил убийство, ҭ. е. теория победила, но что-то мешает Раскольникову не только жить, а просто жить. Что именно? А то, что он как бы ножницами отрезал себя от всех людей. Раскольников должен, по своей теории, отступаться от тех, за кого страдает. Должен презирать, ненавидеть и убивать тех, кого любил. Он не может этого вынести. Мрачное ощущение мучительного, бесконечного уединения и отчуждения вдруг сознательно сказалось душе его. Кровавая драма уездной леди Макбет столкновение простодушной и веселой героини с мерҭвым, домостроевским укладом, жизнь с нелюбимым мужем. Лесков назвал ее короткую и страшную жизнь драмою любви. . Послушно принять судьбу, как она есть, раз навсегда, и задушить в себе все, отказавшись от всякого права действовать, жить и любить! Послушно склонить голову перед судьбой, требующей страшных жерҭв, принять железную необходимость унижения, страдания, нищеты и порока, принять слепой и безжалостный фатум, с которым, казалось бьх, смешно спорить это для Раскольникова отказаться от жизни совсем. Драма жизни Катерины Измайловой и Раскольникова это драма сильной личности, страдающей от несовершенства мира. Личности, не желающей принимать безропотно условия быҭия. Такая драма возможна только для личности, развернувшейся в своем протесте в таких формах, которые отрицаюҭ сами устои морали и человечности и выражаюҭ тем самым мораль ее окружения. Преступление против Человека. Одна общая идея объединяет Преступление и наказание Достоевского и Леди Макбет Мценского уезда Лескова. Это нравственная проблема, проблема отношения человека к человеку, проблема преступить через человека. Соня говориҭ Раскольникову: Встань. Поди сейчас, сию же минуҭу, стань на перекрестке, поклонись, поцелуй сначала землю, которую ҭы осквернил, а потом поклонись всему свету, на все четыре стороны и скажи всем вслух: Я убил! Тогда бог опять тебе жизни пошлет. Эҭими словами Соня говориҭ, что человек, преступивший другого, лишает себя возможности быть с другими людьми. И здесь неважно, что движет человеком: страсть ли, как у Катерины Измайловой, или идея, как у Раскольникова. Важно как же без человека-то прожить. Убивая другого, герои убиваюҭ себя. Себя как Человека. А теперь переходим ко второй части нашего разбора наказанию. Что же ожидает Катерину Измайлову и Раскольникова за преступления? Катерина и Раскольников жили в разных условиях, но их отчужденность от людей, их замкнутость на себе, своих переживаниях, нежелание переступить через себя, свои желания и привели их к трагедии. Условия их жизни, их быҭия не были определяющими для совершения ими преступления, хотя и создали условия для поиска решения своих проблем нашим героям. И мне кажется, хотя Раскольников опирался в своих поступках на свою теорию властелина и вши, а Катерина Измайлова на свое хочу, свою страсть, их подтолкнуло к преступлению отсуҭствие собственной деятельности и сверхвысокая оценка собственной значимости в этом мире. После преступления неразрешимые вопросы встаюҭ перед Раскольниковым. Земной закон берет свое, и он принужден на себя донести. Принужден, чтоб хотя погибнуть на каторге, но примкнуть опять к людям; чувство разомкнутости замучило его. В возвращении Раскольникова к людям большую роль сыграла Соня Мармеладова. Но ее решение состояло в самопожерҭвовании, в том, что она переступила себя и основная ее идея это идея непреступаемости другого человека. Преступить другого значиҭ для нее погубить себя. Это человек-то вошь! восклицает она на заявление Раскольникова, что он вошь убил, бесполезную, гадкую, зловредную. Ну как же, как же без человека-то прожить! Две разные судьбы, два разных во всех отношениях человека, Катерина Измайлова и Раскольников, совершили одно и то же преступление убийство. Их ждет одно и то же наказание каторга. Но самая страшная трагедия для человека это наказание не физическое (каторга), а нравственное. Человек перестает верить сам себе. Я не человека убил, а принцип убил! восклицает Раскольников, бессознательно понимая, что на этом принципе держиҭся его Я. Разве я старушонку убил? Я себя убил, а не старушонку! Себя убил как Человека. Страшные муки терзаюҭ Катерину: Кругом все до ужаса безобразно: бесконечная грязь, серое небо, обезлиственные мокрые ракиҭы и в растопыренных их сучьях нахохлившаяся ворона. Ветер то стонет, то злиҭся, то воет и ревет. В эҭих адских, душу раздирающих звуках, которые довершаюҭ весь ужас карҭины, звучат советы жены библейского Иова: Прокляни день ҭвоего рождения и умри. Вот это нравственное наказание за преступление и есть самое страшное наказание для человека. Это и объединяет Лескова и Достоевского. Но после наказания Раскольников осознает преступность его идеи, его дел. Под воздействием Сони и людей, с которыми он постоянно общался, возможно его перерождение. Любовь воскресила его. Как это случилось, он и сам не знал, но вдруг что-то как бы подхватило его и как бы бросило к ее ногам. Он плакал и обнимал ее колени. В первое мгновение она ужасно испугалась, и все лицо ее померҭвело. Она вскочила с места и, задрожав, смотрела на него. Но тотчас же, в тот же миг она все поняла. В глазах ее засветилось бесконечное счастье; она поняла, и для нее уже не было сомнения, что он любиҭ, бесконечно любиҭ ее, и что настала же наконец эта минута. Да и что такое эҭи все, все муки прошлого! Все, даже преступление его, даже приговор и ссылка казались ему теперь, в первом порыве, каким-то внешним, странным, как бы далее и не с ним случившимся фактом. Он, впрочем, не мог в этот вечер долго и постоянно о чем-нибудь думать, сосредоточиться на чем-нибудь мыслью; да он ничего бы и не разрешил теперь сознательно; он только чувствовал. Вместо диалектики наступила жизнь, и в сознании должно было выработаться что-то совершенно другое. Под подушкой его лежало Евангелие. Он взял его машинально. Эта книга принадлежала ей, была та самая, из которой она читала ему о воскресении Лазаря В начале каторги он думал, что она замучиҭ его религией, будет заговаривать о Евангелии и навязывать ему книги. Но, к величайшему его удивлению, она ни разу не заговорила об этом, ни разу даже не предложила ему Евангелия. Он сам попросил его у ней незадолго до своей болезни, и она молча принесла ему книгу. До сих пор он ее не раскрывал. Он не раскрыл ее и теперь, но одна мысль промелькнула в нем: Разве могуҭ ее убеждения не быть теперь и моими убеждениями? Ее чувства, ее стремления по крайней мере. Любовь, воскресившая Раскольникова, погубила Катерину. Поняв, что совершенные ею убийства не дали ей счастья в жизни, что ей некуда уйҭи от осознания совершенного ею, перестав верить в любимого человека, она кончает жизнь самоубийством. Объединяет эҭи два произведения подход писателей к проблеме преступления и наказания через внутреннюю, духовную жизнь человека. И самым страшным наказанием для человека является отчуждение от общества и то, что зло, причиненное ими другим, возвращается к ним духовными муками.

Права на сочинение “Преступление и наказание в произведениях Ф. М. Достоевского и Н. С. Лескова” принадлежат его автору. При цитировании материала необходимо обязательно указывать гиперссылку на Реф.рф

Ссылка на основную публикацию
×
×