Романтические мотивы в лирике Высоцкого: сочинение

Сочинение «Романтические мотивы в лирике Высоцкого»

Среди многочисленных стихотворений Владимира Высоцкого есть такие, в которых звучит романтическое восприятие миря. Поэт-романтик, бескомпромиссный максималист в своих требованиях к человеку, Высоцкий искал героев, вступающих в единоборство со стихией, способных совершить подвиг во имя высоких целей. Поэтому так часто в его песнях возникали ситуации, требующие от человека предельного напряжения духовных и физических сил.

Многие из песен Высоцкого посвящены горам, альпинизму. Одна из альпинистских песен – это «Песня о друге», написанная в 1966 году. В ней говорится о настоящей мужской дружбе, которая возникает между людьми в горах.

И не друг, и не враг,

Если сразу не разберешь,

Плох он или хорош, –

Парня в горы тяни –

Горы дают возможность проверить, какой человек рядом с тобой, насколько он надёжен:

Если шел он с тобой

На вершине стоял – хмельной, –

Значит, как на себя самого,

Положись на него.

Горы как символ мечты, недосягаемого поиска, предстают в стихотворениях: «Здесь вам не равнина» и «Прощание с горами». О любви Высоцкого к горам свидетельствуют такие строки:

В суету городов и потоки машин

Возвращаемся мы – просто некуда

И спускаемся вниз с покоренных вершин,

Оставляя в горах,

оставляя в горах свое сердце…

Находясь в горах на съемках фильма «Вертикаль», Высоцкий понял, что лучше гор «могут быть только горы, на которых еще не бывал … « Песню «К вершине» Высоцкий посвятил погибшему в Альпах прекрасному скалолазу Михаилу Хергиани. Он не боялся опасности:

Ты идешь по кромке ледника,

Взгляд не отрывая от вершины

Горы спят, вдыхая облака,

Выдыхая снежные лавины…

В песне «Расстрел горного эха» Высоцкий описывает эхо, отзывающееся на человеческие крики. Оно может помочь человеку, попавшему в беду и ему нужна помощь. И если его стоны и крики никому не слышны, эхо подхватит крик о помощи и многократно усилит его. Но люди не хотели слышать эхо и «пришли умертвить, обеззвучить живое ущелье». Они расстреляли эхо и с гор посыпались камни, которые Высоцкий сравнивает со слезами:

К утру расстреляли притихшее горное,

И брызнули слезы, как камни, из раненых скал.

Для лирики Высоцкого характерен творческий интерес к миру стихий, к внутренней диалектике природы, составной частью которой является человек с его радостями и страданиями. И как ни была бы жестока жизнь – мужество и стойкость человека всегда бывают вознаграждены: В стихотворении «Белое безмолвие» в условиях далекого Севера мужает и крепнет человек:

…Наше горло отпустит молчание,

Наше слабость растает как тень, –

И наградой за ночи отчаяния

Будет вечный полярный день!

Во многих песнях Высоцкого звучал мотив беспокойства, неустроенности, поиска своего места в жизни. Лирический герой стихотворения «Парус» напоминает нам лермонтовского героя в одноименном стихотворении. Он такой же свободный, мятежный и беспокойный:

Всем, кто поет во сне!

Все части света

Могут лежать на дне,

Могут гореть в огне, –

Парус! Порвали парус!

Каюсь! Каюсь! Каюсь!

В одном из стихотворений Высоцкий сказал: «Я, конечно, вернусь, весь в друзьях и мечтах. Я, конечно, спою, не придет и полгода… « Он сдержал свое слово, обращаясь к нам, своим современникам. Впрочем, он и не покидал нас, войдя в нашу жизнь прочно и навсегда. Прошло уже более двадцати лет, как Высоцкого нет с нами, а голос его по-прежнему звучит с такой же силой и предельной искренностью, заставляя тревожно биться сердце.

Время Высоцкого не прошло. Сегодня мы не только слушаем Высоцкого – мы его читаем и видим тот писательский путь, который был им пройден. Видим то место, которое он занял в литературе. Феномен Высоцкого – одно из самых ярких и оригинальных явлений в культурной жизни России XX века.

Сочинение: Романтические мотивы в лирике Высоцкого

Среди многочисленных стихотворений Владимира Высоцкого есть такие, в которых звучит романтическое восприятие миря. Поэт-романтик, бескомпромиссный максималист в своих требованиях к человеку, Высоцкий искал героев, вступающих в единоборство со стихией, способных совершить подвиг во имя высоких целей. Поэтому так часто в его песнях возникали ситуации, требующие от человека предельного напряжения духовных и физических сил.

Многие из песен Высоцкого посвящены горам, альпинизму. Одна из альпинистских песен – это «Песня о друге», написанная в 1966 году. В ней говорится о настоящей мужской дружбе, которая возникает между людьми в горах.

И не друг, и не враг,

Если сразу не разберешь,

Плох он или хорош, –

Парня в горы тяни –

Горы дают возможность проверить, какой человек рядом с тобой, насколько он надёжен:

Если шел он с тобой

На вершине стоял – хмельной, –

Значит, как на себя самого,

Положись на него.

Горы как символ мечты, недосягаемого поиска, предстают в стихотворениях: «Здесь вам не равнина» и «Прощание с горами». О любви Высоцкого к горам свидетельствуют такие строки:

В суету городов и потоки машин

Возвращаемся мы – просто некуда

И спускаемся вниз с покоренных вершин,

Оставляя в горах,

оставляя в горах свое сердце…

Находясь в горах на съемках фильма «Вертикаль», Высоцкий понял, что лучше гор «могут быть только горы, на которых еще не бывал … « Песню «К вершине» Высоцкий посвятил погибшему в Альпах прекрасному скалолазу Михаилу Хергиани. Он не боялся опасности:

Ты идешь по кромке ледника,

Взгляд не отрывая от вершины

Горы спят, вдыхая облака,

Выдыхая снежные лавины…

В песне «Расстрел горного эха» Высоцкий описывает эхо, отзывающееся на человеческие крики. Оно может помочь человеку, попавшему в беду и ему нужна помощь. И если его стоны и крики никому не слышны, эхо подхватит крик о помощи и многократно усилит его. Но люди не хотели слышать эхо и «пришли умертвить, обеззвучить живое ущелье». Они расстреляли эхо и с гор посыпались камни, которые Высоцкий сравнивает со слезами:

К утру расстреляли притихшее горное,

И брызнули слезы, как камни, из раненых скал.

Для лирики Высоцкого характерен творческий интерес к миру стихий, к внутренней диалектике природы, составной частью которой является человек с его радостями и страданиями. И как ни была бы жестока жизнь – мужество и стойкость человека всегда бывают вознаграждены: В стихотворении «Белое безмолвие» в условиях далекого Севера мужает и крепнет человек:

…Наше горло отпустит молчание,

Наше слабость растает как тень, –

И наградой за ночи отчаяния

Будет вечный полярный день!

Во многих песнях Высоцкого звучал мотив беспокойства, неустроенности, поиска своего места в жизни. Лирический герой стихотворения «Парус» напоминает нам лермонтовского героя в одноименном стихотворении. Он такой же свободный, мятежный и беспокойный:

Всем, кто поет во сне!

Все части света

Могут лежать на дне,

Могут гореть в огне, –

Парус! Порвали парус!

Каюсь! Каюсь! Каюсь!

В одном из стихотворений Высоцкий сказал: «Я, конечно, вернусь, весь в друзьях и мечтах. Я, конечно, спою, не придет и полгода… « Он сдержал свое слово, обращаясь к нам, своим современникам. Впрочем, он и не покидал нас, войдя в нашу жизнь прочно и навсегда. Прошло уже более двадцати лет, как Высоцкого нет с нами, а голос его по-прежнему звучит с такой же силой и предельной искренностью, заставляя тревожно биться сердце.

Время Высоцкого не прошло. Сегодня мы не только слушаем Высоцкого – мы его читаем и видим тот писательский путь, который был им пройден. Видим то место, которое он занял в литературе. Феномен Высоцкого – одно из самых ярких и оригинальных явлений в культурной жизни России XX века.

Основные мотивы в творчестве В.С.Высоцкого.
статья по литературе (11 класс) по теме

Скачать:

Название: Романтические мотивы в лирике Высоцкого
Раздел: Сочинения по литературе и русскому языку
Тип: сочинение Добавлен 03:10:14 17 февраля 2011 Похожие работы
Просмотров: 15 Комментариев: 5 Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно Скачать
ВложениеРазмер
kursovaya_kuzminoy_s.a._po_tv._vysotskogo_.doc112 КБ

Предварительный просмотр:

БОУ ДПО (ПК) С «Чувашский республиканский институт образования»

Кафедра русского языка и литературы

Основные мотивы в творчестве

Владимира Семеновича Высоцкого.

Выполнила слушатель курсов повышения квалификации, учитель русского языка и литературы МБОУ «Чуманкасинская СОШ» Моргаушского района Чувашской Республики Кузьмина Светлана Алексеевна.

Чебоксары – 2013 год

Глава 1. Жанровое и тематическое разнообразие творческого наследия В.С.Высоцкого.……………..…………………………………………………….5

Глава 2. Мотив дороги в стихах – песнях Высоцкого.…………..……………..7

Глава 3. Спортивная тематика……………………………………………….….10

Глава 4. Военная лирика Высоцкого…………………………………………. 12

Глава 5. Любовная лирика …………………………………………………….15

лава 6. «Я не люблю» – программное стихотворение Высоцкого……………16

Владимира Семеновича Высоцкого любит, знает и слушает вся страна. Он вошел в нашу жизнь в “магнитофонную эпоху”. Его голос с хрипотцой, нехитрый гитарный перебор слышался повсюду.

Простые, доходчивые песни Высоцкого близки и понятны каждому русскому человеку. Жизнь Высоцкого была короткой, но запоминающейся, словно падение кометы. Его голос, хриплый, «рычащий», звучал почти из каждого окна.

Высоцкий – продолжатель национальных литературных традиций, настоящий патриот России. «Без России я – ничто. Без народа, для которого я пишу, меня нет», – утверждал Высоцкий, подчеркивая неразрывную связь с людьми.

Иосиф Бродский вспоминал о Высоцком: «Это был невероятно талантливый человек, невероятно одаренный, совершенно замечательный стихотворец. Рифмы его абсолютно феноменальны».

По свидетельству Булата Окуджавы, Высоцкий страдал оттого, что не был признан официально. Не разрешали печатать сборники стихотворений, не принимали в Союз писателей. А страна смеялась его смехом и плакала вместе с его героями, пела “его голосом” и удивлялась — какой еще популярности нужно было?! Да, все это было, но как-то полуподпольно, на энтузиазме отдельных доброжелателей. Страшно признаться, но любимым властями Высоцкий стал только после смерти.
Выходят диски и аудиокассеты — полное собрание сочинений, печатаются его стихи и “Роман о девочках”. Признается, что Владимир Семенович был талантливейшим артистом.

Как все мы веселы бывали и угрюмы,
Но если надо выбирать и выбор труден,
Мы выбираем деревянные костюмы.
Люди! Люди!
Нам будут долго предлагать — не прогадать.
Ах! — скажут,— что вы, вы еще не жили!
Ну, а потом предложат: или — или.
И будут вежливы и ласковы настолько —
Предложат жизнь счастливую на блюде.
Но мы откажемся, и бьют они жестоко,
Люди, люди!

Талант Владимира Семеновича Высоцкого подчеркивает и доктор филологических наук профессор Георгий Хазагеров , который, рассматривая “поэтическое творчество Владимира Высоцкого в контексте Древней Руси и Советской России”, проводит параллели с творчеством Пушкина.

С.Бирюкова пишет: «Людям тяжкого труда в экстремальных условиях нужно искусство простое, как хлеб и вода. Все, что воспевалось в песнях Высоцкого: долг, честь, мужество, братство – укрепляло людей, но и ставило их как бы над теми, кто с ними сейчас не мерз, не тонул, не падал с гор: «Лилипуты, лилипуты – казалось ему с высоты».

Глава 1. Жанровое и тематическое разнообразие творческого наследия В.С.Высоцкого.

Высоцкий написал свыше 100 стихотворений, около 600 песен и поэму для детей (в двух частях), в общей сложности его перу принадлежит приблизительно 700 поэтических произведений.

Сложно найти стороны жизни, которые бы он не затронул в своём творчестве. Это и «блатные» песни , и баллады, и любовная лирика, а также песни на политические темы: часто сатирические или даже содержащие резкую критику (прямую или, чаще, написанную эзоповым языком ) существующего строя и положения дел, юмористические песни и песни-сказки.

Многие песни написаны от первого лица и впоследствии получили название «песни-монологи» . В других песнях могло быть по нескольку героев, «роли» которых Высоцкий исполнял, меняя голос (например, «Диалог перед телевизором»). Это своеобразные «песни-спектакли», написанные для исполнения одним «актёром».

Творческое наследие Высоцкого необычайно обширно. Темы стихов-песен, кажется, всеохватны, героям его произведений нет числа. В любом песенном сюжете Высоцкому важно раскрыть, прежде всего, мир личности, человеческий характер. А ярче всего человек раскрывается в экстремальных ситуациях, потому их так много в произведениях поэта. Достаточно вспомнить его “Песню о друге” (“Если друг оказался вдруг…”)

Немало песен Высоцкого написано в сатирическом жанре.
Предметом насмешки становились явления самого разного рода— в стихах поэта целая галерея сатирических типов застойного времени.

Сатира Высоцкого чаще всего двойственна: автор смеется над своими персонажами и одновременно сочувствует им, как, например, в песне “Смотрины”: мрачная картина разгула, когда люди “все хорошее в себе доистребили”, и вместе с тем пронзительной жалостью звучащие слова:

А дома баба на сносях,

Гусей некормленных косяк,

Да дело даже не в гусях,

То же примерно и в известной песне “Диалог у телевизора” (другое название — “Диалог в цирке”). Разговор Зины и Вани не просто смешон — за репликой героя: “Домой придешь—там ты сидишь” ощущение безысходности, замкнутого круга.

Стихотворения-песни Высоцкого чрезвычайно неоднородны по жанру.
У него есть баллады, песни-размышления, песни-диалоги.
Особое место среди произведений поэта занимают песни-притчи, построенные на аллегории. Так, песня “Охота на волков” написана не столько о звере, сколько о человеке, воспитанном в системе ограничений и запретов:

Оградив нам свободу флажками,

Бьют уверенно, наверняка…

Наши ноги и челюсти быстры —

Почему же, вожак, дай ответ,

Мы затравленно мчимся на выстрел

И не пробуем через запрет?!

Такой же философский подтекст можно обнаружить и в других, на первый взгляд просто забавных и шуточных, песнях Высоцкого, например в его размышлениях о том, почему аборигены съели Кука: а потому и съели, что он был самый умный, добрый и сильный, — так уж у аборигенов принято. А вот кто эти аборигены, читатель-слушатель угадывал легко.

В песне “Притча о Правде и Лжи” — непростые размышления автора о вечных истоках жизни, выраженные через аллегории, которые восходят к традициям устного народного творчества и древнерусской литературы.

Глава 2. Мотив дороги в стихах – песнях Высоцкого.

Прежде всего, представляет интерес творчество В. Высоцкого, как личности, сумевшей сказать-спеть «о времени и о себе», в аспекте традиций/новаторства, на магистральных путях развития отечественной поэзии XIX-XX веков. Темы хулиганства, эпатажа, воровства, дома/дороги, поисков смысла жизни, творчества, веры, истинных ценностей, памятника, памяти могут поставить поэта в один ряд с авторами любимыми и известными.

Исследователями проведена немалая работа по выявлению основных тематических групп поэзии В. Высоцкого (военные, тюремные, спортивные, альпинистские, сказочно-фантастические, любовные песни), ее жанровой специфики.

Однако при интерпретации произведений поэта возможны и другие подходы – например, изучение концептосферы и ее компонентов, что поможет вписать наследие В. Высоцкого в русскую поэтическую традицию и составить представление о его творческой индивидуальности. Сквозными у поэта являются мотивы движения, пути/дороги в их разных модификациях, анализ которых позволяет говорить об аксиологическом и онтологическом наполнении его поэзии. В статье рассматривается концепт пути и связанная с ним пространственная организация стихотворений В. Высоцкого.

Макроконцепт путь/дорога как универсалия мировой культуры значим в славянской и особенно русской картинах мира. «Неустроенность, конфликтность, бесприютность нашей жизни актуализировала в нашем подсознании концептуальный архетип дороги, пути как пространства хаоса, противостоящего стабильности дома, освоенного культурой пространства. С дорогой связаны скитания, поиски судьбы, счастья, дорога – это фантом, держащий нас в плену часто бессмысленного движения, не дающий перейти к разумной стабильности жизни» [3, с. 30].

Известно, что мотив пути (абстрактное)/дороги (конкретное) играет важную роль в поэзии, особенно в лирике нравственно-философской. Нет ни одного большого русского поэта, у которого концепция пути не была бы средством выражения авторского сознания, его творческой индивидуальности – достаточно вспомнить наследие Пушкина, Лермонтова, Некрасова, Блока, Есенина, Твардовского, поэтов Серебряного века. В самой идее пути органично реализуется мотив развития жизни отдельного человека и целого общества. Идея эта актуализируется в общественном сознании на исторических рубежах, что нашло подтверждение в поэтических исканияхXIX столетия, современном для В. Высоцкого контексте (бардовская и рок-поэзия).

В поэзии В. Высоцкого В.Стоянов выделяет несколько путевых ситуаций: уход из дома в поисках счастья, доли (архетипическая ситуация), бегство от самого себя, насильственная разлука с домом как наказание за содеянное или инакомыслие, путь как нравственные искания смысла жизни, себя, веры, любви, преодоление препятствий, борьба, это может быть, путь друг к другу, путь обратный – к дому, который ассоциируется с обретением духовных ценностей или осознанием невозможности вернуться в прошлое, наконец, путь в никуда. [2, с. 53]

В ранней поэзии В. Высоцкого с характерной для нее тюремной тематикой нередко встречается мотив насильственной разлуки с домом и дороги туда, на дачу («Бодайбо», «Все позади – и КПЗ, и суд…», «О нашей встрече», «Попутчик», «Банька по-белому»), а также мотив побега из мест заключения («Зэка Васильев и Петров зэка», «Весна еще в начале»):

А меня в товарный – и на восток,

И на прииски в Бодайбо.

я здесь добывать

Буду золото для страны.

Все закончилось, смолкнул стук колес,

Шпалы кончились, рельсов нет…

Но пока я в зоне на нарах сплю

Я постараюсь все позабыть.

Здесь леса кругом гнутся по ветру,

Синева кругом – как не выть!

Позади семь тысяч километров ,

Впереди – семь лет синевы …

Новаторство Высоцкого в воссоздании мифологемы дом / дорога видится в том, что снимается традиционная оппозиционность этих образов: гиблым местом может быть не только дорога, но и дом. Переосмысливается и мифологема блудного сына: в утрате или уничтожении родного дома виноват не только он, но и обитатели этого дома, которые не смогли его сберечь.

Видное место в мифологеме дом / дорога занимает образ коня / коней, что соответствует мифо-фольклорным и литературным традициям. На пути встречаются препятствия, опасности, имеющие двойственную природу. Особо маркируются такие точки пути, как лес, старый дом, церковь, кабак, загробный мир.

В поэзии Высоцкого существует довольно значительный мифопоэтический пласт сказочных персонажей русского и зарубежного фольклора (Кощей Бессмертный, Баба – Яга, добрый молодей Иван, русалки, лешие, черти, оборотни, нечистая сила, джинн); чаще всего они воссозданы в иронико-пародийном осмыслении, о чём говорилось выше.

Вечные литературные образы Гамлета, Чёрного человека также стали у поэта объектом мифологемной рефлексии.

Как мифологемы в поэзии В.Высоцкого могут быть представлены образы политических и исторических деятелей (Сталин, Мао Цзедун, Ричард Никсон), выдающихся личностей (Леонардо да Винчи, Джеймс Кук).

Аксиологический аспект функционирования мифологем в поэтическом мире Высоцкого лучше всего высказан самим поэтом:

Чистоту, простоту мы у древних берём,

Саги, сказки – из прошлого тащим, –

Потому что добро остаётся добром –

В прошлом, будущем и настоящем!

Глава 3. Спортивная тематика.

В начале 60-х годов 20 века появляются первые “спортивные” песни: “О сентиментальном боксере”, “О конькобежце на короткие дистанции”. Немногие поэты уделяют столько внимания спортивной тематике, как это делал Высоцкий. Сам поэт в молодости увлекался разными видами спорта, но и, играя в театре на Таганке, не бросал, так как для некоторых ролей ему приходилось разучивать акробатические номера.

По воспоминаниям мастера спорта по альпинизму Елисеева, песни из «Вертикали» среди альпинистов произвели впечатление разорвавшейся бомбы.

Песня “Профессионалы” написана после игры хоккеистов сборных СССР и Канады. В этой встрече наша команда одержала победу, и мы в пятый раз стали чемпионами мира.

Игра-лотерея,- кому повезет.

Играют с партнером –

как бык с матадором, –

Хоть, кажется, принято наоборот.

Эта песня стала самой любимой у советских хоккеистов. При встрече с Высоцким, а такие происходили перед каждыми серьезными поединками, хоккеисты просили Владимира Семеновича исполнить эту песню. Команда даже возила с собой запись с этой композицией.

Что случилось, почему кричат?

Почему мой тренер завопил?

Просто – восемь сорок результат,-

Правда, за черту переступил.

Ой, приходится до дна ее испить-

Чашу с ядом вместо кубка я беру.

Стоит только за черту переступить-

Превращаюсь в человека-кенгуру.

«Песенка про прыгуна в длину» посвящена знаменитому прыгуну Герману Климову. Он все время переступал доску, от которой отталкиваются спортсмены, и его рекорды не засчитывались. Заслуженный тренер РСФСР по самбо и дзюдо Массарский отмечал, что В.Высоцкому удалось очень точно передать переживания спортсменов.

Предвидя перемены в обществе, поэт говорил об абсолютной истине и ценностях, которые не подвластны времени. Этим понятием обозначается целый этап в развитии русской поэзии XX века, последних его десятилетий. В авторской песне можно отметить много течений, направлений, литературных традиций.

Наиболее известные имена авторов-исполнителей: Ада Якушева, Юлий Ким, Владимир Чернов и, конечно, Юрий Визбор, Юрий Кукин, Евгений Клячкин, Новелла Матвеева, Александр Городницкий. В творчестве этих поэтов немало общих мотивов. Их роднит схожесть лирического героя: это романтик, мечтатель, бродяга с рюкзаком и гитарой, будь то геолог, турист или строитель новых городов.

Романтические мотивы в лирике Высоцкого

Среди многочисленных стихотворений Владимира Высоцкого есть такие, в которых звучит романтическое восприятие миря. Поэт-романтик, бескомпромиссный максималист в своих требованиях к человеку, Высоцкий искал героев, вступающих в единоборство со стихией, способных совершить подвиг во имя высоких целей. Поэтому так часто в его песнях возникали ситуации, требующие от человека предельного напряжения духовных и физических сил.
Многие из песен Высоцкого посвящены горам, альпинизму. Одна из альпинистских песен – это “Песня о друге”,

Знакомство с творчеством Высоцкого Я знаком с творчеством большого количества писателей и поэтов разных времен. Есть среди них и любимые. Из зарубежных авторов – это В. Шекспир, Э. Войнич, О. Уайльд, Э. Хемингуэй, из.

Владимир Высоцкий Я не люблю себя, когда я трушу, И не терплю когда невинных бьют. Я не люблю, когда мне лезут в душу, Тем более когда в нее плюют. Если попытаться определить.

Высоцкий “Так оставьте ненужные споры!” (поэзия) Владимира Семеновича Высоцкого любит, знает и слушает вся страна. Он вошел в нашу жизнь в “магнитофонную эпоху”. Его голос с хрипотцой, нехитрый гитарный перебор слышался повсюду. Песни Высоцкого, доходчивые и.

Владимир Высоцкий мой любимый поэт Это имя знакомо каждому русскому человеку. К нему можно относится по-разному: можно любить и ненавидеть, признавать и не признавать. К нему нельзя быть равнодушным. Ведь все его песни-стихи написаны кровью.

Лирический герой Владимира Высоцкого Поэт и Время. Эта проблема настолько сложная, насколько и вечная, неразрешимая. Это понятия, не существующие друг без друга. Поэту открыты тайны прошлого, настоящего и будущего, но именно Времени дано судить.

Мой Владимир Высоцкий Поэт и Время – взаимосвязанные понятия, не существующие одно без другого. Поэту распахнута тайна былого, происходящего и будущего, однако как раз Времени предоставлено предопределять, будет ли он Поэтом. Уже больше.

Высоцкий для нашего поколения “В том состоянии, в котором находится народ, ему нужен именно Высоцкий – художник синкретический, впитавший и воплотивший всю сумятицу вкусов в нечто высшее и вместе с тем доступное”, – писал.

“Живая жизнь” В. С. Высоцкого Если не был бы я поэтом, То, наверно, был мошенник и вор. С. Есенин Более 20 лет прошло со дня смерти Владимира Семеновича Высоцкого. Теперь ясно, что он не только.

Эссе памяти Высоцкого Хоть о камень башкою, Хоть кричи – не кричи Я услышал такое. В июльской ночи. Что в больничном вагоне, Не допев лучший стих. После долгих агоний. Наш Высоцкий затих. Смолкли.

Мой Высоцкий От жизни никогда не устаю. Владимир Высоцкий Владимир Высоцкий – “обреченный на вечность поэт”. О нем можно говорить очень много, потому что В. Высоцкий – неординарная личность, одаренная натура, талантливый.

Каков мир поэзии В. С. Высоцкого Имя Владимира Высоцкого знакомо не только каждому русскому человеку, но и за рубежом его популярность весьма высока. К этому имени можно относиться по-разному, но к нему нельзя быть равнодушным, так.

Чем мне близка поэзия В. Высоцкого 2 Чем мне близка поэзия В. Высоцкого? Мне очень близко творчество Владимира Семеновича Высоцкого, к сожалению, ушедшего из жизни на пике своего творческого расцвета. Близко темами, идеями, мотивами, но больше всего.

Счастье есть дело судьбы, ума и характера.” Н. М. Карамзин. (В. С. Высоцкий. Стихи и песни.) Сочинения о Высоцком писать легко, потому что его песни знают в России все. Не надо стараться следовать тексту написанных в этой книге образцов. Просто вспоминаете какую-нибудь песню, отрывок из песни.

Современная русская поэзия Умеющий услышать и, услыхав, Погибающий, – он с нами. И вот ему – вся нежность нашей проклятой лирической души. И все проклятые яства с нашего демонского стола. А. Блок В.

Высоцкий мой любимый поэт Имя Владимира Высоцкого знакомо каждому русскому человеку. К его твор­честву можно относиться по-разному: можно любить и ненавидеть, призна­вать и не признавать. Но к нему нельзя быть равнодушным. Ведь все его.

Чем мне близка поэзия В. Высоцкого 3 До чего же много в России замечательных поэтов! И каждый из них предстает перед нами во всей своей поэтической красе. В настоящее время читатель получил возможность знакомиться с творчеством современных.

“Мне не стало хватать его только сейчас.” Я не буду утверждать, что В. Высоцкий лучше и талантливее других поэтов, что он мне нравится больше всех. Но сейчас именно он интересен мне как смелый, бескомпромиссный поэт-гражданин, не поступившийся.

Разные лица Владимира Высоцкого Известно, что о Высоцком при жизни ходило множество слухов. Люди, не знавшие точно, кто он такой, гадали: фронтовик? бывший лагерник? спортсмен? Он не был ни тем, ни другим, ни третьим.

Владимир Высоцкий – биограф времени Но знаю я, что лживо, а что свято, – Я понял это все-таки давно. Мой путь один, всего один, ребята, Мне выбора, по счастью, не дано. В. Высоцкий Владимир Высоцкий.

Совесть эпохи (Феномен Владимира Высоцкого) Я до рвоты, ребята, за вас хлопочу! Может, кто-то когда-то поставит свечу Мне за голый мой нерв, на котором кричу, За веселый манер, на котором шучу. В. Высоцкий Первый сборник.

Сейчас вы читаете: Романтические мотивы в лирике Высоцкого

СОДЕРЖАНИЕ ЛЮБОВНОЙ ЛИРИКИ ВЫСОЦКОГО

У Высоцкого не так много песен о любви, но все они очень заметны в его творчестве и – что особенно бросается в глаза – каждая из них, с точки зрения трактовки любовной темы, ни разу не повторяет одна другую. Применительно к содержанию эти песни можно сгруппировать следующим образом.

Одну группу песен составляют те из них, которые непосредственно касаются темы любви (в том числе своей любви), выражая авторскую, личностную интонацию самого Высоцкого. К таковым можно отнести песни «07», «Мне каждый вечер зажигает свечи», «Было так: я любил и страдал», «Так давно», «Несостоявшийся роман», «Если я богат, как царь морской», «Дуэт разлучённых», «Не долюбил», «Здесь лапы у елей дрожат на весу». Особняком в этом списке стоят следующие песни: «Люблю тебя сейчас» (посвящено Марине Влади), «О двух автомобилях» (интеллектуально-«технократическая» аллегория взаимоотношений барда с Мариной Влади), «Она была в Париже» (самый лучший памятник чувству Высоцкого и Марины Влади – «недосягаемой русско-французской звезде», «инопланетянке», «Жар-птице», как назвал её В. Кантор), «Марине», «Маринка, слушай, милая Маринка» (адресат двух последних песен понятен) и особенно «Когда вода всемирного потопа» (написанная к фильму «Стрелы Робин Гуда») [8] – своего рода кредо Высоцкого по проблеме любви, самый светлый и величественный гимн, когда-либо выходивший из-под пера поэта. Последняя песня примечательна ещё и неожиданными в данном контексте, но вполне предсказуемыми в творческой вселенной Высоцкого интеллектуальными нотками (библейские реминисценции, изысканные ассоциативные аллюзии). Частично к этой группе можно отнести и «Нейтральную полосу».

Другая группа песен представляет своего рода «искажённый» лик любви. Это сюжеты, где люди корчатся в гримасах уродливого социального существования, через которое, однако, всё же пробивается свет того, что составляет главный смысл человеческого бытия. Сюда можно отнести песни «Татуировка» (где Высоцкий горько посмеялся над самим собой, над своим «двоежёнством»), «Здравствуй, «Юность», это я» (один из самых жестоких «опусов» на эту тему в творчестве барда), «Девушка из Нагасаки», «О нашей встрече», «Грустный романс», «Я женщин не бил до семнадцати лет», весь цикл про любовь в разные исторические эпохи (своего рода калейдоскоп «кривых зеркал»), и, особенно, «Два письма» [8] – последний мини-цикл из 2-х песен можно назвать «эпопеей совковой любви».

Нигде более в творчестве Высоцкого мы не сталкиваемся с такой силой горького сарказма: герои данного мини-цикла буквально тонут в луже мелких житейских проблем, не знают другого мира, кроме грубо материального, в моральном отношении «танцуют над пропастью», и всё равно – несмотря ни на что! – любят друг друга. С некоторой долей натяжки можно приблизить к данной группе «Серенаду Соловья-Разбойника» и «Скалолазку»- поскольку любовь в этих песнях накрепко спаяна с иронией.

Поэзия Высоцкого – это поистине уникальное для русской поэзии пиршество «чужого» (т. е. нашего) слова в лирике, независимого, внутренне противоречивого, несущего информацию сразу и о характере говорящего, и о своеобразии ситуации [25]. Прологом к этому пиршеству было уже первое стихотворение «Татуировка», в котором использован прием обращения ко второму лицу – прием, на протяжении столетий сохраняющий в лирике драматический момент и ставший одним из основных для Высоцкого:

Не делили мы тебя и не ласкали,

А что любили – так это позади, –

Я ношу в душе твой светлый образ, Валя,

А Леша выколол твой образ на груди.

В стихотворении нет такого характерного для последующего творчества поэта острого, часто смертельного конфликта. Коллизия «Татуировки» тоньше и лиричнее – соперничество любви и дружбы – главных нравственных ориентиров героя. «Не делили» и «не ласкали» – подано как достоинство отношения друзей к Вале, что, конечно же, характеризует и ее, в отличие от героини песни «Сегодня я с большой охотою». Но, поминая об этом в самом начале своего послания, герой невольно указывает как раз на нестандартность этой ситуации среди тех отношений, которые приняты в «нашем тесном кругу»:

Если это Колька или даже Славка,

Супротив товарищей не стану возражать.

Но если это Витька.

Однако и «любили» стоит в том же синонимическом ряду и говорит об уровне принятого в кругу героя представления о любви, потому и озвучено покаянной интонацией, которая одновременно и возвышает героя над его кругом. В качестве извинительного обстоятельства он выдвигает то, что «это позади». [42]

Ситуация воссоздана по-своему наивная и трогательная, но оттого не менее серьезная:

У него – твой профиль выколот снаружи,

А у меня – душа исколота внутри.

Сквозь прозаическую заземленность и обытовленность просторечия с его социальной и возрастной определенностью проступает, как это ни покажется странным, драматически преобразованное пушкинское «Я вас любил». Любовь понята сообразно разумению и социальному опыту героя, но от этого не утратила трепетного отношения к возлюбленной, опасения тревожить ее. Лирическое переживание опредметилось обстоятельствами места и образа действия, пушкинский предполагаемый «другой», которому «дай бог» любить так же, олицетворился в образе Леши. Но облагораживающее воздействие любви – то же. «Чувства добрые» переполняют героя, он едва упоминает о тяготах своего положения, но бросаются в глаза его благорасположение и доброжелательность к окружающим – все люди добры.

И когда мне так уж тошно, хоть на плаху, –

Пусть слова мои тебя не оскорбят, –

Я прошу, чтоб Леша расстегнул рубаху,

И гляжу, гляжу часами на тебя.

Но недавно мой товарищ, друг хороший,

Он беду мою искусством поборол:

Он скопировал тебя с груди у Леши

И на грудь мою твой профиль наколол.

Знаю я, своих друзей чернить неловко,

Но ты мне ближе и роднее оттого,

Что моя – верней, твоя – татуировка

Много лучше и красивше, чем его!

Проявление высокого в обыденном, часто – в низком, асоциальном, отверженном, – отсвет духовности, которую сам герой не всегда и подозревает в себе, – важная черта отношения поэта к воплощаемым в слове характерам.

Особую группу представляют те песни, где любовная тематика преломляется через фольклорную призму: «Я несла свою беду», «Отчего не бросилась, Марьюшка, в реку ты», «Как по Волге-матушке» и ряд других. Здесь любовная тематика трактуется сразу двояко: и через стилизацию ретроспективного плана (эти песни в целом – довольно редкий у Высоцкого пример именно такого типа стилизации, который в своё время, применительно к творчеству художника Серебряного века К. Сомова был назван «ретроспективным мечтанием»), и абсолютно актуализированно: как всегда у Высоцкого, благодаря перевоплощению и многозначности семантики сюжет песни может восприниматься через призму разных временных пластов, и старинная крестьянская тематика (в т. ч. любовная) переживается как могущая произойти с любым из нас. [20]

В трудах величайших мыслителей ХХ столетия во весь рост и во всём своём страшном значении встала проблема дегуманизации (буквально – обесчеловечевания) человечества. Причём, обесчеловечивание человечества практически всеми мыслящими авторами было понято как грубый примат материи над духом (попросту говоря, предельная материализация поведения всех и каждого), оборотной стороной чего становится угрожающий внутренний вакуум в душе человека, грозящий буквально разорвать «дегуманизированного» индивида – или же, «по всем законам физики», всасывающий в себя псевдоценности, т. н. «симулякры». [22]

В ХХ веке тема тревоги в искусстве настолько всеобъемлюща, что проникла даже в произведения «пограничного жанра»: к примеру, она предельно афористично отражена в известной песне А. Пугачёвой – И. Резника «Как тревожен этот путь. куда-нибудь». У Высоцкого атмосфера тревоги буквально пронизывает его песни, зачастую даже в текстовом отношении не дающие к тому прямого повода (например, «Целуя знамя»), проявляясь музыкально, интонационно, невербально; да и в стихах у него прорываются признания типа:

Лечу на сгибе бытия,

Почти у края бездны,

И вся история моя –

Если же говорить о том, что составляет сердцевину дегуманизации, то можно ответить односложно – отсутствие любви. К этому сводятся все сложные метафизические определения духовных и религиозных учений: всё возможно свести к великой трансцендентальной истине Библии – «Бог есть любовь» («агапе» в христианстве, «метта» в буддизме и «бхакти» в индуизме, по определению Роджера Уолша).

Таков он, вечный универсальный рецепт против дегуманизации. Знал ли о нём Высоцкий? Безусловно – тут даже не может быть двух мнений. И потому, что сам бард принадлежал к генерации «шестидесятников» – людей, на своём опыте и своими убеждениями выстрадавших вечную правду тютчевских строк:

Единство – возвестил оракул наших дней –

Быть может спаяно железом лишь и кровью.

Но мы попробуем спаять его любовью –

А там увидим, что прочней.

В России эта идея была популярна среди интеллигенции всегда – свидетельством тому служат многие произведения русского искусства ХIХ-ХХ вв., от уже упоминавшейся «Снегурочки» А. Островского, оперы П. Чайковского «Иоланта» (где любовь становится «источником света и познанья») и множества стихотворений разных поэтов, от Дельвига и Баратынского до Фета, А.К. Толстого и великого князя Константина Романова (вспомним хотя бы, как Н. Некрасов в стихотворении «Рыцарь на час» призывал: «Уведи меня в стан погибающих за великое дело любви!»), и кончая такими известными романами ХХ века, как «Аэлита» А. Н. Толстого, «Алые паруса» А. Грина и «Таис Афинская» И. Ефремова. Во времена же Высоцкого идея «спаять мир любовью» приобретает почти что мессианские черты, претендуя на «ответ проклятым вопросам» (слова поэта А. Вознесенского): весьма симптоматично, что именно в этот исторический период появляется такое во всех отношениях программное произведение отечественной музыки, целиком и полностью озвучивающее данную идейную посылку, как рок-опера А. Рыбникова «Юнона» и «Авось».

Высоцкий был из той генерации позднесоветских интеллигентов-либертенов, которые не просто увлекались «короткими волнами» и «самиздатом», но прямо-таки считали своим долгом получать и распространять подобную информацию. Идея любви как вселенской антитезы насилию (и даже более – структурам государственной власти как аппарата этого насилия) была в 60-е гг. своего рода символом веры для всех нонконформистов Востока и Запада. Ведь 60-е гг. – это время «битломании» (именно «Битлз» провозгласили любовь как высшую непреходящую ценность), время движения хиппи, растаманов и молодёжной революции 1968 года. Всех деятелей этих движений объединяло не только противопоставление «крови» и «любви» (вполне по Тютчеву!), но и ещё одна важнейшая, непосредственно из этого вытекающая идея – принцип ненасильственного сопротивления. Именно эта посылка, столь желанная в залитом кровью ХХ веке, и привлекала к себе сердца великих и чистых идеалистов, Дон-Кихотов новейшего времени – таких, как Махатма Ганди с его принципом «сатьяграха» (буквально – «придерживаться истины», прямая параллель с Иисусом Христом!), Далай-Лама ХIV с его требованием буддийской «ахимсы» (буквально – «Не убий», даже не требует комментариев!) и Мартин Лютер Кинг с его призывом: «Ненасильственный подход. кое-что делает с сердцами и душами своих приверженцев, он даёт им новое самоуважение, он мобилизует ресурсы силы и мужества».

Теперь уже нетрудно бросить ретроспективный взгляд на творчество Высоцкого через эту призму и убедиться, что то, о чём сейчас шла речь, так или иначе отразилось в его песнях, причём на уровне концептуальном. «Нейтральная полоса» – призыв к всечеловеческому единению на платформе любви. «Там, у соседа пир горой» – плач о людях, разучившихся любить друг друга в высшем смысле этого слова. «Ненависть» (из фильма «Стрелы Робин Гуда») – признание, что «благородная ненависть наша вместе с любовью живёт»; прямо по сентенции Будды.

«Кто сказал: всё сгорело дотла» – любовь, возведённая в масштаб «макрокосмический». «На судне бунт» – почти открытая декларация «гандизма». Да и вообще, с этой точки зрения, все творчество Высоцкого можно рассматривать как прорыв к любви – фундаментальному аспекту самой природы реальности, и страстный протест против отсутствия в людях любви и стремления к ней. Как с чеканностью афоризма определил сам бард,

Ты к знакомым мелодиям ухо готовь

И гляди понимающим оком, –

Потому что любовь – это вечно любовь,

Даже в будущем вашем далеком.

Здесь Владимир Семёнович предстаёт, помимо всего прочего, и продолжателем вышеописанной русской литературной традиции, идущей, как минимум, от протопопа Аввакума – вплоть до «Войны и мира», к А. Куприну, И. Бунину, И. Шмелёву и М. Булгакову. [12]

Ощущение Высоцким несовершенства людей (а именно так можно охарактеризовать «любовный дефицит») никогда не носило у него рационально-философского характера – такое не в духе нашего героя. Реакция Высоцкого скорее напоминает «конвульсии» В. Маяковского или О. Мандельштама – боль за обесчеловеченных «сапиенсов», «переживание без наркоза» их духовной кастрации. И ещё – физически ощущаемое страдание по поводу того, что первыми из этой жизни уходят лучшие; как раз те, кто умели любить и потому были смертельно уязвимы (как и сам бард; в этом вновь проявляется исповедальная струна его творчества). Об этом – пронзительная песня «Прерванный полёт»; об этом – поэтическая эпитафия В. Шукшину:

Смерть самых лучших намечает –

И дергает по одному.

Об этом же – строки, известные каждому:

Возвращаются все, кроме лучших друзей,

Кроме самых любимых и преданных женщин.

В ряде философских систем века проблема любви («эроса») оказывалась неразрывно связана с проблемой свободы. Как у Г. Маркузе: «Царство свободы, расширяясь, становится царством свободной игры индивидуальных способностей. Освобождённые, они порождают новые формы реализации, заново открывают мир. Освобождённый эрос торжествует. Теперь Эрос – радость практики. в Игре и фантазии он вновь находит творческую потенцию». Эти строки были написаны в 60-е гг. ХХ в. – т. е., в «эпоху Высоцкого». Не исключено, что Высоцкий просто читал книги Маркузе и знал эти строки; но он ощущал нечто подобное.

Кроме того, проблема любви в образно-философской системе творчества Высоцкого имеет ещё три грани, могущие быть выделенными. Во-первых, любовь в таком понимании, которое мы описали выше, есть далеко не обязательно любовь половая (и вообще связанная с человеческими страстями). Если любовь есть первооснова всего человеческого в человеке, она определённо становится категорией духовной. Это традиция также весьма давняя – от китайского даосизма и индийского тантризма, через греческих неоплатоников (Плотин, Прокл, Порфирий, Ямвлих), суфиев и европейских мистиков Средневековья и Нового времени до учения о духовной сущности любви Макса Шелера. Последний при этом ни в малейшей степени не отрицал и телесного аспекта:»То, что мы не являемся ангелами, а имеем тело, есть данность». Такая позиция была наиболее близка Высоцкому: именно дуализм духа и тела демонстрирует бард практически во всех своих «программных» песнях о любви (наиболее ярко – в песне «Когда вода всемирного потопа»). Сам же принцип духовной любви пронизывает всё его творчество, являясь своего рода философско-этическим стержнем.

Во-вторых, такое понимание любви придаёт всему видению жизни столь типичный для наследия Высоцкого активный, динамичный характер. Отсюда – такое характерное для Высоцкого стремление прожить эту жизнь наиболее полно (и отчаяние, когда не дают жить, хватают за руки!). Но здесь существует своего рода развилка – прожить полной жизнью можно для себя (и только для себя!), а можно и иначе. Высоцкий ни в малейшей степени не разделял «совкового» взгляда на человека, обязанного жить только для других. Ему был гораздо ближе т. н. «разумный эгоизм» Аристотеля-Эпикура-Чернышевского. Но и без любви к ближнему (и «дальнему» – это уже от Ницше) Высоцкий не мыслил существования: вообще, по воспоминаниям артиста В. Смехова, его никто и никогда не видел озлобленным. Он был истинно «совершен в любви» (в высшем, философском контексте этого значения) и потому не имел страха. Вот где корень особой стойкости барда в отстаивании своих принципов жизни и искусства, вот откуда полная «неприручаемость» Высоцкого!

ВЫВОД ПО ГЛАВЕ

Итак, многообразие ликов любви в творчестве Высоцкого зачастую связано с содержанием его творчества. В этой связи можно выделить следующие группы песен:

  • 1) выражающих авторскую интонацию,
  • 2) песни с искаженным ликом любви,
  • 3) песни на фольклорной основе,
  • 4) любовь, поднимающаяся до философского обобщения,
  • 5) любовь – боль, выражение страдания.

Макарова Б.: Фольклорные мотивы в лирике В. Высоцкого (Из опыта преподавания литературы в V классе)

Фольклорные мотивы в лирике В. Высоцкого

(ИЗ ОПЫТА ПРЕПОДАВАНИЯ ЛИТЕРАТУРЫ В V КЛАССЕ)

Мне кажется, что у моих песен
очень русские корни, и по-настоящему
они могут быть понятны
только русскому человеку.

Школьная программа по литературе предусматривает знакомство с именем Владимира Высоцкого как поэта только в выпускном классе при изучении темы “Авторская песня”. Однако знакомство с творчеством замечательного поэта, исполнителя авторской песни, можно, на наш взгляд, начать значительно раньше, в пятом классе.

Свою задачу учителя литературы я вижу прежде всего в том, чтобы показать учащимся значение творчества Владимира Высоцкого как художника общенародного. Подбирая литературный материал, я учитываю как органическое слияние стихотворений-песен Высоцкого с темами традиционного школьного курса, так и доступность и понятность предлагаемого материала соответственно возрастным особенностям учеников. Так, в программе пятых классов среди многих жанров устной прозы (сказки, предания, былины, легенды) особое место занимает сказка. Изучение русских народных и литературных сказок, проникнутых глубокой верой в победу добра и справедливости, можно дополнить проведением урока внеклассного чтения по песням-сказкам Владимира Высоцкого.

В творчестве Высоцкого песни-сказки занимали особое место. Сказки и вообще фантастика, по его собственным словам, очень привлекали его.

Но он не создавал сказки на традиционные сюжеты, а искал свои пути для творческой интерпретации знакомых сюжетов. От традиционной сказки остаются при этом лишь два-три героя, но и они неузнаваемы. Поэтому и называться они стали “антисказки”.

Подготовка к уроку внеклассного чтения в пятом классе включала в себя чтение, прослушивание и разбор таких песен-сказок, как “Странная сказка”, “Сказка о несчастных сказочных персонажах”, “Песня-сказка о нечисти”, “Про дикого вепря”, “Лукоморья больше нет”. Учащимся было предложено заранее ознакомиться с названными стихотворениями и подготовить иллюстрации на мотивы народных сказок и сказок-песен Высоцкого.

Так как в пятом классе учащиеся еще не знакомы с именем Высоцкого, то в начале урока необходимо кратко рассказать о том, какое место занимает поэт в русской культуре, какое богатое творческое наследие он оставил, каким был талантливым актером, какой популярностью пользовался как исполнитель и автор своих песен. Особый интерес представляют для ребят те немногие произведения Высоцкого, которые были непосредственно адресованы детям. Это поэма про Витьку Кораблева, состоящая из двух частей, стихотворения “Началось все в сентябре?”, “Отчего сияют лица?”, “Гимн школе”, а также песни к дискоспектаклю “Алиса в Стране Чудес” по сказке Л. Кэролла. Сюда же можно отнести и песни к кинофильмам “Иван да Марья” и “Стрелы Робин Гуда”.

Рассматривая фольклорные традиции в песнях-сказках Высоцкого, следует обратить внимание учащихся на героев этих песен, знакомых ребятам по русским народным сказкам, на определенные сюжетные ситуации, встречающиеся в сказках, на устойчивые сказочные выражения, на художественные особенности песен-сказок, на элементы сказочной фантастики.

Затем мы обращаемся к конкретным примерам и предлагаем послушать в исполнении Высоцкого песню-сказку “Про дикого вепря”(1), написанную им в 1966 г. Сюжет этой песни восходит к лубочному сборнику “Дедушкины прогулки”, выдержавшему на рубеже XVIII?XIX вв. несколько изданий, а оттуда, в свою очередь, – к переводной “Истории семи мудрецов”. Известны и литературные обработки сюжета, например “Сказка о пастухе и диком вепре” Н. М. Языкова, текстуально близкая песне Высоцкого. Но на то и “антисказка” у Высоцкого, что в ней все наоборот. Если в сказке Языкова рыцарь борется с чудовищем, побеждает и идет под венец с принцессой, то в сказке Высоцкого рыцарь не хочет бороться. В конце концов он соглашается, но вместо принцессы требует “портвейна бадью” и убегает, чтобы не идти под венец. Так в сказке Высоцкого “опальный стрелок” противостоит королевской власти. Спасая родное королевство от страшного зверя, он категорически отказывается принять в качестве награды королевскую дочку, чем “Принцессу с королем опозорил”. И невольно напрашивается вопрос: с какой целью Высоцкий это делает, какой смысл он хочет донести до нас? Ребята отмечают независимость стрелка, который оказался по этой причине “в опале”. Это качество присуще людям смелым, имеющим свой склад мышления. А таким людям всегда в жизни нелегко, они попадают в опалу. Так вместо забавной сказки перед нами рождается притча о независимом человеке, имеющая глубокий смысл.

Следующая песня “Сказка о несчастных сказочных персонажах” дает возможность проследить, как каждое “отклонение” от привычного варианта несет у Высоцкого интересные смысловые оттенки. “Сказка о несчастных сказочных персонажах” (I; 189) была написана в 1967 г. и имела первоначальное название “О несчастных лесных жителях”. Ситуация здесь как будто традиционно сказочная: живущую “в заточении” царицу охраняет поставленный Кощеем “зверь” “с семью главами, о пятнадцати глазах”. Но ведут себя герои совсем не так, как в сказке. Все они несчастны – и “чудище”, которое “от большой тоски по маме вечно? в слезах”, и Кощей, который от любви к царице “высох и увял”, и Иван-дурак, и баба-яга, которая “по-своему несчастная”. Полный с точки зрения сказки абсурд наступает в финале сказки, когда “умер сам Кощей, без всякого вмешательства”, а освобожденная Иваном царица тоже оказывается “несчастной”:

А Иван, от гнева красный,
Пнул Кощея, плюнул в пол
И к по-своему несчастной
Бедной узнице вошел.

Прослушав песню-сказку, ребята выражают свое отношение к традиционному сказочному герою Ивану. Если в народных сказках на первый план выдвигаются такие качества, как смелость, решительность, бесстрашие, отсутствие жалости к врагу (сказка “Иван – крестьянский сын и чудо-юдо”), то в песне Высоцкого Иван выглядит намного добрее, гуманнее. Он жалеет всякую “нечисть”:

Началися его подвиги напрасные,
С баб-ягами никчемушная борьба, –
Тоже ведь она по-своему несчастная
Эта самая лесная голытьба.

Традиционные для русской сказки образы-персонажи мы встречаем и в “Песне-сказке о нечисти” (I; 152), написанной в 1967 г. Действие этой сказки разворачивается в “заповедных и дремучих страшных Муромских лесах”. Это и леший, и кикиморы, и ведьмы, и Змей Горыныч, и вампиры. Все они несут зло человеку и готовы расправиться с каждым, кто попадает в их владения. Не случайны глаголы, указывающие на их злодеяния: защекочут, уволокут, заграбастают. “Страшно аж жуть!” В роли заступника людей выступает Соловей-разбойник, знакомый ребятам по былине “Илья-Муромец и Соловей- разбойник”. Но в отличие от знакомого им образа Соловей-разбойник в песне Высоцкого является избавителем. Он разгоняет всю лесную нечисть:

А теперь седые люди
помнят прежние дела:
Билась нечисть грудью в груди
и друг друга извела, –
Прекратилося навек безобразие –
Ходит в лес человек безбоязненно,
И не страшно ничуть!

Песня “Лукоморья больше нет” восходит к литературному источнику, к прологу “Руслана и Людмилы”, который, в свою очередь, опирается на фольклорную традицию. Чтобы понять, насколько оправдано было такое обращение к пушкинскому сказочному миру, процитируем Владимира Новикова: “Пушкинский текст понадобился Высоцкому, чтобы достигнуть полноты, сатирической полноты, чтобы на основе сказки выстроить смелую и решительную антисказку. Так что для Пушкина оскорбительного здесь ровным счетом ничего нет. Думаю, что Александр Сергеевич на такую переделку не обиделся бы. Ведь он сам кого только не переиначивал! В той же поэме “Руслан и Людмила” Жуковский пародируется, да и над своими собственными персонажами автор подшучивает: помните, как автор сравнивает Черномора с коршуном, а Людмилу – с пойманной им курицей. По существу, автопародия?”(2).

В своей песне Высоцкий как бы разрушает “пушкинско-сказочный” мир:

Лукоморья больше нет,
От дубов простыл и след, –
Дуб годится на паркет –
так ведь нет:
Выходили из избы
Здоровенные жлобы –
Порубили все дубы
на гробы.

“Лукоморье?” вобрало в себя не только опыт древнерусской культуры: оно связано с фольклорной традицией ХХ столетия. Причем если в первом случае следует говорить о типологическом родстве, то здесь – еще и о конкретном влиянии. Многочисленные пародийные вариации на тему Лукоморья восходят к сатирическим стихам 1930-х г.

У Лукоморья дуб спилили,
Златую цепь в Торгсин снесли,
Русалку паспорта лишили,
А Лешего сослали в Соловки.

Среди школьников последующих поколений были широко распространены многочисленные варианты этих стихов типа:

У Лукоморья дуб срубили,
Златую цепь в утиль снесли,
Кота на мясо изрубили
И нам на кухню принесли.

Работа над этим стихотворением дает возможность познакомить ребят с новым для них литературоведческим термином – пародией. Почему же стихотворение “У Лукоморья” можно назвать пародией? Прежде всего потому, что знаменитый пушкинский сюжет Высоцкий использовал для того, чтобы показать современную повседневность. По определению Вл. Новикова, “классический шедевр? играет роль эталона, гармонического идеала, на фоне которого рисуется дисгармоническая действительность”(3). Вопрос к ребятам “Какие персонажи песни узнаются в действительности 70-х годов?” вызывает оживление. Они называют и дядьку тридцати трех богатырей, который был груб и туп с окружающими “имел участок свой под Москвой”, и Кота, который, получив гонорар, стал разить перегаром на гектар, и Черномора, хитрого и коварного, который

Ловко пользуется, тать,
Тем, что может он летать:
Зазеваешься – он хвать! –
и тикать.

Сравнивая современную ему действительность со сказочным миром Лукоморья, Высоцкий выносит приговор реальной жизни:

В общем, значит, не секрет:
Лукоморья больше нет, –
Все, про что писал поэт,
это – бред.

Среди песен Высоцкого, написанных к кинофильмам, есть такие, которые навеяны образами фольклора. Одна из них “Как по Волге-матушке” (II, 229) была написана к кинофильму “Необычайные приключения на Волжском пароходе” в 1973 г.

Проникнутая чувством любви к родной реке, она воскрешает героическое прошлое России, вызывает чувство гордости за богатырей, стоявших всегда на защите земли русской:

Что-то с вами сделалось, города старинные,
В коих – стены древние, на холмах кремли, –
Словно пробудилися молодцы былинные
И – числом несметные – встали из земли.

А песни к кинофильму “Иван да Марья”, написанные в 1974 г., погружают нас в мир старины, передают неповторимую атмосферу русской ярмарки, где все поет и играет, погружают в нелегкий солдатский быт, приобщают к красоте и певучести русской лирической песни. Мы предлагаем ребятам прослушать две песни. Одна веселая, задорная – “Скоморохи на ярмарке” (II, 265), другая грустная, печальная, светлая “Песня Марьи” (II, 279). Ребятам предлагается ответить на вопрос: какие картины возникают перед нами в песне “Скоморохи на ярмарке”? Тут и Балда, и Емелюшка, и Черномор, и Гуси-Лебеди, и берега кисельные, и река молочная:

Скоморохи здесь – все хорошие,
Скачут-прыгают через палочку.
Прибауточки скоморошие, –
Смех и грех от них – все вповалочку!
И так припев звучит куплет:
Тагарга-матагарга,
Что за чудо ярмарка –
Звонкая, несонная,
Нетрадиционная!

“Песня Марьи” заставила ребят задуматься над грустной долей бедной девушки, проводившей своего жениха на войну:

Верность суженому, чистую, искреннюю любовь несет в себе эта песня, написанная в традициях русских народных песен:

Тропочку глубокую протопчу по полю
и венок свой свадебный впрок совью,
Длину косу девичью – до полу, до полу –
Сберегу для милого – с проседью.

При изучении фольклорных традиций в поэзии Высоцкого следует отметить и то, что обращение к фольклору – это прежде всего обращение к нравственно- психологическим истокам, к тем художественным формам, в которых нашел свое отражение национальный характер. Предлагаем ребятам сравнить два текста: “Песню Марьи” с фольклорным текстом “Плач жены по муже- новобранце”(4).

Отчего не бросилась, Марьюшка,
в реку ты,
Что же не замолкла-то навсегда ты,
Как забрали милого в рекруты, в рекруты,
Как ушел твой суженый во солдаты?!
Я слезами горькими горницу вымою
И на годы долгие дверь закрою,
Наклонюсь над озером ивою, ивою –
Высмотрю, как в зеркале, –
что с тобою.

Плач жены по муже-новобранце:

Да и как, горюше, мне не плакати,
Да и как печальной не вздыхати,
Что везут-везут ли мово ладушку,
Что берут-берут
да во солдатушки.
Приберу я избушку чистешенько,
Я ребятушек приобужу ранешенько,
Уберу я их да хорошоненько?
И тебя спрятать-то выйду
в полюшко.

Еще один пример из стихотворения Высоцкого “Лежит камень в степи” наглядно показывает, как широко используемый в волшебных сказках образ распутья дорог встречается у поэта в функции, аналогичной фольклорной:

Лежит камень в степи,
А под него вода течет,
А на камне написано слово:
“Кто направо пойдет –
Ничего не найдет,
А кто прямо пойдет –
Никуда не придет,
Кто налево пойдет –
Ничего не поймет
И ни за грош пропадет” (I, 36).

Цитируемые выше строки вызывают в памяти детей образ витязя на картине В. Васнецова “Витязь на распутье”. Важно отметить, что, оказываясь перед необходимостью сделать выбор, герой выбирает для себя самый трудный, опасный, но нравственно верный путь.

Говоря о фольклоре в лирике Высоцкого, необходимо отметить и широкое использование им пословиц и поговорок. Пословицам в непосредственном или измененном виде – нет числа в песнях В. Высоцкого. Приведем примеры пословиц, включенных поэтом в текст без всяких изменений: “Где тонко – там и рвется”, “Молодо-зелено”.

Нельзя не узнать в тексте песен и пословицы, словесно или по смыслу обыгранные: “Сколь веревочка не вейся, все равно совьешься в кнут” (ср. с пословицей: “Сколь веревку ни вить, а концу быть”); “Ноша не тяжелая, корабли свои” (ср.: “Своя ноша не тянет”), “Материнства не взять у земли? Как не вычерпать моря” (ср.: “Моря ковшом не вычерпаешь”).

По тематике пословицы, встречающиеся в лирике Высоцкого, очень разнообразны. Различны и их смысловые и эмоциональные функции в текстах Высоцкого. Они придают выражению и мягкий лирический юмор, и комический или сатирический колорит; они поэтизируют чувство, передают склад мысли персонажа или лирического героя, служат утверждением каких- либо авторских суждений. А с точки зрения языка все они создают эффект разговорной речи.

Пословица у Высоцкого “работает” и на сюжетном уровне. Поэт как бы показывает сам процесс создания той или иной пословицы. При этом финал может быть созвучен пословичной мудрости, а может выражать несогласие с ней. Так, по контрасту с пословичной мудростью “Утро вечера мудренее” строится песня “Сон”. Фольклорная истина поэтом опровергается. Только в сказке, к утру могут быть разрешены все, казалось бы, неразрешимые ситуации и выполнены все самые невероятные задания. У Высоцкого по контрасту с пословичным (и сказочным) и появляется “но”: “Но и утром все не так”.

Одной из характерных лексических особенностей языка фольклора являются постоянные эпитеты. Они часто встречаются и в стихотворениях-песнях Высоцкого. Например: “в чистом поле”, “лес густой”, “студеная вода”, “последний приют” и т. д.

Подводя итог всему сказанному о фольклорных традициях в песнях В. Высоцкого, делаем вывод о том, что использование этих традиций не только значительно обогащало языковую структуру его произведений, но и способствовало выражению народного мироощущения поэта, на что указывал Ю. Трифонов: “По своему человеческому свойству и в творчестве он был очень русским человеком? ? менталитет русского народа Высоцкий выразил, как, пожалуй, никто другой, коснувшись при этом глубин, иногда уходящих очень далеко”(5).

В качестве домашнего задания я предлагаю ребятам письменно ответить на один из предложенных вопросов и представить эту работу в форме сочинения: какие знакомые сказочные персонажи возникают в песнях-сказках Высоцкого? Какие из сказочных персонажей воплощают силы добра и зла? Каково отношение автора к сказочным героям? Какие сказки-песни включают в себя элементы народных сказок? В чем особенность песен-сказок Высоцкого? Какая из прослушанных песен-сказок вам больше всего понравилась и почему?

Разговор о проблемах народных традиций, национального характера, духовного склада и духовной основы народной жизни мы продолжим на последующих уроках литературы, но урок внеклассного чтения по фольклорным традициям в лирике Высоцкого оставит заметный след в литературном и нравственном воспитании учащихся. О том, насколько близки и созвучны были песни Высоцкого народу, говорит тот факт, что многие его песни “пошли” в фольклор. В первый сборник городского фольклора вошли самые любимые народом песни, которые уже существуют десятки лет. Все они были присланы в нескольких вариантах, и среди них есть несколько песен Высоцкого. И это лишнее доказательство того, что песни эти, как истинные произведения фольклора, передаются из уст в уста. что мироощущение человека, их создавшего, неотделимо от народного.

Примечания

1 Высоцкий В. Соч.: В 2 т. М., 1991. Т. 1. Песни. С. 131. В дальнейшем все ссылки на это издание даны в тексте (римская цифра – номер тома, арабская – номер страницы).

2 Новиков Вл. Писатель Владимир Высоцкий. В Союзе писателей не состоял. М., 1991. С. 60.

3 Авторская песня. М., 1997. С. 92.

4 Русские народные песни. М., 1935. С. 89.

5 Трифонов Ю. Горестный урок // Высоцкий В. Я, конечно, вернусь? М., 1987. С. 171.

6 В нашу гавань заходили корабли. СПб.; Пермь, 1995.

Читайте также:  Владимир Семенович Высоцкий: сочинение
Ссылка на основную публикацию
×
×