Военная лирика Твардовского: сочинение

Военная тема в лирике А. Твардовского

А. А. Твардовский считается признанным поэтом военной темы. Он сам прошел войну в качестве сотрудника фронтовой газеты «Красная звезда», а потому писал именно о том, что волновало обычного солдата и человека на войне.

В центре внимания поэта становятся не героические события, а военные будни, о которых он рассказывает простым языком солдата. Стихотворение «Рассказ танкиста» представляет собой воспоминание об одном военном эпизоде. Сюжет его очень прост: в тяжелом бою танкистам помог мальчишка, который разведал, откуда враги ведут огонь. Известно, что поводом для его написания послужил реальный случай при боях за Полтаву, рассказанный поэту его знакомым.

Перед читателем предстает война во всей ее ужасной реальности. Автор использует в стихотворении разговорный язык, а потому создается впечатление, что танкист, от имени которого ведется повествование, рассказывает о событиях таким же солдатам, как и он сам. Он говорит просто, в доверительной манере:

Тут угадай-ка, за каким домишкой
Он примостился, столько всяких дыр.

Рассказчик употребляет много просторечных слов и выражений, таких, как «парнишка», «мальчонка», «а он гвоздит — не выглянуть из башен», «черт его поймет». Мы можем предполагать, что нынешний танкист — в прошлом обычный человек, быть может, даже крестьянин, который привык работать на земле, а не воевать. Не случайно он танком вминает пушку «в рыхлый, жирный чернозем», а потом вытирает пот со лба, как после трудной работы.

В стихотворении звучит мотив вины лирического героя за то, что он забыл спросить имя мальчика, который помог ему:

Из тысяч лиц узнал бы я мальчонку;
А как зовут, забыл его спросить.

И в то же время, читая стихотворение, мы понимаем, что таких ребят было много. Они встречали солдат, когда те входили в город, и старались быть полезными, неся то мыло с полотенцем к танку, то «недозрелые сливы». Вся страна поднялась на борьбу с врагом. Все делали одно общее дело — приближали победу.

«Рассказ танкиста», как и многие другие стихотворения поэта, напоминает очерк, зарисовку эпизода танковой атаки, однако за всем этим описанием обычных на войне событий стоит резкое неприятие войны, ее страшной сущности, когда даже дети становятся ее невольными участниками.

Одно из самых знаменитых военных стихотворений Твардовского — это стихотворение «Я убит подо Ржевом». Героем его становится погибший солдат. У него нет имени, потому что таких безымянных героев было сотни тысяч на войне. И погиб солдат негероической смертью: ни в бою, ни в разведке, а при налете:

Я убит подо Ржевом,
В безымянном болоте,
В пятой роте,
На левом,
При жестоком налете.

И теперь он, как и многие другие, лежит в родной земле, став ее частью:

Я — где корни слепые
Ищут корма во тьме;
Я — где с облачком пыли
Ходит рожь на холме…

Погибшие спрашивают живых: взят ли Ржев, «удержались ли наши там, на Среднем Дону», не прорвался ли враг к Волге, отстояли ли Москву? Они уверены, что враг не победил, потому что они погибли за Родину:

И у мертвых, безгласных,
Есть отрада одна:
Мы за Родину пали,
Но она спасена.

Погибшие солдаты просят помнить о них, потому что в великой победе есть и частичка их ратного труда («наша кровная часть»). Они завещают живым жить и беречь победу, доставшуюся столь дорогой ценой:

И беречь ее свято,
Братья, счастье свое —
В память воина-брата,
Что погиб за нее.

Тему цены победы продолжает одно из самых трогательных произведений А. Твардовского — стихотворение «В тот день, когда окончилась война…». В центре внимания автора уже послевоенное время. Во время праздника за столом наступает минута, когда «прощались мы впервые со всеми, что погибли на войне». Тогда, на войне, все были в равном положении, потому что смерть могла забрать солдата в любой момент.

Судьба распорядилась так, что кому-то довелось погибнуть, а кто-то пережил войну и вернулся домой. Поэта не оставляет чувство вины перед павшими. Я живой, а другие — мертвые — вот тот мотив, который звучит во многих произведениях Твардовского, посвященных войне. Уже в 1966 году он пишет стихотворение «Я знаю, никакой моей вины…». Оно — одно из самых трогательных в творчестве Твардовского. Это лирический монолог, где передаются чувства действительно страдающего человека, который постоянно осмысляет то, что происходило на войне. Видно, что лирический герой (а он здесь выражает мысли самого автора) все время решает для себя вопрос: а не виновны ли живые в смерти тех, кто погиб. Все ли они сделали для того, чтобы эти люди остались живы. С одной стороны, автор убежден, что нет никакой его «вины, в том, что другие не пришли с войны». Но с другой стороны, в стихотворении слышатся мотивы покаяния перед мертвыми, передается ощущение вины, свойственное по-настоящему совестливым людям:

В том, что они — кто старше, кто моложе —
Остались там, и не о том же речь,
Что я их мог, но не сумел сберечь, —
Речь не о том, но все же, все же, все же…

Последняя строка, где трижды повторяется слово «все же» показывает всю силу сомнений поэта, его не утихающую боль о павших. Многоточие, которым заканчивается стихотворение, говорит нам о том, что автор так и не решил для себя эту проблему и будет, наверное, всю жизнь вести сам с собой этот мучительный разговор.

Свое творчество Твардовский посвятил всем тем, кто отстоял свободу Родины: и тем, кто не вернулся с войны, и тем, кто остался в живых.

Сочинение: Военная лирика в творчестве Твардовского 2

Военная лирика в творчестве Твардовского

Великая Отечественная война – это тяжёлое испытание, выпавшее на долю российского народа. Литература того времени не могла оставаться в стороне от этого действия.

В лирике Твардовского военная тема занимает одно из основных мест. Многие поэты хотели показать своё отношение и отношение народа к происходящей катастрофы. Твардовский не был исключением из общего правила. Он написал маленькое стихотворение, которое в полной мере раскрывает мысли автора о таком явлении, как война:

Война – жесточе нету слова.

Война – печальней нету слова.

Война – святее нету слова

В тоске и славе этих лет.

В 1939 поэт был призван в ряды Красной Армии и участвовал в освобождении Западной Белоруссии. С началом войны с Финляндией, уже в офицерском звании, был в должности спецкорреспондента военной газеты. Следовательно эти впечатления не могли не отразиться в произведениях автора.

Bo время Великой Отечественной войны была создана поэма «Василий Теркин» (1941 — 45) — колоритное воплощение российского характера и общенародного патриотического чувства. По признанию Твардовского, “«Теркин» был… Моей лирикой, моей публицистикой, песней и поучением, анекдотом и присказкой, разговором по душам и репликой к случаю”.

Многие кроме Твардовского говорили о святости Отечественной войны. Но в чём она (святость) заключается для народа? Дело в том, что люди понимал свой великий долг перед будущими поколениями, ощущал себя причастным к тому историческому процессу, который происходил в это время в
России, и старался повернуть его на пользу собственной стране.

Каждый человек, борясь за свободу собственной родины, боролся и за тот маленький кусочек земли, на котором вырос сам. В лирике Твардовского есть образ его малой родины, «родной стороны» — Смоленщины, которую захватил неприятель:

Ветром, что ли, подунуло

С тех печальных полей, –

Что там с ней, как подумаю,

Общественная тревога порождает конкретные сюжеты и обращения, к примеру, у Твардовского есть стихотворение «Партизанам Смоленщины», которое призывает покарать пришедшего грозного неприятеля. Поэт поднимает боевой дух бойцов, заявляя: «Нет, твой неприятель не похвалится тыловой тишью!» В стихах нет конкретных образов партизан, они все обобщены, названы «весёлым народом» и даже «зоркой местью». Поэт убеждён, что победа близка, о чём говорит в финале. Но не лишь партизаны принесут победу России. В лирике Твардовского встречается образ танка, который означает для поэта еще большее, ежели просто гусеничная машина. Понятно его стихотворение, которое так и именуется – «Танк»:

И, как будто первопуток

Открывая за собой,

В сталь одетый и обутый,

Танк идёт с исходной в бой.

Поэт написал и несколько фронтовых зарисовок, в которых конкретные люди говорят о собственной военной жизни. К схожим стихам относится, к примеру, «Рассказ танкиста». В центре этого стихотворения – фигура мальчонки, помогшего найти замаскированный артиллерийский расчёт неприятеля. Это произведение ведает о прифронтовом детстве, и, что в особенности принципиально, подчёркивает необходимость роли всех и каждого в военных буднях страны. Мысленному взгляду читателя явлена таковая картина:

Что ж, бой не ждёт. –

Влезай сюда, дружище! –

Стоит парнишка – мины, пули свищут,

И лишь рубашонка пузырём…

Картинка эта запечатлевается в памяти танкиста навсегда, и, хотя он не знает имени мальчика, он уверен, что узнает его посреди тысячи лиц. Поэтом подчёркнута сплочённость народа – каждый отлично помнит собственного боевого товарища, с которым совместно они боролись против общего неприятеля. И, на самом деле, все люди сами желают помочь бойцам в военные будни. Произнесенное выше можно охарактеризовать так: крепкая связь фронта и тыла. На самом деле, эта тема красной нитью пронизывает всю военную лирику поэта. Есть посреди его стихов обращение к далёкой невесте («Песенка»), послание Украине с ее
«землёй золотой» и воспоминания о «хрупком жеребёнке», юмористический рассказ со слов некой старушки о петухе, который не давался в руки противнику.

Читайте также:  Как в творчестве Твардовского представлена война?: сочинение

Война закончилась, но тем не менее военная лирика Твардовского нашла своё продолжение и в послевоенное время.

Человек, прошедший войну и вышедший из неё живым, безызбежно ощущает вину перед павшими. Об этом стихотворение «Жестокая память». Память – невозможность забыть и избыть ту огромную боль, которую принесла война людям. Жестокость же ее заключается как раз в том, что нереально жить и радоваться жизни так же, как и до войны, чувствуя свою вину: «Но с радостью прежней не смею глядеть на поля и луга».

Война оставила в жизни людей глубочайшие, заметные следы. У поэта есть зарисовка на эту тему:

Полным-полно, люд в проходе

Бочком с котомками стоит.

И о лихой морской пехоте

Поёт нетрезвый инвалид.

И даже в поздней лирике поэта тема войны звучит так же остро, как и ранее. Стихотворение «Я знаю, никакой моей вины…» вновь затрагивает тему вины перед теми, кто не возвратился с поля боя, но с ещё огромным драматизмом.

Я знаю, никакой моей вины

В том, что остальные не пришли с войны,

В том, что они – кто старше, кто молодее, –

Остались там, и не о том же речь,

Что я их мог, но не смог сберечь, –

Речь не о том, но всё же, всё же, всё же…

Финальные слова означают недоговорённость. Хотя Твардовский соображает, что никакой вины объективно нет (вправду, он полностью выполнил свой долг, пройдя всю войну в роли военного корреспондента), всё же он ее чувствует. Эта вина выражает мысль о неоплаченном долге перед погибшими защитниками России.

Чувство обязательства живых перед павшими, невозможности забвения всего происшедшего — главные мотивы военной лирики А. Твардовского. “Я жив, я пришел с войны живой и здоровый. Но сколько я недосчитываюсь… Сколько людей успели меня прочесть и, может быть, полюбить, а их нет в живых. Это была часть меня”, — писал поэт.

“Я убит подо Ржевом” — стихотворение, написанное от первого лица. Эта форма показалась Твардовскому более соответствующей идее стихотворения — единства живых и павших. Погибший солдат видит себя только “частицей народного целого”, и его тревожит, как и всех, чьи “очи померкли”, все, что свершилось позже, после него. Робкая надежда на то, что “исполнится слово клятвы святой”, вырастает в прочную веру: наконец-то попрана “крепость вражьей земли”, настал долгожданный День Победы.

Он был от плеча до плеча награжден,

Но есть ли таковая заслуга,

Что выслужил, выходил, выстрадал он? —

Пожалуй, что нет. И не нужно!

«Я убит подо Ржевом…» — это самое колоритное из стихотворений, реальный шедевр творчества поэта. Необыкновенная форма произведения – монолог погибшего солдата. В его словах чувствуется катастрофа, рвение жить и узреть мирное время:

Я – где корешки слепые

Ищут корма во тьме.

Я – где с облачком пыли

Ходит рожь на холме.

Но не лишь о себе грустит погибший солдат. Тревогу вызывает у него то, что будет с новым поколением, сумеет ли оно уберечь все великие завоевания военного времени. Несмотря на свою погибель, он говорит:
«завещаю в той жизни вам счастливыми быть».

Поэма “Василий Теркин” в жанровом отношении — свободное повествование- хроника (“Книга про бойца, без начала, без конца. ”), которое обхватывает всю историю войны — от катастрофического отступления до Победы. Главы поэмы соединены с различными событиями войны: “На привале”, “Перед боем”,
“Переправа”, “Гармонь”, “В наступлении”, “На Днепре”.

В базе поэмы — образ главенствующего героя — рядового Василия Теркина. настоящего прототипа у него нет. Это собирательный образ, соединяющий в себе обычные черты духовного вида и характера обыкновенного российского солдата.

Подвиг солдата на войне показан Твардовским как каждодневный и тяжкий ратный труд и бой, и переход на новейшие позиции, и ночлег в окопе либо прямо на земле, “заслонясь от погибели темной лишь своей спиной. ”. А герой, совершающий этот подвиг, — обыкновенный, обычный солдат:

И последнее, что можно сказать: вся поэзия Твардовского — это служение высокому долгу, включающего в себя вечное служение военной теме.

Как не один раз отмечено критиками, Твардовский первый из поэтов затронул тему ответственности живых перед павшими, той высокой ответственности, без которой жизнь вообще теряет свой смысл, ибо каково человеку переносить все невзгоды бытия, если знать, что потомки никак не оценят сделанное им и его поколением и не лишь предадут их забвению, но могут даже растоптать все их завоевания, как это, увы, не раз бывало за многовековую историю человечества… Нет, погибающий обязан хотя бы за мгновение до погибели узреть, пусть мысленно, тех, «кто из рук наших знамя подхватил на бегу», как выразился поэт еще в 1946 году («Я убит подо Ржевом»). «А по другому даже мертвому — как?»

Проходили годы, война все дальше отодвигалась в прошедшее, но боль от чувства утрат не уходила. Чем краше становилась жизнь, тем все острее ощущал поэт необходимость напоминать о тех, кто заплатил за это собственной кровью. Знаменательные даты и действия часто служили
Твардовскому поводом для того, чтоб лишний раз вынудить читателя вспомнить о тех, кто умер, отстаивая будущее собственного, народа. В 1957 году страна праздновала сорокалетие Великого Октября. Посреди многих произведений, появившихся к юбилею, стихотворение Твардовского «Та кровь, что пролита недаром» стоит домом. Кровь миллионов, пролитая в «сорокалетний этот срок», встает перед его взглядом пламенной зарей,

Cтучит в сердца, обладает нами,

Не отпуская ни на час,

Чтоб наших жертв святая память

В пути не покидала нас.

Чтоб нам, внимая славословью,

И в праздник сегодняшних побед

Не забывать, что данной кровью Дымится наш вчерашний след.

«Святая» память о погибших постоянно стучит в сердце поэта. И даже полёт Гагарина в космос вызвал у Твардовского особенные и достаточно нежданные ассоциации. В февральской книжке «Нового мира» за 1962 год было опубликовано его стихотворение «Космонавту», суть которого такая: каким бы ты, Гагарин, ни был героем из героев, не забывай о тех ребятах, что погибли в собственных «фанерных драндулетах» в 1941 году «под Ельней, Вязьмой и самой Москвой» и знай:

Они горды, они собственной причастны

Особой славе, добытой в бою,

И той одной, суровой и безгласной,

Не променяли б на твою.

Очевидно у поэта и в мыслях не было как-то принизить этими словами подвиг «разведчика мирозданья» — напротив, ставя его рядом с теми, кто ценой собственной жизни выручил родную страну от фашизма, автор оказывает ему величайшую честь:

… кровь одна, и вы — родные братья,

И не в долгу у старших младший брат.

Тех, фронтовиков, и погибших, и уцелевших, было великое множество; имена большинства из них известны только узенькому кругу однополчан и родных.

Празднуя день победы, нельзя забывать, «во что нам стала та страда», забывать, «каких и скольких отпрыской недосчитались мы, рыдая под гром победных батарей». Твардовский конкретно в тот самый вечер думал и писал о погибших:
Сколько их на свете нету, Что прочли тебя, поэт.

Используемая литература

1. Шанский Н. М. «О лирике А. Т. Твардовского», РЯШ №3, 1980

2. История российской русской литературы. Издательство «Просвещение», Москва – 1983 г., С испр.

3. Русская литература: Справочные материалы. Москва «Просвещение», 1989 г.

Военная лирика Твардовского (сочинение)

Война — жесточе нету слова.

Война — печальней нету слова.

Война — святее нету слова

В тоске и славе этих лет.

И на устах у нас иного

Еще не может быть и нет.

А. Т. Твардовский

С июня 1941 года Александр Твардовский начинает работу в редакции газеты Юго-Западного фронта “Красная Армия”. Он пишет стихи, очерки, фельетоны, статьи, песни, заметки. К сожалению, тетрадка с записями Твардовского о первых месяцах работы пропала. Но остались строки, запечатлевшие первые дни войны, — самого страшного и горестного периода Великой Отечественной.

То была печаль большая,

Как брели мы на восток.

Шли худые, шли босые

В неизвестные края,

Что там, где она, Россия,

По какой рубеж своя?

Памятником тех лет стала книга “Василий Теркин”. Это книга о “Правде сущей, правде, прямо в душу бьющей”. В одной из глав, “Переправа”, поэт пишет о том, что “бой идет не ради славы — ради жизни на земле”, вселяя в бойцов сознание святости и правоты их дела.

Работая над поэмой, Твардовский ставил определенную цель: помочь фронтовику преодолеть трудности войны, облегчить и хоть как-то скрасить его суровый быт, вселить чувство веры в свои силы и возможности.

Весной 1942 года Твардовский пишет стихотворение “Партизанам Смоленщины”. Народ воспринял его как весть об освобождении, первую искру надежды. Смоленщина — родина поэта, и можно понять, чего стоили эти строки Твардовскому. Каждое слово — крик души, боль сердца:

Я б вовеки грабителям

Не простил бы твоим,

Что они тебя видели

Вражьим оком пустым;

Что земли твоей на ноги

Что руками погаными

Прикоснулись к тебе;

Что уродливым именем

Что в Днепре твоем вымыли

Поэма Твардовского “Дом у дороги” начинает печататься со 2 декабря 1943 года. После вступления, завершившегося грозной строкой: “Гром грянул — началась война. ” — следовала глава “Голощение”. Строки этой главы напоминали давний плач-голощение, когда вся деревня Чернове огласилась воплями женщин. В главе “Беженцы” рассказано о бесконечном людском потоке, что “на восток от фронта гнал колеса”. Глава “Гостинчик” повествует о тех же горестных воспоминаниях страшных дней отступления.

Читайте также:  Лирические стихотворения о мужестве Твардовского: сочинение

Поэт говорит о невозможности забыть те муки: “Нет, мать, сестра, жена, И все, кто боль изведал, Та боль не отмщена И не прошла с победой”. Закончена была поэма уже после войны. И заканчивает ее поэт страстным призывом: “Не Забывать!”

Прошла война, прошла страда,

Но боль взывает к людям:

Давайте, люди, никогда

Об этом не забудем.

В творчестве Твардовского военной поры очень примечательна детская тема. С особой пристальностью вглядывается поэт в женские и детские судьбы, с невыразимой болью и с нескрываемой печалью думает о них. Это и “жена командира, бежавшая из Минска с детьми в ночь первой жестокой бомбежки”; и “мальчик, везущий на саночках мать, тяжело раненную, когда шел бой за их деревню”; и “девочка с ребенком на руках у трупа матери”. Великое множество строк в стихах и прозе написано о войне, но ничего пронзительнее, чем строки “Возмездия” Твардовского, читать не доводилось:

И суд наш праведный суров,

И места нет пощаде.

И не у нас ее проси,

Мы будем мертвых глуше.

Проси у тех, чьи на Руси

Сгубил безвинно души.

Проси у девочки у той,

Что, в дула ружей глядя,

Спросила с детской простотой:

— Чулочки тоже, дядя? —

У той, худое тельце чье

У края рва поставил.

Проси пощады у нее,

А мы щадить не вправе.

В стихотворении “Я убит подо Ржевом” поэт выбирает форму написания от первого лица. Это наиболее соответствует идее стихотворения, воспевающего единство павших и живых. Монолог воина, с нарастающей эмоциональностью повествующего о собственной гибели “летом, в сорок втором”, достигает наивысшего накала в таких строках:

Нет, неправда. Задачи

Той не выиграл враг!

Нет же, нет! А иначе

Даже мертвому — как?

Погибший солдат видит себя лишь “частицей народного целого”, и его волнует все, что свершилось потом, после него. Он говорит:

Я вам жить завещаю, —

Что я больше могу?

Эту высокую ответственность перед памятью погибших, ответственность за то, как человек распорядился своей судьбой, выкупленной у Смерти ценой жизни другого, поэт ощущает очень остро. Не в этом ли исток той гражданской позиции, за верность которой кто-то из писателей назвал Твардовского “совестью послевоенной литературы”.

До конца своих дней Александр Трифонович Твардовский пронес как бы чувство смущения своей судьбой и судьбой тех, кто вернулся живыми из страшной круговерти войны. Он писал:

Военная лирика Твардовского: сочинение

С июня 1941 года Александр Твардовский начинает работу в редакции газеты Юго-Западного фронта “Красная Армия”. Он пишет стихи, очерки, фельетоны, статьи, песни, заметки. К сожалению, тетрадка с записями Твардовского о первых месяцах работы пропала. Но остались строки, запечатлевшие первые дни войны, &#151 самого страшного и горестного периода Великой Отечественной.

То была печаль большая,
Как брели мы на восток.
Шли худые, шли босые
В неизвестные края,
Что там, где она, Россия,
По какой рубеж своя?

Памятником тех лет стала книга “Василий Теркин”. Это книга о “Правде сущей, правде, прямо в душу бьющей”. В одной из глав, “Переправа”, поэт пишет о том, что “бой идет не ради славы &#151 ради жизни на земле”, вселяя в бойцов сознание святости и правоты их дела.

Работая над поэмой, Твардовский ставил определенную цель: помочь фронтовику преодолеть трудности войны, облегчить и хоть как-то скрасить его суровый быт, вселить чувство веры в свои силы и возможности.

Весной 1942 года Твардовский пишет стихотворение “Партизанам Смоленщины”. Народ воспринял его как весть об освобождении, первую искру надежды. Смоленщина &#151 родина поэта, и можно понять, чего стоили эти строки Твардовскому. Каждое слово &#151 крик души, боль сердца:

Я б вовеки грабителям
Не простил бы твоим,
Что они тебя видели
Вражьим оком пустым;
Что земли твоей на ноги
Зацепили себе;
Что руками погаными
Прикоснулись к тебе;
Что уродливым именем
Заменили твое;
Что в Днепре твоем вымыли
Воровское тряпье.

Поэма Твардовского “Дом у дороги” начинает печататься со 2 декабря 1943 года. После вступления, завершившегося грозной строкой: “Гром грянул &#151 началась война. ” &#151 следовала глава “Голощение”. Строки этой главы напоминали давний плач-голощение, когда вся деревня Чернове огласилась воплями женщин. В главе “Беженцы” рассказано о бесконечном людском потоке, что “на восток от фронта гнал колеса”. Глава “Гостинчик” повествует о тех же горестных воспоминаниях страшных дней отступления.

Поэт говорит о невозможности забыть те муки: “Нет, мать, сестра, жена, И все, кто боль изведал, Та боль не отмщена И не прошла с победой”. Закончена была поэма уже после войны. И заканчивает ее поэт страстным призывом: “Не Забывать!”

Прошла война, прошла страда,
Но боль взывает к людям:
Давайте, люди, никогда
Об этом не забудем.

В творчестве Твардовского военной поры очень примечательна детская тема. С особой пристальностью вглядывается поэт в женские и детские судьбы, с невыразимой болью и с нескрываемой печалью думает о них. Это и “жена командира, бежавшая из Минска с детьми в ночь первой жестокой бомбежки”; и “мальчик, везущий на саночках мать, тяжело раненную, когда шел бой за их деревню”; и “девочка с ребенком на руках у трупа матери”. Великое множество строк в стихах и прозе написано о войне, но ничего пронзительнее, чем строки “Возмездия” Твардовского, читать не доводилось:

И суд наш праведный суров,
И места нет пощаде.
И не у нас ее проси,
Мы будем мертвых глуше.
Проси у тех, чьи на Руси
Сгубил безвинно души.
Проси у девочки у той,
Что, в дула ружей глядя,
Спросила с детской простотой:
&#151 Чулочки тоже, дядя? &#151
У той, худое тельце чье
У края рва поставил.
Проси пощады у нее,
А мы щадить не вправе.

В стихотворении “Я убит подо Ржевом” поэт выбирает форму написания от первого лица. Это наиболее соответствует идее стихотворения, воспевающего единство павших и живых. Монолог воина, с нарастающей эмоциональностью повествующего о собственной гибели “летом, в сорок втором”, достигает наивысшего накала в таких строках:

Нет, неправда. Задачи
Той не выиграл враг!
Нет же, нет! А иначе
Даже мертвому &#151 как?

Погибший солдат видит себя лишь “частицей народного целого”, и его волнует все, что свершилось потом, после него. Он говорит:

Я вам жить завещаю, &#151
Что я больше могу?

Эту высокую ответственность перед памятью погибших, ответственность за то, как человек распорядился своей судьбой, выкупленной у Смерти ценой жизни другого, поэт ощущает очень остро. Не в этом ли исток той гражданской позиции, за верность которой кто-то из писателей назвал Твардовского “совестью послевоенной литературы”.

До конца своих дней Александр Трифонович Твардовский пронес как бы чувство смущения своей судьбой и судьбой тех, кто вернулся живыми из страшной круговерти войны. Он писал:

«Военная тема в лирике А. Т. Твардовского»

Поэзия А. Т. Твардовского — поэзия своего времени. Все творчество А. Т. Твардовского было неразрывно связано с жизнью своей страны, своего народа. Страшные годы воен­ного лихолетья, когда сам А. Т. Твардовский был корреспон­дентом газеты «Красная звезда», не могли не найти своего отражения на страницах его поэтических произведений: «22 июня 1941 года», «Я убит подо Ржевом», «В тот день, когда окончилась война», «9 мая», и др. Все тяготы солдат­ской доли поэт прочувствовал на себе:
Война — жесточе нету слова.
Война — печальней нету слова.
Война — святее нету слова
В тоске и славе этих лет.
И на устах у нас иного
Еще не может быть и нет.
«Война — жесточе нету слова…» (1944)

Реализация военной темы в поэзии А. Т. Твардовского. Все стихотворения военной тематики проникнуты чувством глубокой любви к родине, к русской земле, погибнуть за свободу которой автор считает лучшей долей:
Я долю свою по-солдатски приемлю,
Ведь если бы смерть выбирать нам, друзья,
То лучше, чем смерть за родимую землю,
И выбрать нельзя.
«Пускай до последнего часа расплаты…» (1941)

Многие стихотворения представляли собой поэтические агитационные «листовки», призывающие на борьбу с фа­шизмом:
За Починками, Глинками
И везде, где ни есть,
Потайными тропинками
Ходит зоркая месть.
Ходит, в цепи смыкается,
Обложила весь край,
Где не ждут, объявляется
И карает…
Карай!
«Партизанам Смоленщины» (1942)

Императив был оправдан и даже необходим в годы, когда решалась будущая судьба родной земли, русского народа. Жестокость становилась порождением не меньшей жесто­кости со стороны оккупантов.

Особенности произведений военной тематики. Многие стихотворения А. Т. Твардовского имеют сюжетную осно­ву. Героями таких произведений становятся простые сол­даты, вчерашние мальчишки, быстро взрослеющие на войне:
Соленый пот глаза слепил
Солдату молодому,
Что на войне мужчиной был,
Мальчишкой числясь дома.
«Иван Громак» (1943)

Такие мальчики воевали до последнего патрона, до по­следнего вздоха, не уступая в храбрости своим отцам и стар­шим братьям:
Вот — на бросок гранаты враг,
Громак его гранатой.
Вот рядом двое. Что ж Громак?
Громак — давай лопатой.

О подвигах воинов должна была знать вся страна, они должны были воодушевлять и придавать силы. Стихотворе­ния А. Т. Твардовского достигали своей цели — поднимали боевой дух и вели защитников вперед:
Москвы не видел, но ему
Москва салютовала.
«Иван Громак» (1943)

Героями на войне становились, сами того не осознавая, даже дети. Об одном из таких парнишек «лет десяти-двенадцати» повествуется в стихотворении «Рассказ танкиста» (1941). В гари и копоти, в страшном месиве войны, такие ре­бятишки воевали наравне со взрослыми, внося свой неоце­нимый вклад в общее дело Победы:
Был трудный бой. Все ныне, как спросонку,
И только не могу себе простить:
Из тысяч лиц узнал бы я мальчонку,
Но как зовут, забыл его спросить.

Читайте также:  Образ русского солдата в поэме А.Т. Твардовского Василий Теркин: сочинение

Тема войны в послевоенные годы. Стихотворения воен­ной тематики создавались поэтом и уже в мирные годы. Те­ма памяти не оставляла автора, как не перестают болеть уже затянувшиеся раны, в которых остаются осколки. «Для меня этот период представляется таким, о котором всю жизнь хватит думать», — писал А. Т. Твардовский. Так, стихотворе­ние «Я убит подо Ржевом» (1945-1946-е) стало страшным обличением жестокости войны, которое произносит погиб­ший «в безымянном болоте» солдат. У него нет и не может быть имени, т. к. его голосом, его словами к потомкам обра­щаются все не вернувшиеся с войны солдаты:

Я не слышал разрыва,
Я не видел той вспышки, —
Точно в пропасть с обрыва
И ни дна ни покрышки.

Для лирического героя жизнь остановилась в самый раз­гар боя, и он не успел узнать, чем закончилось сражение. Любовь к родине, стремление спасти свободу своей земли оказывается сильнее страха смерти:
И у мертвых, безгласных,
Есть отрада одна:
Мы за Родину пали,
Но она — спасена.

Те, кто не дошел, кто не выжил, получают право требо­вать ответа у живых, что сделали они для Победы и как про­должили борьбу. Монолог мертвого становится одновремен­но судом над войной и наказом живыми:
Пусть не слышен наш голос, —
Вы должны его знать.
Вы должны были, братья,
Устоять, как стена,
Ибо мертвых проклятье —
Эта кара страшна.

В стихотворении повторяющиеся обращения к живым как бы требуют ответа, отчета совести прежде всего перед собой, как они распорядятся доставшимся богатством — жизнью. Павшие никого не обвиняют (И никто перед нами // Из живых не в долгу), но братская связь тех, кто был в одном окопе, никогда не позволит живым «спать спокойно». На них ложится ответственность за будущее страны и за сохра­нение памяти без вести павших, своей жизнью заплативших за свободу последующих поколений.

Кульминационным моментом становится в финале сти­хотворения слова погибшего солдата:
Я вам жизнь завещаю, —
Что я больше могу?
Завещаю в той жизни
Вам счастливыми быть
И родимой отчизне
С честью дальше служить.

Стиль стихотворения, разговорная интонация, использо­вание народных словечек — все подчинено одной цели: со­здать монолог безымянного солдата, воплотившего в своем образе всех погибших.

Тем, кто выжил в страшном пекле, кому выпало счастье вернуться домой, все оставшиеся годы ощущали чувство ви­ны перед погибшими. Лирика Твардовского становится бо­лее глубокой, наполняется раздумьями. Возникает мотив покаяния живых перед павшими:
Я знаю, никакой моей вины
В том, что другие не пришли с войны,
В том, что они — кто старше, кто моложе
Остались там, и не о том же речь,
Что я их мог, но не сумел сберечь, —
Речь не о том, но все же, все же, все же…
«Я знаю, никакой моей вины…» (1966)

Своим долгом гражданина и поэта А. Т. Твардовский счи­тал необходимость сохранить память о простых солдатах, погибших рядовых, тела которых до сих пор не преданы зем­ле. Память о кровопролитной войне должна быть сохранена, чтобы никогда ни у кого не возникало желания, преследуя амбициозные или меркантильные цели, лишать человека бесценного сокровища — жизни.

Военная тема в лирике А. Т. Твардовского. Чтение наизусть одного стихотворения

Поэзия А. Т. Твардовского — поэзия своего времени. Все творчество А. Т. Твардовского было неразрывно связано с жизнью своей страны, своего народа. Страшные годы воен­ного лихолетья, когда сам А. Т. Твардовский был корреспон­дентом газеты «Красная звезда», не могли не найти своего отражения на страницах его поэтических произведений: «22 июня 1941 года», «Я убит подо Ржевом», «В тот день, когда окончилась война», «9 мая», и др. Все тяготы солдат­ской доли поэт прочувствовал на себе:

Война — жесточе нету слова.

Война — печальней нету слова.

Война — святее нету слова

В тоске и славе этих лет.

И на устах у нас иного

Еще не может быть и нет.

«Война — жесточе нету слова…» (1944)

Реализация военной темы в поэзии А. Т. Твардовского. Все стихотворения военной тематики проникнуты чувством глубокой любви к родине, к русской земле, погибнуть за свободу которой автор считает лучшей долей:

Я долю свою по-солдатски приемлю,

Ведь если бы смерть выбирать нам, друзья,

То лучше, чем смерть за родимую землю,

И выбрать нельзя.

«Пускай до последнего часа расплаты…» (1941)

Многие стихотворения представляли собой поэтические агитационные «листовки», призывающие на борьбу с фа­шизмом:

За Починками, Глинками И везде, где ни есть,

Потайными тропинками Ходит зоркая месть.

Ходит, в цепи смыкается,

Обложила весь край,

Где не ждут, объявляется И карает…

«Партизанам Смоленщины» (1942)

Императив был оправдан и даже необходим в годы, когда решалась будущая судьба родной земли, русского народа. Жестокость становилась порождением не меньшей жесто­кости со стороны оккупантов.

Особенности произведений военной тематики. Многие стихотворения А. Т. Твардовского имеют сюжетную осно­ву. Героями таких произведений становятся простые сол­даты, вчерашние мальчишки, быстро взрослеющие на войне:

Соленый пот глаза слепил Солдату молодому,

Что на войне мужчиной был,

Мальчишкой числясь дома.

Такие мальчики воевали до последнего патрона, до по­следнего вздоха, не уступая в храбрости своим отцам и стар­шим братьям:

Вот — на бросок гранаты враг,

Громак его гранатой.

Вот рядом двое. Что ж Громак?

Громак — давай лопатой.

О подвигах воинов должна была знать вся страна, они должны были воодушевлять и придавать силы. Стихотворе­ния А. Т. Твардовского достигали своей цели — поднимали боевой дух и вели защитников вперед:

Москвы не видел, но ему Москва салютовала.

Героями на войне становились, сами того не осознавая, даже дети. Об одном из таких парнишек «лет десяти-двенадцати» повествуется в стихотворении «Рассказ танкиста» (1941). В гари и копоти, в страшном месиве войны, такие ре­бятишки воевали наравне со взрослыми, внося свой неоце­нимый вклад в общее дело Победы:

Был трудный бой. Все ныне, как спросонку,

И только не могу себе простить:

Из тысяч лиц узнал бы я мальчонку,

Но как зовут, забыл его спросить.

Тема войны в послевоенные годы. Стихотворения воен­ной тематики создавались поэтом и уже в мирные годы. Те­ма памяти не оставляла автора, как не перестают болеть уже затянувшиеся раны, в которых остаются осколки. «Для меня этот период представляется таким, о котором всю жизнь хватит думать», — писал А. Т. Твардовский. Так, стихотворе­ние «Я убит подо Ржевом» (1945-1946-е) стало страшным обличением жестокости войны, которое произносит погиб­ший «в безымянном болоте» солдат. У него нет и не может быть имени, т. к. его голосом, его словами к потомкам обра­щаются все не вернувшиеся с войны солдаты:

Я не слышал разрыва,

Я не видел той вспышки, —

Точно в пропасть с обрыва И ни дна ни покрышки.

Для лирического героя жизнь остановилась в самый раз­гар боя, и он не успел узнать, чем закончилось сражение. Любовь к родине, стремление спасти свободу своей земли оказывается сильнее страха смерти:

И у мертвых, безгласных,

Есть отрада одна:

Мы за Родину пали,

Но она — спасена.

Те, кто не дошел, кто не выжил, получают право требо­вать ответа у живых, что сделали они для Победы и как про­должили борьбу. Монолог мертвого становится одновремен­но судом над войной и наказом живыми:

Пусть не слышен наш голос, —

Вы должны его знать.

Вы должны были, братья,

Устоять, как стена,

Ибо мертвых проклятье —

Эта кара страшна.

В стихотворении повторяющиеся обращения к живым как бы требуют ответа, отчета совести прежде всего перед собой, как они распорядятся доставшимся богатством — жизнью. Павшие никого не обвиняют (И никто перед нами // Из живых не в долгу), но братская связь тех, кто был в одном окопе, никогда не позволит живым «спать спокойно». На них ложится ответственность за будущее страны и за сохра­нение памяти без вести павших, своей жизнью заплативших за свободу последующих поколений.

Кульминационным моментом становится в финале сти­хотворения слова погибшего солдата:

Я вам жизнь завещаю, —

Что я больше могу?

Завещаю в той жизни Вам счастливыми быть И родимой отчизне С честью дальше служить.

Стиль стихотворения, разговорная интонация, использо­вание народных словечек — все подчинено одной цели: со­здать монолог безымянного солдата, воплотившего в своем образе всех погибших.

Тем, кто выжил в страшном пекле, кому выпало счастье вернуться домой, все оставшиеся годы ощущали чувство ви­ны перед погибшими. Лирика Твардовского становится бо­лее глубокой, наполняется раздумьями. Возникает мотив покаяния живых перед павшими:

Я знаю, никакой моей вины В том, что другие не пришли с войны,

В том, что они — кто старше, кто моложе Остались там, и не о том же речь,

Что я их мог, но не сумел сберечь, —

Речь не о том, но все же, все же, все же…

«Я знаю, никакой моей вины…» (1966)

Своим долгом гражданина и поэта А. Т. Твардовский счи­тал необходимость сохранить память о простых солдатах, погибших рядовых, тела которых до сих пор не преданы зем­ле. Память о кровопролитной войне должна быть сохранена, чтобы никогда ни у кого не возникало желания, преследуя амбициозные или меркантильные цели, лишать человека бесценного сокровища — жизни.

Ссылка на основную публикацию
×
×