Сумароков: сочинение

Школьная Энциклопедия

Nav view search

Навигация

Искать

Сумароков – один из крупнейших представителей русской литературы XVIII века

Подробности Категория: Русская поэзия XVIII века Опубликовано 17.02.2020 14:58 Просмотров: 77

Его считают первым профессиональным русским литератором.

Поэтическое наследие Сумарокова весьма обширно.
Он писал в различных жанрах лирики – едва ли не во всех, существовавших в его время. Его перу принадлежат торжественные, духовные, философские и анакреонтические оды, эпистолы, сатиры, элегии, песни, эпиграммы, мадригалы (небольшие музыкально-поэтические произведения, обычно любовно-лирического содержания), эпитафии (надгробные надписи или небольшие поэтические сочинения по поводу чьей-то смерти).
В своей стихотворной технике он использовал все существовавшие тогда размеры, экспериментировал в области рифмы, строфы.
Сумарокова также считают «отцом русского театра», создателем национального театрального репертуара. Несмотря на то, что лирика занимает большое место в его литературном наследии, всё-таки именно драматургия была наиболее близка его литературной личности. В этой области он явился одновременно первым русским трагиком и комедиографом.

Алекса́ндр Петро́вич Сумаро́ков (1717-1777)

А. Лосенко. Портрет А. Сумарокова
Принадлежал к дворянскому роду Сумароковых. Родился на территории Финляндии, где тогда находился его отец по делам службы.
Первым его учителем был отец. Сумароков очень рано стал сочинять стихи и «размышления» в духе христианского смирения. В 1732 г. вместе с братом Василием был принят в первый набор Сухопутного шляхетского кадетского корпуса. Здесь он получил отличное по меркам своего времени образование, овладел немецким и французским языками и началами итальянского.
Окончил корпус в 1740 г. в чине поручика. Сначала поступил в военно-походную канцелярию графа Миниха, а затем адъютантом к вице-канцлеру графу М.Г. Головкину. В дальнейшем несколько раз менял места службы, получал чины, был директором Российского театра, сотрудничал в журналах. В 1759 г. издавал собственный журнал сатирико-нравоучительного оттенка «Трудолюбивая пчела», который был первым частным журналом в России.

В 1761 г. оставил службу.

Сумароков получил признание за границей и был избран почётным членом Лейпцигской академии свободных искусств.
Вершиной чиновничьей и придворной карьеры Сумарокова стал чин действительного статского советника.

Ф. Рокотов. Портрет А. Сумарокова (1762)
По отзывам и воспоминаниям современников, А.П. Сумароков был тяжёлым в общении и малоприятным в личностном плане человеком.
Его личная, семейная и общественная жизнь нередко омрачалась различными скандалами и разборками, из-за чего Сумароков постоянно страдал ипохондрией (постоянное беспокойство по поводу возможности заболеть) и постепенно стал слепнуть. Скончался всеми забытый. Был похоронен на кладбище Донского монастыря, но место захоронения потерялось в начале XIX в. Существующий памятник был установлен лишь в 1951 г.

Памятник Сумарокову в Донском монастыре

Поэтическое творчество А.П. Сумарокова

Как мы уже заметили выше, Сумароков писал в различных поэтических жанрах.
Ода (торжественная песнь) была известна с античных времён. Сумароков писал торжественные, духовные и др. оды. В торжественных одах он поздравлял царей с различными значительными датами (по случаю дня рождения, тезоименитства, на день памятных сражений и др.). Например, Ода «Государыне императрице Елисавете Перьвой на день ея рождения 1755 года декабря 18 дня», Ода «Государю цесаревичу Павлу Петровичу в день его тезоименитства июня 29 числа 1771 года», Ода «Государыне императрице Екатерине Второй на взятие Хотина и покорение Молдавии, 1769» и др.

А. Сумароков. Ода «Государыне императрице Елисавете Перьвой на день ея рождения 1755 года декабря 18 дня» (отрывок)

Благословенны наши лета.
Ликуй, блаженная страна!
В сей день тебе Елисавета
Всевышним и Петром дана.
Источник празднуя судьбине,
Возрадуйтесь, народы, ныне,
Где сей царицы щедра власть.
О день, исполненный утехи!
Великого Петра успехи
Тобою славят нашу часть.

Не ищешь ты войны кровавой
И подданных своих щадишь,
Довольствуясь своею славой,
Спокойства смертных не вредишь.
Покойтесь, Русских стран соседы;
На что прославленной победы
И грады превращати в прах?
Седящия на сем престоле
Нельзя хвалы умножить боле,
Ни света усугубить страх.

Духовные оды должны были напомнить человеку о бренности земной жизни, о неизбежной смерти, чтобы человек не погружался только в бытовые проблемы, о Страшном суде и т.д.

А. Сумароков. Ода «Плачу и рыдаю»

Плачу и рыдаю,
Рвуся и страдаю,
Только лишь воспомню смерти час
И когда увижу потерявша глас,
Потерявша образ по скончаньи века
В преужасном гробе мертва человека.
Не постигнут, боже, тайны сей умы,
Что к такой злой доле
По всевышней воле
Сотворенны мы
Божества рукою.
Но, великий боже! ты и щедр и прав:
Сколько нам ни страшен смертный сей устав,
Дверь – минута смерти к вечному покою.
1760

А. Сумароков. Ода «На суету человека»

Суетен будешь
Ты, человек,
Если забудешь
Краткий свой век.
Время проходит,
Время летит,
Время проводит
Всё, что ни льстит.
Счастье, забава,
Светлость корон,
Пышность и слава –
Всё только сон.
Как ударяет
Колокол час,
Он повторяет
Звоном сей глас:
«Смертный, будь ниже
В жизни ты сей;
Стал ты поближе
К смерти своей!»
1759

А. Сумароков всецело следовал принципам поэтической реформы Тредиаковского, одиннадцати- и тринадцатисложным стихам, перешёл на новую систему стихосложения (силлабо-тоническую). Его творчество быстро политизировалось: он позволял себе давать советы от имени российского дворянства Елизавете Петровне, Екатерине II, цесаревичу Павлу Петровичу.

В эпической поэме «Димитрияды» (1769) Сумароков воспевает подвиг Дмитрия Донского, после которого

Великий град Москва сияти начала
И силы будущей надежду подала.

К лирике Сумароков предъявлял следующие требования:

Слог песен должен быть приятен, прост и ясен,
Витийств не надобно; он сам собой прекрасен;
Чтоб ум в нём был сокрыт и говорила страсть;
Не он над ним большой – имеет сердце власть.
Не делай из богинь красавице примера
И в страсти не вспевай: «Прости, моя Венера. »

Любовные стихи Сумарокова в 1750-1770-е годы были широко распространены и стали основой для воспитания манеры выражения чувств молодыми людьми. Сумароков представил некоторые модели поведения влюблённых: знакомство, открытие чувства, радость его взаимности, неожиданная разлука, неверность, ревность, примирение. Образцом для него служили любовные отношения пастухов и пастушек (идиллии). Пушкин осуждал эти стихи Сумарокова и называл их «цинической свирелью», но Белинский считал, что Сумароков заботился о нравственности молодого поколения, а это необходимо.

А. Сумароков. Идиллия «Мучительная мысль, престань меня терзати. » (отрывок)

Мучительная мысль, престань меня терзати,
‎И серца больше не смущай:
‎Душа моя позабывай,
Ту жизнь, которой мне вовеки не видати!
Но ах! драгая жизнь, доколе буду жить,
‎В прекрасной сей пустыне,
Всё буду унывать, как унываю ныне;
Нельзя мне здесь нельзя любезныя забыть.
‎Когда я в роще сей гуляю,
‎Я ту минуту вспоминаю,
Как в первый раз ее мне случай видеть дал.
При токе сей реки любовь моя открылась,
Где слыша то она хотя и посердилась,
Однако за вину, в которую я впал,
Казать мне ласки стала боле.
‎В сем часто я гулял с ней поле.
‎В сих чистых ключевых водах,
‎Она свои мывала ноги.
‎На испещренных сих лугах,
Все ею мнятся быть протоптаны дороги;
‎Она рвала на них цветы,
Подобие своей прелестной красоты.

Излюбленными жанрами Сумарокова являлись песни, басни (притчи) и пародии, которые он, по сути, заново создал в русской литературе. Его басни собраны в 6 книг.

А. Сумароков «Волк и Журавль»

Волк ел – не знаю, что, – и костью подавился,
Метался от тоски, и чуть он не вздурился.
Увидел журавля и слезно стал просить,
Чтоб он потщился в том ему помощник быть,
И всю он на него надежду полагает.
Журавль свой долгий нос в гортань ему пускает
И вынимает кость. Потом он просит мзды,
Что он от таковой спас злой его беды.
«Довольствуйся ты тем, – зверь хищный отвечает, –
Что Волк тебя в таком здоровье оставляет,
Какое до сея услуги ты имел,
И радуйся тому, что нос остался цел».

Тот права честности немало собрегает,
Кто людям никогда худым не помогает.

Песенный жанр Сумароков любил за то, что он был удобен для выражения личных переживаний и чувств. За 40 лет своей творческой деятельности он создал около 160 песен. Темы его песен – измена и разлука, связанные с этим переживания, а также любовь, которую он считал высшим проявлением человеческого начала в человеке.

А. Сумароков. Песня «Летите, мои вздохи, вы к той, кого люблю. »

Летите, мои вздохи, вы к той, кого люблю,
И горесть опишите, скажите, как терплю;
Останьтесь в ея сердце, смягчите гордый взгляд
И после прилетите опять ко мне назад;
Но только принесите приятную мне весть,
Скажите, что еще мне любить надежда есть.
Я нрав такой имею, чтоб долго не вздыхать,
Хороших в свете много, другую льзя сыскать.
1755

Значение творчества А.П. Сумарокова

Творчество Сумарокова (мы сейчас говорим только о поэзии) при его жизни ценилось высоко. Отношение современников к Сумарокову исчерпывающим образом было выражено М. Херасковым в «надписи» под портретом, которым открывалось полное собрание сочинений 1781 и 1787 годов:

Изображается потомству Сумароков,
Парящий, пламенный и нежный сей творец,
Который сам собой достиг Пермесских токов,
Ему Расин поднёс и Лафонтен венец.

В 1807 г. к 90-летию Сумарокова Академия Российская почтила в торжественном собрании его память «похвальным словом», прочитанным его другом И.А. Дмитревским.
Но ввиду того, что в России быстро распространялся романтизм, изменялись языковые и культурные предпочтения, сочинения Сумарокова быстро устарели, и в XIX в. их собрание не переиздавалось.
Лишь в 1957 г. в большой серии «Библиотеки поэта» были изданы избранные сочинения Сумарокова, в них вошли образцы всех жанров, в которых он работал, включая переводы. Была дана высокая оценка его роли в становлении русского языка и литературы. В.Г. Белинский оценивал наследие Сумарокова так: «. Поэтические сочинения Сумарокова, и не будучи читаемы, должны остаться навсегда фактом истории русской литературы и образования русского общества. Что же касается до собственно литературных статей Сумарокова, они чрезвычайно интересны и для нашего времени, как живой отголосок давно прошедшей для нас эпохи, одной из интереснейших эпох русского общества. Сумароков обо всём судил, обо всём высказывал своё мнение, которое было мнением образованнейших и умнейших людей того времени. Плохой поэт, но порядочный по своему времени стихотворец, характер мелкий, завистливый, хвастливый, задорный и раздражительный, – Сумароков всё-таки был человек умный и притом высокообразованный в духе того времени».

В этом доме в Москве жил А.П. Сумароков

А.П. Сумароков и его школа в русской литературе

Школьное сочинение

А.П. Сумароков вошел в историю русской литературы и как писатель, и как один из основных теоретиков русского классицизма. Он в свое время создал произведения, в которых наиболее полно и понятно были изложены принципы только-только зарождавшегося литературного направления – “О русском языке” и “О стихотворстве”.

Помимо конкретно литературной деятельности, Сумароков занимался еще и общественной, что, естественно, не могло не сказаться на его творчестве. Он был ярым сторонником идеи естественного равенства людей, и при этом считал социальное неравенство основой “общего благоденствия”. “Канарейке лучше без клетки, а собаке без цепи. Однако одна улетит, а другая будет грызть людей; так одно потребно для крестьянина, а другое ради дворянина”.

Считается, что классицизм подготовил почву для развития в дальнейшем реализма, что, в принципе, неудивительно, если знать социальные взгляды Сумарокова, который являлся ярким представителем этого направления в России. Вообще же классицисты, как европейские (такие как Расин, Мольер), так и российские (Херасков, Державин, Ломоносов), подражали образцам античного (или как еще его называют классического) искусства. Они рассматривали античную литературу как образец, норму. Основной темой классицистических произведений являлись конфликты личного и общественного, выбор между долгом и чувством. Содержание таких произведений было героическим, возвышенным, с нравственным оттенком. Но в то же время им была свойственная утопичность, чрезмерная идеализация.

Но и между отдельными представителями классицизма были расхождения. Так, например, Сумароков не был согласен с М.В. Ломоносовым, утверждавшего ценность только “высокой” литературы, и выступал за равноправие жанров:

Все хвально: драма ли, эклога или ода –

Слагай, к чему тебя влечет твоя природа…

Основным, наиболее популярным классицистическим жанром является ода. Сумароков вначале придерживался в стихосложении манеры Тредиаковского, потом же стал последователем Ломоносова. Но оды его на первых порах не были популярны. Известность ему принесла его любовная лирика. И тут уже ему стали подражать, так как он выступил новатором в этой области. Чаще всего он сочинял песни, эклоги, идиллии и элегии.

Достаточно точно и тонко для своего времени Сумароков передавал всю гамму человеческих переживаний. Так, мы видим неосознанное ощущение любви:

Отчего трепещет сердце,

Отчего пылает кровь?

Иль пришло уже то время,

Чтобы чувствовать любовь?

или тоску разлученных влюбленных:

Не плачь так много, дорогая,

Что разлучаюсь я с тобой.

И без того, изнемогая,

Едва владею я собой.

Сумароков не ограничивался только любовной тематикой, в некоторых стихотворениях показаны размышления о кратковременности человеческой жизни, тленности земного существования (“На суету человека”, “Ода на суету мира”), страхе перед смертью (“Плачу и рыдаю…”, “Часы”); часто возникают образ одинокого и гонимого человека, не находящего себе покоя (“На морских берегах я сижу…”, “На отчаяние”). И появлялись подобные мотивы в лирике Сумарокова отнюдь не случайно. Его борьба с общественными пороками не давала желаемого результата, и происходящие социально-политические изменения в стране (усиление самодержавия, волна крестьянских выступлений) разжигали его сомнения в том, что достижение гармонии в социальном отношении возможно. Поэтому он начинает искать некую золотую середину, среднее между миром зла и насилия и миром красоты и добра. Внутреннее нравственное усовершенствование человека, сдерживание своих страстей с помощью разума – вот что было его идеалом на то время.

Читайте также:  Бородин: сочинение

Понятно, что подобные сомнения не умещались в рамки классицизма, и последователи Сумарокова положили начало новым эстетическим принципам в литературе.

Чтобы полнее представить себе значение лирики Сумарокова в развитии русской поэзии, следует отметить еще и ее жанровое своеобразие, богатство строфики и ритмики, довольно простой (иногда даже разговорный) язык, из чего видна связь с народным творчеством.

В 40—50е гг. XVIII в. перед русским культурным обществом стояла задача создания национального публичного театра, и рождение русской драматургии тесно связано с именем Сумарокова. Он писал и трагедии, строго выдержанные в правилах классицизма, морально воспитывающие зрителя; и комедии, также направленные на воспитание.

Однако наибольшей популярностью у современников пользовались его басни, в которых особенно ярко проявилась сатирическая и обличительная направленность его творчества. Он стал новатором в области баснописания, наполнив их злободневным содержанием, показывая общественные пороки и людские недостатки. Не избежали участи быть осмеянными и некоторые его литературных противников – Ломоносов, Тредиаковский.

Сумарокова можно назвать и сатириком, и просветителем, он всегда боролся со злом и несправедливостью

Доколе дряхлостью иль смертью не увяну,

Против порока я писать не перестану!

и пользовался уважением таких его известных современников, как А.Н. Радищев, Н.И. Новиков. Критик В.Г. Белинский так отзывался о нем: “Сумароков имел у своих современников огромный успех, а без дарования, воля ваша, нельзя иметь никакого успеха ни в какое время”.

Сумароков: сочинение

” в конце слова из фразы. Например:

Критерий близости

” в конце фразы. Например, для того, чтобы найти документы со словами исследование и разработка в пределах 2 слов, используйте следующий запрос:

Релевантность выражений
Поиск в интервале

Сумароков, Александр Петрович – Полное собрание всех сочинений, : В стихах и прозе,

Карточка

Полное собрание всех сочинений, : В стихах и прозе, / Покойнаго действительнаго статскаго советника, ордена св. Анны кавалера и Лейпцигскаго ученаго собрания члена, Александра Петровича Сумарокова. ; Собраны и изданы в удовольствие любителей российской учености Николаем Новиковым, членом Вольнаго Российскаго собрания при Имп. Московском университете. – Москва : Унив. тип., у Н. Новикова, 1781-1782. – 8°.
Объявл. о плане изд. и условиях подписки – “Моск. ведомости”, 1780, 8. I, № 3, с.22-24
Фронт. – портр. А.П. Сумарокова с подписью: Рис. И. Перелывкин. Грид: Н:Саблин
Под портр. четверостишие М.М.Хераскова, подписанное инициалами: М.Х.
Оглавление всех 10 частей (Ч.10. С.[9-56]) ; [Списки подписавшихся на изд.] (Ч.1. С.[5-15]; Ч.10, С.[3-8])

Marc21

LDR02237nam#a22002891ia4500
001003338282
00520121211164435.0
008071101m17811782ru#####f######000|0#rus#d
035##
$a RUNLRA125062
040##
$a RuMoRGB
$b ru
$c RuSpRNB
$d RuMoRGB
$e rcr
0410#
$a rus
044##
$a ru
1001#
$a Сумароков, Александр Петрович
$d 1717-1777
24500
$a Полное собрание всех сочинений, :
$b В стихах и прозе,
$c Покойнаго действительнаго статскаго советника, ордена св. Анны кавалера и Лейпцигскаго ученаго собрания члена, Александра Петровича Сумарокова. ; Собраны и изданы в удовольствие любителей российской учености Николаем Новиковым, членом Вольнаго Российскаго собрания при Имп. Московском университете
260##
$a Москва
$b Унив. тип., у Н. Новикова
$c 1781-1782
300##
$c
500##
$a Объявл. о плане изд. и условиях подписки – “Моск. ведомости”, 1780, 8. I, № 3, с.22-24
500##
$a Фронт. – портр. А.П. Сумарокова с подписью: Рис. И. Перелывкин. Грид: Н:Саблин
500##
$a Под портр. четверостишие М.М.Хераскова, подписанное инициалами: М.Х.
5058#
$a Оглавление всех 10 частей (Ч.10. С.[9-56]) ; [Списки подписавшихся на изд.] (Ч.1. С.[5-15]; Ч.10, С.[3-8])
5104#
$a СК XVIII
$c 6940
7001#
$a Саблин, Николай Яковлевич
$d 1730-1808
$e гравёр
7001#
$a Перелывкин, Иван Прокофьевич
7001#
$a Херасков, Михаил Матвеевич
$d 1733-1807
7102#
$a Московский университет
$b Типография
7202#
$a Санкт-Петербургская духовная семинария, Фундаментальная библиотека
979##
$a mk18vrus

Описание

Автор
ЗаглавиеПолное собрание всех сочинений, : В стихах и прозе,
Дата поступления в ЭК01.11.2007
КаталогиСтаропечатные книги (изданные с 1450 по 1830 г.)
Сведения об ответственностиПокойнаго действительнаго статскаго советника, ордена св. Анны кавалера и Лейпцигскаго ученаго собрания члена, Александра Петровича Сумарокова. ; Собраны и изданы в удовольствие любителей российской учености Николаем Новиковым, членом Вольнаго Российскаго собрания при Имп. Московском университете
Выходные данныеМосква : Унив. тип., у Н. Новикова, 1781-1782
Физическое описание
ПримечаниеОбъявл. о плане изд. и условиях подписки – “Моск. ведомости”, 1780, 8. I, № 3, с.22-24
Фронт. – портр. А.П. Сумарокова с подписью: Рис. И. Перелывкин. Грид: Н:Саблин
Под портр. четверостишие М.М.Хераскова, подписанное инициалами: М.Х.
Оглавление всех 10 частей (Ч.10. С.[9-56]) ; [Списки подписавшихся на изд.] (Ч.1. С.[5-15]; Ч.10, С.[3-8])
ЯзыкРусский

Состав

Полное собрание всех сочинений, : В стихах и прозе, / Покойнаго действительнаго статскаго советника, ордена св. Анны кавалера и Лейпцигскаго ученаго собрания члена, Александра Петровича Сумарокова. ; Собраны и изданы в удовольствие любителей российской учености Николаем Новиковым, членом Вольнаго Российскаго собрания при Имп. Московском университете. – Москва : Унив. тип., у Н. Новикова, 1781-1782. – 8°.
Ч.2: [Оды торжественныя; Оды разныя; Оды вздорныя; Слово I-VIII] [Текст]. – 1781. – [8], 360 с. ещё
Хранение: FB 30 6/336;
Хранение: MK МК Н-8 / 81-С;
Хранение: MK МК С-II / 8-С;
Хранение: OMF2 Ф 1/573;
Хранение: MK МК Н-8 / 81-С;

Читать Сумароков, Александр Петрович (1717-1777).

Полное собрание всех сочинений, : В стихах и прозе, / Покойнаго действительнаго статскаго советника, ордена св. Анны кавалера и Лейпцигскаго ученаго собрания члена, Александра Петровича Сумарокова. ; Собраны и изданы в удовольствие любителей российской учености Николаем Новиковым, членом Вольнаго Российскаго собрания при Имп. Московском университете. – Москва : Унив. тип., у Н. Новикова, 1781-1782. – 8°.
Ч.3: [Трагедии; Хорев; Гамлет; Синав и Трувор; Аристона; Семира; Ярополк и Димиза] [Текст]. – 1781. – [3], 396 с. ещё
Хранение: MK МК Н-8 / 81-С;
Хранение: OMF2 Ф 1/574;

Читать Сумароков, Александр Петрович (1717-1777).

Полное собрание всех сочинений, : В стихах и прозе, / Покойнаго действительнаго статскаго советника, ордена св. Анны кавалера и Лейпцигскаго ученаго собрания члена, Александра Петровича Сумарокова. ; Собраны и изданы в удовольствие любителей российской учености Николаем Новиковым, членом Вольнаго Российскаго собрания при Имп. Московском университете. – Москва : Унив. тип., у Н. Новикова, 1781-1782. – 8°.
Ч.4: [Трагедии:Вышеслав; Димитрий Самозванец; Мстислав. Новыя лавры, пролог. Прибежище добродетели, баллет. Оперы: Альцеста; Цефал и Прокрис. Пустынник. Драма. Любовная гадательная книжка. Мнение во сновидении о французских трагедиях.] [Текст]. – 1781. – [3], 356 с. ещё
Хранение: MK МК Н-8 / 81-С;
Хранение: OMF2 Ф 1/575;

Читать Сумароков, Александр Петрович (1717-1777).

Полное собрание всех сочинений, : В стихах и прозе, / Покойнаго действительнаго статскаго советника, ордена св. Анны кавалера и Лейпцигскаго ученаго собрания члена, Александра Петровича Сумарокова. ; Собраны и изданы в удовольствие любителей российской учености Николаем Новиковым, членом Вольнаго Российскаго собрания при Имп. Московском университете. – Москва : Унив. тип., у Н. Новикова, 1781-1782. – 8°.
Ч. 5: [Комедии: Опекун; Лихоимец; Три брата совместники; Ядовитый; Нарцисс; Приданое обманом; Чудовищи; Тресотиниус; Пустая ссора.] [Текст]. – 1781. – [3], 392 с. ещё
Хранение: MK МК Н-8/81-С;

Читать Сумароков, Александр Петрович (1717-1777).

Полное собрание всех сочинений, : В стихах и прозе, / Покойнаго действительнаго статскаго советника, ордена св. Анны кавалера и Лейпцигскаго ученаго собрания члена, Александра Петровича Сумарокова. ; Собраны и изданы в удовольствие любителей российской учености Николаем Новиковым, членом Вольнаго Российскаго собрания при Имп. Московском университете. – Москва : Унив. тип., у Н. Новикова, 1781-1782. – 8°.
Ч.6: [Комедии: Рогоносец по воображению; Мать совместница дочери; Вздорщица. Краткая московская летопись. Первый и главный стрелецкий бунт и др. статьи.] [Текст]. – 1781. – [4], 395 с. ещё
Хранение: MK МК Н-8 / 81-С;
Хранение: OMF2 Ф 1/577;

Читать Сумароков, Александр Петрович (1717-1777).

Полное собрание всех сочинений, : В стихах и прозе, / Покойнаго действительнаго статскаго советника, ордена св. Анны кавалера и Лейпцигскаго ученаго собрания члена, Александра Петровича Сумарокова. ; Собраны и изданы в удовольствие любителей российской учености Николаем Новиковым, членом Вольнаго Российскаго собрания при Имп. Московском университете. – Москва : Унив. тип., у Н. Новикова, 1781-1782. – 8°.
Ч.7: [Притчи. Сатиры.] [Текст]. – 1781. – [14], 377 с. ещё
Хранение: MK МК Н-8 / 81-С;
Хранение: OMF2 Ф 1/578;

Читать Сумароков, Александр Петрович (1717-1777).

Полное собрание всех сочинений, : В стихах и прозе, / Покойнаго действительнаго статскаго советника, ордена св. Анны кавалера и Лейпцигскаго ученаго собрания члена, Александра Петровича Сумарокова. ; Собраны и изданы в удовольствие любителей российской учености Николаем Новиковым, членом Вольнаго Российскаго собрания при Имп. Московском университете. – Москва : Унив. тип., у Н. Новикова, 1781-1782. – 8°.
Ч.8: [Еклоги. Идиллии. Песни и хоры. Елегии любовныя.] [Текст]. – 1781. – [18], 1-379, 308 [=380] с. ещё
Хранение: MK МК Н-8 / 81-С;
Хранение: OMF2 Ф 1-579;

Читать Сумароков, Александр Петрович (1717-1777).

Полное собрание всех сочинений, : В стихах и прозе, / Покойнаго действительнаго статскаго советника, ордена св. Анны кавалера и Лейпцигскаго ученаго собрания члена, Александра Петровича Сумарокова. ; Собраны и изданы в удовольствие любителей российской учености Николаем Новиковым, членом Вольнаго Российскаго собрания при Имп. Московском университете. – Москва : Унив. тип., у Н. Новикова, 1781-1782. – 8°.
Ч.9: [Разныя стихотворения. Некоторые строфы двух авторов. Разныя прозаическия сочинения и переводы.] [Текст]. – 1781. – [18], 374 с. ещё
Хранение: MK МК Н-8 / 81-С;
Хранение: OMF2 Ф 1/580;

Читать Сумароков, Александр Петрович (1717-1777).

Полное собрание всех сочинений, : В стихах и прозе, / Покойнаго действительнаго статскаго советника, ордена св. Анны кавалера и Лейпцигскаго ученаго собрания члена, Александра Петровича Сумарокова. ; Собраны и изданы в удовольствие любителей российской учености Николаем Новиковым, членом Вольнаго Российскаго собрания при Имп. Московском университете. – Москва : Унив. тип., у Н. Новикова, 1781-1782. – 8°.
Ч.10: [Разныя прозаическия сочинения и переводы. Наставление младенцам. Мораль, история и география] [Текст]. – 1782. – [56],248 с. ещё
Хранение: MK МК Н-8 / 81-С;
Хранение: OMF2 Ф 1/581;

Читать Сумароков, Александр Петрович (1717-1777).

Полное собрание всех сочинений, : В стихах и прозе, / Покойнаго действительнаго статскаго советника, ордена св. Анны кавалера и Лейпцигскаго ученаго собрания члена, Александра Петровича Сумарокова. ; Собраны и изданы в удовольствие любителей российской учености Николаем Новиковым, членом Вольнаго Российскаго собрания при Имп. Московском университете. – Москва : Унив. тип., у Н. Новикова, 1781-1782. – 8°.
Ч.1: [Преложение псалмов; Оды и другия духовныя сочинения и преложения; Надписи; Отрывки; Описание огненнаго представления, в первый вечер, новаго года 1760; Епистолы; Наставление хотящим быти писателями] [Текст]. – 1781. – [32], 364 с., [1] л. фронт. ещё
Хранение: MK МК Н-8 / 81-С;
Хранение: OMF2 Ф 1/572;

Об авторе

Сумароков Александр Петрович [14(25). 11. 1717, Вильманстранд (ныне Лаппеенранта, Финляндия), — 1(12).10.1777, Москва], русский поэт и драматург. Из старинной дворянской семьи. В 1732—1740 гг. учился в Сухопутном шляхетском корпусе, где начал писать стихи — первоначально в подражание В. К. Тредиаковскому. Популярность поэту принесли любовные песни, расходившиеся в списках. М. В. Ломоносов встретил их неодобрительно — Сумароков ответил ему «Критикой на оду» и противопоставил поэтике Ломоносова, построенной на «высоком» стиле и ограниченном числе жанров, собственную поэтику, построенную на «среднем» стиле и максимальном жанровом разнообразии. В «Эпистоле о русском языке» (1747) Сумароков сформулировал основные стилистические требования — ясность и логичность (в противовес усложненной метафорике Ломоносова), а в «Эпистоле о стихотворстве» (1747) сформулировал принципы поэтики основных жанров классицизма. В середине XVIII века языковая и литературная программа Сумарокова была главной альтернативой поэтике Ломоносова. Полемика между Ломоносовым, Тредиаковским и Сумароковым в 1750-е годы представляла собой важнейший этап в формировании эстетики и художественной практики русского классицизма.

От песен Сумароков перешел к стихотворным трагедиям. До появления его первых трагедий — «Хорев» (1747), «Гамлет» (1748), «Синав и Трувор» (1750) — русская драматургия жила традициями так называемой школьной драмы XVII века с ее аллегорическими сюжетами и условно-мифологическими персонажами. Сумароков впервые в истории русского театра создал трагедии, основанные на опыте французской и немецкой просветительской драматургии 1730—1740-х годов. В них Сумароков соединил любовные темы с философской и социальной проблематикой. Появление трагедий послужило стимулом для создания Российского театра, директором которого Сумароков был в 1756—1761 гг.

В 1755 г. Сумароков фактически возглавил отдел поэзии академического журнала «Ежемесячные сочинения», в котором начали публиковаться его последователи и ученики — А. А. Ржевский, С. В. Нарышкин, А. А. Нартов, И. П. Елагин, М. М. Херасков. К авторам, принадлежавшим к литературной школе Сумарокова, относятся также молодые поэты херасковского кружка — И. Ф. Богданович, В. И. Майков и др. С января по декабрь 1759 г. Сумароков издавал первый частный русский литературный журнал «Трудолюбивая пчела», в котором выступал на стороне оппозиционной придворной группы, ориентировавшейся на будущую императрицу Екатерину II. С началом екатерининского царствования его литературная слава достигла зенита.

Читайте также:  Грибоедов: сочинение

В конце 1750-х — начале 1760-х годов Сумароков пишет притчи (басни), направленные против бюрократического произвола, взяточничества, бесчеловечного обращения с крепостными. «Притчи» были изданы в трех книгах (кн. 1—2, 1762; кн. 3, 1769). В посмертном Полном собрании сочинений притчи собраны в шесть «книг».

В 1768—1769 гг. Сумароков был занят подготовкой и изданием своих сочинений. Он переработал и напечатал семь ранних пьес, пять из которых не были еще опубликованы, а также составил из своих старых стихотворений, большая часть которых была заново отредактирована, том «Разных стихотворений» (1769), подводя итог целому периоду своей лирики.

В 1769—1773 гг. Сумароков жил в Москве, где создал свои лучшие комедии («Рогоносец по воображению», «Мать — совместница дочери», «Вздорщица» — все 1772) и трагедию «Дмитрий Самозванец» (1771). Трагедия «Мстислав» была написана и издана позже в Петербурге (1774). В комедиях, которые Сумароков начал писать с 1750 г., сильна обличительно-бытовая струя, в них порой дается дифференцированная речевая характеристика персонажей; в этом отношении они некоторыми своими чертами предвосхищают комедии Д. И. Фонвизина.

В Петербурге Сумароков ставит в Придворном театре свои последние пьесы и в 1774 г. издает сборники новых и переработанных старых стихотворений: «Елегии любовные», «Еклоги», «Оды торжественные», «Сатиры». Книга «Стихотворения духовные» (ч. 1—3, 1773—1774) содержит почти полное переложение «Псалтыри» (за исключением трех псалмов — 20, 52 и 107).

Последние годы жизни писателя были омрачены материальными лишениями, ссорой с родственниками из-за брачного мезальянса, утратой былой популярности и пристрастием к алкоголю, которое свело его в могилу.

Об издании

«Полное собрание всех сочинений» Сумарокова в 10 частях было напечатано в типографии Н. И. Новикова (1781—1782). После этого собрания сочинений или хотя бы сборники стихотворений Сумарокова не издавались вплоть до 1935 г. В 1990 г. вышли «Драматические сочинения» Сумарокова под редакцией Ю. В. Стенника. Торжественные оды и любовные элегии Сумарокова были собраны под одной обложкой в 2009 г. в издании под редакцией Р. Вроона.

В настоящем разделе РВБ публикуются избранные произведения Сумарокова по тексту 2-го издания Большой серии «Библиотеки поэта», подготовленного П. Н. Берковым (Л.: Сов. писатель, 1957). На сегодняшний день это наиболее полное критическое издание поэтического наследия Сумарокова (драматургические произведения представлены здесь в крайне ограниченном объеме). В приложении опубликованы статистические материалы: указатель словоформ и два указателя стиховых форм — алфавитный и жанрово-хронологический.

Лингвистические сочинения А.П.Сумарокова

Автор: Сумароков Александр Петрович

Лингвистические сочинения А.П.Сумарокова

Оригинал здесь — http://histling.nw.ru/reader/sumarokov/

Предлагаемые тексты воспроизводятся по изд.:

Полное собранiе всѣхъ сочиненiй, въ стихахъ и прозѣ, покойнаго Дѣйствительнаго Статскаго Совѣтника, Ордена Св. Анны Кавалера и Лейпцигскаго Ученаго Собранiя Члена, Александра Петровича Сумарокова. Собраны и изданы въ удовольствiе Любителей Россiйской Учености Николаемъ Новиковымъ Членомъ Вольнаго Россiйскаго Собранiя при Императорскомъ Московскомъ Университетѣ. Въ Москвѣ, въ Университетской Типографiи у Н.Новикова, 1787 года. Изданiе второе. Чч. I-X.

(Первое издание вышло в 1781 году.)


К типографским наборщикам (ч. VI, стр. 307—315).


О истреблении чужих слов из русского языка (ч. IX, стр. 244—247).


О стихотворстве камчадалов (ч. IX, стр. 248).


О коренных словах русского языка (ч. IX, стр. 249—256).


О правописании (ч. X, стр. 5—38).


Примечание о правописании (ч. X, стр. 38—47).


Наставление ученикам (ч. X, стр. 47—50).


О происхождении российского народа (ч. X, стр. 106—119).


О происхождении слова Царь (ч. X, стр. 140—141).

Къ типографскимъ наборщикамъ.

Когда вы набираете литеры для моихъ писемъ, я прошу васъ наблюдать слѣдующее. Силъ не ставить ни гдѣ; ни въ какомъ словѣ русскимъ людямъ они не надобны; мы пишемъ по русски не для чужестранцовъ, но для себя, а чужестранцы могутъ тѣмже образомъ и безъ силъ научаться нашему языку, какъ мы ихъ языку научаемся. Они знаковъ на слогахъ ударенія не ставятъ; однако мы безъ трудности ударенію словъ ихъ научаемся. Сея ради причины у насъ силы уже выброшены, кромѣ словъ безъ силы два или ежели есть и болѣе знаменованій имѣющихъ; и такъ я говорю объ оставшихъ не надобныхъ намъ силахъ. Гдѣ должно сказать, сêрдца и гдѣ сердцà, то всякой русской человѣкъ и безъ сего ему типографскаго предваренія пойметъ, а по складу и чужестранецъ не ошибется, ежели знаетъ по Русски. Силы дѣлаютъ справщику и вамъ трудъ ни кому не полезный, и трудъ автору въ поправкѣ набраннаго ево сочиненія. Когда исчезнутъ силы, исчезнетъ съ ними и пестрота обезображивающая прекрасную нашу нынѣшнюю печать. Собственныя имена такъ же силъ не требуютъ; ибо удареніе въ собственныхъ именахъ на Русскомъ языкѣ отъ удареній чужестранныхъ языковъ отмѣняется по нашему свойству. На пр. Елегіа по свойству нашихъ удареній Елêгія, Еклога, Еклóга, и пр. А ежели которыя имена остаются и въ прежнемъ своемъ свойствѣ, и тѣ легко понять можно, по примѣру другихъ именъ изъ того языка, тѣмъ образомъ, которымъ догадываются не ставя силъ чужестранцы. А ежели какое не важное собственное имя и на вывороть молвится, такъ сколько не важно то имя, столько не важна та и погрѣшность. Лутче ставить силу надъ словами чужестранными, въ которыхъ намъ нѣтъ нужды, и которыя присвоены быть не могутъ, и для того ихъ силою почтить, что они силою въѣхали въ языкъ нашъ и которыя трудно выжить, потому что десять человѣкъ выталкиваютъ, а многія ихъ тысячи ввозятъ. Ето мнѣ смѣшно что мы втаскиваемъ чужія слова, а то еще и смѣшняе, что тому не многія смѣются, хотя языкъ народа и не послѣднее дѣло въ народѣ. Или можетъ быть я грѣшу, что тому смѣюся, а они благопристойно поступаютъ, и ради того не смѣются, что то не смѣха, но сожалѣнія достойно. Имена прилагательныя кончаются у меня во множественномъ всѣхъ родовъ въ именительномъ падежѣ на Я. И потому что я по единому только собственному моему произволенію ни какихъ себѣ правилъ не предписываю, и не только другимъ но и самому себѣ въ грамматикѣ законодавцемъ быть не дерзаю, памятуя то, что Грамматика повинуется языку, а не языкъ Грамматикѣ; такъ долженъ я объявить вамъ, ради чево я всѣ прилагательныя такъ окончеваю. Ради того что всѣ такъ говорятъ. А для чево такъ говорить начали, о томъ спросите древнихъ предковъ нашихъ, ежели вы къ тому случай имѣете. А всенароднаго употребленія не возможно опровергнуть, да и не для чево. Другой на сіе доводъ столько же важенъ: Въ Славенскихъ нашихъ книгахъ, прилагательныя имена, множественнаго числа въ единственномъ, рода мужескаго кончаются на И. Въ женскомъ и въ среднемъ на Я. Ежели намъ слѣдуя тому поступать; такъ мы Славенскимъ мужескимъ окончаніемъ введемъ нѣчто не свойственное въ нынѣшній языкъ нашъ, къ чему народъ не только привыкать не можетъ, но и не станетъ. Какомужъ послѣдуя правилу окончеваете вы во множественномъ прилагательныя имена на Е? Вы скажете: такъ пишутъ нынѣ. Кто такъ пишетъ нынѣ? Всѣ, вы скажете. Право не всѣ, ибо не всѣ еще симъ заражены, и никогда не заразятся, а то, что не имѣетъ ни малѣйшаго основанія, стоять не можетъю Предлогъ, При, въ сложенныхъ съ нимъ словахъ ставить такъ какъ онъ есть, не премѣняя литеры И, въ I, ибо всякое слово, гдѣ бы оно вставлено ни было, тѣмъ же словомъ остается, что оно было; слѣдственно и литеры свои удержать должно: Оно знаменованія своево не теряетъ, и ни мало отъ существа своево не отходитъ. Изъ словъ, Множить, У, При, составляется слово, пріумножить. Для чево жъ писать прiумножить? или изъ словъ Яти, При и Не, составленное слово, неприятель, для чево писать непрiятель? что въ Славенскихь нашихъ книгахъ слѣдуя правилу, что бы предъ гласною литерою ставить I, не здѣлано выключки на предлогъ, при, ето учинено забвеніемъ, не представивъ себѣ, что безъ выключки мало правилъ, или хотѣлося переводчикамъ покорить закону своему, непокоряющееся правилу ихъ, при. Имъ ето удалось; я только бѣдному, при, и нѣкоторыя мои сообщники, къ слабому ево защищенію остался. Не только предлогу, при, и человѣку бѣдному не скоро судъ сыскать можно, а особливо ежели судьи несправедливаго мнѣнія, или какое пристрастіе имѣютъ. Тогда отъ судей челобитчику такое рѣшеніе выходитъ: Отказать; ибо мы того здѣлать не хотимъ. Имена существительныя кончающiяся на Ь, суть рода женскаго; такъ ради чево имѣющія охоту переламывать правилами языкъ говорятъ великой камень, великой пламень, а не великая камень и не великая пламень ? Ето бы лутче было, по тому что не было бы выключки. Что менше правилъ, то легче языку научиться, а нѣкоторыя думаютъ, что въ легкости языка немалое состоитъ достоинство; однако тотъ Алмазъ не дешевле, которой легче. Мнѣ думается, что въ умѣренной тягости языка больше найти можно достоинства, по тому что отъ того больше разности, а гдѣ больше разности, тамъ больше пріятности и красоты, ежели разность не теряетъ согласія. Трудность языка къ наученію больше требуетъ времени, но больше принесетъ и удовольствія. При, и томъ, по и томъ дѣлаете вы однимъ словомъ, и когда набираете, потомъ, ставите силу такъ изображая: потóмъ, чтобъ не было выговорено, пóтомъ. Не сопрягайте двухъ словъ въ одно, когда вы мои письма набираете. Палочекъ между словъ не ставьте, на прим: по-морю, еще хуже набирать такія рѣчи какъ по морю, а ставить силу на односложномъ словѣ такъ: пó морю или съ палочкою пó-морю. Гдѣ свѣтло тамъ свѣчъ не зажигаютъ, а что ясно о томъ толковать не надобно: гдѣ поставлено по морю, всякъ будетъ читать и безъ предваренія по морю, а не по мóрю. Односложныя слова уже и для чужестранцовъ силъ не требуютъ; ибо гдѣ одна только гласная литера, тамъ ударенія на оную ни кто обойти не можетъ. Два не могутъ быть не два, а три не могутъ быть не три, подобно не можно не ударить голосомъ въ литеру гласную, ежели она одна только, а Хореи наши и Ямбы составленныя изъ двухъ долгихъ слоговъ суть Спондеи, какъ изъ двухъ короткихъ Пиррихiи, и употребляются слагательными стопъ по необходимости. Спондеи претворяются въ Хореи и Ямбы силою и удареніемъ мысли, а Пиррихии остаются слабыми двусложными стопами, что стопослагатели хотя и тщатся обѣгать, но ни въ самомъ пресѣчении стиха всегда обѣжать не могутъ, ежели для сей маловажной причины не хотятъ уменшить красоты въ изображении мысли своей. Щастливы тѣ въ ономъ, которыя о красотѣ мыслей не пекутся, или паче достигнуть ея суетную надежду имѣютъ. Они безъ сожалѣнія риѳмѣ, пресѣченію и стопѣ, мысли свои на жертву приносятъ. Не безщастны и тѣ, которыя сочиняя стихи съ риѳмами, ни о чистыхъ стопахъ ни о хорошихъ риѳмахъ не думаютъ, а всѣхъ щастливяе тѣ, которыя сочиняя стихи, ни о чемъ не думаютъ; ето всево легче. Въ собственныхъ именахъ по свойству произношенія нашего языка, ежели слѣдуетъ послѣ I, А, ставьте, вездѣ въ моихъ сочиненіяхъ Я. На прим: вмѣсто, Діана, Маріа, Наталіа. Діяна, Марія, Наталія. Въ другихъ словахъ изъ языковъ чужихъ такъ же, на прим: вмѣсто, Елегіа, Церемоніа, Азіа, Иліада: Елегія, Церемонія, Азія, Иліяда, ибо произношенію нашему не свойственно. А и У въ срединѣ и въ концѣ слова безъ литеръ безгласныхъ выговаривать по естеству ихъ и всегда кромѣ начала слова А, и У, стоя одни перемѣняются въ Я, и Ю; Не говорится Iунь, Iуль, Iудея, но Iюнь, Iюль, Iюдея. Грубой гласной литеры У, древнія Славяны и въ началѣ слова не выговаривали, прилагая къ У, О, для умягченія грубости литеры У, непріятельницы музыки, и выговаривали О, весьма коротко, которое почти не слышно было, лишь только смягчало грубость литеры У, и ради того во всѣхъ нашихъ древнихъ книгахъ У, безъ О, въ началѣ ни гдѣ не положено. А у Грековъ, У, изъ двухъ литеръ по той же причинѣ составляется. При безгласныхъ посреди слова ставился у насъ вездѣ Икъ, которой мягче нежели У, произносился, что и нынѣ наблюдать надобно: на концѣ стоя У, одно, премѣнялося оно въ Ю, и только стоя на концѣ съ безгласною литерою произносилося, когда грубость ево дѣйствовать не можетъ. Свойственно естеству человѣческому, а можетъ быть и всякому животному грубое произношеніе голоса сколько можно умягчать, отъ чего родилась музыка и стопосложеніе. Всѣ языки имѣютъ грубости, одинъ болѣе, другой менѣе; ибо языки составляются не учеными людьми, но людьми, и не одними разсудительными, но всякими; такъ тожъ естество, которое въ грубости впадетъ, оныя грубости и смягчаетъ. Языки разныя имѣютъ суровости; разныя къ тому и способы употребляются. Въ нашемъ языкѣ слуху досаждаютъ изъ несогласныхъ литеръ составленныя слоги, а особливо изъ трехъ безгласныхъ литеръ, или когда конецъ слова, съ началомъ того слова, которое слѣдуетъ ему, не согласенъ: что я хотя и весьма наблюдаю стараяся разносить какъ возможно слова непріятно слуху сражающіяся, да не только въ стихахъ но и въ простой рѣчи; однако не всегда то здѣлать можно, а языка ломать не надлежитъ; лутче суровое произношеніе нежели странное словъ составленіе. Суровыя слоги суть такова свойства: Гла, хла, мгла, жгла и пр: тому подобныя. Суровыя выраженія суть такова свойства: Буквъ безгласныхъ спряженіе. Безъ похвалъ твердость злата. Есть жизнь многолѣтна. Совѣсть злая. Прахъ трехъ правоучителей. Верстъ мгновенно. Отворять врата. Взглядъ перемѣнить и пр. На противъ того гласныя наши литеры предовсѣми извѣстныхъ языковъ превосходство имѣютъ, и ими смягчаемъ мы пріятнѣйшимъ образомъ суровости нѣкоторыхъ нашихъ слоговъ. Не только А въ Я, и У въ Ю, премѣняются, но всѣ гласныя въ выговорѣ часто премѣняются. О въ А; ибо А мягче слышится, и суровъ онъ только послѣ гласной литеры. И, премѣняется въ выговорѣ въ IИ. Е въ началѣ и въ концѣ слова всегда двугласная литера. Вошла было въ нашу Азбуку странная литера для изъясненія словъ чужихъ; однако сей пришлецъ выгнанъ, и ставимъ мы въ тѣхъ мѣстахъ, где она становиться хотела, старинную свою литеру Е, и чужія слова по свойству нашего произношенія изображаемъ ею на пр. Ева, Европа, Евнухъ, и пр. А что не говорятъ, Еденбургъ, Едуардъ, Ерцгерцогъ, а по свойству другихъ языковъ произносятъ, тому притчина та, что мы свой выговоръ и языкъ портить намѣрены, и во всякихъ обстоятельствахъ Нѣмецкой и Французской языкъ прекрасному своему языку предпочитаемъ, котораго красоты многія и не знаютъ, а не зная красоты природнаго языка, можно ли красоты познать чужихъ языковъ, ето я предаю разсужденію всѣхъ людей, кромѣ самыхъ невѣжъ, которыхъ какъ велико число, я не вѣдаю. Слѣдуйте въ правописании и во многомъ протчемъ до Грамматики и до вашей должности касающемся, больше древнимъ переводамъ Греческихъ книгъ, нежели худымъ съ Немецкаго и Французскаго языковъ переводамъ, отмѣняя враки переводчиковъ, ежели они вамъ позволятъ. Вы знаете, что не только многія переводчики, но и нѣкоторыя Авторы грамотѣ еще менше знаютъ нежели подьячія, которыя высокомѣрятся любимыми своими словами, Понеже, Точію, Якобы, Имѣетъ быть, Не имѣется, и протчими такими. А о подьячихъ не заключайте, что они искусняе васъ, что въ два яруса ставятъ литеры и четыре литеры узорно въ словѣ Лѣта, перепутываютъ, ниже изъ того что они богатяе васъ, вседневно примѣчая что безграмотныя люди всегда грамотныхъ людей богатяе бываютъ. А писцами называются они Иронически, потому что они писать не умѣютъ, да ето жъ и не ихъ должность; ихъ должность обирать.

Читайте также:  Сочинения на английском: сочинение

О истребленiи чужихъ словъ изъ Русскаго языка.

Воспрiятiе чужихъ словъ, а особливо безъ необходимости, есть не обогащенiе, но порча языка. Тако долговременно портился притяженiемъ Латинскихъ словъ Нѣмецкой, испортился Польской, перьвый отъ единаго съ нашимъ отца, а другой тотъ, который нашъ, только съ нѣ-которою отмѣною, почти какую и Россiйскiя области между собою въ нарѣчiи имѣютъ, и какъ портится Нѣмецкими и Французскими словами Русской. Честолюбiе возвратитъ насъ когда нибудь съ сего пути несумнѣннаго заблужденiя; но языкъ наш толико сею зараженъ язвою, что и теперь уже вычищать ево трудно; а ежели сiе мнимое обогащенiе еще нѣсколько лѣтъ продлится, такъ совершеннаго очищенiя не можно будетъ больше надѣяться. Какая нужда говорить вмѣсто Плоды, Фрукты? вм. Столовой приборъ, столовой сервизъ? вм: Передняя комната, Антишамбера? вм: комната, Камера? вм: Верьхнее платье, Сюртутъ? вм: Похлебка, Супъ? вм: Мамка, Гувернанта? вм: Любовница, Аманта? въ картахъ вм: Козырь, Король, Краля, Хлапъ, Атутъ, Роа, Дама, Валетъ? вм: Насмехаться, Мокероваться? вм: Похвала, Еложь? вм: Князь, Принц? вм: Кошелекъ, Бурса? вм: уборной столъ, Нахтишъ и Тоалетъ? вм: Задумчивъ, Пансивъ? вм: Переписка, Корреспонденцiя, и еще чудняе, Каришпанденцiя? Начальный поваръ, Кихенмейстеръ, и чудняе Кухмистръ, не отъ поварни, да отъ пирога, и Мистръ, вмѣсто Мейстер? вм: Бритовщикъ, изломанно, Фершелъ? вм: Часть книги, Томъ? вм: Изданiе книги, Едицiя? вм: Остроумiе, Жени? вм: Разсужденiе, Бонсанъ? вм: Воспитанiе, Едюкацiя? вм: Великолѣпно, Манифик? вм: Нѣжно, Деликатно? вм: Страсть, Пассiя? Но кто все то перечесть можетъ! Сказывано мнѣ, что нѣкогда Нѣмка Московской Нѣмецкой слободы говорила: Mein мужъ, kam домой, stieg черезъ заборъ und fiel ins грязь. Ето смѣшно; да и ето смѣшно: Я въ дистракцiи и дезеспере; Аманта моя здѣлала мнѣ инфиделите; а я а ку сюръ противъ риваля своево буду реванжироваться. Странны чужiя слова въ разговорахъ, въ письмѣ еще странняе, а въ печати и того странняе. Что скажетъ потомство! Предки наши нѣсколько Татарскихъ словъ присвоили нашему языку, изъ которыхъ мы уже нѣкоторыхъ не въ силахъ выгнать, напр. Казанъ, Кафтанъ и пр. а въ гораздо прежнiя времена вмѣсто, Конь, присвоено слово Лошадь, отъ АЛАША, и АТЪ, Мѣринъ, и хотя Мѣринъ по Нѣмецки отъ древняго Ски?скаго языка называется Wallach; однако мы не отъ древнихъ Ски?овъ но отъ новыхъ Татаръ прiявъ слово Лошадь, Коня, въ нее преобратили; ибо въ Славенскихъ нашихъ книгахъ Конь Лошадью ни гдѣ не называется, и слово лошадь хотя и неисходимо нашему языку присвоено, однако всегда пребудетъ словомъ низкимъ какъ кафтанъ и всѣ новыя не къ стати введенныя въ нашъ языкъ дикiя слова. Отъ Немецкихъ и Французскихъ словъ Русскому языку сея же судьбины ожидать надобно. Греческiя слова введены въ нашъ языкъ по необходимости, и дѣлаютъ ему украшенiе, а Немецкiя и Французскiя намъ ненадобны, кромѣ названiя такихъ животныхъ, плодовъ, и протчаго, какихъ Россiя не имѣеть, напр. Рыба Карпъ. По сей необходимости и Стерлядь наша на Нѣмецкомъ и Французскомъ языкахъ Стерлядью, а Соболь Соболемъ называются. Сарделли, Каперсы, Оливки, Цитронъ, Апельсинъ, Померанецъ, и пр. А Куликъ Бекасомъ и протчее тому подобное, чужими именами напрасно называются. Греческiя слова, какъ напр. Порфира, Скипетръ, Дiадима, имена наукъ, болѣзней и протчiя надобныя слова для изъясненiя точности потребны нашему языку. Они ж въ Латинской и во всѣ Европейскiя языки войти право имѣли; ибо старанiе Грековъ въ нужныхъ именованiяхъ на верьхъ совершенства взошло, и получило почтенiе воспрiято быть Римлянами, а потомъ и всею Европою для избѣжанiя великiя трудности въ изъисканiи новыхъ нужныхъ именованiй, а нѣкоторыя ихъ слова съ необходимыми и безъ нужды въ чужiя вошли языки, и съ необходимыми ради единыя красоты ихъ утвердилися, какъ на нашемъ языкѣ Тронъ; ибо и Престолъ то же знаменуетъ; а притомъ и великолѣпно слышится. Таковымъ образомъ вошло слово Корона въ Русской языкъ, и знаменуетъ то же что и Вѣнецъ. Ради необходимости многiя Греческiя слова стали быть словами всѣмъ языкамъ общими. И тако воспрiятыя Греческiя слова присвоены нашему языку достохвально, а Нѣмецкiя и Французскiя языкъ наш обезображивают.

О стихотворствѣ Камчадаловъ.

Свобода, Праздность и Любовь, суть источники Стихотворства. Они способы въ изображеніи естества человѣческому остроумію и в самой грубой природѣ. Чувствіе человѣческое равно, хотя и мысли непросвѣщенны. Мысли наши единымъ чувствіемъ провождаемы, лутчими словами изображаются нежели, искусствомъ, хотя искусство природѣ и весьма потребно. Щастливы тѣ, которыхъ искусство не ослѣпляетъ и не отводитъ отъ природы, что съ слабостію разума человѣческаго не рѣдко дѣлается. А говоря о стихотворствѣ, которое чистѣйшимъ изображеніемъ естества назваться можетъ, оно всего больше ослѣпленію искусства подвержено, что ясно доказали старающіяся превзойти Гомера, Софокла, Виргилія и Овидія. Останемся лутче въ границахъ природы и разума, и въ мысли таковой, что человѣку человѣчества превзойти не удобно. Природное чувствія изъясненіе изовсѣхъ есть лутчее, чему пріобщенная при семъ Камчатская пѣсенка изрядный свидѣтель.

А.П.Сумароков — литературное творчество и театральная деятельность

Ярчайшим представителем классицистической русской драматургии 18 века явился Александр Сумароков (1717 – 1777). Однако уже в его творчестве намечаются отличия от высокого «штиля», который декларировал Ломоносов. В «высокую трагедию» он вводил элементы среднего и даже низкого стиля. Причина такого творческого подхода заключалась в том, что драматург стремился придать жизненность своим творениям, вступая в конфликт с предшествующей литературной традицией.

Творчество и идеи пьес Сумарокова

Принадлежащий к древнему дворянскому роду и воспитанный на идеалах благородства и чести, он считал, что все дворяне должны соответствовать этой высокой планке. Обучение в Шляхетском корпусе, дружба и общение с другими молодыми дворянами-идеалистами только укрепило эту его мысль. Но действительность не соответствовала мечтам. Драматург повсеместно встречал в высшем свете леность, трусость, был окружен интригами и лестью. Это очень злило его. Необузданный характер молодого таланта часто приводил сочинителя к конфликтам с дворянским обществом. Например, Александр мог запросто швырнуть тяжелым стаканом в помещика, который с упоением рассказывал о том, как он наказывает своих крепостных. Но будущему гению многое сходило с рук, поскольку он снискал славу придворного поэта и пользовался покровительством монархов.

А.П.Сумароков, худ. Ф.Рокотов

Целью своего творчества – и драматургии, и поэзии – Сумароков считал воспитание у дворян благородных черт характера. Он рисковал даже поучать монарших особ, поскольку они не соответствовали нарисованному им идеалу. Постепенно менторство автора стало вызывать раздражение у двора. Если в начале своей карьеры драматург обладал особой неприкосновенностью, то под конец жизни драматург лишился покровительства даже Екатерины II, так и не простившей ему злобных эпиграмм и посланий. Умер Александр Петрович в одиночестве и нищете на 61-ом году жизни.

Его драматургия носила откровенно дидактический характер. Но это не значит, что она была неинтересна или неоригинальна. Пьесы Сумарокова написаны блестящим языком. Драматург снискал у современников славу

«северного Расина», «наперсника Буало», «российского Мольера».

Конечно, в этих пьесах наблюдается некоторая подражательность западным классицистам, но избежать этого было практически невозможно. Хотя русская драматургия 18 века была глубоко оригинальной, она не могла не использовать лучшие западные образцы для создание русских драматических произведений.

Трагедии Сумарокова

Перу Александра Петровича принадлежит 9 трагедий. Литературоведы разделяют их на две группы.

В первую входят трагедии, написанные в 1740-1750 года.

Это «Хорев» (1747), «Гамлет» (1748), «Синав и Трувор» (1750), «Аристона» (1750), «Семира» (1751), «Димиза» (1758).

Вторая группа трагедий была написана после 10-летнего перерыва:

«Ярополк и Димиза» (1768) (переработанная «Димиза» 1958 г.) «Вышеслав» (1768), «Димитрий Самозванец» (1771), «Мстислав» (1774).

От трагедии к трагедии тираноборческий пафос произведений автора увеличивается. Герои трагедий в соответствии с эстетикой классицизма четко делятся на положительных и отрицательных. В трагедиях практически минимум действий. Основную часть времени занимают монологи главных героев, зачастую обращенные к зрителю, а не к происходящему на сцене. В монологах автор со свойственной ему прямотой излагает свои нравоучительные мысли и принципы морали. За счет этого трагедии проигрывают в динамике, но суть пьесы оказывается заключенной не в действиях, а в речах героев.

Первая пьеса «Хорев» была написана и поставлена драматургом еще в годы обучения в Шляхетском корпусе. Она быстро снискала признание и популярность. Ее любила смотреть сама императрица Елизавета Петровна. Действие пьесы перенесено в эпоху Киевской Руси. Но «историчность» пьесы весьма условна, это всего лишь ширма для высказывания вполне современных для эпохи драматурга мыслей. Именно в этой пьесе автор утверждает, что не народ создан для монарха, а монарх существует для народа.

В трагедии воплощен характерный для Сумарокова конфликт между личным и общественным, между желанием и долгом. Главный герой пьесы – киевский царь Кий – сам повинен в трагической развязке конфликта. Желая проверить верность своего подданного Хорева, он поручает ему выступить против отца его возлюбленной Осмельды – Завлоха, некогда изгнанного из Киева. Финал трагедии мог бы быть и счастливым (как в вольном переводе «Гамлета» с измененной концовкой), но придворные козни губят возлюбленных. По мысли Александр Петровича, виной этому – деспотизм и спесь царя.

Наибольшее воплощение тираноборческая мысль получила в его последней трагедии – «Димитрий Самозванец». В пьесе содержатся прямые призывы к свержению царской власти, изложенные устами второстепенных персонажей: Шуйского, Пармена, Ксении, Георгия. Насколько сильный резонанс вызвала публикация и постановка трагедии, можно судить по реакции Екатерины II, прочитавшей сочинение и сказавшей, что это «на редкость вредная книжонка». В то же время эта трагедия шла в театрах вплоть до 20-х годов XIX века.

Комедии Сумарокова

Комедии автора, несмотря на то, что по своим художественным особенностям они слабее «высоких трагедий», имеют большое значение становлении и развитии русской драматургии. Как и трагедии, его комедийные пьесы написаны с «воспитательными», просветительскими целями, отличаются обличительным пафосом. Комедии, в отличие от трагедий, написаны прозой и не очень велики по объему (1-2, реже 3 акта). Они зачастую лишены четкой фабулы, происходящее в них похоже на фарс. Действующими лицами комедий драматурга являются люди, замеченные им в обычной жизни: попы, судьи, крестьяне, солдаты и т.д.

Самой сильной стороной комедий являлся их пестрый и глубоко оригинальный язык. Несмотря на то, что автор тратил на создание комедий гораздо меньше времени, чем на трагедии, ему удалось передать колорит современной ему народной жизни. Из 12 комедий, им написанных, наибольшую известность получила комедия под названием. «Рогоносец по воображению», в которой драматург высмеивал дремучесть и деспотизм помещиков.

О значении деятельности драматурга в создании и становлении русского театра — здесь

Ссылка на основную публикацию
×
×