Стриндберг: сочинение

«Стриндберг поэт драматург писатель»

Стриндберг является автором пятидесяти восьми пьес, пятнадцати романов, свыше сотен рассказов и трех поэтических сборников. Его гений драматурга признавали Дж.Б. Шоу, который отдал свою Нобелевскую премию, чтобы оплатить перевод произведений Стриндберга на английском языке, а Ю. О’Нил был убежден, что Стриндберґ «до сих пор остается наиболее современным из современников, величайшим толкователем театра характерных духовных конфликтов, которые составляют драму – кровавую драму – нашей настоящей жизни».

Круг научных интересов Стриндберга был основанием для сравнения его с Й.В. Гете: он изучал китайский язык, писал работы по тематекам лингвистика, этнография, история, биология, астрономия, астрофизика, математика. Вместе с тем занимался живописью, отдавал должное и увлекался мистическими доктринами, прежде всего Э. Сведенборга, перевел шведскую книгу Э. Гартмана о психологии несознательного, которое постоянно интересовало писателя, и этот интерес обозначился на его произведениях. Был знаком с Ф. Ницше, и его идеи о сильной личности оказывали содействие становлению стриндберговской концепции об аристократии духа.

Само представление Стриндберга о состоянии общества является весьма своеобразным: он разделял людей на представителей «высших» и «низших» классов, но к «высшим» классам у него большей частью принадлежали женщины, которые, по его теории являются угнетателями мужчин, а к «низшим» – лишенные женщинами самостоятельности, угнетенные мужчины. Здесь ярко сказалось убеждение Стриндберґа в том, что жизнь является обычной борьбой двух статей, победительницами в которой благодаря многочисленным проискам и обманам выступают женщины. Но он также не пренебрегал и социальными отличиями для характеристики «высших» и «низших» классов, тем не менее, к т.н. «высшим» классам всегда относился с большим недоверием.

Стриндберґ особенно остро ощущал переходность своей эпохи.

Имея очень неустойчивую психику – он даже был предрасположенным к психическим заболеваниям, – Стриндберг имел сложный характер, тяжело сходился с людьми, а нередко и порывал с ними отношения без любых на то оснований. Мания преследования и мания величия развили у него, вероятно, через особую впечатлительность натуры, которые иногда доходили вплоть до галюцинаций. Сложность личности в значительной мере была обусловлена и его происхождением: отец Стриндберга был аристократом, просвещенным светским мужчиной, а мать – служанкой. Родители вступили в брак незадолго до рождения писателя, хотя к тому времени у них уже было трое детей. Таким образом, положение пребывания между двумя мирами, между двумя классами и двусмысленность своего происхождения Стриндберг ощутил еще с малых лет. Закончив школу, Стриндберґ вступил в Упсальский университет, где изучал филологию, философию и химию, тем не менее после разрыва с отцом в 1968 г. покинул университет. Был школьным учителем, репетитором, журналистом, телеграфистом. Став помощником библиотекаря в Королевской публичной библиотеке (1874-1882), Стриндберг серьезно занялся историей, литературой и театром.

В 1871 г. Стриндберг написал кандидатскую диссертацию « Хакон-Ярл, или Идеализм и реализм», где выдвинул мысль о необходимости для искусства соотноситься с «правдой действительности». Развивая эту идею в цикле «Перспективы» («Perspektiver», 1872), Стриндберґ возразил «болезненный, фальшивый идеализм прошлых десятилетий».

Литературным дебютом Стриндберґа можно считать драму «Местер Улуф»(«Master Olof», 1872), посвященную одному з важнейших для Швеции периодов – эпоса Реформации. Автор старался показать борьбу за общее равенство и выступил против т.н. «высших» классов. «Местер Улуф» имел три редакции: 1872 – прозаичная; 1874 – сценическая и 1877 – стихотворная. Деятель Реформации Улуф (Олаус) Петре, который осуждает защита дворянских привилегий и притеснения анабаптистов, – сильная личность, тем не менее, противоречивая: он не только «идеалист», а и «отступник» от общего дела бунтарей. Рядом с Улуфом Стриндберґ ставит печатника Йерда, человека волевого и целенаправленного. Будто проводя аналогию между прошлым и современностью, драматург видит в истории постоянную борьбу между моральным и интеллектуальным прогрессом, с одной стороны, и политическими пережитками – со второго. Драма возникает и как широкое историческое полотно (картины национальной жизни), и как произведение глубокого социально-философского и психологического планов. Роман «Красная комната» («Roda rummet», 1879) стал своеобразным манифестом шведского реализма.

Перед нами возникает формирование личности главного героя – Арвида Фалька, который не может оставаться чиновником, так как понимает бестолковость своей работы. В гротескной форме автор описывает многочисленные канцелярии, где полным-полно мелких чиновников, которые более всего боятся, чтобы кто-нибудь из них не занялся настоящим делом. Высшие же чиновники вообще не появляются на службе, им даже жалованье приносят домой. Все эти канцелярии ничем не отличаются одна от друой, везде просят соблюдать тишину, «народ обзывают быдлом» и считают, что при соответствующих обстоятельствах он пригоден для того, чтобы стать пушечным мясом. Чиновники, журналисты, коммерсанты, художники, обыватели пестрой толпой проходят перед нами, будничная жизнь становится материалом для писателя. Стриндберґ-Романист писал в статье по случаю дежурного юбилея Г. К. Андерсена: «У меня было много учителей: Шиллер и Гете, Виктор Гюґо и Диккенс, Золя и Палудан (Ф. Палудан-Мюллер – датский писатель XIX ст.), но я подписываю свою статью как Август Стриндберґ, ученик Г. К. Андерсена». Андерсена, который создавал сказки о современности, он ценил выше всего В «Красной комнате» Стриндберґ выступает также как последователь Марка Твена, Ч. Диккенса и Палудана-Мюллера, хотя андерсеновское влечение к прекрасному и вера в его триумф постоянно пробиваются сквозь грязь и бездуховность изображенного в романе мира.

70-80 гг. исследователи считают периодом реалистического творчества Стриндберґа. В начале 80-х гг. особенно оживился интерес писателя к жизни народа, его больших творческих сил. Конфликт с обществом все больше обострялся и достиг апогея после статьи «Новое государство» («Det nya riket», 1882), когда писателю в 1883 г. пришлось эмигрировать. Эмиграция фактически будет длиться до 1899 г. Статьи Стриндберґа свидетельствуют о его увлечении социализмом. Цикл новелл «Утопии в действительности» («Utopier и verkligheten», 1885) отражает ожидание автора возможности социальной справедливости и социального мира. Первый автобиографический роман «Сын служанки» («Tjanstekvinnans son», 1886-1887) связанный с близкой для автора в те года темой положения простого люда, раскрывает особенности психологии самого автора.

Стриндберг пребывал в Германии, Швейцарии, Австрии, Англии и особенно долго во Франции, тесно познакомился с видными писателями, общественными деятелями и философами в свое время: норвежйцем Б. Бйорнсоном, датчанином Г. Брандесом, французом Э. Золя, немцем Ф. Ницше. Их личное влияние обозначилось на его взглядах и творчестве уже в конце 80-х гг. Идеи духовной элитарности Ницше у Стриндберга приобрели особую остроту (при его полнейшей бескомпромиссности и мании величия); натуралистическая теория Золя испытывает изменения, оклоняясь во внимании к будничности, подробных исследовании разнородных влияний среды на человека, подчеркнутому вниманию к тем отличиям, что обусловлены положением. У писателя возникает убеждение, что мужчины и женщины находятся в состоянии обычной борьбы между собой, даже любовь он интерпретирует лишь как постоянное противостояние в любви-ненависти. В конце 80-х гг. сформировался натурализм Стриндберґа, что объединяется с символистичными элементами. Этот период включает и начало 90-х гг. Наиболее заметными произведениями этого периода стали драмы «Отец» («Fadren», 1887) и «Фрекен Юлия» («Froken Julie», 1888).

Предисловие к последней драме стала манифестом шведского натурализма, который справил значительное влияние на многих писателей Европы, а более всего – на К. Гамсуна. Автор сообщает о том, что он избирает «мотив, который … далекий от современных политических конфликтов»; при этом он утверждает, что тема «социального восхождения или падение, конфликт высокого или низкого … конфликт между мужчиной и женщиной были, есть и будут порождать постоянный интерес». Он же у «Фрекен Юлии» изображает «гибель целого рода» – так выходит на поверхность натуралистическая идея биологического развития человека.

Август Стриндберг – Полное собрание сочинений. Том 2. Повести. Рассказы. Драмы

Август Стриндберг – Полное собрание сочинений. Том 2. Повести. Рассказы. Драмы краткое содержание

Полное собрание сочинений. Том 2. Повести. Рассказы. Драмы – читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)

Полное собрание сочинений

Повести. Рассказы. Драмы

Дело было весной. Почтенная чайка, старая дева, госпожа Гельт, собрала на Нитонском утесе против городского сада всю женскую половину населения чаек города Женевы и его окрестностей. Предметом собрания должно было служить обсуждение семейных вопросов на предстоящее лето. За последние годы среди чаек происходили постоянно семейные разногласия, и никто не мог объяснить причины этого прискорбного явления. Женщины (у чаек никогда не говорят «самки») не переставали жаловаться на мужчин за то, что они пренебрегают своими обязанностями мужей и отцов и завели очень для себя удобный обычай покидать своих жен, лишь только они окончат высиживать яйца.

— Это ужасно! — возмущалась госпожа Гельт.

— Это противоречит здравому смыслу, — сказала одна почтенная женщина, мать тридцати шести детей.

— И противно всем законам природы, — продолжала старая дева, которая была твердо убеждена, что нести яйца и выводить птенцов было противно всем законам её собственной природы. — Скажите на милость, с какой стати вам ежегодно класть четыре яйца, потом целых три недели их высиживать, затем четыре недели воспитывать птенцов и, наконец, всю зиму таскать за собой детей и учить их ловить рыбу. Я вас спрашиваю, к чему всё это, — разве на свете так мало чаек? А вы посмотрите на этот так называемый сильный пол. Во время медового месяца они так нежно воркуют, нашептывают нам всякий вздор, притворяются покорными и уверяют, что не могут жить без нас!

— Нет, им уже больше не удастся нас провести!

— Что же вы хотите делать? — решилась спросить молодая девушка.

— Мы должны снова добиться равноправия. А для этого нам надо бастовать!

После этих слов госпожи Гельт наступило сразу тяжелое молчание. Молодые девушки вздыхали, а почтенные матери семейств только качали головами.

— Бастовать? Неужели навсегда? — прошептала молодая женщина, только что перед тем вступившая в рискованную любовную связь.

— Напрасный труд! — буркнула старая чайка, умудренная шестилетним опытом.

В это время со стороны Ниона послышался шум. Почти всё мужское поколение чаек подлетело к Нитонским утесам.

— Опять эта старая ведьма тут смутьянит? — кричал старший из мужской стаи.

— Поди сюда и послушай, — позвала молодая чайка.

Почтенный отец семейства сразу почуял, что затевается что-то недоброе и, не имея ни малейшего желания попасть в драку, держался на почтительном расстоянии, летая взад и вперед над утесом.

— Ах, бедняжка! Какой он трусливый! — кричала разгневанная госпожа Гельт. — Смотри ты у меня, только попробуй к нам приблизиться!

— Вы мне совершенно без надобности, сударыня. Но будьте любезны и пришлите мне вон то прелестное дитя. У меня для неё припасена такая штука, от которой все женщины приходят в восторг.

— Вот бесстыдный негодяй! — кричала госпожа Гельт. — Он принимает нас за настоящих дур, но теперь уже ему не удастся нас обмануть! Давайте бастовать, милочки! Давайте все бастовать!

Тут все женщины сразу начали кричать на непрошеного мужчину. А тот с хохотом носился над ними, и, наконец, уселся на самой вершине утеса.

— Милостивые государыни, — начал он, — давайте обстоятельно обсудим этот вопрос. Итак, вы, значит, хотите бастовать?

— Долой мужчин! Мы хотим снова быть с ними равноправными!

— А что подразумеваете вы под словом равноправие? Какое же это равноправие, когда женщины сидят и греются в теплом гнезде, а мы, мужчины, в это время заботимся о их пропитании?

— Это непреложный закон природы!

— Хороша природа, нечего сказать! Она у вас меняется сообразно с обстоятельствами. Природа, по вашему, заставляет страуса-самца сидеть на яйцах, и та же самая природа принуждает селезня покидать свою утку сейчас же после кладки яиц.

— Я, милый мой, имею полное основание думать, что и ваша собственная природа столь же изменчива, — съязвила госпожа Гельт. — Прежде природа заставляла вас оставаться при ваших женах и заботиться о них, пока они воспитывают птенцов…

Читайте также:  Чуковский: сочинение

— Совершенно верно, сударыня. Именно потому я и предлагаю разобрать этот вопрос строго научно. Милостивые государыни и милостивые государи! В политической экономии существует неизменный железный закон, основанный на спросе и предложении. В дни моей молодости, я помню, у нас было очень мало корма, потому что рыбные богатства Женевского озера были истощены хищническим ловом промышленников. В то время каждый заботился только о себе, добывая с большим трудом дневное пропитание, а потому женщины были предоставлены самим себе и кормились сами чем могли. Но наступили другие времена, а с ними и другие нравы. Благодаря новому мудрому рыболовному закону, озеро снова наполнилось рыбой, и в нём стали водиться во множестве форели, лещи, сазаны, окуни и многие другие рыбы. С тех пор только у нас начинают развиваться супружеская и отцовская любовь. Жить становится легче, и остается свободное время которое можно посвящать домашнему очагу. К сожалению на свете существует другой золотой закон, изданный союзным советом. Я говорю о законе свободной конкуренции. Согласно этому закону право первенства подавляется правом сильнейшего. Благодаря этому филантропическому закону мы теперь принуждены вести войну, т. е., выражаясь научно, конкурировать, с серыми чайками, которые в большом количестве привлечены сюда рыбными богатствами нашего озера. Этим обстоятельством мы всецело обязаны нашему кантональному совету. Серые пришельцы не замедлили приобрести здесь права гражданства, и я не буду говорить вам о том ужасном положении, в котором могли очутиться мы, белые чайки, если бы нам не помогло выбраться из беды одно непредвиденное счастливое обстоятельство. Нам грозила нищета, а наш милый родной город, несмотря на свое богатство, питает органическое отвращение к нищим. К счастью в это время он был настроен более миролюбиво в этом отношении, чем обыкновенно. Поворотным пунктом в жизни города, как и в нашей жизни, было открытие железной дороги на Мон-Сени. Железная дорога привлекала массу иностранцев, город оживился, торговля стала процветать, по озеру по всем направлениям забегали пароходы, а какой-то сумасшедший англичанин стал бросать нам с монбланского моста кусочки хлеба. С этого дня все люди считали своим долгом, бросать нам куски хлеба. Мы в это блаженное время были в моде. Нам стало уже не зачем заниматься рыболовством, и с тех пор мы больше не деремся с серыми чайками.

Август Стриндберг – Красная комната. Пьесы. Новеллы (сборник)

Описание книги “Красная комната. Пьесы. Новеллы (сборник)”

Описание и краткое содержание “Красная комната. Пьесы. Новеллы (сборник)” читать бесплатно онлайн.

Первым натуралистическим романом в Швеции считается «Красная комната». Этот роман, написанный в 1879 году, выдвинул Августа Стриндберга в число ведущих писателей рубежа XIX и XX веков. Стриндберг стал основоположником современной шведской литературы и современного театра, его пьесы предвосхитили появление экспрессионизма и театра абсурда. Конфликт между внешней видимостью и внутренней сущностью людей и явлений, «война полов», противостояние человека злу — этими темами насыщены произведения писателя и драматурга.

Красная комната. Пьесы. Новеллы

Художественный мир Стриндберга

Он стоял перед явлениями жизни, точно полководец, и ничто не ускользало от его орлиного взгляда, все касалось его сердца, все исторгало из души его созвучный отзвук или гордый крик протеста.

Он очень велик, но и калейдоскопичен — этот мир, полный богатой и причудливой фантазии, странных героев и неожиданных поворотов событий и все же единый в высоком душевном настрое, верный суровой — почти жестокой — правде. Мир Августа Стриндберга — это великое в малом, космос, вмещенный в сознание и чувства личности, переживающей боль человечества.

Стриндберговский герой — одинокий и неприкаянный, бродяга и пария, оказывающийся подчас марионеткой во власти неведомых ему — казавшихся роковыми — сил и обстоятельств, вынужденный носить маску, играть несвойственную ему роль. Но он и человек, оглядывающийся на прошлое, ищущий опоры в настоящем, с трепетом и надеждой всматривающийся в будущее. Находясь в постоянных поисках истины, Стриндберг и многие из его героев часто обращаются к первоосновам бытия, прислушиваются к голосу природы, становятся поверенными и современной жизни — бурной и нервной, не принимающей ада на земле, стихии несчастий, опустошительных и кровопролитных войн. Противник социального зла и насилия, писатель болезненно и остро переживает конфликты окружающей действительности, стремится вырваться из замкнутого пространства, представляющегося ему в образе тюрьмы — от государственных форм подавления личности до такой ячейки буржуазного общества, как семья. При этом он не щадит и себя, поскольку переживаемый им кризис индивидуалистического сознания явно обнаруживает несостоятельность культа ницшеанского героя, в котором шведский писатель одно время видел якорь спасения.

В своей темпераментной драматургии и публицистике, в исповедальной прозе Август Стриндберг пытался смело ставить нерешенные проблемы времени, стремился один на один сражаться со Злом; находясь в состоянии трагической безысходности, «бросал вызов божественным силам». В жесткой прямоте, которая оказывалась формой остранения, выражалось его бунтарство, бескомпромиссная позиция в борьбе против «волчьих» законов и инстинктов.

Стриндберг нередко переносит действие и героев из житейского плана в иное измерение, повествование его переходит в сказку и притчу, становится философски и психологически насыщенным, даже детали наполняются метафорическим смыслом. Показав Швецию «с черного хода», писатель, по сути, дает реалистическую обобщающую картину, характерную вообще для собственнического мира. Картины жизни, запечатленные часто гротескно и экспрессионистски выразительно, предстают в стриндберговском театре многозначительными символами, олицетворяющими абсурд, бессмыслицу, становятся «тенью вещей».

«Гофманский» мотив двойничества и у Стриндберга выражал творческую индивидуальность — крайнюю противоречивость мировоззрения, характеризующуюся раздвоенностью его натуры. «Словом безумца в свою защиту» вызывающе именовал писатель свой отчужденный взгляд на кодекс прописных истин, подчеркивая этим свое резкое неприятие внешней упорядоченности, мещанского благополучия, бездуховности. Буржуазная же критика, истолковывавшая наследие писателя прямолинейно и негативно, преувеличивала моменты психического состояния писателя и в этом ключе решала вопрос об автобиографическом характере его творчества в целом. Так создавались легенды о его декадентстве и оккультизме, анархизме, женоненавистничестве… Однако отнюдь не кризисные моменты в его жизни и творчестве (которые, кстати, также бывали формой и итогом мучительных исканий) определяли наиболее существенные и ценные стороны художественного наследия писателя. В юности и затем особенно в 80-е годы, в пору расцвета его реализма, наконец, на позднем этапе — на рубеже веков — Стриндберг, демократически мыслящий литератор и общественный деятель, неоднократно обращавшийся к социалистическим идеям и дававший бой церковникам и политической реакции, решительно порывал с ницшеанством и мистическими настроениями, интересно экспериментировал в жанрах реально-психологической прозы, социальной, исторической и камерной драматургии.

Многие факты из жизни и творчества Юхана Августа Стриндберга (1849–1912) его биографами и критиками нередко истолковывались в духе психоанализа. Писателю ставили в вину его происхождение (он был сыном служанки), легкомысленные, с точки зрения мещанской морали, стороны его личной жизни и особенно его непримиримую позицию в нравственных и социальных вопросах в широком диапазоне — от так называемого антифеминизма до резких выступлений против полицейских методов подавления прав личности государственным аппаратом.

Между тем вызывающий тон чаще всего был ответной реакцией на проникновение жестокости, стяжательства во все поры жизни, даже в ее святая святых — в семейные отношения. Движение за женское равноправие — в его буржуазном варианте — оказывалось часто карикатурным, призрачным, а потому писатель по праву ополчался и на него. В связи с этим известный общественный и литературный деятель Георг Брандес в статье, посвященной Стриндбергу, с горечью писал о таких «печальных вещах» современности, как «ненависть и война между народами», как «расовая ненависть и расовая война» и, наконец, как «война и ненависть между двумя полами, между двумя половинами человечества». Заключая эту мысль, датский критик повторял настойчивый призыв одной из сказок Андерсена: «Будем же людьми!»

Понятно, что «войну полов» начал не Стриндберг. По словам его современницы — норвежской писательницы Камиллы Коллет, воинственные крики уже давно раздавались из «лагеря немых». Стриндберг же заговорил об этом во весь голос, допуская, правда, известные преувеличения. «Учитель народа», он стремился по-своему воплотить и в собственном творчестве принцип развития — по образцу своей темпераментной жизни, а жил он действительно бурно, чувствовал сильно, и мозг его находился постоянно в состоянии кипения. Он не пасовал перед конфликтными ситуациями, если считал себя правым, — смело пошел на разрыв с отцом-коммерсантом, оставил казавшиеся ему однообразными и сухими занятия в Упсальском университете. В течение некоторого времени он увлекается медициной и театром, литературой, живописью и скульптурой, пробует профессии школьного учителя, журналиста, телеграфиста на шхерах. Лишь служба в столичной Королевской библиотеке (в 70-х — начале 80-х гг.) и активная журналистская деятельность несколько стабилизируют его интересы, позволяют серьезно заняться историей, вплотную приблизив его к художественному творчеству.

Семья, школа, университет откладывают, конечно, отпечаток в сознании Стриндберга. Дед будущего писателя, страстный поклонник театра, был даже автором «Оригинальных шведских драм». Однако театральный эпизод в жизни юноши, по сути, начался с… увлечения анатомией: медик-актер с восхищением размышлял о красоте человеческого тела. Картины родной северной природы также привлекали его пристальное внимание. Начинающий писатель обуреваем фаустовскими сомнениями и устремлениями. Но ответы на мучившие вопросы он ищет не столько в окружающем дисгармоничном мире, а в «подполье каждой натуры» и потому пытается в «истории развития одной души» — в «Слове безумца в свою защиту» — запечатлеть тайны жизни, в частице выстраданного одиночкой утвердить самоценность личности, своего рода разумный эгоизм.

В конце 60-х — начале 70-х годов молодой писатель почти всецело отдается стихии увлечения культурой предшествующих эпох: таковы в его «малой» драматургии отзвуки Античности («Гермиона»), поры древнескандинавских саг и введения на Севере христианства («Изгнанник»); романтическое начало и здесь сказалось в резком противопоставлении возвышенной личности — косной среде. Ярким воплощением подобной ибсеновской концепции явился трагический образ датского скульптора Торвальдсена («В Риме»).

Своеобразным теоретическим комментарием к исторической драме датского романтика Адама Эленшлегера явилось сочинение Стриндберга на звание кандидата — «Хакон ярл, или Идеализм и реализм» (1871), в котором выдвинуто положение о том, что подлинное поэтическое искусство определяется правдой действительности наподобие древних саг и творений Шекспира. В цикле статей «Перспективы» (1872) писатель продолжает противопоставлять абстрактной романтике поэзию реальной жизни. Отчасти эти эстетические положения он реализует в таких юношеских «лирических» пьесах, как «Секрет гильдии», «Жена господина Бенгта», «Странствия Счастливчика Пера» и др., — впрочем, разных по типологии, но одинаково насыщенных социальной и этической проблематикой, по-руссоистски противопоставляющих чувство, природную простоту и патриархальность уродливой цивилизации.

Все книги Стриндберг Август Юхан

На шхерахъ

Полный текст — 45 стр., 20.09.2017

Романъ Переводъ со шведскаго В. Козиненко. Москва. 1910 Книгоиздательство «Польза» В. Антикъ.

Полное собрание сочинений. Том 4. Красная комната

Блок — 12 стр., 17.09.2015

Август Стриндберг Полное собрание сочинений Том IV Красная комната I Был вечер в начале .

Полное собрание сочинений. Том 3. Повести и драмы

Полный текст — 46 стр., 17.09.2015

Август Стриндберг Полное собрание сочинений Том III Повести и драмы Супружеские идиллии .

Полное собрание сочинений. Том 2. Повести. Рассказы. Драмы

Полный текст — 33 стр., 17.09.2015

Август Стриндберг Полное собрание сочинений Том II Повести. Рассказы. Драмы Современные ба.

Полное собрание сочинений. Том 1. Повести. Театр. Драмы

Полный текст — 43 стр., 17.09.2015

Аугуст Стриндберг Полное собрание сочинений Том I Повести. Театр. Драмы О современной драм.

Жители острова Хемсё

Полный текст — 35 стр., 17.09.2015

Август Стриндберг Жители острова Хемсё ЖИТЕЛИ ОСТРОВА ХЕМСЁ Предисловие Усеянное островам.

Одинокий

Полный текст — 20 стр., 17.09.2015

Август Стриндберг Одинокий I Десять лет жил я в провинции, но вот нынче я вновь в родном го.

Игра снов

Полный текст — 17 стр., 17.09.2015

Август Стриндберг Игра снов Август Стриндберг — один из талантливейших, во всяком случае, са.

Пляска смерти

Блок — 10 стр., 16.09.2015

Читайте также:  Абрамов: сочинение

Annotation Август Юхан Стриндберг — один из талантливейших, во всяком случае, самый оригинальный.

Блюз Сонни. Повести и рассказы зарубежных писателей о музыке и музыкантах

Блок — 19 стр., 14.09.2015

БЛЮЗ СОННИ: Повести и рассказы зарубежных писателей о музыке и музыкантах Эдуард Мёрике ( Ге.

Красная комната. Пьесы. Новеллы (сборник)

Блок — 33 стр., 14.09.2015

Август Стриндберг Красная комната. Пьесы. Новеллы Художественный мир Стриндберга (В. Неустр.

Фрекен Жюли

  • 1237

Блок — 2 стр., 14.09.2015

Август Юхан Стриндберг Фрекен Жюли Предисловие к «Фрекен Жюли» Театр, как и Искусство вообще, да.

На круги своя

Полный текст — 51 стр., 11.09.2015

Август Стриндберг НА КРУГИ СВОЯ UTVECKLING (перевод H. Федоровой) Апрельское солнце поднимало.

Серебряное озеро

Полный текст — 53 стр., 11.09.2015

Август Стриндберг Повести и рассказы СЕРЕБРЯНОЕ ОЗЕРО SILVERTRÄSKET Перевод H. Федоровой 1 .

Золотые шлемы Оллеберга

Полный текст — 2 стр., 26.08.2015

Август Стриндберг Золотые шлемы Оллеберга[1] * * * Андерс был родом из Фальбюгдена, в юности он .

Здоровая кровь

Полный текст — 1 стр., 26.08.2015

Август Стриндберг Здоровая кровь За садовой оградой пышно разросся куст шиповника, его густые вет.

Эрик XIV

Полный текст — 13 стр., 26.08.2015

«Эрик XIV» (1899), одно из самых значительных произведений писателя, продолжает собой «трилогию Вас.

Высшая цель

Блок — 1 стр., 26.08.2015

Новелла входит в сборник «Судьбы и приключения шведов», который создавался писателем на протяжении .

Триумф

Полный текст — 3 стр., 26.08.2015

Новелла входит в сборник «Судьбы и приключения шведов», который создавался писателем на протяжении .

Священный бык или Торжество лжи

Полный текст — 2 стр., 26.08.2015

Август Стриндберг Священный бык, или Торжество лжи В краю фараонов, где хлеб доставался дорого, а.

Соната призраков

Полный текст — 8 стр., 26.08.2015

Одна из пяти «камерных» пьес Стриндберга, предназначенных им для Интимного театра. Соната призраков.

Внимание! Сайт может содержать информацию, предна­значенную для лиц, дости­гших 18 лет.

LibPDF.ru: Стриндберг Август

Родился: 22 января 1849

Умер: 14 мая 1912

Серии не найдены .

Биография

СТРИНДБЕРГ Август [1849–1912] — крупнейший шведский писатель, беллетрист и драматург. Сын предпринимателя и служанки. Сильно нуждаясь в молодости, испробовал ряд профессий (учителя, библиотекаря, актера и др.). В лит-ре С. дебютировал в начале 70-х гг. драмами “В Риме” (Rom, 1870), “Изгнанник”, “Мастер Олуф” (Mäster Olof, 1872). Широкую известность принес С. роман “Красная комната” (Röda Rummen, 1879), вызвавший бурную дискуссию. В этом романе, как и в книге “Новое царство” (Det nya riket, 1882), С. развернул довольно широкую картину современного ему шведского общества, направляя свою критику как против его косности, феодальных пережитков, так и против новых буржуазных порядков. С. обличал здесь тупой бюрократизм в управлении страной, паразитизм чиновничества, комедию парламентаризма, продажность прессы, аферы нарождающихся акционерных компаний, лицемерие религиозных и благотворительных обществ, зависимость искусства от капиталистов; положительные герои романа — группа художников, ученых, вынужденных бедствовать, погибать или продаваться предпринимателям. В своей “Истории шведского народа” и в исторических новеллах (Svenska oden och oventyr, 1882–1883) С. стремился взглянуть на историю глазами демократа, создать историю народа, выдвигая роль исторических закономерностей, развенчивая коронованных “героев” истории. В первых частях своей семитомной автобиографии (“Сын служанки”, “Развитие одной души”, 1886) С. выступил сторонником ликвидации монархии и “нескольких старых классов и замены их вновь образовавшимися”, требовал реформы народного образования, разоблачая его классовый характер, указывал на бедствия, к-рые приносило внедрение промышленного капитала. С. становился лит-ым вождем радикально-демократической интеллигенции Швеции, главой натуралистического течения. Но в результате преследований правительства и консервативной прессы он в 1882 покинул родину и начал скитальческую жизнь, годами живя в Париже, в Швейцарии, Германии, Дании.
В первом периоде творчества (с 70-х до конца 80-х гг.) С. стоял на позициях позитивизма, дарвинизма, свободомыслия, доходившего до антирелигиозных выступлений, выступал как поборник социального равенства, освобождения женщины, пацифизма, интернационализма. В эти годы он увлекался Чернышевским, утопическим социализмом Фурье и Сен-Симона (“Утопии в действительности”, Utopièr i verkligneten, 1885). Отмежевываясь от марксизма, С. закреплялся на платформе мелкобуржуазного социализма, самоопределяясь как “аграрный социалист”. С. видел в городе паразита деревни, верил в обратное движение цивилизации и в гибель промышленного общества, в торжество мелкого крестьянского хозяйства, проповедывал опрощение. В это время на него большое влияние оказывали Руссо и Л. Толстой. Стремлением к идеализации деревни навеян роман “Жители островов” (Hemsöborna, 1887), описывающий труды и дни примитивных людей на заброшенных островах.
В конце 80-х и начале 90-х гг. под влиянием усиленного роста промышленного капитализма, обострения классовых противоречий, с ростом революционности пролетариата, создавшего социал-демократическую партию [1889] , шведская радикально-демократическая интеллигенция стала отходить от рабочего движения. В эти годы происходит перелом и в творчестве С. Он начинает искать разрешения социальных противоречий на путях развития капитализма, а не ликвидации его, как ранее. Его захватывают перспективы технического прогресса, мощный размах капиталистического строительства. С. прежде всего резко выступил против феминистского движения. Постоянной темой С. стало женоненавистничество, война полов, в к-рой женщина обнаруживает себя как существо интеллектуально ничтожное, движимое низменными инстинктами. Все ту же картину порабощения мужчины аморальной женщиной С. неустанно повторяет в ряде своих произведений [драмы “Отец” (Fabren, 1887), “Товарищи” (Kamraterna, 1888), “Фрекен Юлия” (Fröken Julie, 1888), “Кредиторы” (Fordringsegare, 1889), 2-й сборник рассказов “Браки” (Giftas, 1886), повести “Исповедь безумца” (En dares för svarstal, напис. 1888), “Готические комнаты” (Götiska rummen, 1904) и др.] . Далее С. выступил против всеобщего избирательного права, против “тирании большинства”, против демократических принципов, противопоставляя им “абсолютный индивидуализм”, “право сильного”, “свободу управлять для лучших”, политические идеалы “тех нократического” типа. Во втором периоде творчества С. центральным является образ сильного человека высокой культуры, стоящего “по ту сторону добра и зла”, пробивающегося вверх, к могуществу и господству. В цикле исторических драм 90–900-х гг. С. ставит в центре сильные, героические фигуры, определяющие в своем столкновении с массой ход истории. Таковы напр. мощные герои, крайние индивидуалисты, сокрушающие все на своем пути — Густав Ваза (Gustaf Vasa, 1899), Лютер (“Виттенбергский соловей” — Näklergalen i Wittenberg, 1903) и др. В современности герои С. оказываются капитанами промышленности, крупными предпринимателями, представителями квалифицированной технической интеллигенции; они вершат судьбы целых стран, стремятся к власти, играют людскими судьбами “как оловянными солдатиками” [таковы Борг и его отец в романе “На шхерах” (Havsbandet, 1890), старик в драме “Соната призраков” (Spöksonaten, 1907), герой повести “Серебряное озеро” и др.] . Следом за ними прокладывают себе всеми средствами дорогу “в мир богатых и счастливых”, стремясь “взобраться возможно выше и столкнуть тех, кто стоит наверху”, мелкобуржуазные герои С. — лакей Жан (“Фрекен Юлия”), дочь унтер-офицера Текла (повесть “Колдунья”) и др. Носитель последнего слова буржуазного прогресса, энергичный “капитан”, и темная, косная масса рыбаков-крестьян — вот характерная теперь для С. антитеза (“На шхерах” и др.).
Однако на данном этапе произведения С. не утрачивают еще познавательной ценности, реалистических установок и критичности в изображении. Они отражают явления, характерные для периода активного наступления империалистического капитализма. Оправдывая пути буржуазного развития и законы капиталистического строя, С. сохраняет при этом сознание зла, им присущего. Даже сочувствуя иным своим ницшеанствующим персонажам, пытаясь их героизировать, объективно он их развенчивает, показывает их безнравственность, преступность [проф. Тернер в романе “Чандала” (Tschandala, 1889), ужасный старик-капиталист в “Сонате призраков” и др.] , приводит их к внутреннему краху (Борг-сын в романе “На шхерах”).
Наконец в третьем периоде творчества (ко второй половине 90-х гг.) С. делает завершающий шаг в сторону реакционного мировоззрения. С. отказывается от позитивизма, веры в науку, склоняется к католицизму, выступает апологетом оккультизма, магии, астрологии. Ряд произведений С. — “Ад” (Inferno, 1897), “Легенды” (Legender, 1898), отчасти “Черные знамена” (Svarta fanor, 1907) и др. — посвящен “духовидческой” тематике, описанию теософических путей автора и его персонажей. В этом периоде у С. элементы апологии буржуазного активизма вытесняются элементами депрессии, упадочничества.
В общем, в творчестве С. отразились те процессы, те большие сдвиги, к-рые были вызваны превращением Швеции в конце XIX в. из отсталой, крестьянско-земледельческой страны в страну с развитым промышленным капиталом новейшей формации. При этом в первом периоде творчества С. отразил стихийный протест вольного скандинавского крестьянства против вторжения промышленного капитализма и буржуазной культуры. Дальнейший ход развития С. вел его к капитуляции перед капитализмом и реакционной буржуазной идеологией.
В развитии стиля С. отправной платформой был натурализм, а конечной — тот ранний экспрессионизм (см.), к-рый уже с конца XIX в. возникал эпизодически в лит-ре ряда европейских стран. С конца 80-х гг. С. осознал себя последователем Золя и Гонкуров; для него “искусство должно являться осколком природы, рассматриваемой через темперамент”. С. стремился к научной трактовке изображаемых явлений, сторонясь “художественных прикрас”. Он хотел дать не столько произведение искусства, сколько “человеческий документ”, строил свои произведения на быстрой фиксации свежих впечатлений мало переработанных наблюдений; отсюда принципиальная бессюжетность его романов, отсутствие в них интриги, единого действия, связи между персонажами, завязки и развязки. Такова цепь его романов с продолжением — “Красная комната”, “Готические комнаты”, “Черные знамена”, — состоящих из серии очерков, зарисовок отдельных сцен частной и общественной жизни и из публицистических откликов на современные события. Отсюда и тяготение С. к автобиографии, к форме, к-рую он считал завершением натурализма. Натурализм С. опирается на позитивизм, естественно-научный материализм. Он постоянно переносит на человеческое общество биологические законы (борьбы за существование, естественного подбора и т. д.). Обильный в романах С. пейзаж носит характер научного описания (геологического, ботанического и т. д.). Изредка встречающиеся сравнения охотно берутся С. из области химии, физики, биологии.
В своей драматургии 80-х гг. С. на место судьбы, рока выдвигал наследственность, влияние среды, воспитания. Он не стремился к законченности диалога, предоставляя мозгу своих персонажей “работать неправильно, как это бывает в действительности”. Из соображений правдоподобия он отстаивал единство места и времени. Натурализм С. не сводился к чистому, “нейтральному” описанию. Натуралистически зарисованные “куски жизни” дополнялись у него проявлениями “темперамента” — эмоционально-напряженными, патетическими авторскими оценками, публицистическими отступлениями.
На дальнейших этапах творчества С. все более сосредоточивался на анализе ощущений, подчеркивая в восприятии элементы субъективного, относительного, иллюзорного (уже в романе “На шхерах”). Остро ощущая противоречия в бытии и в сознании, С. шел не к диалектическому их уяснению, а к релятивизму и агностицизму. С. строил свои произведения, напр. ряд драм, на равноправии множества аспектов действительности, из к-рых ни один не может претендовать на постижение вещей в себе (в этом С. предвосхищал драматургию Пиранделло, см.). Читатель повести “Романтический пономарь” в конце остается в неведении — что истинно, что ложно в рассказанной истории. “В конце концов — все только иллюзия”, “все основывается на воображении” (“Исповедь безумца”). В результате для С. “всякое знание субъективно”, “законы природы противоречат друг другу и сами себе” (“Черные знамена”, 1907). Общественные события в “Готических комнатах” воспринимаются автором и героями как нечто непонятное, противоречивое, как сумбур.
Герои С. полны неразрешимых, приводящих подчас к гибели, противоречий [Эрик XIV — Erik XIV (1899), Персонс, Густав Ваза и др.] , “я” оказывается множественным, облики его зыбкими, оно лишается всякой устойчивости, распыляется. Герои С. находятся в постоянной борьбе с сверхличными стихийными силами, сбрасывающими их в хаос изначальных инстинктов. Самая мощная сила — это стихия пола; любовь — борьба полов, женщина — носительница обезличивающей сексуальной стихии. Напор бессознательного деформирует психику героев С., придает ей патологическую окраску, они ощущают себя на грани безумия, одержимы неврозами, страхом перед жизнью. Повествование часто становится похожим на бред, сцена театра С. наполняется маниаками, сумасшедшими, кошмарами, призраками, мистической атмосферой [“Соната призраков”, “Путь в Дамаск” (Till Damascus, 1898–1904, Advent, 1899) и др.] . Соответственно от “физиологической психологии” С. переходит к психоанализу фрейдистского типа (“Романтический пономарь”, “Пария”, эпизоды в “Легендах”, в “Черных знаменах”).
Но не только психоаналитические и мистические произведения, но также и исторические драмы С. конца 90–900-х гг. весьма показательны для его экспрессионизма. В них почти не изображается быт эпохи, социальная среда. В центре — раскрытие психологии и судьбы своеобразной личности. В них нет исходного равновесия, зритель сразу погружается в тревожную, напряженную атмосферу; действие часто обрывается на неразрешенных противоречиях. Эти драмы полны неопределенных намеков, эксцентрических странностей, резких смен мотивов и настроений, острых изломов, диссонансов, срывающихся жестов, внезапных речей и т. п.
Однако в последнем периоде у С. нет той успокоенности, примиренности с существующим, к-рая была у иных импрессионистов, мистиков-декадентов. Его экспрессионистские произведения полны смятения, патетического страдания, раздирающих противоречий, ужасающих гротескных образов. Хотя в общем бунтарство С. в последнем периоде выливалось в реакционно-идеалистических формах, однако и теперь у него встречаются яркие вспышки социального протеста, реалистической общественной сатиры. Таковы отдельные части “Готических комнат”, где он обличает бывших бунтарей, приспособившихся к существующему строю, погрязших в бюрократическом болоте.
В России освоение С. шло по двум путям. Плебейское бунтарство С., его патетическое обличение лжи буржуазного общества, его борьба за права человеческой личности, его реалистические тенденции оказали влияние на М. Горького, как то признавал сам Горький в статье о С. в газете “Dagens Nyheter”, 1912 (Горький, Материалы и исследования, под ред. Десницкого, изд. Академии наук, Л., 1934, т. I). С другой стороны, ницшеанство С., его мистические устремления, его экспрессионистические тенденции оказывались близкими кругу символистов, доставили ему популярность среди буржуазно-мещанской публики, особенно в период реакции после 1905.

Читайте также:  Сочинения на английском: сочинение

Библиография:
I.
Полное собр. сочин., изд. “Современные проблемы”, в 15 тт., М., 1909–1911, и изд. В. М. Саблина, в 12 тт., М., 1908–1911;
Ключи от рая, драма, М., 1923;
Samlade skrifter, 55 vls, Stockholm, 1912–1920.

II.
Фриче В., Очерк развития западных литератур, Харьков, 1931, стр. 204, ст. в журн. “Современный мир”, 1910, N 2, и во II т. Собр. сочин. С., изд. “Современные проблемы”;
Веселовский Ю., Литературные очерки, т. II, М., 1910;
Колтоновская Е., А. С., ст. в “Вестнике Европы”, СПБ, 1912, N 7;
Вахтангов Е., Эрик XIV, журн. “Культура театра”, М., 1921, N 4;
Луначарский А., История зап.-европ. литературы, т. II, М. — Л., 1930;
Брандес Г., Скандинавская литература, Киев, s. a., и в Собр. соч., изд. “Просвещение”, т. II;
Горн Ф. В., История скандинавской литературы, М., 1894;
Esswein M., A. Strindberg, ein psychologischer Versuch, München, 1907 (русск. перев., отд. изд., М., 1909, и в VI т. Собр. сочин., изд. “Современные проблемы”);
Его же, A. Strindbegr im Lichte seines Lebens und seiner Werke, 8 Aufl., München, 1919;
Горький М., Август Стриндберг, в кн. М. Горький (Материалы и исследования), Л., 1934;
Berg L., Der Uebermensch in der modernen Litteratur, Lpz., 1897;
Erdmann N., Strindberg, Stockholm, 1920 (нем. перев., 1924);
Heden E., Strindberg, Stockholm, 1921 (нем. перев., 1926);
Mareuse L., Strindberg, Das Leben der tragischen Seele, B., 1922;
Lamm M., Strindbergs Dramen, 2 vls, Stockholm, 1924–1926;
Dahlström C. E., Strindberg’s dramatic expressionism, Michigan, 1930;
Reque A. D., Trois conteurs dramatiques Scandinaves devant la critique française, 1899–1901, P., 1930;
Jolivet A., Le théâtre de Strindberg, P., 1931.

III. Zetterlund R., Bibliografisca anteckhinger of A. Strindberg, Stockholm, 1913.

Август Стриндберг. Полное имя – Стринберг Юхан Август (22.01.1849 – 14.05.1912)

Август Стриндберг. Полное имя – Стринберг Юхан Август

Романы «Красная комната», «Жители острова Хемсе», «Слово безумца в свою защиту»; пьесы «Местер Улоф», «Отец», «Фрекен Жюли», «Путь в Дамаск», «Пляски смерти», «Игра грез», «Соната призраков», «Кристина»; автобиографическая книга «Сын служанки»; сборники рассказов «Судьбы и приключения шведов», «Браки»; новеллы «Франт», «Муки совести», «Кукольный дом», «Поединок» и др.

Многие факты из жизни и творчества Августа Стриндберга зачастую толковались критиками и биографами в духе фрейдовского психоанализа. При этом имелся в виду не столько сложный психологический мир героев его произведений, сколько неприятие писателем всяких кодексов, прописных истин, раздвоенность его натуры и даже антифеминизм. Да и сам Стриндберг называл свои сочинения не иначе как «словом безумца», не желающим принимать мещанское благополучие, бездуховность и внешнюю упорядоченность современной действительности.

Определенный отпечаток на сознание Юхана Августа наложили семья (он был сыном служанки и коммерсанта), школа и учеба в Упсальском университете, который он так и не закончил – круг его подлинных интересов оказался далеким от академических наук. Вначале юного Стриндберга заинтересовала медицина, затем театр, литература, живопись, скульптура. Он работал школьным учителем, журналистом, телеграфистом, и только служба в Королевской библиотеке упорядочила круг интересов бывшего студента. Стриндберг вплотную занялся журналистикой и историей, постепенно приближаясь к основному виду будущей деятельности – писательству.

Первым литературным опытом Стриндберга стала историческая пьеса «Местер Улоф», в которой нашли свое отражение важные события национального прошлого Швеции, связанные с эпохой реформации XVI в. С конца 70-х годов он обратился к новым для себя жанрам и темам – социальному роману и современной драматургии. Уже первый роман «Красная комната» принес ему известность и признание, поставив Стриндберга вровень с крупнейшими европейскими романистами конца XIX в. Молодой автор пытается понять сложные процессы духовной жизни 60-х годов, стремясь, как он писал, «дать резюме истории нашего времени». Подзаголовок «Красной комнаты» – «Очерки о жизни художников и литераторов», а эпиграфом довольно неожиданно были выбраны слова Вольтера: «Ничего нет хуже, чем быть повешенным втихомолку». Смысл эпиграфа постепенно раскрывался из повествования, которое велось от лица автора. Главный герой, молодой чиновник Фальк стремится вырваться из обстановки мещанства и в то же время мечтает о литературной славе. «Красная комната» – один из клубов стокгольмской молодежи, где собираются молодые актеры, художники, журналисты, научные работники. Они грезят о свободе, возрождении искусств, но все их стремления каждый раз наталкиваются на суровую действительность, в которой царит атмосфера стяжательства, лжи и лицемерия. Иллюзии постепенно утрачиваются, а радикальные лозунги теряют юношеский задор. Смысл финала романа заключался в преодолении Фальком замкнутого пространства, перехода от символов к живому человеку, вере в будущее, в котором главную роль будут играть уже совсем новые социальные группы.

Изображенные в романе социальные слои – интеллигенция, чиновники, буржуа, рабочие – представляют собой как бы единый общественный организм, но они же находятся и в антагонистических отношениях. Сатирические портреты представлены людьми деловой сферы – бюрократами и политиками. Здесь Стриндберг показал себя блестящим мастером иронии и даже карикатуры.

Сам писатель считал «Красную комнату» произведением документальным. Многие факты и события были взяты из газетных хроник, протоколов заседаний риксдага, свидетельств современников. Они органично вплетались в структуру свободной прозы, в которой автор отходил от традиционных форм европейского романа. Мастерство поэта и журналиста сказалось и в дальнейших произведениях Стриндберга.

Духовные и творческие интересы писателя в 80-е годы во многом совпадали с проблематикой жизни шведского общества того времени. Однако к ним прибавились и другие воззрения, связанные, в частности, со знакомством Стриндберга с учением Ницше. Со знаменитым философом писатель долгое время состоял в личной переписке. Влияние Ницше сказалось и на творчестве Стриндберга. Индивидуализм его героев становится все более агрессивным, противопоставляющим личность обществу. Подобная трансформация взглядов писателя сказалась, прежде всего, на драматических произведениях.

Описанная когда-то в драме «Местер Улоф» неудовлетворенность женщины своим неравноправным положением имеет теперь совершенно иной, гротесково-сатирический характер. Как писал ранее Стриндберг, феминистское движение женщин высшего общества в итоге становится «надежной опорой реакции». Своеобразным манифестом антифеминизма и даже женоненавистничества стала трагедия «Отец». Ненависть ее героини Лауры к мужу Адольфу не знает границ. Муж хочет дать дочери нормальное, естественное воспитание и стремится оградить ее от влияния религиозных фанатиков, но Лаура не только препятствует этому, но и поселяет в душе Адольфа сомнения относительно его отцовства, распространяет слух о его психическом заболевании. Мятежный и величественный Адольф, чей характер описан поистине по-шекспировски, протестует против отсталости и мещанства, но все же гибнет как жертва невыносимых условий жизни. А сама Лаура становится мрачным символом своего времени.

Ницше высоко оценил эту трагедию, хотя она и не стала идейным знаменем его теории «сверхчеловека» и апологией преступления. Сам же Стриндберг говорил, что даже мысль о том, что идеалом может служить преступник, представляется ему безумной.

Тему сложных отношений между мужчиной и женщиной продолжила драма «Фрекен Жюли». Ее сюжет прост: молодая графиня Жюли в минуту душевных переживаний, вызванных размолвкой с женихом, вступает в любовную связь с лакеем Жаном, но, убедившись в его ничтожестве, начинает чувствовать себя униженной и оскорбленной. Страдания Жюли настолько сильны, что она даже подумывает о самоубийстве. Однако простота сюжета не исчерпывает всего конфликта драмы и ее глубокого психологизма. Во вступлении к пьесе Стриндберг писал: «Фрекен Жюли – уцелевший осколок старой военной аристократии, не выдержавшей натиска новой, эмоционально и интеллектуально развитой элиты. Жан создаст новый вид, в котором будут явственны социальные контрасты. Он получил достаточно самообразования, чтобы стать господином… Он уже пробрался наверх и достаточно силен, чтобы роль лакея его уже не ранила. Его комплекс неполноценности возникает оттого, что он ощущает случайность своего пребывания в социальной среде, из которой может вырваться, сняв с себя ливрею».

В конце 80-х годов Стриндберг снова вернулся к прозе. Крестьянский роман «Жители острова Хемсе» повествует о жителях одного из островов Стокгольмского архипелага, об их нехитрых заботах, но достаточно сложных взаимоотношениях. Герой романа батрак Карлсон приезжает на остров, чтобы подработать в зажиточной крестьянской семье. Благодаря своей предприимчивости, оборотистости он вскоре становится настоящим хозяином острова.

Следующий крупный роман «Слово безумца в свою защиту» Стриндберг написал «под занавес» уходящего XIX в. Это была исповедальная проза, которая носила, условно говоря, характер защитной речи. Писатель поставил себя в равное положение со всеми персонажами, откровенно признав собственный «кризис мужского сознания». Это произведение стало одним из выдающихся романов о любви. Любовь Акселя к баронессе Марии, которая после тягостного развода с мужем становится его женой, – это и великая радость и страдание. Мария, ставшая для героя божеством, предстает как новый миф, тайну которого раскрыть непросто. Препятствия, возникающие на пути любви Акселя и Марии, способны не только породить горечь, но и разжечь страсть, заставить забыть о конфликтах и разладе.

Начало ХХ в. Стриндберг встретил на родной земле. Он был преисполнен творческого подъема, смело экспериментировал в прозе и драме, словно оправдывая слова Томаса Манна, писавшего, что Стриндберг, «оставаясь вне школ и течений, возвышаясь над ними, все их вобрал в себя. Натуралист и столько же неоромантик, он предвосхищает экспрессионизм».

В своем позднем творчестве писатель вернулся к историческим драмам. Перед читателем предстала история Швеции во всем многообразии судеб исторических персонажей. Основной конфликт строился на различии нравственных и социальных принципов героев, противоречии их характеров и поступков. Наиболее наглядно такой подход к истории прослеживается в драмах «Эрик XIV» и «Энгельбрект».

Последнее десятилетие творческой жизни Стриндберг посвятил поиску новых сценических форм, хотя и продолжал работать в разнообразных литературных жанрах. Особенно интересны его «пьесы игры грез», где проявилось давнее увлечение писателя мистикой, оккультизмом, буддизмом и, в частности, учением знаменитого шведского мистика XVIII в. Эммануэля Сведенборга. В пьесах «Пляски смерти», «Соната призраков» игра грез идет на каком-то подсознательном, импровизационном уровне, с отказом от внешнего правдоподобия. Герои Стриндберга живут и вступают друг с другом в конфликты в полном соответствии с эстетикой символизма и экспрессионизма, которые в ХХ в. стали творческим кредо многих выдающихся писателей и поэтов.

Писатель и драматург огромного дарования и мощного духа Стриндберг был, по словам того же Томаса Манна, «по универсальности сравним только с Гете». А в устах выдающегося немца это есть высшая оценка писательского гения.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Ссылка на основную публикацию
×
×