Фадеев: сочинение

Сочинение: Фадеев a. a. – Роман а. фадеева разгром

В отличие от советских писателей, чья литературная деятельность началась до Октября, Александр Фадеев открывает новую страницу русской литературы. Фадеев, Шолохов и Леонов представляют новую генерацию писателей, чья биография определилась революцией и участием в гражданской войне на стороне красных. Как писатели они начинают заявлять о себе в 1923-1925г.г.

Семья А.Фадеева принадлежала к демократической низовой интеллигенции, сочувствующая революции. Трагическая и ужасная в своих подробностях гибель его двоюродных братьев Всеволода и Игоря Сибирцевых укрепила Фадеева в его идеологических позициях. Он с юных лет чувствовал себя солдатом партии, которая всегда права, и эта его вера воплотилась в образах героев революции. Тема партизанского движения на Дальнем Востоке, где прошла юность Фадеева, предопределила содержание его творчества, начиная с первых произведений – рассказа “Против течения” (“Рождение Амгуньского полка”) и повести “Разлив”. Сказанное писателем о “Разгроме”: “Главным движущим конфликтом. выступает борьба против японских интервентов и белого казачества” (письмо Е.Д.Суркову от 9 декабря 1955г.), – можно отнести ко всему творчеству Фадеева.

Славу писателю принес роман “Разгром” (1927). Он написан в Краснодаре и Ростове, где Фадеев был на партийной работе. На примере “Разгрома” можно увидеть, как общепринятая интерпретация привела к полному искажению смысла текста в сознании нескольких поколений. Этому способствовало состояние литературной критики, преподавание литературы в школах и вузах в условиях тоталитарного режима и автоинтерпретация произведения, которая не могла быть иной в устах человека, искренно преданного коммунистической идеологии. Надо также учесть и противоречивость авторской позиции, которая на протяжении десятилетий не могла быть раскрыта и даже увидена и в силу сложившихся стереотипов, обнаружить в то время такое противоречие, значило похоронить, если не роман, то собственное исследование. Да и покрытые хрестоматийным глянцем произведения, подобные горьковской “Матери” и “Разгрому” просто на- просто не возбуждали исследовательскую мысль: все казалось ясным и лежащим на поверхности.

Такая “ясность” не замедлила проявиться и при резкой смене общественной ориентации – в простой замене знака “плюс” на “минус”. Разгром “Разгрома” стал непременным атрибутом современной нигилистической критики. При этом “забывается”, что высокую оценку ему давали не только официозные партийные издания. То, что “Разгром” был незаурядным художественным открытием, подтверждает реакция на его появление А.К.Вронского: “Этот роман написан. совсем не по обычному трафарету, по какому сочиняются и пишутся многими пролетарскими писателями десятки и сотни повестей и романов. И чем решительнее пролетарская литература пойдет по этому новому для нее пути, тем скорее завоюет она себе “гегемонию” органически, а не механическими средствами”. И хотя тема романа казалась критику “набившей оскомину” особенно в произведениях с обилием батальных сцен, он с удовлетворением отметил в “Разгроме” и несвойственную революционной прозе трагичность финала, и глубокое раскрытие внутреннего мира героев. Воронский увидел у Фадеева отражение инстинктивной, стихийной, подсознательной жизни, что он полагал одной из важнейших задач искусства; увидел традиции толстовского психологизма и “те мелочи, на которых зиждется художество”. Герои “Разгрома”, писал критик, “живые люди, их наглядно представляешь себе”.

Спустя много лет такая же высокая оценка прозвучала в выступлении В.Быкова, в повестях которого “Сотников”, “Круглянский мост” не без оснований видят полемику с “Разгромом”. И тем не менее: “Очень сильное впечатление произвел на меня “Разгром” Фадеева. Я перечитывал его потом еще не раз, и до сих пор он поражает меня многими своими сторонами. Я вижу здесь живую правду, запечатленную талантливой и честной рукой” . Все это никак не учитывается в “разгромной” и по тематике, и по существу критике, а в печально памятной статье В.Воздвиженского “Бедствие среднего вкуса” именем Фадеева открыт разговор о вриокультуре.

Первое, в чем обвиняется автор “Разгрома” – псевдогуманизм: в угоду своей классовой ориентации он, якобы, выдает за гуманизм то, что им являться не может и тем самым воспитывает в читателе искаженные представления о гуманизме. Буквально притчей во языцех стали две сцены из “Разгрома”: экспроприация свиньи у корейца и смертная чаша, точнее мензурка для Фролова. Вот мнение одного из вузовских преподавателей: “Как можно говорить о “социалистическом гуманизме” Левинсона, отобравшего последнюю свинью у корейского крестьянина, жестоко поступившего с раненым Фроловым? Как можно считать Левинсона классическим образцом коммуниста-организатора, достойным подражания? Кого можно воспитать на таких примерах гуманизма? Ответ однозначен: только жестоких сталинистов, для которых человек гроша ломаного не стоит”, и в этом автор цитируемой заметки видит “социальное зло фадеевщины”.

О гуманизме (а гуманизм един и не подлежит разделению на социалистический или буржуазный) здесь действительно речи быть не может. Фадеев-теоретик действительно разделял ленинские постулаты коммунистической нравственности, оправдывающей любые средства для достижения высших целей, и даже признавался в своем желании развить в “Разгроме” мысль о том, что нет отвлеченной, “общечеловеческой” вечной морали. Со ссылкой на известный постулат Ленина, писатель говорит о “таком понимании морального, когда все поступки и действия направлены в интересах революции. Не морально все то, что нарушает интересы революции”. Однако, названные эпизоды, как они показаны автором, все же “не тот случай”. Интуиция художника уберегла его в этих сценах от влияния политических доктрин. В романе яд для смертельно раненного Фролова вовсе не выглядит как некий нравственный подвиг Левинсона и Сташинского. Надо отдать должное Б.Сарнову, который в трактовке этого эпизода снимает “вину” с Фадеева и справедливо перекладывает ее на критику. “Фадеев,- пишет он,- правильно оценил экстремальную, чудовищную, нечеловеческую ситуацию, к которой можно отнестись по-разному. Можно вместе с Мечиком ужаснуться поступку Левинсона и Сташинского. Можно попытаться оправдать его, как крайнюю меру, вынужденную чрезвычайными обстоятельствами. Но вряд ли можно представить этот поступок как некий нравственный подвиг. Однако на протяжении многих лет и даже десятилетий вся наша критика прославляла поступок Левинсона и Сташинского как акт подлинного гуманизма. А в том, что Мечик ужаснулся решению. видела подтверждение закономерности его будущего предательства”.

Авторская позиция в рассматриваемом эпизоде действительно иная, чем это было представлено в советской критике. Ничего от подвига нет в описании:

“Не глядя друг на друга, дрожа и запинаясь и мучаясь этим, они заговорили о том, что уже было понятно обоим, но чего они не решались назвать одним словом. “.

“- А как он – плох? Очень. – несколько раз спросил Левинсон. – Надежд никаких. да разве в этом суть. – Все-таки легче как-то,- сознался Левинсон. Он тут же устыдился, что обманывает себя, но ему действительно стало легче”.

Душераздирающие подробности эпизода заставляют страдать не только Мечика, но и Левинсона, поступок которого вовсе не возводится Фадеевым в ранг добродетели. И то, как Левинсон запнулся и смолк, сурово стиснув челюсти, и то, как доктор (кстати, ранее предложивший остаться с Фроловым) подавал мензурку, кривя побелевшими губами, знобясь и страшно мигая, говорит о том, что герои не подвиг совершают, а обрекают себя на муки совести, на чувство неизбывной трагической вины. Эпизод раскрыт автором не только как абсолютно неприемлемый для Мечика, но и как крайне тяжелый и драматичный для Левинсона и Сташинского. В “Конармии” И.Бабеля повествователь Лютов в подобных обстоятельствах остался на позиции Мечика, потеряв Афоньку, первого своего друга, застрелившего обреченного на смерть Долгушова. Фадеев не только сочувствует Мечику, но он понял и Левинсона, попавшего во власть суровой необходимости и уверовавшего в праве революции на жестокость.

Но нравственный подвиг Фадеевым действительно изображен, только подвиг не Левинсона, а Фролова, который подержал мензурку с ядом обеими руками и выпил. За этой скупой информацией подтекст глубокий и волнующий, даже если не знать, что переживал автор, создавая эту сцену. А он не мог не вспомнить своего двоюродного брата и друга Игоря Сибирцева, который тоже застрелился, чтобы не стать обузой отряду. Советский читатель больше помнил, что второй брат Фадеева Всеволод Сибирцев был сожжен живым в паровозной топке, а судьба Игоря, как и поведение литературного героя – Фролова, как-то оставались в тени совершающего “подвиг” Левинсона. Прав И.Жуков, заметивший, что “очень долго мы воспевали не настоящего, а адаптированного Фадеева, упрощенного до предела, шли не вглубь, а вдоль текста” (9а).

В эпизоде с крестьянином-корейцем полемика также может идти только с советской критикой, объявившей содеянное образцом социалистического гуманизма и примером для подражания. Фадеев, как говорится, ответственности за это не несет. Вспомним, почему Левинсон не поднимает бросившегося ему в ноги корейца: “Он боялся,- пишет Фадеев,- что сделав это, он не выдержит и отменит свое приказание”. Многозначительна и другая фраза романа: “- Стреляйте, все равно,- махнул Левинсон и сморщился, словно стрелять должны были в него”.

За “холодными” словами Левинсона о человеке в жилетке (предавшем Метелицу): “Расстрелять его. ” следовало: “Только отведите подальше”. Фадеев дает понять, что вынужденный совершать жестокие поступки Левинсон боится привыкнуть к жестокости, что делает фигуру этого литературного героя не слишком типичной. Это герой, увиденный глазами хотя и не Мечика, но достаточно гуманного автора-повествователя, который, стремясь воплотить свои идеальные представления о герое-революционере, не мог сделать положительным героем хладнокровного убийцу. В реальной жизни левинсоны быстро превращались в срубовых из “Щепки” Зазубрина, в пастернаковского стрельниковых (какая многозначительность фамилии!), но это, как говорится, уже другие сюжеты. Фадеев шел к пониманию гуманности от нейтральной констатации жестокости гражданской войны в рассказе “Рождение Амгуньского полка”, где Селезневым хладнокровно расстреливаются поверившие ему люди, расстреливаются лишь потому, что им надоела война, они хотят разойтись, вернуться по домам. В “Разгроме” гуманистическая позиция Фадеева проявилась в том, что он, как справедливо писал И.Жуков, дал понять, что у его героя нет и не может быть абсолютных оправданий в своих действиях и самое страшное, нет иного выхода.

Александр Александрович Фадеев – писатель, чья биография очень тесно связана с историей нашего государства: революция, Гражданская война, война Отечественная.
Роман “Разгром” относится к лучшим произведениям А. Фадеева двадцатых годов. Это лироэпическое произведение, где описания и переживания слиты в многозначительных подробностях, где даже пейзажи по-своему романтичны, эмоциональны. Фадеев ориентировался на толстовское восприятие фразы в романе, на толстовский подход к изображению. Но в итоге получилось романтическое и светлое произведение. Стихия героизма и лиризма как бы входит в произведение с самого начала и остается в нем до конца.
Психологическая зоркость – вот что характерно для романа Фадеева. Вот один из примеров. Пойманного белыми Метелицу, жизнелюбивую натуру, допрашивает белый офицер. Метелице ясно, что его ждет смерть, и весь допрос ему просто противен. Вдруг офицер, глядя на его изрытое лицо, спрашивает, как бы внося ненужную, фальшивую для Метелицы ноту человечности, сожаления, хрупкой надежды, как бы сближающую их через барьеры: “Оспой давно болел?”
Зачем этот вопрос? К чему случайная, никуда не ведущая сентиментальность? Метелица раздражен, он не принял подобного отношения, игры в гуманизм, фальшивого очеловечивания поединка. Он не хочет цепляться за жизнь, быть униженным перед врагом: “Он растерялся потому, что в вопросе начальника не чувствовалось ни издевательства, ни насмешки, а видно было, что он просто заинтересовался его рябым лицом. Однако, поняв это, Метелица рассердился еще больше. ”
И так во всем. Реальная подробность в романе подается заостренно, наглядно. Для выявления ее сущности создается особая ситуация, сюжетная поправка. Прообразом Левинсона был И. М. Певзнер – командир Особого Коммунистического отряда. Детали кульминационного момента романа – встреча дозорного Морозки с белогвардейцами – так близки описанию реального события, о котором Фадеев рассказывал. Он говорил, что небольшой отряд красных наскочил на засаду врагов. Отстреливаясь, бойцы дали условный сигнал и спасли основные силы.
В “Разгроме” последняя ситуация романтически преображается, заостряется. Морозка не просто выстрелил во врагов, угрожавших ему непосредственно: он выхватил револьвер и, высоко подняв его над головой, чтобы было слышнее, выстрелил три раза, как было условлено.
Реальная ситуация весьма сильно преувеличена, преображена, героизирована – до выстрелов Морозка убедился, что Мечик действительно предал его, предал отряд: “Сбежал, гад. ”. Герой переживает и чувство своей правоты в этом споре с себялюбцем, эгоистом, и более глубокое чувство родства с бойцами, с доверившимися ему людьми. Все это пережил и автор. Эти три выстрела – три точки в сюжетных линиях, в диалогах с Левин-соном, чуть не отобравшим у него оружие после кражи дынь, с Варей, которую он все-таки любил, наконец, с Мечиком, неуязвимым в спорах, в искусстве самозащиты.
Реализм Фадеева – это окрыленный мечтой реализм; этот реализм обусловил все искусство концентрации действия, резкую очерченность характеров Левинсона, Морозки, Метелицы и их антипода Мечика.
Как сочетаются реалистическое и романтическое при раскрытии характера Левинсона?
В романе изображено множество крупных и мелких деяний, в которых этот герой – человек невысокого роста, уязвимый перед ударами судьбы, знающий, как мы видели, сомнения и состояния бессилия,- как бы плывет по течению, по воле событий. Наступают на район белые и японцы – он уводит отряд, заранее готовит походные сухари. Он просит доктора Сташинского сократить мучения безнадежно больного Фролова. Надо на кормить отряд – он отнимает свинью у крестьянина-корейца. Наконец, будучи прижат казаками к болоту, он, спасая отряд, приказывает строить гать. В повседневном быту он то перевоспитывает Морозку, способного воровать дыни на бахчах, то внимательно выслушивает исповеди Мечика, изумляясь одному: какой набор из простого самолюбия, сознания своей исключительности, неуважения к партизанам-шахтерам, к Морозке и Метелице живет в нем. “Вот тебе и на. ну – каша!” – думал Левинсон.
В один из моментов Левинсон вдруг, как мученик Христос, преодолевает боли и страдания своего бренного тела и чувствует прилив необыкновенных сил, “вздымавших его на недосягаемую высоту”. Писатель, правда, оговаривается, спасая героя от сходства с неземным Мессией: “И с этой обширной, земной человеческой высоты он господствовал над своими недугами, над слабым своим телом. ” Но эта высота и это господство – в известном плане именно неземные, порождаемые Идеей, завтрашним днем, мечтой. Фактически все время в Левинсоне происходит осознание неотвратимости его земного пути. С одной стороны, он видит всю скудость и бедность жизни старого, ветхого человека, живущего в бедности и грязи. С другой – он видит мир иной, способен укреплять в себе волю к победе, к преодолению этой скудости жизни.
В чем смысл этой борьбы, раскрывающей жизненные силы Морозки и Мечика?
Характер Морозки, ординарца Левинсона, может быть, самый живой народный характер в романе. Герой проходит перед духовным взором читателя сложный путь: от бесшабашности, безответственности перед отрядом, перед шахтерами до высокого чувства братства, к пониманию своей обделенности в любви. Но если психологическая жизнь Левинсона или скрыта, или закреплена в его цитатных формулах о новом человеке, то Морозка раскрывается во внешне бездумных действиях, в ситуациях драматичных, в поворотах сюжета.
В этом сопоставлении героев – огромная правда романа. Вроде бы ни о чем серьезном не думающий Морозка, не знающий своей личности, явно забывший о ней, в конце романа предстает перед нами совсем другим человеком.
Основную идею романа Фадеев определил так: “В гражданской войне происходит отбор человеческого материала. Все неспособное бороться отсеивается. Происходит переделка людей”.
Такая переделка и произошла со всеми героями этого произведения. Какой бы противоречивой ни была оценка гражданской войны с позиции сегодняшнего дня, несомненной заслугой Фадеева является то, что он показал войну изнутри.

Фадеев Александр Александрович

Фадеев Александр Александрович (настоящая фамилия Булыга, 1901—) — один из крупнейших советских писателей. Р. в г. Кимры, б. Тверской губ. Родители — из крестьян. Отец — фельдшер, мать — фельдшерица. Детство Ф. провел в Южно-Уссурийском крае, где отец его имел земельный надел. Учился в коммерческом училище в г. Владивостоке; в 1918 ушел из 8-го класса для работы в революционном подпольи. С этого же года — член ВКП (б).

В 1919—1921 участвовал в партизанском движении, а затем — в Красной армии, борясь против Колчака и японских интервентов. С 1921 по 1924 — учился в Горной академии, затем был на партийной работе (по 1926).

Первый рассказ «Разлив» был напечатан в 1923 («Молодая гвардия», № 9—10), следующий, «Против течения» — в 1924 (альманах «Молодогвардейцы»).

После выхода в свет романа «Разгром» (1927), имевшего огромный и заслуженный успех, Фадеев отдается исключительно литературной деятельности. Кроме художественных произведений Ф. — автор ряда теоретико-критических статей. В 1926—1932 — один из руководителей РАПП и ВОАПП. В настоящее время работает в Союзе писателей как член правления и президиума Союза писателей. В 1939 награжден орденом Ленина.

Произведения Ф. посвящены изображению революционного движения и борьбы против белогвардейцев и интервентов на Дальнем Востоке.

Проблема большевистского руководства, образ большевика со всем богатством и сложностью его внутреннего, мира, с его революционной устремленностью, с его уменьем объединить людей в борьбе за пролетарскую революцию — в центре внимания Фадеева.

Образы большевиков выведены уже в ранних рассказах Ф. Комиссар Соболь и комендант парохода Селезнев («Против течения») — это стойкие, неуклонно идущие «против течения» большевики, подчиняющие стихию взбунтовавшегося партизанского отряда. Молодой крестьянин Иван Неретин («Разлив») в напряженной обстановке классовой борьбы обнаруживает все качества мужественного руководителя-большевика, не теряющегося в трудных условиях, умеющего поставить интересы общего дела выше своих личных.

Гражданская война в произведениях русских писателей ХХ века 2

. nbsp; Со всей своейстрастью писателя-коммуниста и революционера А.А. Фадеев стремился приблизитьсветлое время коммунизма. . nbsp; в творчестверусских писателей. 1.1. А.А. Фадеев –«важнейший зачинатель советской ли­тературы . вромане, совокупность всех социальных, культурных, идейных и нравственныхразновидностей (большевик Левинсон, рабо­чие – Морозка, Дубов, Гончаренко,Бакланов, .

Эти два ранних произведения, страдающие известной схематичностью, не лишенные внешних романтических эффектов, явились как бы подготовительной работой к большому роману Фадеева «Разгром», вышедшему в 1927. «Разгром» по праву вошел в железный фонд советской литературы. Центральная проблема романа — проблема партийного руководства в революции — раскрыта в образе командира отряда, коммуниста Левинсона. Создание полноценного образа большевика — Левинсона — и является одной из крупнейших побед искусства социалистического реализма. В лице Левинсона Ф. сумел впервые дать полноценную фигуру партийца-вождя, противопоставив ее схематичному образу большевика в «кожаной куртке» «железобетонному пролетарию». Типическое значение характера Левинсона тем более велико, тем более убедительно, что важнейшие черты большевика выступают здесь в глубоко индивидуальном своеобразии. Перед читателем раскрывается не только внешнее поведение Левинсона, но и его внутренний душевный мир. Оказывается, что сила Левинсона, большевика-командира, заключается не в отсутствии у него тех слабостей и желаний, которые есть у остальных людей, а в том, что, сознавая свой революционный долг, напряжением воли Левинсон подавляет и преодолевает свои слабости.

В этой борьбе противоречивых тенденций раскрывается образ Левинсона. Большевик-организатор, кровно связанный со своим отрядом, он, опираясь на него, никогда не подчиняется ему, а руководит массой, умея в нужную минуту противопоставить дезорганизованности партизан свою несокрушимую волю. Реалистичность образа Левинсона, лишенного какой бы то ни было ходульности, подчеркивается отсутствием внешних героических черт, описанием физической слабости этого тщедушного, невзрачного на вид человека.

Своеобразие идейно-композиционной структуры романа М.А. Булгакова «Белая гвардия» (концептуальная триада дом-город-космос)

. сотни людей стали жертвами. В основе сюжета романа не внешние события, передающие ход революции и Гражданской войны, а нравственные конфликты и противоречия . это. Потому что, несмотря на страшные преступления, совершаемые петлюровцами и большевиками, есть люди, подобные Алексею и Николке Турбиным, способные противостоять злу .

Рисуя образ Левинсона, Фадеев разрешает проблему пролетарского гуманизма: для спасения отряда Левинсон не останавливается перед жестокими мерами, вплоть до отравления раненого Фролова, но все его поступки, все его взаимоотношения с партизанами в конечном счете определяются подлинной любовью к человеку, ради которого и стремится он к торжеству революции. Пролетарский гуманизм Левинсона еще резче оттеняется в сравнении с ложным, отвлеченным гуманизмом Мечика, его «гуманистической» фразеологией, за которой скрывается только ограниченное себялюбие. Имя Мечика стало уже нарицательным для обозначения мелкобуржуазной слабости, дряблости, бесхарактерности, узкого индивидуализма, соединения возвышенных и красивых представлений и фальшивых иллюзий о себе самом с трусостью и подлостью в реальной жизни. Мечику по существу дорог только он сам, его собственная личность. Защищая в теории высокие принципы гуманности, он в то же время думает только о спасении своей шкуры и в результате предает отряд. Мечик — раб своих слабостей, Левинсон — их властелин.

Ценность романа заключается также в изображении и других бойцов партизанского отряда. Очень интересна фигура Бакланова, этого будущего Левинсона, которому недостает еще революционного и жизненного опыта своего начальника. Типы рядовых бойцов даны в образах пастуха Метелицы, шахтера Морозко и др. Если в Мечике Ф. разоблачает мелкобуржуазную романтику, то в лице бесстрашного партизана Метелицы дано утверждение подлинного революционного романтизма, свойственного нашей эпохе. Штамп героического партизана преодолевает Ф. в образе Морозко. Такие люди, как Морозко, еще не изжили ряда недостатков: они могут нарушить дисциплину, подраться, напиться; Морозко представляется «чистенькому» Мечику грубым, себялюбивым человеком, не имеющим с революцией ничего общего. На деле же этот партизан связан с революцией: он мужественно сражается и гибнет за революцию, в то время как Мечик оказывается предателем.

Милиция и городские слои в период революционного кризиса 1917 года. Проблемы легитимности

. , от лица которой милиция действует. В советской историографии революции 1917 г. история революционной милиции была расчленена на историю рабочей милиции и “буржуазной . стекла). Согласно полицейским донесениям, во время “демонстраций” первых февральских дней часть толпы нередко врывалась в ювелирные магазины, похищая драгоценные изделия, громила .

Значение романа в том, что благодаря правдивому реалистическому изображению непоколебимой силы большевика Левинсона, революционного героизма и мужества партизан поражение отряда вызывает у читателя не пессимистические выводы и настроения, а внушает уверенность в победе революции, убеждает в том, что разгром отряда Левинсона только эпизод в ходе боев. Мужественная концовка романа («…нужно было жить и исполнять свои обязанности…») является утверждением торжества большевистской воли, большевистского руководства в революции.

Специфичность художественной манеры Ф. заключается в обнажении внутреннего мира своих героев, в детальном анализе глубочайших переживаний человека. Защите этого метода Ф. посвятил и свои литературно-теоретические выступления, в частности статью «Столбовая дорога пролетарской литературы» (1929).

Искусству изображения человеческой психологии Ф. учился у Л. Толстого, влияние которого заметно в «Разгроме», отчасти в «Последнем из удэге», и сказывается прежде всего в приемах раскрытия душевного мира героев романа, психологической «изнанки» человека. Обнажая психологическую сущность своих героев путем раскрытия противоречия внешнего поведения человека и внутренних мотивов этого поведения, Фадеев пользуется нередко и специфической толстовской фразой, с помощью которой подчеркиваются обычно скрытые внутренние двигатели человеческих поступков («И мучился он не столько потому, что из-за этого его поступка погибли десятки доверившихся ему людей, сколько потому, что несмываемо-грязное, отвратительное пятно этого поступка противоречило всему тому хорошему и чистому, что он находил в себе…» (разрядка наша)).

Роман Ф.М. Достоевского «Бедные люди» в литературном контексте 1840-х годов

. в тексте намерение автора сделать Алексея Федоровича главным героем романа? Сюжетно-композиционная и идеологическая функция этого персонажа. . »). 1. Роль экспозиции в архитектонике романа. Герои романа как носители «мысли семейной». Есть ли в романе «счастливые» семьи? (аргументируйте). « . . М., 1910. 2. Бердяев Н.А. Духи русской революции // Литературная учеба. 1990. Кн. 2. 3. Мережковский .

Однако попытки некоторой части критиков (с одной стороны — формалистов, с другой — литфронтовцев) отыскать «толстовщину» в самом существе творчества Ф. были сугубо неправильны. Если для Л. Толстого характерны идеи детерминизма, фаталистического толкования исторического процесса, утверждение стихии бессознательного в истории, то для Ф., художника революционного пролетариата, прежде всего очевидны те социальные закономерности, которые управляют ходом истории, роль и значение большевистского руководства в революции, побеждающего стихийное начало.

Одним из средств психологической характеристики является у Ф. подчеркивание определенной портретной детали, подробное описание жестов, мимики, сопровождающих речь и действия героя, своеобразно поясняющих его внутреннее состояние.

В годы 1930—1936 появляются три части еще не законченного и сейчас романа Ф. «Последний из удэге». В нем Ф. поставил перед собой задачу показать, как народы, стоящие еще на ступени патриархального общества, под руководством победившего революционного пролетариата, переходят непосредственно к социализму, минуя промежуточные экономические уклады.

Роман еще не закончен, он охватывает пока период гражданской войны. Однако уже в первых трех частях дан огромный материал из истории пролетарской революции на Дальнем Востоке, описано партизанское движение, борьба против белогвардейцев и интервентов, изображены жизнь и быт племени «удэге», живущего в условиях родового строя, хотя уже распадающегося; создана целая галлерея образов — капиталиста Гиммера и его семьи, вождей и рядовых бойцов революции, представителей кулачества

В третьей части романа автор уделяет усиленное внимание вопросам большевистской тактики, которая основывается на правильном понимании движущих сил революции, на учете окружающих условий, обстановки, взаимоотношения борющихся сил. Проблема политической тактики ставится и разрешается в спорах и действиях большевиков-руководителей — Суркова и Алеши Маленького, ищущих верных путей для окончательной победы революции (ср. с Левинсоном, этим тонким политическим стратегом и тактиком, который научился «управлять событиями тем полней и успешней, чем менее и правильней он мог прощупать их действительный ход и соотношение людей и сил в них»).

Эмиль Золя. Роль описания в натуралистическом романе Дамское счастье

. зверь» (1890), «Доктор Паскаль» (1983).(5) Практическая часть. Роман начинается с таких слов «Дениза шла пешком с вокзала . народа, и это помогало ему – современнику двух революций, свидетелю все растущего рабочего движения – подняться до . воспроизводстве человечества, это евангелие превращается в патетическую демонстрацию против падения рождаемости во Франции. В промежутке между сериями .

В первой части романа главным персонажем является Лена Костенецкая, воспитывающаяся в доме Гиммеров, сквозь призму переживаний которой изображены жизнь семьи капиталиста, первые шаги революции во Владивостоке; во второй части — старый рабочий Мартемьянов, до конца преданный революции, и романтически настроенный юноша — Сережа Костенецкий, в восприятии которых даны жизнь племени удэге и картины партизанского движения; в третьей части — большевики, руководители партизан — Петр Сурков и Алеша Чуркин. От Левинсона Сурков и Алеша Чуркин отличаются тем, что они более цельные люди и им, вышедшим из рабочей среды, нет нужды преодолевать те слабости, которые у Левинсона являются результатом его иной социальной биографии. Петр Сурков и Алеша Маленький изображены автором как полноценные большевики, со всеми индивидуальными различиями, придающими глубокую жизненность их характерам.

В изображении классовых врагов — кулака Казанка, офицера Лангового — Ф. сумел дать также реалистические образы, свободные от схематизма и шаблона. В третьей части романа показан яркий образ рабочего Пташки, который, несмотря на чудовищные пытки, остается верен делу революции. Эта эпизодическая фигура в романе вырастает в большой образ, символизирующий силу и непреклонность рабочего класса. В «Последнем из удэге» особенно отчетливо выступает большевистская идейная направленность творчества Фадеева. Для Ф. характерен интерес к большим общественным проблемам, которые он разрешает на основе глубокого социально-философского анализа. Таков грандиозный замысел «Последнего из удэге», который сложился, как писал сам автор в предисловии к первому изданию своего романа, под большим влиянием книги Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства». Пафос фадеевского творчества — в любви его к сильному, мужественному, волевому человеку, творцу новой, счастливой жизни, в ненависти к уродствам быта, порожденного капиталистическим строем. С особой любовью обращается Ф. к теме пролетарского гуманизма, рисует новые чувства и переживания людей Великой Октябрьской социалистической революции, их боевую дружбу, суровую и мужественную, лишенную всякой сентиментальности. В этом отношении особенно показательна дружба Петра Суркова и Алеши Маленького, резко и жестоко критикующих друг друга, но вместе с тем глубоко и прочно связанных между собой беззаветной преданностью общему делу революции.

Женские образы в романах Г. Флобера «Госпожа Бовари» и Л.Н. Толстого «Анна Каренина»

. утвердившиеся за долгие годы крепостничества. 2. Женские образы героинь романов Сюжет флоберовского романа основан на банальной коллизии: жена, нелюбимый . Контрольная работа по предмету: Зарубежная литература Тема: Женские образы в романах Г. Флобера «Госпожа Бовари» и Л. Н. . их роднит одно – женский образ автора. Женщина для него – это лучшая часть рода человеческого, более одухотворённая, более .

К особенностям художественной манеры Ф. относятся изображение описываемых явлений, событий не непосредственно от автора, а через восприятие тех или иных действующих лиц, глазами тех или иных героев. Иногда дается как бы двойное изображение явлений с разных позиций, с разных точек зрения (ср. описание жизни удэгейцев, партизанщины через восприятие Сережи и Мартемьянова, героев, резко отличных по своему социальному облику, возрасту, житейскому опыту ).

Этим достигается не только многостороннее и более глубокое изображение самих явлений, но одновременно и характера воспринимающего героя. Глубокий психологический анализ — основное достоинство романов Ф., в частности «Последнего из удэге». Однако этот анализ не является у Ф. чем-то самодовлеющим и не имеет ничего общего с «самокопанием», изощренностью так назыв. «психоложества».

Заслуга Ф. не только в создании выпуклых, запоминающихся образов отдельных героев, прочно утвердившихся в советской литературе (от Левинсона до Суркова), но и в уменьи дать образ массы, образ партизанского отряда, этого живого коллектива, меняющего свой облик в зависимости от условий, обстановки, ситуаций (ср. отряд в бою, на отдыхе, на митинге и пр.).

Несмотря на то, что роман Ф. в дальнейших изданиях подвергся частичным композиционным переделкам, сокращениям, он носит следы некоторой растянутости и рыхлости. В этом отношении выгодно отличается третья книга, в которой Ф. смог добиться большей сжатости, стройности и лапидарности стиля.

I. Против течения. Рассказ, «Молодая гвардия», 1923, № 9—10

Разлив. Повесть, альманах «Молодогвардейцы», изд. «Молодая гвардия», Л., 1914

Разгром. Роман, изд. «Прибой», Л., (1927) (отрывки первоначально печатались в «Молодой гвардии», 1926, №№ 7 и 12)

Против течения. (Рассказы), изд. «Прибой», Л., 1927

Разгром. Против течения. Разлив, изд. 3-е., пересмотр. и перераб. автором, «ЗиФ», М. — Л. (1928)

Последний из удэге. Роман, кн. I, изд «Моск. рабочий», М. — Л., 1930, кн. 2, ГИХЛ, (М.), 1933

кн. 3, Гослитиздат, М. — Л., 1935

«На рубеже», Хабаровск, 1937, № 1—2 (ч. IV)

Последний из удэге. (Главы из 4-й части романа), изд. Журн.-газ. объединения, М., 1937, Биб-ка «Огонек», № 49 (1036))

Землетрясение. Рассказ, «Красная новь», 1935, № 1. Критические статьи Ф. (Статьи в основном ошибочные, отразившие вредные рапповские «теории»): Столбовая дорога пролетарской литературы, изд. «Прибой», Л., 1929

За художника материалиста-диалектика, изд. 2-е, ГИХЛ, Л., 1931

На литературные темы, ГИХЛ, М. — Л., 1932

Какая литература нужна рабочему классу, ГИХЛ, М. — Л., 1932

Мой творческий опыт рабочему автору, Профиздат, М., 1934.

Сочинение – анализ романа Разгром Фадеева

А. Фадеев в романе «Разгром» (1927 г.) впервые в советской ли­тературе основное внимание сосредоточил на изображении внутреннего мира вымышленных героев – рядовых участников ре­волюции и гражданской войны. Решению этой задачи подчинено в романе все – от выбора ситуации, особенностей построения произведения до приемов психологического анализа.

Рассказывая о партизанском движении на Дальнем Востоке в годы гражданской войны, Фадеев выбирает ситуацию траги­ческую, обозначенную в заглавии произведения: речь идет о разгроме партизанского отряда. В этих испытаниях наиболее ярко раскрываются характеры героев, происходит, по словам автора, «огромнейшая переделка людей».

Первые восемь глав представляют собой развернутое введе­ние. Ряд глав назван именами главных героев: «Морозка», «Ме­чик», «Левинсон». Художник сознательно замедляет действие, чтобы рассказать об истории основных персонажей, охаракте­ризовать взаимоотношения между ними и подготовить читателя к пониманию закономерности поведения действующих лиц во время напряженных боев. Фадеев внимателен к мыслям и чув­ствам своих героев, он постоянно показывает, как они воспри­нимают события. В изображении психологии действующих лиц писатель опирается на традиции русской классической литера­туры, прежде всего Л.Н. Толстого. Фадеев следует принципам своего великого предшественника в те годы, когда яростно от­рицалась литература прошлого, а внимание к внутреннему миру человека называлось не иначе как «психоложество». В традициях Толстого – изображение «широкого народного моря, взволно­вавшегося до самых глубин», принципы психологического ана­лиза (портретные и пейзажные детали, внутренние монологи, позволяющие обнажить тайные пружины действий героев, их мысли и чувства, например, в главах «Левинсон», «Груз», «Де­вятнадцать»). Внутренние монологи показывают отклик героев на события, психологическую мотивировку их поступков. Они тесно связаны с действиями персонажей, их биографиями, не­редко включают в себя элементы авторского комментария.

Раскрывая напряженность исторических, нравственных, психологических конфликтов, Фадеев использует принцип ан­титезы. В противопоставлении Левинсона и Морозки, Левинсо­на и Мечика показано значение убежденности, сознательности в становлении личности. Столкновение Морозки и Мечика с самого начала выявляет превосходство безошибочного, по мне­нию Фадеева, «классового чутья» пролетария над колебаниями «чистенького» интеллигента, которому нужна не сама револю­ция, а он в ней. В романе, как мы можем убедиться, явно пре­обладает классовый принцип оценки человека, и в этом сказы­вается историческая ограниченность взглядов писателя.

Основное внимание Фадеев уделяет нравственно-психоло­гическому формированию личности, участвующей в борьбе за новую жизнь. С наибольшей полнотой процесс духовного мужа­ния человека в суровых испытаниях раскрыт на примере шахте­ра Ивана Морозова, прозванного Морозной. Двенадцать из сем­надцати глав так или иначе связаны с последовательным изоб­ражением перемен в чувствах и мыслях бывшего шахтера, и особую роль в этом процессе играет командир отряда Левинсон. Итогом короткого жизненного пути Морозки стал его подвиг – спасение товарищей ценою собственной жизни.

Противоположный результат воплощен в рассказе об исто­рии Павла Мечика. Пришедший в революцию с романтически­ми мечтами и надеждами, он не выдерживает испытания суро­выми реалиями боевой жизни. Фадеев трактует каждый посту­пок Мечика как выражение слабости, эгоизма, отсутствие твердого нравственного стержня. Эти черты, все яснее обнару­живающиеся в Мечике, в конце концов приводят его к преда­тельству. Автор последователен в развенчивании Мечика, для него это изначально «человек мелкий, трусливый, и страдания его поверхностны, мелки, ничтожны». Всем ходом романа Фа­деев стремится доказать свою точку зрения. В изображении героя-интеллигента очевиден прямолинейно-обличительный ук­лон, отсутствует стремление к раскрытию личности сложной, противоречивой, которое будет характерно – при всех различи­ях авторских позиций – для произведений современников Фа­деева, рассказывающих о пути интеллигенции в революции (на­зовем книги В. Вересаева «В тупике», М. Булгакова «Белая гвар­дия», А. Толстого «Хождение по мукам», М. Горького «Жизнь Клима Самгина», позднее «Доктор Живаго» Б. Пастернака).

Фадеев a. a. – Роман а. фадеева разгром – сочинение

В отличие от советских писателей, чья литературная деятельность началась до Октября, Александр Фадеев открывает новую страницу русской литературы. Фадеев, Шолохов и Леонов представляют новую генерацию писателей, чья биография определилась революцией и участием в гражданской войне на стороне красных. Как писатели они начинают заявлять о себе в 1923-1925г.г.

Семья А.Фадеева принадлежала к демократической низовой интеллигенции, сочувствующая революции. Трагическая и ужасная в своих подробностях гибель его двоюродных братьев Всеволода и Игоря Сибирцевых укрепила Фадеева в его идеологических позициях. Он с юных лет чувствовал себя солдатом партии, которая всегда права, и эта его вера воплотилась в образах героев революции. Тема партизанского движения на Дальнем Востоке, где прошла юность Фадеева, предопределила содержание его творчества, начиная с первых произведений – рассказа “Против течения” (“Рождение Амгуньского полка”) и повести “Разлив”. Сказанное писателем о “Разгроме”: “Главным движущим конфликтом. выступает борьба против японских интервентов и белого казачества” (письмо Е.Д.Суркову от 9 декабря 1955г.), – можно отнести ко всему творчеству Фадеева.

Славу писателю принес роман “Разгром” (1927). Он написан в Краснодаре и Ростове, где Фадеев был на партийной работе. На примере “Разгрома” можно увидеть, как общепринятая интерпретация привела к полному искажению смысла текста в сознании нескольких поколений. Этому способствовало состояние литературной критики, преподавание литературы в школах и вузах в условиях тоталитарного режима и автоинтерпретация произведения, которая не могла быть иной в устах человека, искренно преданного коммунистической идеологии. Надо также учесть и противоречивость авторской позиции, которая на протяжении десятилетий не могла быть раскрыта и даже увидена и в силу сложившихся стереотипов, обнаружить в то время такое противоречие, значило похоронить, если не роман, то собственное исследование. Да и покрытые хрестоматийным глянцем произведения, подобные горьковской “Матери” и “Разгрому” просто на- просто не возбуждали исследовательскую мысль: все казалось ясным и лежащим на поверхности.

Такая “ясность” не замедлила проявиться и при резкой смене общественной ориентации – в простой замене знака “плюс” на “минус”. Разгром “Разгрома” стал непременным атрибутом современной нигилистической критики. При этом “забывается”, что высокую оценку ему давали не только официозные партийные издания. То, что “Разгром” был незаурядным художественным открытием, подтверждает реакция на его появление А.К.Вронского: “Этот роман написан. совсем не по обычному трафарету, по какому сочиняются и пишутся многими пролетарскими писателями десятки и сотни повестей и романов. И чем решительнее пролетарская литература пойдет по этому новому для нее пути, тем скорее завоюет она себе “гегемонию” органически, а не механическими средствами”. И хотя тема романа казалась критику “набившей оскомину” особенно в произведениях с обилием батальных сцен, он с удовлетворением отметил в “Разгроме” и несвойственную революционной прозе трагичность финала, и глубокое раскрытие внутреннего мира героев. Воронский увидел у Фадеева отражение инстинктивной, стихийной, подсознательной жизни, что он полагал одной из важнейших задач искусства; увидел традиции толстовского психологизма и “те мелочи, на которых зиждется художество”. Герои “Разгрома”, писал критик, “живые люди, их наглядно представляешь себе”.

Спустя много лет такая же высокая оценка прозвучала в выступлении В.Быкова, в повестях которого “Сотников”, “Круглянский мост” не без оснований видят полемику с “Разгромом”. И тем не менее: “Очень сильное впечатление произвел на меня “Разгром” Фадеева. Я перечитывал его потом еще не раз, и до сих пор он поражает меня многими своими сторонами. Я вижу здесь живую правду, запечатленную талантливой и честной рукой” . Все это никак не учитывается в “разгромной” и по тематике, и по существу критике, а в печально памятной статье В.Воздвиженского “Бедствие среднего вкуса” именем Фадеева открыт разговор о вриокультуре.

Первое, в чем обвиняется автор “Разгрома” – псевдогуманизм: в угоду своей классовой ориентации он, якобы, выдает за гуманизм то, что им являться не может и тем самым воспитывает в читателе искаженные представления о гуманизме. Буквально притчей во языцех стали две сцены из “Разгрома”: экспроприация свиньи у корейца и смертная чаша, точнее мензурка для Фролова. Вот мнение одного из вузовских преподавателей: “Как можно говорить о “социалистическом гуманизме” Левинсона, отобравшего последнюю свинью у корейского крестьянина, жестоко поступившего с раненым Фроловым? Как можно считать Левинсона классическим образцом коммуниста-организатора, достойным подражания? Кого можно воспитать на таких примерах гуманизма? Ответ однозначен: только жестоких сталинистов, для которых человек гроша ломаного не стоит”, и в этом автор цитируемой заметки видит “социальное зло фадеевщины”.

О гуманизме (а гуманизм един и не подлежит разделению на социалистический или буржуазный) здесь действительно речи быть не может. Фадеев-теоретик действительно разделял ленинские постулаты коммунистической нравственности, оправдывающей любые средства для достижения высших целей, и даже признавался в своем желании развить в “Разгроме” мысль о том, что нет отвлеченной, “общечеловеческой” вечной морали. Со ссылкой на известный постулат Ленина, писатель говорит о “таком понимании морального, когда все поступки и действия направлены в интересах революции. Не морально все то, что нарушает интересы революции”. Однако, названные эпизоды, как они показаны автором, все же “не тот случай”. Интуиция художника уберегла его в этих сценах от влияния политических доктрин. В романе яд для смертельно раненного Фролова вовсе не выглядит как некий нравственный подвиг Левинсона и Сташинского. Надо отдать должное Б.Сарнову, который в трактовке этого эпизода снимает “вину” с Фадеева и справедливо перекладывает ее на критику. “Фадеев,- пишет он,- правильно оценил экстремальную, чудовищную, нечеловеческую ситуацию, к которой можно отнестись по-разному. Можно вместе с Мечиком ужаснуться поступку Левинсона и Сташинского. Можно попытаться оправдать его, как крайнюю меру, вынужденную чрезвычайными обстоятельствами. Но вряд ли можно представить этот поступок как некий нравственный подвиг. Однако на протяжении многих лет и даже десятилетий вся наша критика прославляла поступок Левинсона и Сташинского как акт подлинного гуманизма. А в том, что Мечик ужаснулся решению. видела подтверждение закономерности его будущего предательства”.

Авторская позиция в рассматриваемом эпизоде действительно иная, чем это было представлено в советской критике. Ничего от подвига нет в описании:

“Не глядя друг на друга, дрожа и запинаясь и мучаясь этим, они заговорили о том, что уже было понятно обоим, но чего они не решались назвать одним словом. “.

“- А как он – плох? Очень. – несколько раз спросил Левинсон. – Надежд никаких. да разве в этом суть. – Все-таки легче как-то,- сознался Левинсон. Он тут же устыдился, что обманывает себя, но ему действительно стало легче”.

Душераздирающие подробности эпизода заставляют страдать не только Мечика, но и Левинсона, поступок которого вовсе не возводится Фадеевым в ранг добродетели. И то, как Левинсон запнулся и смолк, сурово стиснув челюсти, и то, как доктор (кстати, ранее предложивший остаться с Фроловым) подавал мензурку, кривя побелевшими губами, знобясь и страшно мигая, говорит о том, что герои не подвиг совершают, а обрекают себя на муки совести, на чувство неизбывной трагической вины. Эпизод раскрыт автором не только как абсолютно неприемлемый для Мечика, но и как крайне тяжелый и драматичный для Левинсона и Сташинского. В “Конармии” И.Бабеля повествователь Лютов в подобных обстоятельствах остался на позиции Мечика, потеряв Афоньку, первого своего друга, застрелившего обреченного на смерть Долгушова. Фадеев не только сочувствует Мечику, но он понял и Левинсона, попавшего во власть суровой необходимости и уверовавшего в праве революции на жестокость.

Но нравственный подвиг Фадеевым действительно изображен, только подвиг не Левинсона, а Фролова, который подержал мензурку с ядом обеими руками и выпил. За этой скупой информацией подтекст глубокий и волнующий, даже если не знать, что переживал автор, создавая эту сцену. А он не мог не вспомнить своего двоюродного брата и друга Игоря Сибирцева, который тоже застрелился, чтобы не стать обузой отряду. Советский читатель больше помнил, что второй брат Фадеева Всеволод Сибирцев был сожжен живым в паровозной топке, а судьба Игоря, как и поведение литературного героя – Фролова, как-то оставались в тени совершающего “подвиг” Левинсона. Прав И.Жуков, заметивший, что “очень долго мы воспевали не настоящего, а адаптированного Фадеева, упрощенного до предела, шли не вглубь, а вдоль текста” (9а).

В эпизоде с крестьянином-корейцем полемика также может идти только с советской критикой, объявившей содеянное образцом социалистического гуманизма и примером для подражания. Фадеев, как говорится, ответственности за это не несет. Вспомним, почему Левинсон не поднимает бросившегося ему в ноги корейца: “Он боялся,- пишет Фадеев,- что сделав это, он не выдержит и отменит свое приказание”. Многозначительна и другая фраза романа: “- Стреляйте, все равно,- махнул Левинсон и сморщился, словно стрелять должны были в него”.

За “холодными” словами Левинсона о человеке в жилетке (предавшем Метелицу): “Расстрелять его. ” следовало: “Только отведите подальше”. Фадеев дает понять, что вынужденный совершать жестокие поступки Левинсон боится привыкнуть к жестокости, что делает фигуру этого литературного героя не слишком типичной. Это герой, увиденный глазами хотя и не Мечика, но достаточно гуманного автора-повествователя, который, стремясь воплотить свои идеальные представления о герое-революционере, не мог сделать положительным героем хладнокровного убийцу. В реальной жизни левинсоны быстро превращались в срубовых из “Щепки” Зазубрина, в пастернаковского стрельниковых (какая многозначительность фамилии!), но это, как говорится, уже другие сюжеты. Фадеев шел к пониманию гуманности от нейтральной констатации жестокости гражданской войны в рассказе “Рождение Амгуньского полка”, где Селезневым хладнокровно расстреливаются поверившие ему люди, расстреливаются лишь потому, что им надоела война, они хотят разойтись, вернуться по домам. В “Разгроме” гуманистическая позиция Фадеева проявилась в том, что он, как справедливо писал И.Жуков, дал понять, что у его героя нет и не может быть абсолютных оправданий в своих действиях и самое страшное, нет иного выхода.

Александр Александрович Фадеев – писатель, чья биография очень тесно связана с историей нашего государства: революция, Гражданская война, война Отечественная.
Роман “Разгром” относится к лучшим произведениям А. Фадеева двадцатых годов. Это лироэпическое произведение, где описания и переживания слиты в многозначительных подробностях, где даже пейзажи по-своему романтичны, эмоциональны. Фадеев ориентировался на толстовское восприятие фразы в романе, на толстовский подход к изображению. Но в итоге получилось романтическое и светлое произведение. Стихия героизма и лиризма как бы входит в произведение с самого начала и остается в нем до конца.
Психологическая зоркость – вот что характерно для романа Фадеева. Вот один из примеров. Пойманного белыми Метелицу, жизнелюбивую натуру, допрашивает белый офицер. Метелице ясно, что его ждет смерть, и весь допрос ему просто противен. Вдруг офицер, глядя на его изрытое лицо, спрашивает, как бы внося ненужную, фальшивую для Метелицы ноту человечности, сожаления, хрупкой надежды, как бы сближающую их через барьеры: “Оспой давно болел?”
Зачем этот вопрос? К чему случайная, никуда не ведущая сентиментальность? Метелица раздражен, он не принял подобного отношения, игры в гуманизм, фальшивого очеловечивания поединка. Он не хочет цепляться за жизнь, быть униженным перед врагом: “Он растерялся потому, что в вопросе начальника не чувствовалось ни издевательства, ни насмешки, а видно было, что он просто заинтересовался его рябым лицом. Однако, поняв это, Метелица рассердился еще больше. ”
И так во всем. Реальная подробность в романе подается заостренно, наглядно. Для выявления ее сущности создается особая ситуация, сюжетная поправка. Прообразом Левинсона был И. М. Певзнер – командир Особого Коммунистического отряда. Детали кульминационного момента романа – встреча дозорного Морозки с белогвардейцами – так близки описанию реального события, о котором Фадеев рассказывал. Он говорил, что небольшой отряд красных наскочил на засаду врагов. Отстреливаясь, бойцы дали условный сигнал и спасли основные силы.
В “Разгроме” последняя ситуация романтически преображается, заостряется. Морозка не просто выстрелил во врагов, угрожавших ему непосредственно: он выхватил револьвер и, высоко подняв его над головой, чтобы было слышнее, выстрелил три раза, как было условлено.
Реальная ситуация весьма сильно преувеличена, преображена, героизирована – до выстрелов Морозка убедился, что Мечик действительно предал его, предал отряд: “Сбежал, гад. ”. Герой переживает и чувство своей правоты в этом споре с себялюбцем, эгоистом, и более глубокое чувство родства с бойцами, с доверившимися ему людьми. Все это пережил и автор. Эти три выстрела – три точки в сюжетных линиях, в диалогах с Левин-соном, чуть не отобравшим у него оружие после кражи дынь, с Варей, которую он все-таки любил, наконец, с Мечиком, неуязвимым в спорах, в искусстве самозащиты.
Реализм Фадеева – это окрыленный мечтой реализм; этот реализм обусловил все искусство концентрации действия, резкую очерченность характеров Левинсона, Морозки, Метелицы и их антипода Мечика.
Как сочетаются реалистическое и романтическое при раскрытии характера Левинсона?
В романе изображено множество крупных и мелких деяний, в которых этот герой – человек невысокого роста, уязвимый перед ударами судьбы, знающий, как мы видели, сомнения и состояния бессилия,- как бы плывет по течению, по воле событий. Наступают на район белые и японцы – он уводит отряд, заранее готовит походные сухари. Он просит доктора Сташинского сократить мучения безнадежно больного Фролова. Надо на кормить отряд – он отнимает свинью у крестьянина-корейца. Наконец, будучи прижат казаками к болоту, он, спасая отряд, приказывает строить гать. В повседневном быту он то перевоспитывает Морозку, способного воровать дыни на бахчах, то внимательно выслушивает исповеди Мечика, изумляясь одному: какой набор из простого самолюбия, сознания своей исключительности, неуважения к партизанам-шахтерам, к Морозке и Метелице живет в нем. “Вот тебе и на. ну – каша!” – думал Левинсон.
В один из моментов Левинсон вдруг, как мученик Христос, преодолевает боли и страдания своего бренного тела и чувствует прилив необыкновенных сил, “вздымавших его на недосягаемую высоту”. Писатель, правда, оговаривается, спасая героя от сходства с неземным Мессией: “И с этой обширной, земной человеческой высоты он господствовал над своими недугами, над слабым своим телом. ” Но эта высота и это господство – в известном плане именно неземные, порождаемые Идеей, завтрашним днем, мечтой. Фактически все время в Левинсоне происходит осознание неотвратимости его земного пути. С одной стороны, он видит всю скудость и бедность жизни старого, ветхого человека, живущего в бедности и грязи. С другой – он видит мир иной, способен укреплять в себе волю к победе, к преодолению этой скудости жизни.
В чем смысл этой борьбы, раскрывающей жизненные силы Морозки и Мечика?
Характер Морозки, ординарца Левинсона, может быть, самый живой народный характер в романе. Герой проходит перед духовным взором читателя сложный путь: от бесшабашности, безответственности перед отрядом, перед шахтерами до высокого чувства братства, к пониманию своей обделенности в любви. Но если психологическая жизнь Левинсона или скрыта, или закреплена в его цитатных формулах о новом человеке, то Морозка раскрывается во внешне бездумных действиях, в ситуациях драматичных, в поворотах сюжета.
В этом сопоставлении героев – огромная правда романа. Вроде бы ни о чем серьезном не думающий Морозка, не знающий своей личности, явно забывший о ней, в конце романа предстает перед нами совсем другим человеком.
Основную идею романа Фадеев определил так: “В гражданской войне происходит отбор человеческого материала. Все неспособное бороться отсеивается. Происходит переделка людей”.
Такая переделка и произошла со всеми героями этого произведения. Какой бы противоречивой ни была оценка гражданской войны с позиции сегодняшнего дня, несомненной заслугой Фадеева является то, что он показал войну изнутри.

Анализ произведения «Разгром» (А. А. Фадеев)

Автор: Самый Зелёный · Опубликовано 06.02.2020 · Обновлено 06.02.2020

Значимость такого события для истории России, как Гражданская война, проходившая на территории нашей страны в начале двадцатого века, трудно переоценить. Тема этого конфликта занимала огромное место в отечественном искусстве советского периода, и, несмотря на давность этих событий, находит своё отражение и в современной культуре. Одним из самых известных романов, посвящённых Гражданской войне, считается роман Александра Фадеева «Разгром», в котором писатель на примере быта красного партизанского отряда, стремился показать дух времени со всеми неприглядными сторонами и противоречиями. Многомудрый Литрекон представляет анализ «Разгрома» по плану.

История создания

История написания романа «Разгром» опирается на жизненный опыт автора. Из нее мы знаем интересные факты:

  1. В основу произведения лёг личный опыт Александра Фадеева, который активно участвовал в войне на стороне красных и сражался в составе партизанского отряда вплоть до 1921 года в Сибири и на Дальнем Востоке.
  2. Практически сразу после окончания войны Фадеев начал заниматься литературной и журналистской деятельностью. Сначала он написал небольшой рассказ «Метелица», однако со временем решил расширить его до романа.
  3. В 1924 писатель приступил к работе над произведением и закончил его за два года.
  4. Роман «Разгром» сделал автора восходящей звездой советской литературы. Фадеев приобрел популярность и занял важное место в коммунистической партии. В дальнейшем он получал серьезные посты, которые не оставляли ему времени для полноценного творчества. Поэтому многие критики отмечали, что «Разгром» стал его лучшей работой.
  5. В 1931 и 1958 году книгу экранизировали в СССР.
  6. Даже агитационную прозу Фадеева, направленную на прославление коммунистической идеологии, не одобряли строгие цензоры. Они раскритиковали фривольные выражения героев, которые своей речью дискредитируют образ борца за социализм. В последующих публикациях были исключены фразы вроде «твою мать» и «на передок слаба».

Направление и жанр

Творение Фадеева «Разгром» относится к литературному направлению социалистического реализма. Писатель стремится к достоверному изображению действительности, однако в его комментариях слышатся недвусмысленные похвалы в адрес коммунистического движения. Созданные им персонажи, их слова и поступки дышат натурализмом, и все же пролетарская мораль невольно противопоставляется мещанской ограниченности интеллигента. Используются названия реальных мест, упоминаются реальные исторические события. Читатель может поверить в то, что описанные в романе события могли произойти на самом деле. Тем не менее, автор чётко придерживается социалистической идеологии, его произведение направлено на пропаганду социалистических ценностей, отстаивает идеи, на которых было построено советское государство.

Жанр произведения «Разгром» можно определить, как роман. Сюжет произведения разворачивается на фоне важных и масштабных исторических событий. Действие разворачивается на протяжении большого временного отрезка. Повествование включает в себя большое количество персонажей, мест и событий. Особенности жанра «Разгром» состоят в том, что роман насквозь пропитан коммунистической идеологией и пестрит комментариями автора, который прямо дает свою оценку действиям и биографиям персонажей. Таким образом, он сам анализирует своих героев и выдает читателю готовое мнение о них.

Смысл названия

Прежде всего, название романа «Разгром» обозначает ключевое событие в сюжете произведения – разгром отдельного красного партизанского отряда, локальное тяжёлое поражение. Таким образом, уже в самом названии Фадеев отказывается от какой бы то ни было претенциозности и слепой экзальтации, даёт понять, что роман затрагивает серьёзные темы и показывает события войны такими, какими они были на самом деле, не пытаясь скрыть и умолчать даже самые нелицеприятные вещи.

Также название отображает и то, что произойдёт с самими героями, ведь на протяжении повествования разгрому подвергается не только отряд партизан, но и сами души героев, которые проходят через тяжелейшие испытания, и только самые сильные из них смогут выдержать все трудности и заново собрать рассыпавшийся на маленькие кусочки мир.

Композиция и конфликт

Особенности композиции романа «Разгром» — это описания нескольких героев, глазами которых писатель раскрывает свой сюжет. Повествование постоянно переключается с одного героя на другого, что позволяет и читателю взглянуть на ситуацию с разных сторон. В то же время в романе отсутствует чётко выделенный главный герой, сюжетные линии нескольких персонажей кажутся равнозначными и являются лишь незначительными частями действительно важного события, которое оказывает огромное влияние на судьбы сотен людей.

Роман Фадеева содержит в себе большое количество конфликтов. Они делятся на внутренние, когда герои сталкиваются со своими собственными недостатками, страхами и проблемами, пытаясь преодолеть их, и внешние, когда герои конфликтуют друг с другом. Помимо межличностных конфликтов, мы можем часто наблюдать столкновения между личностью и коллективом, когда партизаны коллективно перевоспитывают Морозко, а также чисто классовый конфликт, когда интеллигент Мечик оказывается не способным прижиться в отряде, состоящим из простых крестьян и рабочих. Народ и интеллигенция в романе «Разгром» противопоставлены друг другу.

Суть: о чём?

Действие романа «Разгром» разворачивается на территории дальнего Востока, где многочисленные отряды красных партизан противостоят интервентам и белогвардейцам. Один из таких отрядов под командованием коммуниста Левинсона занимает деревню. Командир посылает своего ординарца Морозко с важной посылкой к дружественному отряду. Однако, прибыв на место, тот видит, как союзников уже во всю громят японцы. В пылу битвы ординарец спасает одного из бойцов по фамилии Мечик и возвращается вместе с ним к своим.

Далее следует будничная жизнь отряда Левинсона, наполненная, однако, многочисленными конфликтами и предчувствием тяжёлых испытаний.

Левинсон готовится к худшему, чувствуя лежащую на нём ответственность за своих подчинённых. Преданность делу и чувство долга поддерживают в нём силы продолжать борьбу.

Ординарец Морозко ведёт себя недостойно, ворует и мародёрствует, на общем собрании его сурово отчитывают и угрожают выгнать из отряда. Герой раскаивается в своём поведении и на протяжении всего повествования стремиться исправится, становясь в итоге достойным бойцом и серьёзным человеком.

Капризный интеллигент Мечик сталкивается с неприглядностью военного быта и впадает в уныние. Не следит за своей лошадью и презирает своих товарищей, вызывая недовольство в отряде. Единственной отрадой Мечика становится сестра милосердия Варвара, в которую он сразу же влюбляется, но та оказывается женой Морозко, отношения между Мечиком и ординарцем начинают стремительно накаляться.

Противоречия разрешаются в тот момент, когда отряд Левинсона оказывается на краю гибели. Спасаясь от японцев, партизаны отступают, но сталкиваются уже с белыми казаками и несут большие потери. Морозка и Мечик отправляются на разведку и натыкаются на казачий разъезд. В самый ответственный момент Мечик проявляет трусость и позорно сбегает, а Морозко погибает, ценой своей жизни успевая предупредить отряд об опасности. Левинсон ведёт своих людей на прорыв, после жестокого боя в его отряде остаётся только девятнадцать человек. Командир на время поддаётся слабости и плачет, но потом берёт себя в руки, и отряд двигается дальше, чтобы продолжать борьбу до победного конца.

Главные герои и их характеристика

Образы героев в романе «Разгром» обозначены и описаны в формате таблицы, которую для Вас изготовил Многомудрый Литрекон.

Название: Фадеев a. a. – Роман а. фадеева разгром
Раздел: Остальные рефераты
Тип: сочинение Добавлен 20:23:48 14 октября 2010 Похожие работы
Просмотров: 173 Комментариев: 5 Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно Скачать
Левинсонкомандир партизанского отряда. Убеждённый революционер, мудрый и спокойный руководитель. Несёт на своих плечах тяжкий груз, но никогда не бежит от ответственности. У него есть семья, но они лишь переписываются друг с другом: жена и дети живут бедно, но тоже не сдаются. Он заботится обо всех своих подчинённых. Разгром отряда и гибель многих его людей становятся для него тяжёлым ударом, но не ломают его.
Иван Морозов (Морозка)потомственный шахтёр, ординарец. На момент начала романа представляет из себя отважного, но крайне легкомысленного и недисциплинированного бойца. Проявляет доброту, спасая от гибели незнакомого ему Мечика. После того, как товарищи коллективно осуждают его, герой становится на путь исправления, вспоминает о дисциплине, не сбегает от ответственности, мирится с женой Варварой, забывает о своей мелочной ссоре с Мечиком. В конце романа Морозко погибает, до конца выполнив свой долг перед товарищами.
Павел Мечикинтеллигентный молодой человек. Высокомерный и капризный трус, думающий только о себе. Присоединился к партизанам, вдохновлённый романтическим образом из книг и агитационных плакатов, но, столкнувшись с неприглядными сторонами реальной жизни, впадает в апатию и уныние. К концу романа так и не смог перевоспитаться, в самый ответственный момент он бросает отряд на произвол судьбы и сбегает в город, чтобы больше никогда не воевать. Осознавая свою ничтожность, Мечик пытается застрелиться, но у него не хватает смелости и на это.
Варварасестра милосердия в отряде Левинсона, жена Морозки. Добрая, сильная и чувственная женщина, которая страдает от эгоизма своего мужа. Он не проявляет к ней должного внимания и уважения, поэтому их отношения можно назвать свободными. Выхаживает раненного Мечика. Интеллигентность и утончённость городского юноши кажутся ей завораживающими, и она влюбляется в него. Однако со временем Варвара примиряется с исправившимся мужем и охладевает к Мечику, который никогда не любил ее, а лишь допускал к себе.

Тематика романа «Разгром» описана Многомудрым Литреконов в сокращении, но если Вы находите, что раздел неполон, напишите об этом в комментариях.

  1. Героизм – на примере Левинсона, Ивана Морозова и многих других партизан Фадеев показывает, что значит быть настоящим героем без всякого напускного пафоса. По мнению писателя, настоящий герой — этот тот, кто способен поставить интересы большинства выше собственных желаний, тот, кто готов пойти на любые жертвы ради своих товарищей и общего дела.
  2. Коммунизм – как таковые коммунистические идеи не фигурируют в романе. Фадеев избегает прямой и топорной агитации, его герои – это в большинстве своём простые люди, не закалённые идеологически, которые, однако, всё равно сражаются ради светлого будущего, где такие же простые люди, как они, смогут жить счастливо. Именно это, по мнению писателя, и значит быть настоящим коммунистом.
  3. Гуманизм – гражданская война в романе Фадеева показана непрекращающейся чередой испытаний и жестокости. Однако даже среди всех этих ужасов есть место для милосердия и доброты.
  4. Народ – писатель показывает вовлечённость простого народа в гражданскую войну. Все бойцы отряда Левинсона — простые рабочие и крестьяне, сражающиеся за своё будущее и будущее своих детей против интервентов и врагов простого народа.

Проблемы

Проблематика романа «Разгром» тоже будет раскрыта наиболее полно, если читатель обратится к Многомудрому Литрекону в комментариях.

  1. Гражданская война – Фадеев постоянно подчёркивает как жестокость и разрушительность гражданской войны, так и необходимость продолжать борьбу с врагами революции, пусть и цена этой победы будет огромна.
  2. Предательство – характерно, что именно интеллигент Мечик оказывается единственным предателем в отряде, едва не погубившим всех. В этом присутствует суровая логика классовой борьбы, Фадеев подчёркивает отчуждённость интеллигенции от простого народа, её ненадёжность и трусость.
  3. Человек в огне гражданской войны – война становится испытанием для главных героев. Именно пройдя через все трудности, испытания и лишения, они понимают, чего они стоят, преодолевают свои слабости и недостатки, как Морозко и Левинсон, либо, как Мечик, окончательно опускаются и совершают самые омерзительные поступки.
  4. Социальное неравенство — в биографиях героев Фадеев отмечает их происхождение и условия жизни. Герои из трудового народа жили в нищете и всегда подвергались дискриминации со стороны людей при власти. Поэтому в новой борьбе им нечего терять, кроме своих цепей, как сказал бы В. Ленин. Зато Мечик и ему подобные жили сытно, не нуждались, поэтому он не может выдержать борьбу и лишения — ему не за что воевать.

Основная идея

Роман представляет собой натуралистичную зарисовку одного из эпизодов гражданской войны, которая стремится показать эти события максимально достоверно, без замалчивания и примитивной пропаганды. Смысл романа «Разгром» заключается в том, что советский народ прошел суровую школу жизни на полях сражений за свою идею. Поэтому он и дальше будет стойко оборонять свой образ жизни, добытый и завоеванный таким кровавым трудом.

Книга рассказывает нам, какие люди сражались на стороне советской власти в той войне, показывает жертвы, на которые им пришлось пойти, и объясняет, почему именно эти люди в итоге одержали победу. Автор демонстрирует основы пролетарской морали и показывает классовую теорию на практике: пролетарии сильнее и сплоченнее интеллигентов и дворян, потому что у них за спиной честная трудовая жизнь, а не паразитизм. В этом и состоит главная мысль в романе «Разгром».

Произведение «Разгром» учит нас тому, что настоящий героизм заключается в умении поставить интересы большинства выше своего собственного эгоизма. Оно показывает, что во времена тяжёлых испытаний люди должны сплачиваться и решать все проблемы сообща. Оно заставляет задуматься о необходимости смирения перед лицом трудностей, которые необходимо пережить.

Фадеев осуждает трусость, эгоизм и высокомерие, которые, по его мнению, отделяют человека от коллектива и ведут его к окончательному моральному разложению. Мораль романа «Разгром» и нравственные уроки книги говорят о том, что индивидуализм является основой для возникновения пороков, которые мешают человеку идти к своей цели и оставаться при этом нравственно полноценным. Вывод прост: людям нужно держаться вместе и дорожить за общую идею.

Критика

После публикации роман был принят довольно неоднозначно. Причём критика зачастую шла с кардинально противоположных позиций.

С одной стороны, Фадеева раскритиковали такие деятели искусства, как Осип Брик, увидев в романе неумелую и оторванную от реальности пропаганду.

Так, например, Морис Паризанин в предисловии к парижскому изданию «Разгрома», основываясь на выводах советской критики, писал об основной теме «Разгрома» — теме «рождения нового человека», о влиянии Толстого на молодого писателя, сочетая, впрочем, это с утверждением, что русская критика, «всегда весьма чувствительная к идеологическим тенденциям произведений», якобы оценивает их «независимо от художественного качества». В статье имеются и другие искажения, но автор признает значение «Разгрома» и талантливость его создателя.

Другой английский рецензент — Конитц — в статье «Люди в советской литературе», опубликованной в том же году в сборнике «Голоса Октября. Искусство и литература в Советской России», отмечая, что Фадеев «тонкий художник», также утверждал, будто дальневосточные партизаны не знают, за что они воюют.

С другой стороны, роман был раскритикован и со стороны государственных функционеров, которым роман показался слишком мрачным, а образы красных партизан непритягательными и лишёнными революционной романтики.

Сам А.А. Фадеев защищал свою позицию тем, что не считал себя обязанным изображать «в людях всякого рода мелочи и пустяки», которыми «запятнана» реальная жизнь. Он хотел описать возникновение героизма в человеке, а не всю его жизнь от начала и до конца.

Рецензенты французской газеты «Ле Суар» провели сравнение «Тихого Дона» Шолохова и «Разгрома» Фадеева:

«Роман Шолохова как бы течет подобно широкому величественному потоку; «Разгром» Фадеева развивается подобно течению капризной реки, то спокойной, то бурной, в зависимости от того, течет ли она в долине или низвергается с кручи».

Журналисты из газеты «Юманите» (1950 год) отметили, что герои Фадеева — «это наиболее сознательные люди, с богатейшей внутренней жизнью и живейшей жаждой жизни.

Анализ романа Фадеева Разгром

История создания

Роман Фадеева «Разгром» является самой известной работой писателя. Критики отмечают в романе некую пропаганду революции. Автор опубликовал произведение, когда ему едва стукнуло двадцать пять лет, но несмотря на столь юный возраст роман был довольно зрелым. Практически сразу после публикации автора настигали признание и успех. Свою роль сыграло и то, что база романа отлично вписывалась в политический курс страны. Действие романа разворачивается во времена Гражданской войны. Тема войны была близка писателю, так как он лично в свое время принимал участие в сражениях на Дальнем востоке против Колчака. Именно по этой причине описание военной жизни представляется читателю невероятно правдоподобно, живо и ярко.

Главная мысль

Главная мысль произведения о том, что революция слишком сильно меняет людей. А людей, не готовых к революции, не понимающих ее сути, революция буквально сразу отсеивает.

Герои

В романе три главных героя. Фадеев подробно описывает их жизненный путь, описывает их эмоции, чувства и переживания. Показывает, как революция изменила их. Герои довольно сильно отличаются друг от друга, но революция способствовала их объединению между собой. В силу того, что они сражались ежедневно бок о бок, против единого врага, они испытывали схожие эмоции. Персонаж Морозка с самых ранних лет жил тяжёлой жизнью, в тринадцать лет он вынужден был начать работать на шахте, попал в отряд он случайно, по воле судьбы, но начал очень ценить своё место в нем, так как служба придавала смысл его жизни. Морозка по натуре всегда готов совершать добрые дела, но и он с лёгкостью мог совершить гадкий поступок. В конце романа Морозка отдал жизнь за товарищей, по мнению автора именно в таких людях нуждается революция, ведь товарищей они любят всем сердцем, в них нет ни капли эгоизма.

Левинсон с самого начала являлся примером для подражания у своих товарищей, он всегда всех вдохновлял. Товарищи считали его невероятно умным и талантливым. Герой родом из обыкновенной еврейской семьи, помогал с детства отцу в работе. На самом деле у Левинсона было множество страхов(он даже мышей боялся), но он тщательно скрывал их, он не мог допустить, чтобы товарищи сомневались в нем, он так же, как и Морозка готов отдать жизнь за друзей.

Мечик является полной противоположностью двух предыдущих героев. Он из интеллигентной семьи, всю жизнь жил в розовых очках, он не понимал, что есть революция на самом деле. После попадания в отряд, у Мечика рухнула вся картина мира, Фадеев показал весь путь героя, который в конечном счёте привёл к предательству. В отряд Мечика приняли не сразу, так как он банально внешне сильно от многих, он впервые тогда увидел грязных и грубых людей, это зрелище сильно разочаровало героя. Над героем часто издевались, его оскорбляли, друзей у него не было, его поглотило одиночество, Мечик эгоист чистой воды, он не из тех, кто готов отдать жизнь ради близких, поэтому он и пошёл на предательство, его дух слаб, революция не нуждается в людях, вроде него. Фадеев не относится негативно к герою, он просто принимает его эгоизм, писатель понимает, что Мечика уже не исправить, он останется таким навсегда.

Основные проблемы

Основной проблемой в романе является проблема предательства. Важно понимать, что постоянно метаться от одного дела к другому приведёт лишь к ужасному исходу. Нужно быть верным одному делу, изучить все его тонкости, довести его до конца. Только тогда прибудет успех. Александр Александрович Фадеев старается понять тех, кто пошёл на предательство, он призывает всех людей к этому же. Он считает, что нельзя сразу отворачиваться от предателя, необходимо постараться понять истинные причины предательства.

Также читают:

Картинка к сочинению Анализ романа Фадеева Разгром

Популярные сегодня темы

В основу этой картины, легла история из сказки, благодаря которой, и оказался Иван – Царевич, в таком необычном месте, как болоте. Вся интрига заключалась в том, что на первом плане, явно видно удивление молодого царского сына

В произведении имеются несколько героинь с тяжелой судьбой. Одной из таких героинь является Женя Комелькова. Она обаятельная и отважная

Человечность… Что означает это слово? Найти ответ на этот вопрос совсем не трудно. Достаточно выделить корень, и все станет понятно. Люди должны быть человечными. Это непременное условие существования нашего общества

Наша страна насыщена огромным количеством талантливых личностей, которые радуют нас своим выступлением и появлением в разных городах и странах. Им удалось не только развить в себе этот талант,

Для многих из нас семья является неотъемлемой частью нашей жизни. Родные люди направляют нас, корректируют наше поведения, готовят нас к жизни, и просто дарят заботу и любовь, но, к сожалению

Читайте также:  Тургенев: сочинение
Ссылка на основную публикацию
×
×