Традиции русской классической литературы в современной прозе: сочинение

Традиции русской классической литературы в современной прозе

Раздел:Литература и русский языкТип:сочинениеДата добавления:16.01.2014Размер:9 кбКороткая ссылка:Оценить работу:Просмотров:277

Русская классическая литература XIX века внесла большой вклад в мировую культуру тем, как подошла к постановке и освещению сложных проблем человеческой личности, общества, бытия. Пушкин, Лермонтов, Тургенев, Гончаров, Толстой, Достоевский, Салтыков-Щедрин, Островский обратили внимание на сложность отношений человека с обществом и пришли к выводу о непреходящей ценности духовных традиций.

Представления о добре и зле, правде и лжи, о предназначении человека и государства должны были, по замыслу писателей тех лет, стать нравственной основой современного им общества. Писатели-реалисты XIX века стремились пробудить в читателе желание изменить существующий порядок вещей и стать лучше, чище, добрее и справедливее. Эти идеи получили свое развитие и в творчестве писателей наших дней.

Проблема преемственности поколений, их духовной неразрывности является одной из главных в современной литературе. Для героев Васильева, Астафьева, Распутина, Айтматова непреходящими остаются духовные ценности, заветы предков.

В повести Б. Васильева «Завтра была война» удивительно воссоздана обстановка предвоенного среднерусского городка. Главные герои повести – довоенные школьники, воспитанные на романтике «революционных буден». Наивные и прямолинейные, искренние и бесстрашные, они пытаются разобраться в сложной жизни взрослых, в окружающем мире. Общечеловеческие ценности, которые внушают детям родители, постепенно вступают в противоречие с реальной действительностью, жестокой и бесчеловечной. И детям приходится делать нравственный выбор, так как от него зависит не только их собственная жизнь, но и жизнь других людей.

Через множество испытаний пройдут герои повести, открыв в конце концов известную истину, которую автор предельно точно сформулировал в предсмертном письме Вики Люберецкой: «…нельзя предавать отцов. Нельзя, иначе мы убьем самих себя, своих детей, свое будущее». И детей тоже предавать нельзя. Никого предавать нельзя! Страшно, когда предательство совершается в частной жизни. Еще страшнее, когда это предательство совершает государство по отношению к своим гражданам.

Поколение Искры Поляковой из повести «Завтра была война» и поколение Леонида Сошнина из «Печального детектива», каждое – по-своему, так или иначе вступают в противоречие с обществом, в котором живут. Это борьба за торжество правды и справедливости, которую каждый должен вести и с самими собой, и с окружающей действительностью. Не всем это по силам. Многие, забыв нравственные устои отцов, живут по принципу «моя хата с краю». Но в том, что остались еще люди, не потерявшие своей связи с землей, народом и родной культурой, современные писатели черпают надежду на возрождение и обновление нашей страны.

Взглядом неравнодушного человека смотрит В. Астафьев на мир в повести «Печальный детектив». Его герой, Леонид Сошнин, бывший «опер», выйдя на пенсию по ранению, становится писателем. Перед нами разворачивается картина советской действительности, увиденная острым глазом оперативника и художественно заостренная пером писателя. Протокольная информация о преступлениях сменяется в повести размышлениями главного героя о смысле жизни. Герой выступает одиноким борцом против преступников всех мастей, против бездуховности в обществе.

Изданная на рубеже перестройки, в 1986 году, повесть Астафьева обнажила язвы и доперестроечного общества, и современного. Надо было иметь смелость сказать современникам предельно прямо правду о нас самих и о нашем государстве.

Тема Родины – основная тема произведений В. Распутина. В книге «Что в слове, что за словом. » Валентин Распутин пишет: «Малая» родина дает нам гораздо больше, чем мы в состоянии осознать. Человеческие наши качества, вынесенные из детства и юности, надо делить пополам: половина от родителей и половина от взрастившей нас земли. Она способна исправить ошибки родительского воспитания. Первые и самые прочные представления о добре и зле мы выносим из нее и всю жизнь соотносим с этими образами и понятиями…»

У каждой национальной литературы в нашей стране, как и у народа, творящего словесное искусство, своя история. Но все они оказались в той или иной степени под влиянием классической русской литературы. Так, например, творчество Ч. Айтматова демонстрирует тесное переплетение художественных особенностей русской классической литературы и национальных фольклорных традиций. Можно ли причислить писателя к «национальным» авторам? Пишет он на русском языке. В основе всех произведений писателя лежит общечеловеческое представление о нравственности. Его повести «Джамиля», «Тополек мой в красной косынке», «Первый учитель», «Белый пароход», «Пегий пес, бегущий краем моря» прочно вошли в сокровищницу отечественной литературы. Романы «И дольше века длится день…», «Плаха» и «Богоматерь в снегах», созданные в 80 – 90-х годах, стали событием культурной жизни всех народов бывшего СССР.

Хотя речь во всех этих произведениях идет о жизни так называемых «национальных меньшинств», оказывается, проблемы, которые поднимает автор, не имеют национальных границ.

В романе «И дольше века длится день…» главный герой Едигей Жангельдин – простой рабочий с затерянного в глухой степи полустанка – представлен носителем тех духовных ценностей, которые на протяжении веков складывались и преумножались в казахском народе. Пройдя войну, испытав горе, голод и послевоенные мучения, Едигей не потерял себя как личность, не растерял ценности, которые в него заложили отец и мать, поэтому он и становится духовным преемником Казангапа, старейшины разъезда Боранлы – Буранный.

Едигей и Кзангап собирают и хранят многовековой опыт казахов, их мудрость и поэзию, но при этом они невольно становятся духовными лидерами всего населения разъезда, независимо от национальности. Будучи по натуе философом, Едигей постепенно обобщает факты из современной ему жизни и, анализируя их, приходит к неутешительной мысли о том, что люди измельчали, потеряв связь со своим прошлым. Называя людей без прошлого, без родины, манкуртами, Едигей все-таки надеется на пробуждение нравственной памяти людей. Это, по мнению героя, единственный верный путь к изменению несовершенного общества, в котором мы живем.

На примере русской классической и современной литературы мы видим, что утверждение общечеловеческих ценностей бытия является доминирующим в творчестве многих писателей.

Сочинение: Традиции русской классической литературы в современной прозе

Традиции русской классической литературы в современной прозе

Русская классическая литература XIX века внесла большой вклад в мировую культуру тем, как подошла к постановке и освещению сложных проблем человеческой личности, общества, бытия. Пушкин, Лермонтов, Тургенев, Гончаров, Толстой, Достоевский, Салтыков-Щедрин, Островский обратили внимание на сложность отношений человека с обществом и пришли к выводу о непреходящей ценности духовных традиций.

Представления о добре и зле, правде и лжи, о предназначении человека и государства должны были, по замыслу писателей тех лет, стать нравственной основой современного им общества. Писатели-реалисты XIX века стремились пробудить в читателе желание изменить существующий порядок вещей и стать лучше, чище, добрее и справедливее. Эти идеи получили свое развитие и в творчестве писателей наших дней.

Проблема преемственности поколений, их духовной неразрывности является одной из главных в современной литературе. Для героев Васильева, Астафьева, Распутина, Айтматова непреходящими остаются духовные ценности, заветы предков.

В повести Б. Васильева «Завтра была война» удивительно воссоздана обстановка предвоенного среднерусского городка. Главные герои повести – довоенные школьники, воспитанные на романтике «революционных буден». Наивные и прямолинейные, искренние и бесстрашные, они пытаются разобраться в сложной жизни взрослых, в окружающем мире. Общечеловеческие ценности, которые внушают детям родители, постепенно вступают в противоречие с реальной действительностью, жестокой и бесчеловечной. И детям приходится делать нравственный выбор, так как от него зависит не только их собственная жизнь, но и жизнь других людей.

Через множество испытаний пройдут герои повести, открыв в конце концов известную истину, которую автор предельно точно сформулировал в предсмертном письме Вики Люберецкой: «…нельзя предавать отцов. Нельзя, иначе мы убьем самих себя, своих детей, свое будущее». И детей тоже предавать нельзя. Никого предавать нельзя! Страшно, когда предательство совершается в частной жизни. Еще страшнее, когда это предательство совершает государство по отношению к своим гражданам.

Поколение Искры Поляковой из повести «Завтра была война» и поколение Леонида Сошнина из «Печального детектива», каждое – по-своему, так или иначе вступают в противоречие с обществом, в котором живут. Это борьба за торжество правды и справедливости, которую каждый должен вести и с самими собой, и с окружающей действительностью. Не всем это по силам. Многие, забыв нравственные устои отцов, живут по принципу «моя хата с краю». Но в том, что остались еще люди, не потерявшие своей связи с землей, народом и родной культурой, современные писатели черпают надежду на возрождение и обновление нашей страны.

Взглядом неравнодушного человека смотрит В. Астафьев на мир в повести «Печальный детектив». Его герой, Леонид Сошнин, бывший «опер», выйдя на пенсию по ранению, становится писателем. Перед нами разворачивается картина советской действительности, увиденная острым глазом оперативника и художественно заостренная пером писателя. Протокольная информация о преступлениях сменяется в повести размышлениями главного героя о смысле жизни. Герой выступает одиноким борцом против преступников всех мастей, против бездуховности в обществе.

Изданная на рубеже перестройки, в 1986 году, повесть Астафьева обнажила язвы и доперестроечного общества, и современного. Надо было иметь смелость сказать современникам предельно прямо правду о нас самих и о нашем государстве.

Тема Родины – основная тема произведений В. Распутина. В книге «Что в слове, что за словом. » Валентин Распутин пишет: «Малая» родина дает нам гораздо больше, чем мы в состоянии осознать. Человеческие наши качества, вынесенные из детства и юности, надо делить пополам: половина от родителей и половина от взрастившей нас земли. Она способна исправить ошибки родительского воспитания. Первые и самые прочные представления о добре и зле мы выносим из нее и всю жизнь соотносим с этими образами и понятиями…»

У каждой национальной литературы в нашей стране, как и у народа, творящего словесное искусство, своя история. Но все они оказались в той или иной степени под влиянием классической русской литературы. Так, например, творчество Ч. Айтматова демонстрирует тесное переплетение художественных особенностей русской классической литературы и национальных фольклорных традиций. Можно ли причислить писателя к «национальным» авторам? Пишет он на русском языке. В основе всех произведений писателя лежит общечеловеческое представление о нравственности. Его повести «Джамиля», «Тополек мой в красной косынке», «Первый учитель», «Белый пароход», «Пегий пес, бегущий краем моря» прочно вошли в сокровищницу отечественной литературы. Романы «И дольше века длится день…», «Плаха» и «Богоматерь в снегах», созданные в 80 – 90-х годах, стали событием культурной жизни всех народов бывшего СССР.

Хотя речь во всех этих произведениях идет о жизни так называемых «национальных меньшинств», оказывается, проблемы, которые поднимает автор, не имеют национальных границ.

В романе «И дольше века длится день…» главный герой Едигей Жангельдин – простой рабочий с затерянного в глухой степи полустанка – представлен носителем тех духовных ценностей, которые на протяжении веков складывались и преумножались в казахском народе. Пройдя войну, испытав горе, голод и послевоенные мучения, Едигей не потерял себя как личность, не растерял ценности, которые в него заложили отец и мать, поэтому он и становится духовным преемником Казангапа, старейшины разъезда Боранлы – Буранный.

Едигей и Кзангап собирают и хранят многовековой опыт казахов, их мудрость и поэзию, но при этом они невольно становятся духовными лидерами всего населения разъезда, независимо от национальности. Будучи по натуе философом, Едигей постепенно обобщает факты из современной ему жизни и, анализируя их, приходит к неутешительной мысли о том, что люди измельчали, потеряв связь со своим прошлым. Называя людей без прошлого, без родины, манкуртами, Едигей все-таки надеется на пробуждение нравственной памяти людей. Это, по мнению героя, единственный верный путь к изменению несовершенного общества, в котором мы живем.

На примере русской классической и современной литературы мы видим, что утверждение общечеловеческих ценностей бытия является доминирующим в творчестве многих писателей.

Классические традиции в современной литературе

Рубрика: Филология, лингвистика

Дата публикации: 10.09.2017 2017-09-10

Статья просмотрена: 625 раз

Библиографическое описание:

Петрова О. В. Классические традиции в современной литературе // Молодой ученый. — 2017. — №36. — С. 107-109. — URL https://moluch.ru/archive/170/45582/ (дата обращения: 21.03.2020).

Изучение современной литературы в школе заканчивается, как правило, знакомством с творчеством А. И. Солженицына. Необходимо, чтобы учащиеся понимали, что литература — живой процесс, что среди большого количества современных писателей есть те, кто продолжает традиции классической литературы.

Особенно важным мне представляется знакомство учащихся с современной журнальной деятельностью и обращение к «толстым» литературным журналам

Ирина Стекол опубликовала свои «Рассказы для Анны» в журнале «Новый мир» в 2002 году. На мой взгляд, это прекрасный образец русской реалистической психологической прозы, продолжающей традиции классической литературы. Рассказы составляют своеобразную дилогию, объединенную общим заглавием — «Рассказы для Анны». Неслучаен, видимо, выбор имени: Анна — и «благодать», и несчастливое имя.

В первом рассказе, который называется «Собака и женщина в предлагаемых обстоятельствах» больная «седая девочка» Анна — «благодать» для той, кто ухаживает за ней не по обязанности, а потому что потребность заботиться о ком- то, любить кого-то стала неотъемлемой частью жизни женщины, имени которой мы не знаем и от лица которой ведется повествование в рассказе.

Во втором рассказе — «Женщина и собака Второй рассказ из дилогии И7 Стекол в предлагаемых обстоятельствах» — Анна — персонаж отрицательный, и третья Анна та, которой, видимо, адресованы эти рассказы, та, которая не должна повторить тех роковых ошибок, которые привели этих женщин в эти «предлагаемые обстоятельства». «Предлагаемые обстоятельства» — тот эпизод жизни героинь, который мастерски описан И. Стекол.

Вечные ценности — любовь, сострадание, умение принимать жизнь во всех ее проявлениях — помогают человеку обрести «семью», ведь сиделка из России в первом рассказе ухаживает за больной Анной как за собственной матерью или собственным больным ребенком. От ее лица ведется повествование, и это ее мир пронизан любовью. С этого слова — «я люблю тебя» — начинается рассказ.

«Анна любит гулять»

«Анна любит читать»

«Анна любит смотреть телевизор»

«Я люблю смотреть на Анну, которая завтракает»

«Я сама люблю ходить в поле»

«Люблю», «любит», «любимая» повторяется в этом небольшом по объему рассказе 10 раз. Героиня тщательно оберегает этот мир. Когда во время прогулки они встречают соседей, с которыми здороваются, героиня обрывает разговор, как только он мог стать опасным, ведь Анна может начать говорить, что «штучку надо поставить на штучку», и «благообразный разговор рухнет». Рухнет в итоге и тот мир, который так оберегала русская сиделка: Анну увозят в приют, а она сама вынуждена уехать из этого дома.

В экспозиции рассказа, который построен на паузах и пробелах, мы знакомимся с женщинами, которых будто бы забыли в старом доме, где им хорошо, особенно когда описывается сад, «оставленный», как и они, и «живущий своей жизнью». Цветы в саду «желтые», «фиолетовые», «бледно-голубые», «земляника в решетке», «старые корявые яблони, дрозды — вечный для русской литературы образ сада. И «старый дом», где много книг, рояль, много прелестных мелочей: «шкатулки, плюшевые игрушки, фарфоровые фигурки, нарядные свечки, бронзовые слоники». И страшный приговор: «дом был полон обломками прежней жизни».

Можно понять, что в прошлом жизнь Анны — концерты, ученики, мама, поездки в Давос. О прошлом русской сиделки мы не знаем ничего, видимо, она не очень успешна и очень одинока, если ухаживает за чужой больной женщиной, и не просто исполняет обязанности сиделки, а искренне любит Анну, дом, сади старую собаку Дуню, с которой разговаривает как с человеком. Пронзительно звучат ее слова, обращенные к больной Дуне, которая уже не может двигаться: «Дунечка, ты сделай все прямо здесь, пописай, покакай, а я уберу, ты не будешь лежать грязная, не бойся»

Когда Анне надо переодеваться, потому что она «наделала в штаны» и начинает плакать, «сердце сжимается от жалости». А из многочисленного гардероба Анна больше всего любит «серую лохматую» кофту. «Лохматая» кофта и лохматая Дуня. Умирает Дуня — начало конца Анны.

Постепенно входит в рассказ тема предательства. Сначала в больнице оказывается Анна, а любимая ученица Анны, всемирно известная пианистка Иошико положила ее туда, а потом несчастная Дуня, которой вместо снотворного ввели тол, что ее убило.

Анна, которую Иошико увозит в приют, потому что, по ее мнению, ничего не помнит и не понимает, но именно сцена, когда Анна спрашивает сиделку так «осмысленно», как никогда не спрашивала, становится кульминацией рассказа

В рассказе особую роль играет тема памяти, такая важная для русской литературы: Анна не помнит, что делала минуту назад, но помнит маму, любимую ученицу, которая становится в рассказе олицетворением западного мира: она платит деньги русской сиделке (это экономично), она оплачивает больницу, а потом сдает Анну в приют. С точки зрения прагматической, рациональной, она права: Анна не понимает, где она, но ведь недаром она прячет дома Ангела, а в церкви, куда они давно не ходили, героине, которая рассказывает эту историю, кажется, что на распятье у «Младенца маленькое хмурое лицо». Именно таким «Младенцем» и «Ангелом», капризным ребенком видится героине Анна. Чувства русской сиделки противопоставлены рационализму Иошико Больная Анна ближе русской сиделке, ведь когда она узнает об урагане в Калифорнии, то на заверение, что это «далеко, в Калифорнии», отвечает: «Какая разница, человек есть человек»

В эпилоге рассказа Мотя мир, где героиня ухаживала за Анной и Дуней, совсем другой: «сад расчищен», «новые занавески», «кошки», а Дуня ненавидела кошек, и об этом вспоминает героиня в эпилоге., ненавидела особенно «толстых и рыжих», олицетворяющих мир, где все правильно, где налажен быт, а бытия нет, и героине кажется, что душа Дуни «пыхтит» теперь в поле, а не в том правильном чужом доме, и «маленькая сгорбленная фигурка» в «лохматой кофте» тоже здесь.

Рассказ И7Стекол «Собака и женщина в предлагаемых обстоятельствах» напоминают о вечных ценностях, которые не могут не быть востребованными сегодня: сострадание, долготерпение, память, совесть и вечное желание любви.

Второй рассказ из дилогии И. Стекол об одиночестве, Героиня, имени которой мы не знаем и от лица которой ведется повествование, страшно одинока. У нее расстроены нервы, она не может спать без транквилизаторов, часами плачет и выходит из дома ради собаки. Она упоминает друзей и знакомых, которые когда-то были, а потом «куда-то испарились» после смерти Моти (только в конце рассказа понятно, что это муж).

Тема смерти наряду с темой одиночества звучит в рассказе как неизбежная данность: умерла мама, умер Мотя, кладбище, куда не съездить из-за собаки, поминки, которые трудно вспомнить, дочь Ксюша, которая, когда приезжала, ходила на кладбище, но не смогла «из-за дел» остаться с собакой и отпустить на кладбище героиню.

Постепенно понимаешь, что жизнь героини кончилась со смертью Моти. Она запретила себе звонить знакомым, чтобы не плакать потом весь день, и разговаривает теперь только с цветами, ведь «чтобы не погибли, надо разговаривать». «Три пальмы-юкки, большой фикус, маленький фикус, «декабрист», хлебное дерево, несколько горшков фиалок» — вот ее собеседники. Она говорит им: «Потерпите, потерпите». И сама «терпит» свое одиночество, каждый день гладя забытую дочерью «юбка с горохами», чтобы Ксюша могла ее сразу надеть, когда приедет.

Мир героини рушится от телефонного звонка: это Мотя, и «голос звучит как чужой: «Ты не сумасшедшая», «Хватит меня хоронить», «Тысячи мужчин уходят от жен», «Я купил тебе квартиру, у тебя есть собака», «Ты. еще выйдешь замуж» Но это чужой голос, последний довод которой все расставляет на свои места:» Анна права, «что твоя беспомощность — идеальный способ паразитировать на близких». Теперь ясно, что это та Анна, к которой он ушел и которую героиня, по ее словам, боялась всю жизнь, ведь еще мама говорила, что надо опасаться какой-то Анны.

Теперь героиня выходит из своего «подвала» и «хоронит» шарф Моти, а затем идет к церкви. «Солнечные лучи», «каст жасмина» и ежик под кустом, которого находит ее пес Дема. Хочется верить, что это начало новой жизни, а «белый барашек с золотым нимбом» на фронтоне церкви — тот ангел, которого героиня обрела, окончательно осознав, что того Моти, который «не мог допустить, чтобы ей было плохо», больше нет, зато теперь героиня видит мир цветным: «красный кирпич», «зеленый купол», «светящееся атласное соцветие жасмина» и сквер, полный детей

Трагедия оставленности и способность не потерять вкус к жизни, осознание ее ценности — вот то, о чем рассказывает И. Стекол в рассказе «Женщина и собака в предлагаемых обстоятельствах»

Ирина Стекол родилась в Москве. По ее собственному признанию, «с четырех лет читала взрослые книги и жила по высоким литературным образцам». Своим учителем Ирина Стекол считает Бориса Хазанова (Геннадий Моисеевич Файбусович). В интервью, напечатанном в «Русской Германии» № 2 2009, Ирина Стекол признается, что еще в Москве мечтала познакомится с этим писателем, но встреча произошла, когда она переехала в Мюнхен, где живет и работает сейчас, а Борис Хазанов, по ее словам, остается для нее «непререкаемым авторитетом и последней литературной инстанцией».

Образование Ирина Стекол получила в НГИА (Московский государственный историко-архитектурный институт), но занятия литературой стало для Ирины Стекол внутренней необходимостью; своеобразной возможностью осмысления жизни.

«Биография» Ирины Стекол в Германии была непростой: посудомойка в кафе, помощник продавца в продовольственном отделе «Кауфхофа», сиделка, редактор русских текстов, бэби-ситтер, преподаватель русского языка, уборщица квартир.

Когда в интервью Ирину Стекол спросили о ее иерархии ценностей, она ответила так: «Сын. Друзья. Собака. Работа. Природа. Уютный дом»

Именно эти ценности становятся определяющими и в «Рассказах для Анны», которые можно считать продолжением традиций русской классической литературы, а тот факт, что эти рассказы были напечатаны в одном из ведущих «толстых» литературных журналов России, — доказательство того, что творчество Ирины Стекол достойно внимания как образец хорошей литературы.

  1. Ирина Стекол. Женщина и собака в предлагаемых обстоятельствах. «Новый мир». 2002 год, № 12.
  2. Ирина Стекол. Собака и женщина в предлагаемых обстоятельствах. «Новый мир». 2005 год, № 8.
  3. Интервью с Ириной Стекол. «Русская Германия». 2009 год, № 2.

Современная русская литература: темы, проблемы, произведения

События, произошедшие в последние десятилетия прошлого столетия, отразились на всех сферах жизни, в том числе и на культуре. В художественной литературе тоже наблюдались значительные перемены. С принятием новой Конституции в стране произошёл перелом, который не мог не отразиться на образе мышления, на мировоззрении граждан. Появились новые ценностные ориентиры. Писатели, в свою очередь, отразили это в своём творчестве.

Тема сегодняшнего повествования — современная русская литература. Какие тенденции наблюдаются в прозе последних лет? Что за черты присущи литературе XXI столетия?

Русский язык и современная литература

Литературный язык обработан и обогащен великими мастерами слова. Его следует относить к высшим достижениям национальный речевой культуры. При этом литературный язык от народного отделить нельзя. Первым, кто это понял, был Пушкин. Великий русский писатель и поэт показал, как нужно пользоваться речевым материалом, созданным народом. Сегодня в прозе авторы нередко отражают народный язык, который, впрочем, нельзя назвать литературным.

Временные рамки

Употребляя такой термин, как “современная русская литература”, мы подразумеваем прозу и поэзию, созданную в начале девяностых годов прошлого века и в XXI столетии. После развала Советского Союза в стране произошли кардинальные перемены, в результате которых другой стала и литература, и роль писателя, и тип читателя. В 1990-е годы, наконец-то, доступны стали обычным читателям произведения таких авторов, как Пильняк, Пастернак, Замятин. Романы и повести этих писателей читали, конечно, и ранее, однако лишь продвинутые книголюбы.

Освобождение от запретов

В 1970-е годы советский человек не мог спокойно зайти в книжный магазин и приобрести роман “Доктор Живаго”. Эта книга, как и многие другие, была запрещена долгое время. У представителей интеллигенции в те далёкие годы было модно, пусть не вслух, но ругать власть, критиковать “правильных”, одобренных ею писателей и цитировать “запрещенных”. Прозу опальных авторов тайком перепечатывали, распространяли. Те, кто занимался этим непростым делом, мог в любой момент лишиться свободы. Но запрещенную литературу продолжали перепечатывать, распространять и читать.

Прошли годы. Поменялась власть. Такое понятие, как цензура, на некоторое время просто перестало существовать. Но, как ни странно, люди не выстроились в длинные очереди за Пастернаком и Замятиным. Почему так произошло? В начале 1990-х люди выстроились в очереди к продуктовым магазинам. Культура и искусство находились в упадке. Со временем ситуация несколько улучшилась, но читатель уже был не тот.

Многие сегодняшние критики о прозе XXI века отзываются весьма нелестно. О том, в чём заключается проблема современной русской литературы, сказано будет ниже. Прежде стоит рассказать об основных тенденциях развития прозы последних лет.

Обратная сторона страха

Во времена застоя люди боялись сказать лишнее слово. Эта фобия в начале девяностых годов прошлого века обернулась вседозволенностью. Современная русская литература начального периода полностью лишена поучительной функции. Если, согласно опросу, проведенному в 1985 году, самыми читаемыми авторами были Джордж Оруэлл и Нина Берберова, спустя 10 лет популярными стали книги “Мент поганый”, “Профессия — киллер”.

В современной русской литературе на начальном этапе ее развития преобладали такие явления, как тотальное насилие, сексуальные патологии. К счастью, в этот период, как уже было сказано, стали доступны авторы 1960-1970-х годов. Читатели получили возможность ознакомиться и с литературой зарубежья: от Владимира Набокова до Иосифа Бродского. Творчество ранее запрещенных авторов оказало положительное влияние на русскую современную художественную литературу.

Постмодернизм

Это течение в литературе можно охарактеризовать как своеобразное сочетание мировоззренческих установок и неожиданных эстетических принципов. Постмодернизм получил развитие в Европе в 1960-е годы. В нашей стране он оформился в отдельное литературное течение значительно позже. Единой картины мира в произведениях постмодернистов нет, но есть многообразие версий реальности. В список современной русской литературы этого направления входят, прежде всего, произведения Виктора Пелевина. В книгах этого писателя существует несколько версий реальности, и они отнюдь не исключают друг друга.

Реализм

Писатели-реалисты, в отличие от модернистов, полагают, что в мире смысл есть, правда, его следует найти. В. Астафьев, А. Ким, Ф. Искандер — представители этого литературного течения. Можно сказать, что в последние годы снова обрела популярность так называемая деревенская проза. Так, нередко встречается изображение провинциального быта в книгах Алексея Варламова. Православная вера является, пожалуй, основной в прозе этого писателя.

У прозаика может быть две задачи: нравоучительная и развлекающая. Существует мнение, что развлекает, отвлекает от обыденности литература третьего сорта. Настоящая же литература заставляет читателя задуматься. Тем не менее среди тем современной русской литературы не последнее место занимает криминальная. Произведения Марининой, Незнанского, Абдуллаева, может быть, и не наводят на глубокие размышления, но тяготеют к реалистичной традиции. Книги этих авторов нередко называют “криминальным чтивом”. Но отрицать сложно то факт, что и Марининой, и Незнанскому удалось занять в современной прозе свою нишу.

В духе реализма созданы книги Захара Прилепина — писателя, известного общественного деятеля. Герои его преимущественно обитают в девяностых годах прошлого века. У критиков творчество Прилепина вызывает неоднозначную реакцию. Некоторые считают одно из самых известных его произведений – “Санькя” – своеобразным манифестом для молодого поколения. А рассказ Прилепина “Жилка” нобелевский лауреат Гюнтер Грасс назвал весьма поэтичным. Противники творчества русского писателя обвиняют его в неосталинизме, антисемитизме и прочих грехах.

Женская проза

Имеет ли право на существование этот термин? В трудах советских литературоведов он не встречается, все же роль этого явления в истории литературы отрицают не многие современные критики. Женская проза – это не просто литература, созданная женщинами. Она появилась в эпоху зарождения эмансипации. Такая проза отражает мир глазами женщины. Относятся к этому направлению книги М. Вишневецкой, Г. Щербаковой, М. Палей.

Являются ли произведения лауреата Букеровской премии — Людмилы Улицкой — женской прозой? Может быть, только отдельные произведения. Например, рассказы из сборника “Девочки”. Героями Улицкой в равной степени выступают и мужчины, и женщины. В романе же “Казус Кукоцкого”, за который писательница была удостоена престижной литературной награды, мир показан глазами мужчины, профессора медицины.

Не многие современные русские произведения литературы сегодня активно переводятся на иностранные языки. К подобным книгам относятся романы и рассказы Людмилы Улицкой, Виктора Пелевина. Почему сегодня так мало русскоязычных писателей, интересных на Западе?

Отсутствие интересных персонажей

По мнению публициста и литературного критика Дмитрия Быкова, в современной русской прозе применяется устаревшая повествовательная техника. За последние 20 лет не появилось ни одного живого, интересного персонажа, имя которого стало бы нарицательным.

Кроме того, в отличие от зарубежных авторов, пытающихся найти компромисс между серьезностью и массовостью, российские писатели словно разделились на два лагеря. К первому принадлежат создатели упомянутого выше «криминального чтива». Ко второму — представители интеллектуальной прозы. Создается немало артхаусной литературы, которую понять не в силах даже самому искушенному читателю, и не потому, что она чрезвычайно сложна, а потому, что нет в ней связи с современной реальностью.

Издательский бизнес

Сегодня в России, по мнению многих критиков, талантливые писатели есть. Но недостаточно хороших издателей. На полках книжных магазинов регулярно появляются книги “раскрученных” авторов. Из тысячи произведений некачественной литературы искать одно, но стоящее внимания, готов далеко не каждый издатель.

В большей части книг писателей, упомянутых выше, отражены события не начала XXI века, а советской эпохи. В русской прозе, согласно мнению одного из известных литературоведов, за последние двадцать лет не появилось ничего нового, так как писателям не о чем говорить. В условиях разложения семьи невозможно создать семейную сагу. В обществе, в котором приоритет отдается материальным вопросам, не вызовет интереса поучительный роман.

С подобными утверждениями можно и не согласиться, но в современной литературе действительно нет современных героев. Писатели, как правило, обращаются к прошлому. Быть может, вскоре ситуация в литературном мире изменится, появятся авторы, способные создавать книги, которые не утратят популярности через сто-двести лет.

Нравственные традиции русской классической литературы в рассказе современного писателя Ю.Оноприенко

Разделы: Литература

Цели урока:

  1. познакомить учащихся с новым современным автором, заинтересовать рассказом;
  2. проследить в данном рассказе лучшие нравственные традиции русской литературы;
  3. воспитывать чувство сострадания в детях, умение понимать чужую боль и помогать в трудную минуту.

Оборудование: выставка иллюстраций художников-передвижников, портреты Ю.Оноприенко, А. Пушкина, Н. Гоголя, колокольчик с бантиком.

Ход урока

1) Слово учителя:

Заходя в кабинет, вы шли мимо двух стендов. Я просила вас обратить на них внимание. Я попросила учеников нашего класса, посещающих художественную школу и увлекающихся живописью, подготовить сообщения о некоторых иллюстрациях. Вслушайтесь в их короткий рассказ и сформулируйте тему, объединяющую эти полотна (см. слайды о художниках-передвижниках и краткую информацию о содержании картин (приложение)).

Итак, конечно же, это тема «маленького человека», задавленного тяжёлой жизнью.

Однако, надо сказать, что первооткрывателями этой темы в русском искусстве были не художники, а писатели, чьё слово, обращённое в защиту маленького человека, прозвучало ещё раньше. Это Пушкин, Гоголь.

С просьбой дать краткую характеристику героям этих писателей я обратилась к ученикам нашего класса.

Рассказ 1-го ученика о герое повести Гоголя «Шинель»: Акакий Акакиевич Башмачкин – маленький чиновник одного из петербургских департаментов. В каком смысле «маленький»? Мал этот человек именно в социальном плане, потому что занимает одну из низших ступенек иерерхической лестницы, потому что он пребывает в узком и замкнутом пространстве своих бытовых интересов. Его человечность проявляется в доброжелательном расположении к людям, в трудолюбии, в сознании служебного долга. Мечтой и смыслом жизни главного героя становится новая шинель. Привыкнув голодать по вечерам, он питался духовно, нося в мыслях идею будущей шинели. «Маленький» в делах человек, однако, вовсе не ничтожное существо в нравственном отношении.

Рассказ 2-го ученика о герое повести Пушкина «Станционный смотритель» Самсоне Вырине: Самсон Вырин – обычный станционный смотритель, который в силу своего низкого социального положения принужден терпеть унижения, оскорбления проезжающих через его станцию людей. Его положение Пушкин усугубляет личной драмой – сбегает с проезжим корнетом из родительского дома единственная любимая дочь. Оставшийся в полном одиночестве герой находит силы жить дальше физически, но душа его болит, воля сломлена. Он не столько живёт, сколько существует, и это-то и страшно: вокруг столько людей, а человек одинок, беспомощен. Одинок хороший человек, честный труженик, обычный, маленький человек. И страшно, потому что таких людей много.

Разговор на сегодняшнем уроке пойдёт о нравственных традициях русской классической литературы в современной прозе, ибо начатая в 19 веке тема маленького человека приобретает актуальность и в наши дни.

Внимание: человек-загадка.

Входит человек с колокольчиком, останавливается перед классом, а учитель задаёт вопрос: «Скажите, есть ли среди вас счастливые люди?» Поднимаются руки, много рук, почти все.

Человек встаёт за плечом у одного из счастливых людей.

Учитель: внимание – вопрос. Ответьте в конце урока, почему, по мнению А.П.Чехова, за спиной каждого счастливого человека должен стоять человек с колокольчиком?

2) А теперь несколько слов об авторе рассказа: Юрий Оноприенко – немолодой уже писатель, активно печатается в современных литературных журналах «Час России», «Роман-журнал 21 век». Сегодня мы знакомимся с его рассказом «Еда».

Беседа по тексту:

– Что является завязкой рассказа? (Буфетчице Гале пришёл гроб из армии. Читатель сразу составляет у себя в голове впечатление о Гале: простая работящая женщина, перебивающаяся с копейки на копейку, изнурённая тяжёлой работой.)

– О чём вам говорит словосочетание «гроб из армии»? (груз-200, погиб при исполнении воинского долга или самоубийство.)

– Какая версия предлагается в сопроводительном письме? («погиб при исполнении воинского долга»)

– Почему Галя не верит в эту версию? (Она сердцем чуяла ложь, и она оказалась права.)

– Что рассказал Гале сопровождающий груз «веснушчатый солдатик»? Заметим: расплакавшись, ему самому неприятно врать, но он делает это по приказу начальства. (Ванюшка умер от голода, забытый на три месяца на вахте в тайге. Всего таких забытых первогодков было 10.)

– Как пережила Галю это горе? (Она «отвыла» своё и скоро приступила к работе. Глагол «отвыла» не человеческий глагол, выть могут волки, а тут – маленькая хрупкая женщина. И принялась жить дальше. А так как по своей натуре она и так была жалостлива – «обычное дело, а у Гали судороги по сердцу» -, то после смерти сына стала жалеть всех ещё больше. Но жалость её проявилась очень ярко в одном.)

– В чём проявилась жалость? (Она кормила всех, кому нужна была еда.)

– А кому, по мнению Гали, она была нужна? Кого выделяла Галя из толпы? (Курсанты военные, школяры, разная бездомная живность.)

– Что их всех объединяет? (Самые беззащитные.)

– Почему, помогая им, женщина чувствует себя лучше? («Когда тебе плохо, – говорят психологи, – найди того, кому понадобится твоя помощь, забота лечит, заставляет забыть, приглушить свою боль.) Она стала «блаженной».

– Блаженный, по Далю, благополучный, счастливый. А здесь? Мы думаем: юродивый, странный. За что называет её автор блаженной? (За то, что она стала помогать всем без разбору, кормила всех подряд, отдавая то малое из еды, что имела.)

– А как вы думаете, в чьих глазах Галя была блаженной в значении «странной», а в чьих блаженной в значении «счастливой»? (В первом случае – в глазах окружающих людей, во втором – в своих собственных, ведь забота о людях приносит ей радость.)

– «Сколько же вокруг открылось голодного!» Голодные мыши, птички, кошки, даже тощий грач. А почему нет в этом ряду человека? (Она пыталась дать краюху хлеба человеку, но тот грубо отшвырнул её.)

Она кормит тех, кто беззащитней её, кто не сможет найти еду сам. Галя радуется тому, что люди не голодны. Радуясь за людей, Галя, однако, сама ела лишь раз в неделю.

– Чем жила она? Что питало её? (Есть замечательное выражение: «Не хлебом единым жив человек». Оно о том, что надо кроме плотской пищи «кормить» себя и пищей духовной – для души: это добрые поступки, то, что даёт человеку право быть человеком, жить в ладу с собой. К сожалению, о духовной пище сейчас говорят мало, наша жизнь – это поток быстросменяющейся информации: Интернет, компьютерно-виртуальные миры – всё это уродует, а то и стирает в людских сердцах то, что никогда не компенсировалось достижениями науки и техники. Искажаются и уходят «архаичные» понятия КРАСОТЫ, ДОБРА, ИСТИНЫ в прямом, изначальном смысле. А люди, следующие им, вызывают либо насмешку, либо злость.

– Как относятся к Гале окружающие люди? (В рассказе мы видим следующую расстановку сил: Галя со своим «неописуемым хороводом» и «окрестное человеческое поголовье». Поголовье – обычно: крупного рогатого скота, а тут – о людях. )

Представитель людей – яркая противоположность Гале – участковый милиционер. Возмущённый беспорядком на вверенном ему участке, милиционер не удивляется, почему женщина помешана на идее накормить всех. Будь он внимательнее к людям, он прочитал бы в этих уставших, полуголодных глазах старой женщины одиночество и смог бы помочь бедной женщине – не так часто потерявшие от горя рассудок матери встречаются ему на пути. Но ему некогда и, обращаясь к кошкам, он произносит: «Завтра вызову живодёров». Неслучайно автор подчёркивает, что душа этого молодчика жаждала почтения, ведь цивилизация предлагает ныне живущим людям индивидуализм, продаваемость и покупаемость всего – и как следствие, невнимание, равнодушие к чужой жизни, к чужой судьбе, нуждающейся в моральной поддержке.

– Что предлагает в качестве взятки Галя? (Самое дорогое, что у неё есть – память о сыне – пойманная им когда-то, а сейчас уже высохшая рыба, которую она бережно хранит завёрнутой в платочек.)

Милиционер на это «плюнул» на пол – плюнул в душу МАТЕРИ.

Поэтому так естественно подводит Галя итог: « Всё зло на земле от сытости». И, может быть, права старая пословица, гласящая, что « сытое брюхо к ученью глухо», и не только к ученью, но и к доброте, к состраданию. Нам кажется, что, достигнув определённых высот, мы всегда будем оставаться там, а между тем время может нас поставить в трудное положение, и нам тоже будет нужна помощь. И надо помнить о том, что в мире есть люди, которым нужна ваша помощь, именно ваша, потому что вы удачливы в делах и у вас есть силы поучаствовать в судьбе человека, живущего рядом.

3) А теперь вернёмся к человеку с колокольчиком. Для чего он должен, по мысли А.П.Чехова, стоять за спиной каждого счастливого человека? (Чтобы напоминать ему стуком, «что есть несчастные, что, как бы он ни был счастлив, жизнь рано или поздно покажет ему свои когти… и никто его не увидит и не услышит, как теперь он не видит и не слышит других».).

Этот рассказ, продолжающий традиции писателей-классиков в изображении маленьких людей, показывает, что проблемы этих людей актуальны и сегодня, несмотря на то, что на улице 21 век.

Традиция в литературе (О литературе)

Традиция (от лат. traditio – передача, предание). В одной из заметок 1835 г. Пушкин, обращаясь к творчеству молодого критика, ждал от него в будущем большей основательности и «большего уважения к преданию».

Предание. Это не то же самое, что «дела давно минувших дней, преданья старины глубокой» или у Чацкого во фразе «свежо предание, а верится с трудом». Предание в пушкинской заметке о задачах критики означает традицию.

Оценки старых слов забываются, а ценности нетленны. Поэтому Пушкин и заботился об их судьбе. Традиция – это созданные и сбереженные культурой прошлого и затем передаваемые из поколения в поколение сокровища народного опыта, сокровища мудрости и уменья лучших мастеров искусства.

Например, народность и гражданственность литературы опираются на тысячелетние традиции летописей, былин и классики русского реализма.

Наши эксперты могут проверить Ваше сочинение по критериям ЕГЭ
ОТПРАВИТЬ НА ПРОВЕРКУ

Эксперты сайта Критика24.ру
Учителя ведущих школ и действующие эксперты Министерства просвещения Российской Федерации.

Стала всемирным достоянием шекспировская традиция в драме: предельная острота нравственных переживаний героя на широком фоне исторических бурь и народной жизни увлекала и Пушкина в «Борисе Годунове», и Бернарда Шоу, и Брехта. Сонет как законченная и пластичная стихотворная форма для философского высказывания перешел по традиции от итальянских и французских мастеров к Бодлеру, Малларме. Арагону и Бсхсру. Русская поэзия реже практикует сонет; но когда поэты после Пушкина, Ап.Григорьева, Брюсова и Бальмонта обращаются к сонету – такие как А.Тарковский, В.Солоухин, Н.Матвеева, то вместе с формой стихотворений по непререкаемой традиции воспроизводится и установка на философское высказывание.

Во многих литературах мира (Маркес «Последний рейс корабля-призрака»; Айтматов «Белый пароход») сегодня поддерживается и оберегается традиция полусказочного, притчевого видения и объяснения действительности, восходящая к народному эпосу. Патриотизм военной прозы выдержан в лучших традициях Пушкина. Гоголя, Толстого. И не только современная поэзия, но и проза нашего времени в раздумьях о загадочной духовности и целомудрии природы черпают из тютчевской философской традиции.

Таким образом, по традиции сберегаются и, постоянно насыщаясь новым содержанием, передаются в будущее лучшие достижения человечества и в области художественной мысли, и в области художественной формы, если условно провести такое разграничение. Скажем, драма с подтекстом или роман с тонким напряженно-страстным психологическим и нравственным самоанализом героев сегодня традиционны, потому что этими чертами отмечены лучшие творения Чехова и Достоевского. Возвышенные интонации оды, героической песни в поэзии первых лет советской власти означали вместе с самим высоко-патетическим жанром возрождение традиции, завещанной Ломоносовым. Державиным, Пушкиным и ныне обновленной.

Культурное наследие живет в двух формах: и как бесценные памятники искусства давних эпох, не требующие воспроизведения и повторения (египетские пирамиды, Колизей, «Илиада»), и как основа непосредственной преемственности. Поддержание традиции – задача святая и ответственная. Это дело равноценно хранению вечного огня над тем, что, даже уходя из жизни, осталось бессмертно. Иногда этот огонь как бы затухает (традиция уходит в глубинные слои культурной памяти), но потом, словно нарочно подтверждая бессмертие «предания», с особой пылкостью разгорается снова.

На рубеже XIX-XX вв. в эстетике и критике модернизма были нередко утверждения, будто «всякое преклонение перед традициями есть основа лицемерия и косности», что «традиция есть лишь мертвенная гипсовая маска с действительности», что Пушкин и Гете должны быть «сброшены с парохода современности» ради торжества нового искусства. На деле связь традиционного с новым, конечно, сложней. От мнимо современного традиция отлична одним: традиция – это то, что современно всегда. Если же новое не беспочвенно, то оно нуждается в ней, и оно обновляет именно ее, а не растет на пустом месте.

Возрождение традиции в новых условиях развития культуры – одна из граней новаторства, которое иногда насыщает традиционные заветы и нормы особым смыслом, не отвергая их в целом, а иногда, революционизируя искусство, рвет с традицией, преодолевает ее.

Лучшие произведения литературы, которые обновляют представление о творческих возможностях искусства слова, часто демонстрируют сложные формы единства новаторства с традицией. Так, Шолохов, вырываясь в “Тихом Доне” из рамок исторического мышления пушкинской эпохи (“не приведи бог видеть русский бунт. “), в том же самом романе сохраняет традиционное пушкинско-толстовское начало: свидетельствует о торжествующем в истории “мнении народном” и находит для этого голоса народа ярко своеобразные формы воплощения. Точно так же “Война и мир”, мощно возвышаясь над предшествующими опытами русского романа, есть возрождение идеалов и даже некоторых форм русской воинской повести вплоть до “Слова о полку Игореве”. Лирика Блока, особенно в стихах “Родина”, многим казалась беспрецедентно новой. Однако именно здесь Блок не только обновил, он по-своему возродил созвучия, идущие из некрасовской традиции. “Ты и убогая, ты и обильная. ” отозвалось в заповеди Блока: за “гримасами” видеть величие и современности и перспектив, открывающихся с революцией в будущем России. А возглас “О. Русь моя! Жена моя. ” звучит при всей неожиданности, как преемственный отклик на некрасовское же “как женщину, ты родину любил. “.

Питая новое, традиция еще и проверяет его на высоту пробы. В одной из работ, ставящих под сомнение насущную пользу традиции, написано так: “Традиционная поэзия зашла в тупик; нужно быть гением, чтобы в этих формах создать что-либо достойное. ” Нельзя, однако, лучше оправдать и выше оценить традицию, чем против воли автора делает это опровержение. Дело традиции в искусстве действительно требует гениальности. И традиция не поощряет эпигонство и безликость, а разоблачает и отводит их.

Однако невозможно настаивать на жизненности традиции, явно стесняющих развитие. Когда новому содержанию тесно в оковах исстари принятых условностей, эти условности пересматриваются и творчество идет новыми путями. Так ушло в прошлое разделение искусства слова по высоким и низким жанрам с соответствующей иерархией «штилей» художественного языка, принятое в литературе классицизма. Жанровая раскрепощенность романтизма и реализма, свобода художественного языка в литературе, отвергшей классицизм, были ярко новаторскими явлениями. Было новаторски изжито и отстранение «изящной словесности» былого времени от судеб простолюдина; в литературе реализма тема «маленького человека» (крестьянина, «станционного смотрителя», мелкого чиновника, а затем, как у Горького, босяка или сознательного пролетария-борца) принесла с собой крупнейшие художественные свершения. Новаторская, гуманная трактовка этой темы сама стала ценнейшей традицией реализма. По существу, обновлена была не только литература. Когда реализм необычайно раздвинул горизонты представлений о прекрасном в жизни и искусстве, это означало прогресс и литературной теории, и эстетики в целом. Чем более чутка литература к духовной жизни общества и его эстетическим запросам, тем богаче выражен в ней пафос обновления – активизации давних традиций и утверждения новых.

Посмотреть все сочинения без рекламы можно в нашем

Чтобы вывести это сочинение введите команду /id5616

Читайте также:  Гражданская лирика Рылеева: сочинение
Ссылка на основную публикацию
×
×
Название: Традиции русской классической литературы в современной прозе
Раздел: Сочинения по литературе и русскому языку
Тип: сочинение Добавлен 17:46:55 19 февраля 2011 Похожие работы
Просмотров: 341 Комментариев: 15 Оценило: 3 человек Средний балл: 5 Оценка: неизвестно Скачать