Человек в тоталитарном государстве (по произведениям русских писателей 20 века): сочинение

Человек в тоталитарном государстве (по произведениям русских писателей 20 века)

Скачать сочинение

Закурим, друг. Под этот вой Не спится что-то, не поется. Сейчас февраль. А нам с тобой И март ничем не улыбнется. Лев Платонович Карсавин.

Александр Исаевич Солженицын стал известен в 60-е годы, в период “хрущевской оттепели”. “Один день Ивана Денисовича” потряс читателей знанием о запретном — лагерной жизни при Сталине. Впервые открылся один из бесчисленных островков архипелага ГУЛАГ. За ним стояло само государство, беспощадная тоталитарная система, подавляющая человека.

Повесть посвящена сопротивлению живого — неживому, человека — лагерю. Солженицынский каторжный лагерь — это бездарная, опасная, жестокая машина, перемалывающая всех, кто в нее попадает. Лагерь создан ради убийства, нацелен на истребление в человеке главного — мыслей, совести, памяти.

Взять хотя бы Ивана Шухова “здешняя жизнь трепала от подъема до отбоя”. И вспоминать избу родную “меньше и меньше было ему поводов”. Так кто же кого: лагерь — человека? Или человек — лагерь? Многих лагерь победил, перемолол в пыль. Иван Денисович идет через подлые искушения лагеря. В этот бесконечный день разыгрывается драма сопротивления. Одни побеждают в ней: Иван Денисович, Кавгоранг, каторжник X-123, Алешка-баптист, Сенька Клевшин, помбригадира, сам бригадир Тюрин. Другие обречены на погибель — кинорежиссер Цезарь Маркович, “шакал” Фетюхов, десятник Дэр и другие

Лагерный порядок беспощадно преследует все человеческое и насаждает нечеловеческое. Иван Денисович думает про себя: “Работа — она как палка, конца в ней два: для людей делаешь — качество дай, для дурака делаешь — дай показуху. А иначе б давно все подохли, дело известное”. Крепко запомнил Иван Шухов слова своего первого бригадира Куземина — старого лагерного волка, который сидел с 1943 года уже 12 лет. “Здесь, ребята, закон — тайга, но люди и здесь живут. В лагере вот кто погибает: кто миски лижет, кто на санчасть надеется да кто к куму стучать ходит”. Такова суть лагерной философии. Погибает тот, кто падает духом, становится рабом больной или голодной плоти, не в силах укрепить себя изнутри и устоять перед искушением подбирать объедки или доносить на соседа.

Как же человеку жить и выжить? Лагерь — образ одновременно реальный и ирреальный, абсурдный. Это и обыденность, и символ, воплощение вечного зла и обычной низкой злобы, ненависти, лени, грязи, насилия, недомыслия, взятых на вооружение системой.

Человек воюет с лагерем, ибо тот отнимает свободу жить для себя, быть собою. “Не подставляться” лагерю нигде — в этом тактика сопротивления. “Да и никогда зевать нельзя. Стараться надо, чтобы никакой надзиратель тебя в одиночку не видел, а в толпе только”, — такова тактика выживания. Вопреки унизительной системе номеров, люди упорно называют друг друга по именам, отчествам, фамилиям Перед нами лица, а не винтики и не лагерная пыль, в которую хотела бы превратить система людей.

Отстаивать свободу в каторжном лагере — значит как можно меньше внутренне зависеть от его режима, от его разрушительного порядка, принадлежать себе. Не считая сна, лагерник живет для себя только утром — 10 минут за завтраком, да за обедом — 5 минут, да за ужином — 5 минут. Такова реальность. Поэтому Шухов даже ест “медленно, вдумчиво”. В этом тоже освобождение

Главное в повести — спор о духовных ценностях. Алешка-баптист говорит, что молиться нужно “не о том, чтобы посылку прислали или чтоб лишняя порция баланды. Молиться надо о духовном, чтоб Господь с нашего сердца накипь злую снимал. ” Финал повести парадоксален для восприятия: “Засыпал Иван Денисович, вполне удовлетворенный. Прошел день, ничем не омраченный, почти счастливый”. Если это один из “хороших” дней, то каковы же остальные?!

Александр Солженицын пробил брешь в “железном занавесе” и вскоре сам стал изгоем. Книги его были запрещены и изъяты из библиотек. Ко времени насильственного изгнания писателя уже были написаны “В круге первом”, “Раковый корпус”, “Архипелаг ГУЛАГ”. Это преследовалось всей мощью государственной карательной машины.

Время забвения прошло. Заслуга Солженицына в том, что он впервые рассказал о страшном бедствии, которое испытал наш многострадальный народ и сам автор. Солженицын приподнял завесу над темной ночью нашей истории периода сталинизма.

7424 человека просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

Рекомендуем эксклюзивные работы по этой теме, которые скачиваются по принципу “одно сочинение в одну школу”:

«Человек в тоталитарном государстве (по произведениям русских писателей 20 века)»

Человеку свойственно заглядывать в будущее, пытаться распознать его очертания. Сколько писателей разных исторических эпох пытались приоткрыть завесу, за которой скрывается будущее, пытались предугадать то, что не дано знать никому: Кампанелла в “Городе Солнца”, Жюль Верн в своих романах, Оруэлл в “1984”, Н.Г.Чернышевский в “Что делать” и другие. Таким писателем-фантастом был и Е.Замятин.

В романе “Мы” в фантастическом и гротесковом облике предстает перед читателем возможный вариант общества будущего. К сожалению, в нем нет ничего, что не предвещала бы уже современная писателю реальность. Перед нами разворачивается жизнь Единого Государства.

Символический образ чуда технической мысли и одновременно орудия жесточайшего порабощения, открывает книгу. Бездушные орудия вместе с деспотической властью превратили человека в придаток машины, отняли у него свободу, воспитали в добровольном рабстве. Мир без любви, без души, без поэзии.

Роман Замятина – предупреждение о двойной опасности, грозящей человечеству: власти машин и власти государства. Однотипность безраздельно и неусыпно властвует над жизнью всех членов общества. Это обеспечивается совершенной техникой.

Отношение к политике военного коммунизма стало камнем преткновения для писателя. Эта политика, предусматривающая сугубую централизацию политической и экономической жизни в стране, ряд жестоких мер, была временной и вынужденной в условиях гражданской войны и хозяйственной разрухи. Но Замятину представлялось, что другого выбора не будет и что людям навязана единственная модель дальнейшего движения – новый вариант тоталитаризма. Роман Замятина приобрел особую цену и поучительность в следующем смысле: как предупреждение о возможных искажениях социализма, об опасности уклонений от демократического пути и злоупотреблений, насилия над человеческой личностью. Последующие события отечественной и мировой истории показали, что тревоги писателя не были напрасными. Наш народ пережил и горькие уроки коллективизации, и сталинизм, и репрессии, и всеобщий страх. и застой. Очень многие сцены романа заставляют вспомнить недавнее прошлое.

В свое время роман не был принят. Очень дорого обошлись нам легкомыслие и обидчивость тогдашних идеологов по отношению к сомнениям Замятина. Автор на своих “запретных” страницах выстраивает непрерывную цепочку времени, не прослеживая которую, нельзя понять ни настоящего, ни будущего.

Россия богата не только безграничными просторами, плодородными землями, фруктовыми садами, но и незаурядными личностями, одарёнными чистой, божественной энергией. Они смотрят на нас ясными глазами, будто заглядывают в душу так, что ничего от них не скроешь. Праведники жертвуют многими материальными ценностями ради чистоты души, помогают окружающим достойно преодолеть все невзгоды, выйти победителем из борьбы с самим собой, духовно очиститься. И что бы о них ни говорили, сколько бы ни удивлялись их неприхотливости, на русской земле всегда найдётся место таким людям, которые живут вопреки всему.

Железная дорога чёрной змейкой убегает за горизонт, по ней проносятся поезда, где-то быстрее, где-то медленнее. Только машинисты знали и помнили, отчего это всё.

“Матренин двор” — это повествование о беспощадности человеческой судьбы, злого рока, о глупости советских послесталинских порядков, о жизни простых людей, далёких от городской суеты и спешки. Этот рассказ, как замечал сам автор, “полностью автобиографичен и достоверен”.

Действие происходит в 1956 году, через три года после смерти тирана. Люди ещё не знают, как жить дальше. Из “пыльной горячей пустыни” они попадают в Россию, чтобы навсегда затеряться где-нибудь в средней полосе. Ещё год назад, вернувшись из неволи, человек мог устроиться только грузчиком. Даже электриком на порядочное строительство его бы не взяли. А теперь можно учительствовать. Воздух был просто пропитан свободой.

В тот год быстрых перемен рассказчик возвращается в новый мир из тех краёв, откуда ещё недавно живым мало кто мог вернуться. Устроился он учителем в Высоком Поле. Ночью лишь слышно тихий шелест ветвей по крышам, а днём всё молчит. Но человек нуждается каждый день в завтраке и обеде, а хлеб здесь не пекли, да и ничем съестным не торговали. Благородные работники отдела кадров смилостивились над рассказчиком и направили его в Торфопродукт, куда легко можно было приехать, но уехать — невозможно. В этом посёлке смешались две эпохи: однообразные бараки тридцатых годов и домики пятидесятых, с остеклёнными верандами. Но все жители в равной степени вдыхали вонь и копоть из фабричной трубы. Вот куда может завести мечта о тихом уголке России! А ведь там, откуда приехал Игнатич, дул свежий ветер ночами и звёздный свод распахивался над головой.

На этом скитания бывшего заключенного не закончились. Судьбе было угодно, чтобы остановился он в соседней деревушке Тальново. Избу, где он жил, построили на большую семью, а жила в ней теперь одинокая женщина лет шестидесяти, с незатейливым, деревенским именем. Она много работала, несмотря на болезнь, причем бесплатно: “не за деньги — за палочки”. Пенсию ей не платили. У Матрёны в избе жили колченогая кошка, подобранная из жалости, мыши и тараканы. Солженицын описывает деревенский быт с изрядной долей иронии. Желание выполнить работу лучше, чтобы потом не пришлось переделывать, оборачивается многочисленными неудобствами для живущих в этой избе.

Героиня отличалась трудолюбием: вставала в четыре-пять утра, топила русскую печь, ходила доить козу, варила в трёх чугунках. Наверное, Матрёне Васильевне выпал жребий жить в то время, когда люди работали бескорыстно, не думая о пенсии. А награды получал тот, кто докладывал о высоких результатах. Григорьева никому не могла отказать: без неё ни одна пахота огорода не обходилась. Денег она не брала, получала удовольствие, прилив сил от труда. Матрёнина покорность шла от сердца. Она не прислуживала, но служила окружающим, всегда была готова поделиться последним.

Первоначально рассказ назывался “Не стоит село без праведника”. Крестьянка жила в окружении недоброжелательных и корыстных колхозников. Их убогая и несчастная судьба мало чем отличалась от существования лагерных узников. Даже после смерти Матрёны соседи не особенно переживали. И только в конце повествования рассказчик говорит о том, что без таких тружениц не стоит село, ни город, ни вся земля наша.

Произведение Солженицына “Один день Ивана Денисовича” было задумано автором в лагере зимой 1950—1951 гг.

Образ Ивана Денисовича возник на основе реального прототипа, которым стал солдат Шухов, воевавший вместе с Александром Исаевичем в советско-германскую войну (но никогда не отбывавший наказание), а также благодаря наблюдениям за жизнью пленников и личному опыту писателя, приобретенному в лагере, где он работал каменщиком. Остальные персонажи взяты из жизни заключенных с их подлинными биографиями.

Читайте также:  Разрушение стереотипов (Возвращение забытых имен): сочинение

Солженицын говорит о чем-то давно и прочно существующем, имеющем свой будничный свод правил выживания, свой фольклор, свою “мораль” и устоявшуюся дисциплину.

Легко заметить, что в повествовании как бы два рассказчика, активно помогающих друг другу. Мы слышим голос автора и самого Ивана Денисовича, то лежащего утром под одеялом и бушлатом, то бегущего на мороз и думающего о том, куда их погонят работать. Писатель передает ему значительную часть своего жизненного опыта: так, вся знаменитая сцена кладки стены — это явно эпизод из биографии Солженицына. Помыслы героя, его поступки утверждают его нравственное величие и представление Александра Исаевича о красоте и идеальном человеке, живущем “не по лжи”.

Уже первые мгновения жизни Ивана Денисовича на страницах рассказа говорят о независимости героя, мудром покорстве судьбе и о непрерывном созидании особого духовного пространства. Весь лагерь и работа в нем — это растлевающий путь в обход всему естественному. Здесь царствует не труд, а его имитация. Все жаждут безделья.

Шухов приспособился в мире ГУЛАГа, изучил его законы, выработал массу приспособлений для выживания. Он и здесь продолжает работать с энтузиазмом, не осознавая абсурда в окружающем мироустройстве. Дар мастера и умельца, рачительность хозяина – всё это служит укреплению системы, приумножению её владычества над миллионами таких же людей. Иван Денисович принимает свою судьбу как данность, молча несёт свой крест.

Читатель, проживший один день с персонажем, испытывает ужасное потрясение. Рассказы Солженицына помогают осмыслить роль простого человека в тоталитарном государстве. Русская действительность ХХ века была настолько страшна, что требовала преобразования. Писатель документально запечатлел в памяти своих современников и потомков всё, что стало школой для целой страны.

Человек в тоталитарном государстве по произведениям русских писателей 20 века (сочинение)

Человек в тоталитарном государстве (по произведениям русских писателей 20 века)

Человеку свойственно заглядывать в будущее, пытаться распознать его очертания. Сколько писателей разных исторических эпох пытались приоткрыть завесу, за которой скрывается будущее, пытались предугадать то, что не дано знать никому: Кампанелла в “Городе Солнца”, Жюль Верн в своих романах, Оруэлл в “1984”, Н.Г.Чернышевский в “Что делать” и другие. Таким писателем-фантастом был и Е.Замятин.

В романе “Мы” в фантастическом и гротесковом облике предстает перед читателем возможный вариант общества будущего. К сожалению, в нем нет ничего, что не предвещала бы уже современная писателю реальность. Перед нами разворачивается жизнь Единого Государства.

Символический образ чуда технической мысли и одновременно орудия жесточайшего порабощения, открывает книгу. Бездушные орудия вместе с деспотической властью превратили человека в придаток машины, отняли у него свободу, воспитали в добровольном рабстве. Мир без любви, без души, без поэзии.

Роман Замятина – предупреждение о двойной опасности, грозящей человечеству: власти машин и власти государства. Однотипность безраздельно и неусыпно властвует над жизнью всех членов общества. Это обеспечивается совершенной техникой.

Отношение к политике военного коммунизма стало камнем преткновения для писателя. Эта политика, предусматривающая сугубую централизацию политической и экономической жизни в стране, ряд жестоких мер, была временной и вынужденной в условиях гражданской войны и хозяйственной разрухи. Но Замятину представлялось, что другого выбора не будет и что людям навязана единственная модель дальнейшего движения – новый вариант тоталитаризма. Роман Замятина приобрел особую цену и поучительность в следующем смысле: как предупреждение о возможных искажениях социализма, об опасности уклонений от демократического пути и злоупотреблений, насилия над человеческой личностью. Последующие события отечественной и мировой истории показали, что тревоги писателя не были напрасными. Наш народ пережил и горькие уроки коллективизации, и сталинизм, и репрессии, и всеобщий страх. и застой. Очень многие сцены романа заставляют вспомнить недавнее прошлое.

В свое время роман не был принят. Очень дорого обошлись нам легкомыслие и обидчивость тогдашних идеологов по отношению к сомнениям Замятина. Автор на своих “запретных” страницах выстраивает непрерывную цепочку времени, не прослеживая которую, нельзя понять ни настоящего, ни будущего.

Россия богата не только безграничными просторами, плодородными землями, фруктовыми садами, но и незаурядными личностями, одарёнными чистой, божественной энергией. Они смотрят на нас ясными глазами, будто заглядывают в душу так, что ничего от них не скроешь. Праведники жертвуют многими материальными ценностями ради чистоты души, помогают окружающим достойно преодолеть все невзгоды, выйти победителем из борьбы с самим собой, духовно очиститься. И что бы о них ни говорили, сколько бы ни удивлялись их неприхотливости, на русской земле всегда найдётся место таким людям, которые живут вопреки всему.

Железная дорога чёрной змейкой убегает за горизонт, по ней проносятся поезда, где-то быстрее, где-то медленнее. Только машинисты знали и помнили, отчего это всё.

“Матренин двор” — это повествование о беспощадности человеческой судьбы, злого рока, о глупости советских послесталинских порядков, о жизни простых людей, далёких от городской суеты и спешки. Этот рассказ, как замечал сам автор, “полностью автобиографичен и достоверен”.

Действие происходит в 1956 году, через три года после смерти тирана. Люди ещё не знают, как жить дальше. Из “пыльной горячей пустыни” они попадают в Россию, чтобы навсегда затеряться где-нибудь в средней полосе. Ещё год назад, вернувшись из неволи, человек мог устроиться только грузчиком. Даже электриком на порядочное строительство его бы не взяли. А теперь можно учительствовать. Воздух был просто пропитан свободой.

В тот год быстрых перемен рассказчик возвращается в новый мир из тех краёв, откуда ещё недавно живым мало кто мог вернуться. Устроился он учителем в Высоком Поле. Ночью лишь слышно тихий шелест ветвей по крышам, а днём всё молчит. Но человек нуждается каждый день в завтраке и обеде, а хлеб здесь не пекли, да и ничем съестным не торговали. Благородные работники отдела кадров смилостивились над рассказчиком и направили его в Торфопродукт, куда легко можно было приехать, но уехать — невозможно. В этом посёлке смешались две эпохи: однообразные бараки тридцатых годов и домики пятидесятых, с остеклёнными верандами. Но все жители в равной степени вдыхали вонь и копоть из фабричной трубы. Вот куда может завести мечта о тихом уголке России! А ведь там, откуда приехал Игнатич, дул свежий ветер ночами и звёздный свод распахивался над головой.

На этом скитания бывшего заключенного не закончились. Судьбе было угодно, чтобы остановился он в соседней деревушке Тальново. Избу, где он жил, построили на большую семью, а жила в ней теперь одинокая женщина лет шестидесяти, с незатейливым, деревенским именем. Она много работала, несмотря на болезнь, причем бесплатно: “не за деньги — за палочки”. Пенсию ей не платили. У Матрёны в избе жили колченогая кошка, подобранная из жалости, мыши и тараканы. Солженицын описывает деревенский быт с изрядной долей иронии. Желание выполнить работу лучше, чтобы потом не пришлось переделывать, оборачивается многочисленными неудобствами для живущих в этой избе.

Героиня отличалась трудолюбием: вставала в четыре-пять утра, топила русскую печь, ходила доить козу, варила в трёх чугунках. Наверное, Матрёне Васильевне выпал жребий жить в то время, когда люди работали бескорыстно, не думая о пенсии. А награды получал тот, кто докладывал о высоких результатах. Григорьева никому не могла отказать: без неё ни одна пахота огорода не обходилась. Денег она не брала, получала удовольствие, прилив сил от труда. Матрёнина покорность шла от сердца. Она не прислуживала, но служила окружающим, всегда была готова поделиться последним.

Первоначально рассказ назывался “Не стоит село без праведника”. Крестьянка жила в окружении недоброжелательных и корыстных колхозников. Их убогая и несчастная судьба мало чем отличалась от существования лагерных узников. Даже после смерти Матрёны соседи не особенно переживали. И только в конце повествования рассказчик говорит о том, что без таких тружениц не стоит село, ни город, ни вся земля наша.

Произведение Солженицына “Один день Ивана Денисовича” было задумано автором в лагере зимой 1950—1951 гг.

Образ Ивана Денисовича возник на основе реального прототипа, которым стал солдат Шухов, воевавший вместе с Александром Исаевичем в советско-германскую войну (но никогда не отбывавший наказание), а также благодаря наблюдениям за жизнью пленников и личному опыту писателя, приобретенному в лагере, где он работал каменщиком. Остальные персонажи взяты из жизни заключенных с их подлинными биографиями.

Солженицын говорит о чем-то давно и прочно существующем, имеющем свой будничный свод правил выживания, свой фольклор, свою “мораль” и устоявшуюся дисциплину.

Легко заметить, что в повествовании как бы два рассказчика, активно помогающих друг другу. Мы слышим голос автора и самого Ивана Денисовича, то лежащего утром под одеялом и бушлатом, то бегущего на мороз и думающего о том, куда их погонят работать. Писатель передает ему значительную часть своего жизненного опыта: так, вся знаменитая сцена кладки стены — это явно эпизод из биографии Солженицына. Помыслы героя, его поступки утверждают его нравственное величие и представление Александра Исаевича о красоте и идеальном человеке, живущем “не по лжи”.

Уже первые мгновения жизни Ивана Денисовича на страницах рассказа говорят о независимости героя, мудром покорстве судьбе и о непрерывном созидании особого духовного пространства. Весь лагерь и работа в нем — это растлевающий путь в обход всему естественному. Здесь царствует не труд, а его имитация. Все жаждут безделья.

Шухов приспособился в мире ГУЛАГа, изучил его законы, выработал массу приспособлений для выживания. Он и здесь продолжает работать с энтузиазмом, не осознавая абсурда в окружающем мироустройстве. Дар мастера и умельца, рачительность хозяина – всё это служит укреплению системы, приумножению её владычества над миллионами таких же людей. Иван Денисович принимает свою судьбу как данность, молча несёт свой крест.

Читатель, проживший один день с персонажем, испытывает ужасное потрясение. Рассказы Солженицына помогают осмыслить роль простого человека в тоталитарном государстве. Русская действительность ХХ века была настолько страшна, что требовала преобразования. Писатель документально запечатлел в памяти своих современников и потомков всё, что стало школой для целой страны.

Тема судьбы человека в тоталитарном обществе

Произведения литературы о судьбе человека в тоталитарном обществе (список): Е. Замятин «Мы», А.Платонов «Котлован», «Чевенгур», А. Солженицын «Один день Ивана Денисовича», «Архипелаг ГУЛАГ», «В круге первом», «Раковый корпус», В.Шаламов «Колымские рассказы», В.Гросссман «Жизнь и судьба», А. Рыбаков » Дети Арбата» и др., Г. Владимов «Верный Руслан», Ю.Даниэль»Искупление»

Тема человека и тоталитарного государства в литературе

Осмысление темы человека в тоталитарном обществе началось в 20-е годы с появлением жанра антиутопии — романом Е.Замятина «Мы». Написанный в годы военного коммунизма роман Замятина стал предупреждением человечеству. Человек в тоталитарном обществе лишен имени, а значит, индивидуальности, он обозначен буквой и цифрами. Вся деятельность его регламентируется государством, вплоть до сексуальных отношений. Для того чтобы проверять правильность течения жизни, необходима целая армия наблюдателей. Жизнь героя и его сограждан проникнута верой в Благодетеля, который лучше других знает, как сделать жизнь прекрасной. Выборы Благодетеля превращаются во всенародный праздник.

Читайте также:  Тема защиты природы в современной прозе (Распутин, Айтматов): сочинение

Неотъемлемая черта тоталитарного общества — убеждение человека, что то, что ему дает государство, — благо, что нет страны лучше на свете.

Тоталитарному государству необходимы ученые, которые помогли бы усилить его мощь, но не нужны люди с фантазией, потому что фантазия заставляет человека думать, видеть то, что государство предпочитало бы скрыть от своего гражданина. Именно любовь заставляет героя бунтовать, но бунт его сломлен: пассивно наблюдает он убийство своей возлюбленной, он, лишенный фантазии. Именно любовь становится врагом тоталитаризма, потому что она делает человека индивидуальностью, заставляет его забыть образ Благодетеля. Материнская любовь О-90 заставляет ее протестовать, бежать из государства, чтобы сохранить ребенка, а не отдавать его государству. Роман «Мы» имеет общечеловеческое значение, он — отражение любого тоталитарного режима, основанного на подавлении человеческой личности.

Романы Солженицына

Произведения А.Солженицына основаны на материале, пережитом самим автором. Писатель — ярый противник Советской власти как власти тоталитарной. Он пытается показать характеры людей, судьбы которых изломаны обществом. Так ситуация в романе «Раковый корпус» — модель разных представителей советского мира, собранных в больнице одной бедой — болезнью (раком). Каждый образ — это стойкая система убеждений: Олег Костоглотов, бывший зек, ярый противник системы, понимающий весь ее антигуманизм; Шулубин, русский интеллигент, участник революции, внешне принимает официальную мораль, страдая от ее несоответствий; Русанов — человек номенклатуры, для которого все предписанное партией и государством принимается безоговорочно, он не мучит себя нравственными вопросами, но подчас извлекает выгоду из своего положения. Главный вопрос споров — нравственная ли существующая система. По мнению автора и его героя, Олега, ответ однозначен: система безнравственна, она отравляет души детей еще в школе, приучая их быть как все, лишая их личности;, она низводит литературу до обслуживания своих интересов (воссоздать образ прекрасного завтра), это система со смещенной шкалой ценностей, которая требует того же от человека. Судьба же человека зависит от того выбора, который он сделает.

Несколько иначе напишет об этом А.Солженицын в «Архипелаге»: он скажет, что в тоталитарном обществе от судьбы человека зависит и его прозрение (рассуждение о том, что и он мог оказаться не зеком, а офицером НКВД).

Произведения Г.Владимирова

Тоталитарный строй искажает лучшие черты человеческого характера, оставляет след на всю жизнь. «Верный Руслан» — история лагерной собаки.

Г. Владимов показывает, что даже после роспуска лагерей лагерные собаки продолжают ждать исполнения своего долга — больше они ничего не умеют. И когда на станцию приезжают молодые строители, которые колонной идут на место стройки, собаки окружают их, что сначала кажется молодежи смешным, а потом ужасным. Тоталитарный строй учит человека любить хозяина и беспрекословно подчиняться ему. Но есть в романе сцена, которая показывает, что подчинение не безгранично: зеки отказываются выйти из барака на мороз, тогда начальник лагеря приказывает открыть двери и поливать внутренность барака ледяной водой, и вот тогда одни из овчарок, самая талантливая, зажимает шланг зубами: так зверь протестует против бесчеловечности людей. Умирающему Руслану снится мать, та, которую государство отняло у него лишив его подлинных чувств. И если сам Руслан вызывает сочувствие, то образ его хозяина отвратителен в своей примитивности, жестокости, бездушии.

Ю.Даниэль и роман об оттепели

Ужас тоталитаризма и в том, что даже души людей достаточно благополучной судьбы изломаны тоталитарным режимом. Действие повести Ю.Даниэля «Искупление» происходит в период хрущевской оттепели. Главный герой повести — талантлив, честен, счастлив, у него много друзей, его любит замечательная женщина. Но вот на него обрушивается обвинение: мимолетный давнишний знакомый героя возвращается из лагеря: он убежден, что его посадили по доносу героя. Но писатель изначально утверждает, что герой не виновен. И вот без суда и следствия, без объяснений герой оказывается в изоляции: от него отвернулись не только коллеги, но и друзья, не выдержав, уходит любимая. Люди привыкли к обвинениям, они верят всему; неважно, что в данном случае меняются полюса (враг народа — стукач). Герой сходит с ума, но перед этим он понимает, что в этом обществе виновны все, даже те, кто прожил спокойную жизнь. Все отравлены ядом тоталитаризма. Изжить его, как изжить из себя раба, — процесс жизни не одного поколения.

Судьба человека в тоталитарном обществе трагична — таков вывод всех произведений на эту тему, но отношение к тем или иным людям у разных отечественных писателей различно, как различны и из позиции.

Материалы публикуются с личного разрешения автора — к.ф.н. Мазневой О.А.

Сочинение: Человек в тоталитарном государстве по произведениям русских писателей 20 века

Человек в тоталитарном государстве (по произведениям русских писателей 20 века)

Человеку свойственно заглядывать в будущее, пытаться распознать его очертания. Сколько писателей разных исторических эпох пытались приоткрыть завесу, за которой скрывается будущее, пытались предугадать то, что не дано знать никому: Кампанелла в “Городе Солнца”, Жюль Верн в своих романах, Оруэлл в “1984”, Н.Г.Чернышевский в “Что делать” и другие. Таким писателем-фантастом был и Е.Замятин.

В романе “Мы” в фантастическом и гротесковом облике предстает перед читателем возможный вариант общества будущего. К сожалению, в нем нет ничего, что не предвещала бы уже современная писателю реальность. Перед нами разворачивается жизнь Единого Государства.

Символический образ чуда технической мысли и одновременно орудия жесточайшего порабощения, открывает книгу. Бездушные орудия вместе с деспотической властью превратили человека в придаток машины, отняли у него свободу, воспитали в добровольном рабстве. Мир без любви, без души, без поэзии.

Роман Замятина – предупреждение о двойной опасности, грозящей человечеству: власти машин и власти государства. Однотипность безраздельно и неусыпно властвует над жизнью всех членов общества. Это обеспечивается совершенной техникой.

Отношение к политике военного коммунизма стало камнем преткновения для писателя. Эта политика, предусматривающая сугубую централизацию политической и экономической жизни в стране, ряд жестоких мер, была временной и вынужденной в условиях гражданской войны и хозяйственной разрухи. Но Замятину представлялось, что другого выбора не будет и что людям навязана единственная модель дальнейшего движения – новый вариант тоталитаризма. Роман Замятина приобрел особую цену и поучительность в следующем смысле: как предупреждение о возможных искажениях социализма, об опасности уклонений от демократического пути и злоупотреблений, насилия над человеческой личностью. Последующие события отечественной и мировой истории показали, что тревоги писателя не были напрасными. Наш народ пережил и горькие уроки коллективизации, и сталинизм, и репрессии, и всеобщий страх. и застой. Очень многие сцены романа заставляют вспомнить недавнее прошлое.

В свое время роман не был принят. Очень дорого обошлись нам легкомыслие и обидчивость тогдашних идеологов по отношению к сомнениям Замятина. Автор на своих “запретных” страницах выстраивает непрерывную цепочку времени, не прослеживая которую, нельзя понять ни настоящего, ни будущего.

Россия богата не только безграничными просторами, плодородными землями, фруктовыми садами, но и незаурядными личностями, одарёнными чистой, божественной энергией. Они смотрят на нас ясными глазами, будто заглядывают в душу так, что ничего от них не скроешь. Праведники жертвуют многими материальными ценностями ради чистоты души, помогают окружающим достойно преодолеть все невзгоды, выйти победителем из борьбы с самим собой, духовно очиститься. И что бы о них ни говорили, сколько бы ни удивлялись их неприхотливости, на русской земле всегда найдётся место таким людям, которые живут вопреки всему.

Железная дорога чёрной змейкой убегает за горизонт, по ней проносятся поезда, где-то быстрее, где-то медленнее. Только машинисты знали и помнили, отчего это всё.

“Матренин двор” — это повествование о беспощадности человеческой судьбы, злого рока, о глупости советских послесталинских порядков, о жизни простых людей, далёких от городской суеты и спешки. Этот рассказ, как замечал сам автор, “полностью автобиографичен и достоверен”.

Действие происходит в 1956 году, через три года после смерти тирана. Люди ещё не знают, как жить дальше. Из “пыльной горячей пустыни” они попадают в Россию, чтобы навсегда затеряться где-нибудь в средней полосе. Ещё год назад, вернувшись из неволи, человек мог устроиться только грузчиком. Даже электриком на порядочное строительство его бы не взяли. А теперь можно учительствовать. Воздух был просто пропитан свободой.

В тот год быстрых перемен рассказчик возвращается в новый мир из тех краёв, откуда ещё недавно живым мало кто мог вернуться. Устроился он учителем в Высоком Поле. Ночью лишь слышно тихий шелест ветвей по крышам, а днём всё молчит. Но человек нуждается каждый день в завтраке и обеде, а хлеб здесь не пекли, да и ничем съестным не торговали. Благородные работники отдела кадров смилостивились над рассказчиком и направили его в Торфопродукт, куда легко можно было приехать, но уехать — невозможно. В этом посёлке смешались две эпохи: однообразные бараки тридцатых годов и домики пятидесятых, с остеклёнными верандами. Но все жители в равной степени вдыхали вонь и копоть из фабричной трубы. Вот куда может завести мечта о тихом уголке России! А ведь там, откуда приехал Игнатич, дул свежий ветер ночами и звёздный свод распахивался над головой.

На этом скитания бывшего заключенного не закончились. Судьбе было угодно, чтобы остановился он в соседней деревушке Тальново. Избу, где он жил, построили на большую семью, а жила в ней теперь одинокая женщина лет шестидесяти, с незатейливым, деревенским именем. Она много работала, несмотря на болезнь, причем бесплатно: “не за деньги — за палочки”. Пенсию ей не платили. У Матрёны в избе жили колченогая кошка, подобранная из жалости, мыши и тараканы. Солженицын описывает деревенский быт с изрядной долей иронии. Желание выполнить работу лучше, чтобы потом не пришлось переделывать, оборачивается многочисленными неудобствами для живущих в этой избе.

Героиня отличалась трудолюбием: вставала в четыре-пять утра, топила русскую печь, ходила доить козу, варила в трёх чугунках. Наверное, Матрёне Васильевне выпал жребий жить в то время, когда люди работали бескорыстно, не думая о пенсии. А награды получал тот, кто докладывал о высоких результатах. Григорьева никому не могла отказать: без неё ни одна пахота огорода не обходилась. Денег она не брала, получала удовольствие, прилив сил от труда. Матрёнина покорность шла от сердца. Она не прислуживала, но служила окружающим, всегда была готова поделиться последним.

Первоначально рассказ назывался “Не стоит село без праведника”. Крестьянка жила в окружении недоброжелательных и корыстных колхозников. Их убогая и несчастная судьба мало чем отличалась от существования лагерных узников. Даже после смерти Матрёны соседи не особенно переживали. И только в конце повествования рассказчик говорит о том, что без таких тружениц не стоит село, ни город, ни вся земля наша.

Произведение Солженицына “Один день Ивана Денисовича” было задумано автором в лагере зимой 1950—1951 гг.

Образ Ивана Денисовича возник на основе реального прототипа, которым стал солдат Шухов, воевавший вместе с Александром Исаевичем в советско-германскую войну (но никогда не отбывавший наказание), а также благодаря наблюдениям за жизнью пленников и личному опыту писателя, приобретенному в лагере, где он работал каменщиком. Остальные персонажи взяты из жизни заключенных с их подлинными биографиями.

Солженицын говорит о чем-то давно и прочно существующем, имеющем свой будничный свод правил выживания, свой фольклор, свою “мораль” и устоявшуюся дисциплину.

Легко заметить, что в повествовании как бы два рассказчика, активно помогающих друг другу. Мы слышим голос автора и самого Ивана Денисовича, то лежащего утром под одеялом и бушлатом, то бегущего на мороз и думающего о том, куда их погонят работать. Писатель передает ему значительную часть своего жизненного опыта: так, вся знаменитая сцена кладки стены — это явно эпизод из биографии Солженицына. Помыслы героя, его поступки утверждают его нравственное величие и представление Александра Исаевича о красоте и идеальном человеке, живущем “не по лжи”.

Уже первые мгновения жизни Ивана Денисовича на страницах рассказа говорят о независимости героя, мудром покорстве судьбе и о непрерывном созидании особого духовного пространства. Весь лагерь и работа в нем — это растлевающий путь в обход всему естественному. Здесь царствует не труд, а его имитация. Все жаждут безделья.

Шухов приспособился в мире ГУЛАГа, изучил его законы, выработал массу приспособлений для выживания. Он и здесь продолжает работать с энтузиазмом, не осознавая абсурда в окружающем мироустройстве. Дар мастера и умельца, рачительность хозяина – всё это служит укреплению системы, приумножению её владычества над миллионами таких же людей. Иван Денисович принимает свою судьбу как данность, молча несёт свой крест.

Читатель, проживший один день с персонажем, испытывает ужасное потрясение. Рассказы Солженицына помогают осмыслить роль простого человека в тоталитарном государстве. Русская действительность ХХ века была настолько страшна, что требовала преобразования. Писатель документально запечатлел в памяти своих современников и потомков всё, что стало школой для целой страны.

Человек в тоталитарном государстве (по произведениям русских писателей 20 века): сочинение

Имя Александра Исаевича Солженицына, долгое время бывшее под запретом, теперь по праву заняло свое место в истории русской литературы советского периода.

Творчество Солженицына притягивает читателя правдивостью, болью за происходящее, прозорливостью. Писатель, историк, он все время предупреждает нас: не потеряйтесь в истории.

“Архипелаг ГУЛАГ” был издан в 1989 году. После этого события ни в русской, ни в мировой литературе не осталось произведений, которые представляли бы большую опасность для советского режима. Книга Солженицына раскрывала сущность тоталитарного сталинского государства. Пелена лжи и самообмана, все еще застилавшая глаза многим нашим согражданам, спала.

“Архипелаг ГУЛАГ” &#151 это и документальное свидетельство, и художественное произведение. Здесь запечатлен чудовищный, фантастический мартиролог жертв “строительства коммунизма” в России за годы советской власти.

Александр Исаевич родился в декабре 1918 года в г. Кисловодске. Отец происходил из крестьян, мать &#151 дочь пастуха, ставшего впоследствии зажиточным хуторянином. После средней школы Солженицын оканчивает в Ростове-на-Дону физико-математический факультет университета, одновременно поступает заочником в московский институт философии и литературы. Не окончив последних двух курсов, уходит на войну. С 1942 по 1945-й годы командует на фронте батареей, награжден орденами и медалями. В феврале 45-го в звании капитана арестован из-за подслеженной в переписке критики Сталина и осужден на восемь лет, из которых почти год провел на следствии и в пересылке, три &#151 в тюремном НИИ и четыре самых трудных &#151 на общих работах в политическом Особлаге.

Затем А. И. Солженицын жил в Казахстане в ссылке “навечно”, однако с февраля 1957 г. последовала реабилитация. Работал школьным учителем в Рязани. После появления в 1962 г. повести “Один день Ивана Денисовича” был принят в Союз писателей. Но следующие работы вынужден отдавать в “Самиздат” или печатать в зарубежье. В 1969-м Солженицын был исключен из Союза писателей, в 70-м удостоен Нобелевской премии по литературе.

В 1974 году в связи с выходом первого тома “Архипелага ГУЛАГ” Александр Исаевич был насильственно изгнан на Запад. Его посадили в самолет и переправили в Германию. До 1976 г. Солженицын жил в Цюрихе, затем перебрался в американский штат Вермонт, природою напоминающий среднюю полосу России.

В преддверии своего 60-летия Солженицын начал издавать собрание сочинений, к 1988 г. вышли в свет уже 18 томов. Сам писатель и утверждает, что наиболее влекущая его в литературе форма &#151 “полифоническая с точными приметами времени и места действия”. Романом в полном смысле является “В круге первом”, “Архипелаг ГУЛАГ” согласно подзаголовку &#151 это “опыт художественного исследования”, эпопея “Красное колесо” &#151 “повествование в отмеренных сроках”. “Раковый корпус” &#151 по авторской воле, повесть”, а “Один день Ивана Денисовича” &#151 даже “рассказ”.

В течение 13 лет писатель работал над романом “В круге первом”. Сюжет состоит в том, что дипломат Володин звонит в американское посольство, чтобы сказать о том, что через три дня в Нью-Йорке будет украден секрет атомной бомбы. Подслушанный и записанный на пленку разговор, доставляют на “шарашку” &#151 научно-исследовательское учреждение системы МГБ, в котором заключенные создают методику распознавания голосов. Смысл романа разъяснен зэком: “Шарашка &#151 высший, лучший, первый круг ада”. Володин дает другое разъяснение, вычерчивая на земле круг: “Вот видишь круг? Это &#151 отечество. Это &#151 первый круг. А вот второй, он шире. Это &#151 человечество. И первый круг не входит во второй. Тут заборы предрассудков. И выходит, что никакого человечества нет. А только отечества, отечества и разные у всех. “

“Один день Ивана Денисовича” задуман автором на общих работах в Экибастузском особом лагере. “Я таскал носилки с напарником и подумал, как нужно бы описать весь лагерный мир одним днем”. В повести “Раковый корпус” Солженицын выдвинул свою версию “возбуждения рака”: сталинизма, красного террора, репрессий.

“Скажут нам: что ж может литература против безжалостного натиска открытого насилия? А не забудем, что насилие не живет одно и не способно жить одно: оно непременно сплетено с ложью, &#151 писал А. И. Солженицын. &#151 А нужно сделать простой шаг: не участвовать во лжи. Пусть это приходит в мир и даже царит в мире, &#151 но не через меня”.

Писателям же и художникам доступно большее: победить ложь! Солженицын и был таким писателем который победил ложь.

Человек в тоталитарном государстве (по повести А. И. Солженицына “Один день Ивана Денисовича”)

Название: Человек в тоталитарном государстве по произведениям русских писателей 20 века
Раздел: Сочинения по литературе и русскому языку
Тип: сочинение Добавлен 02:21:46 27 февраля 2011 Похожие работы
Просмотров: 122 Комментариев: 13 Оценило: 2 человек Средний балл: 5 Оценка: неизвестно Скачать
Закурим, друг. Под этот вой
Не спится что-то, не поется.
Сейчас февраль. А нам с тобой
И март ничем не улыбнется.
Лев Платонович Карсавин

Александр Исаевич Солженицын стал известен в 60-е годы, в период “хрущевской оттепели”. “Один день Ивана Денисовича” потряс читателей знанием о запретном &#151 лагерной жизни при Сталине. Впервые открылся один из бесчисленных островков архипелага ГУЛАГ. За ним стояло само государство, беспощадная тоталитарная система, подавляющая человека.

Повесть посвящена сопротивлению живого &#151 неживому, человека &#151 лагерю. Солженицынский каторжный лагерь &#151 это бездарная, опасная, жестокая машина, перемалывающая всех, кто в нее попадает. Лагерь создан ради убийства, нацелен на истребление в человеке главного &#151 мыслей, совести, памяти.

Взять хотя бы Ивана Шухова “здешняя жизнь трепала от подъема до отбоя”. И вспоминать избу родную “меньше и меньше было ему поводов”. Так кто же кого: лагерь &#151 человека? Или человек &#151 лагерь? Многих лагерь победил, перемолол в пыль. Иван Денисович идет через подлые искушения лагеря. В этот бесконечный день разыгрывается драма сопротивления. Одни побеждают в ней: Иван Денисович, Кавгоранг, каторжник X-123, Алешка-баптист, Сенька Клевшин, помбригадира, сам бригадир Тюрин. Другие обречены на погибель &#151 кинорежиссер Цезарь Маркович, “шакал” Фетюхов, десятник Дэр и другие.

Лагерный порядок беспощадно преследует все человеческое и насаждает нечеловеческое. Иван Денисович думает про себя: “Работа &#151 она как палка, конца в ней два: для людей делаешь &#151 качество дай, для дурака делаешь &#151 дай показуху. А иначе б давно все подохли, дело известное”. Крепко запомнил Иван Шухов слова своего первого бригадира Куземина &#151 старого лагерного волка, который сидел с 1943 года уже 12 лет. “Здесь, ребята, закон &#151 тайга, но люди и здесь живут. В лагере вот кто погибает: кто миски лижет, кто на санчасть надеется да кто к куму стучать ходит”. Такова суть лагерной философии. Погибает тот, кто падает духом, становится рабом больной или голодной плоти, не в силах укрепить себя изнутри и устоять перед искушением подбирать объедки или доносить на соседа.

Как же человеку жить и выжить? Лагерь &#151 образ одновременно реальный и ирреальный, абсурдный. Это и обыденность, и символ, воплощение вечного зла и обычной низкой злобы, ненависти, лени, грязи, насилия, недомыслия, взятых на вооружение системой.

Человек воюет с лагерем, ибо тот отнимает свободу жить для себя, быть собою. “Не подставляться” лагерю нигде &#151 в этом тактика сопротивления. Да и никогда зевать нельзя. Стараться надо, чтобы никакой надзиратель тебя в одиночку не видел, а в толпе только”, &#151 такова тактика выживания. Вопреки унизительной системе номеров, люди упорно называют друг друга по именам, отчествам, фамилиям. Перед нами лица, а не винтики и не лагерная пыль, в которую хотела бы превратить система людей.

Отстаивать свободу в каторжном лагере &#151 значит как можно меньше внутренне зависеть от его режима, от его разрушительного порядка, принадлежать себе. Не считая сна, лагерник живет для себя только утром &#151 10 минут за завтраком, да за обедом &#151 5 минут, да за ужином &#151 5 минут. Такова реальность. Поэтому Шухов даже ест “медленно, вдумчиво”. В этом тоже освобождение.

Главное в повести &#151 спор о духовных ценностях. Алешка-баптист говорит, что молиться нужно “не о том, чтобы посылку прислали или чтоб лишняя порция баланды. Молиться надо о духовном, чтоб Господь с нашего сердца накипь злую снимал. ” Финал повести парадоксален для восприятия: “Засыпал Иван Денисович, вполне удовлетворенный. Прошел день, ничем не омраченный, почти счастливый”. Если это один из “хороших” дней, то каковы же остальные?!

Александр Солженицын пробил брешь в “железном занавесе” и вскоре сам стал изгоем. Книги его были запрещены и изъяты из библиотек. Ко времени насильственного изгнания писателя уже были написаны “В круге первом”, “Раковый корпус”, “Архипелаг ГУЛАГ”. Это преследовалось всей мощью государственной карательной машины.

Ссылка на основную публикацию
×
×