Драма пустой души по роману-эпопее М. Горького Жизнь Клима Самгина.: сочинение

Драма “пустой души” по роману-эпопее М. Горького “Жизнь Клима Самгина”

Образ Клима Ивановича Самгина имеет огромное, еще не в полной степени оцененное, национальное и мировое значение. Это наиболее сложный, емкий и психологически тонкий образ во всем творчестве Горького. В романе нет ни одной сюжетной линии, которая не была бы непосредственно связана с Самгиным.

Какая бы ситуация ни изображалась в романе, автора интересует поведение Самгина в данной ситуации, его точка зрения, его переживания. Клим Самгин является представителем русской буржуазной интеллигенции конца XIX – начала XX века. Все оттенки ее психологии, все ее колебания, блуждания и тайные вожделения запечатлены в его образе.

Внешность Самгина отмечена ординарностью. “А лицо у вас обыкновенное”, – сказала ему Тося. Когда он родился, родители долго думали, какое ему дать имя. Отец назвал его Климом, говоря: “Простонародное имя, ни к чему не обязывает…” Претензия на героическую судьбу у нашего героя проваливается сразу же. С детских лет Клим решил “выдумать” себя, “иначе никто из взрослых не будет меня замечать”.

Он также был озабочен своей оригинальностью. Репетитор Самгина Томилин учил его: “Человек свободен только тогда, когда одинок…” Самгин считает, что в одиночестве есть что-то героическое. Он – герой ложных претензий. Не случайно образ Самгина окружен роем мотивов пустоты, призрачности, нереальности. Не случайно М. Горький неоднократно повторяет фразу: “Да был ли мальчик-то?”

Самгин из числа людей, которые “искали-искали свободы духа и, вот, будто нашли, а свободой-то оказалась бесцельность, надменная пустота какая-то…” Трудно назвать другое произведение, в котором были бы даны различные образы опустошенности, как это сделал Горький в своем романе. И Самгин встает перед читателем как некий символ пустоты. Самгин не красив и не уродлив.

В его внешности нет ничего яркого. Мелкие, невыразительные черты лица. Клим Самгин вечно находится на грани между порядочностью и аморализмом. Он всегда колеблется и никогда не может двинуться в ту или иную сторону.

Он тяготеет к предательству, но сам себе в этом ни за что не признается. Жизнь Клима Ивановича Самгина раскрыта Горьким как жизнь человека, постоянно находящегося в процессе довольно напряженных, мучительных исканий, но не способного что-либо найти, до конца самоопределиться. Над чем бы Самгин ни думал, сознание его всегда было на перепутье, на перекрестке людей и течений. Он всегда опасался четкой постановки вопросов, твердых решений, стараясь “ставить свое мнение между да и нет”. Эту неустойчивость прививала Самгину вся обстановка, в которой он воспитывался.

Клим Самгин причислял себя к “лучшим людям страны”, но всерьез не задумывался над вопросом, какую позицию должны занимать эти люди к царящему мраку. Свое душевное состояние Клим еще в юности оценил как “смуту”. Зрелость не подарила ему тишины и ясности. Особенно трудным оказалось разобраться в собственной личности.

Нередко он ловил себя на том, что “наблюдает за собой, как за человеком, мало знакомым ему и опасным для него”. Недовольство собой иногда превращается в чувство вражды к себе. Самгин был бессилен выбраться из жизненной путаницы. Она росла и затягивала его.

Постоянно боясь утратить свою индивидуальность, Клим не замечал, что он все больше утрачивает ее. Он довольно часто боится остаться наедине со своими мыслями. Достигнув сорока лет, он говорит: “Я еще не познал себя”. Фраза эта вырвалась у него “неожиданно”, а неожиданные, непроизвольные высказывания Самгина были самыми искренними. “В сущности, я бездарен”, – признается Самгин в горькую минуту самопознания, наедине с самим собой. Самгин бездарен в любви, в человеческих отношениях, в жизни.

У него нет ни друзей, ни близких. В противоречивой двойственности – весь Самгин. Носитель интеллекта, он тяготится им; представитель интеллигенции, он отрицает ее.

Этот мотив самоотрицания в конечном счете приводит к самоуничтожению, пустоте, варварству. В конце романа Самгин находится в состоянии полнейшей растерянности. Одинокий и опустошенный, он ставит все тот же роковой вопрос, который не давал ему покоя в юности: “Что должен делать я и что могу я сделать?”

Подводя итог жизни своего героя, Горький пишет: “Клим Иванович Самгин видел много, много слышал и пребывал самим собою как бы взвешенный в воздухе над широким течением событий. Факты проходили перед ним и сквозь него, задевали, оскорбляли, иногда – устрашали. Но все проходило, а он непоколебимо оставался зрителем жизни”.

Драма “пустой души” по роману-эпопее М. Горького “Жизнь Клима Самгина”

Образ Клима Ивановича Самгина имеет огромное, еще не в полной степени оцененное, национальное и мировое значение. Это наиболее сложный, емкий и психологически тонкий образ во всем творчестве Горького. В романе нет ни одной сюжетной линии, которая не была бы непосредственно связана с Самгиным. Какая бы ситуация ни изображалась в романе, автора интересует поведение Самгина в данной ситуации, его точка зрения, его переживания. Клим Самгин является представителем русской буржуазной интеллигенции конца XIX – начала XX века.

Все оттенки ее психологии,

С детских лет Клим решил “выдумать” себя, “иначе никто из взрослых не будет меня замечать”. Он также был озабочен своей оригинальностью. Репетитор Самгина Томилин учил его: “Человек свободен только тогда, когда

Он – герой ложных претензий. Не случайно образ Самгина окружен роем мотивов пустоты, призрачности, нереальности. Не случайно М. Горький неоднократно повторяет фразу: “Да был ли мальчик-то?” Самгин из числа людей, которые “искали-искали свободы духа и, вот, будто нашли, а свободой-то оказалась бесцельность, надменная пустота какая-то…” Трудно назвать другое произведение, в котором были бы даны различные образы опустошенности, как это сделал Горький в своем романе.

И Самгин встает перед читателем как некий символ пустоты. Самгин не красив и не уродлив. В его внешности нет ничего яркого.

Мелкие, невыразительные черты лица. Клим Самгин вечно находится на грани между порядочностью и аморализмом. Он всегда колеблется и никогда не может двинуться в ту или иную сторону. Он тяготеет к предательству, но сам себе в этом ни за что не признается.

Жизнь Клима Ивановича Самгина раскрыта Горьким как жизнь человека, постоянно находящегося в процессе довольно напряженных, мучительных исканий, но не способного что-либо найти, до конца самоопределиться. Над чем бы Самгин ни думал, сознание его всегда было на перепутье, на перекрестке людей и течений. Он всегда опасался четкой постановки вопросов, твердых решений, стараясь “ставить свое мнение между да и нет”. Эту неустойчивость прививала Самгину вся обстановка, в которой он воспитывался.

Клим Самгин причислял себя к “лучшим людям страны”, но всерьез не задумывался над вопросом, какую позицию должны занимать эти люди к царящему мраку. Свое душевное состояние Клим еще в юности оценил как “смуту”. Зрелость не подарила ему тишины и ясности. Особенно трудным оказалось разобраться в собственной личности.

Нередко он ловил себя на том, что “наблюдает за собой, как за человеком, мало знакомым ему и опасным для него”. Недовольство собой иногда превращается в чувство вражды к себе. Самгин был бессилен выбраться из жизненной путаницы. Она росла и затягивала его. Постоянно боясь утратить свою индивидуальность, Клим не замечал, что он все больше утрачивает ее.

Он довольно часто боится остаться наедине со своими мыслями. Достигнув сорока лет, он говорит: “Я еще не познал себя”. Фраза эта вырвалась у него “неожиданно”, а неожиданные, непроизвольные высказывания Самгина были самыми искренними. “В сущности, я бездарен”, – признается Самгин в горькую минуту самопознания, наедине с самим собой. Самгин бездарен в любви, в человеческих отношениях, в жизни. У него нет ни друзей, ни близких.

В противоречивой двойственности – весь Самгин. Носитель интеллекта, он тяготится им; представитель интеллигенции, он отрицает ее. Этот мотив самоотрицания в конечном счете приводит к самоуничтожению, пустоте, варварству. В конце романа Самгин находится в состоянии полнейшей растерянности.

Одинокий и опустошенный, он ставит все тот же роковой вопрос, который не давал ему покоя в юности: “Что должен делать я и что могу я сделать?” Подводя итог жизни своего героя, Горький пишет: “Клим Иванович Самгин видел много, много слышал и пребывал самим собою как бы взвешенный в воздухе над широким течением событий. Факты проходили перед ним и сквозь него, задевали, оскорбляли, иногда – устрашали. Но все проходило, а он непоколебимо оставался зрителем жизни”.

Дополнительная глава к роману М. Ю. Лермонтова “Герой нашего времени” *** Случай с Вуличем окончательно убедил меня в тщетности собственного существования. Почему? Зачем? Где смысл жалких дней, которые я переживаю один за другим? В чем найти мне отраду? Ни любовь.

Хищный зверь или человек “Вишневый сад”, несомненно, одна из лучших пьес А. П. Чехова. Здесь затронуты важные философские проблемы – мучительной гибели старого, прихода ему на смену нового, непонятного, угрожающего. Автор показывает драму русской.

Ігри морально-етичної спрямованості. Розділ “Вчимося доброті” ЧАРІВНИЙ ЗОШИТ Запропонуйте дітям провести для своїх близьких свято любові. До цього свята попросіть дітей підготувати концерт, виставку малюнків, поробок тощо. Для гостей влаштовується чаювання. ТІЛЬКИ ГАРНЕ Педагог з м’ячем.

Кем бы я хотела стать? “Кем бы я хотела стать?” – вопрос и легкий, и сложный одновременно. Я считаю, что определиться в жизни достаточно сложно. Тем более сложно выбрать дело своей жизни, которым ты будешь.

6 клас Урок 1 Тема уроку: “Колядки і щедрівки” Мета: Зосередити увагу учнів на народних обрядах колядування і Щедрування та важливій ролі музики в них. Закріпити знання Учнів про народні обрядові пісні, зокрема колядки і щедрівки, та Ознайомити з.

Двойники и антиподы Раскольникова Очень многие исследователи, в частности М. Бахтин, отмечали, что в центре любого из романов Достоевского, составляя его композиционную основу, находится жизнь идеи и персонаж – носитель этой идеи. Так, в.

Книга и компьютер в XXI веке Важно, чтобы слуга человека – компьютер не стал его господином. Н. Скатов, член-корреспондент РАН План 1. XXI век – век информационных технологий. 2. Книга или компьютер? А) снижение интереса к.

Мир Пушкина в моей душе Несомненно, у большинства людей в мире имя А. С. Пушкина ассоциируется, прежде всего, с его поэтическими произведениями. Однако мне ближе его сочинения в прозе. Смело могу сказать, что самым любимым.

За XVIII веком – в Интернет Учителям и ученикам, готовящимся к урокам по литературе, а также истории и культуре XVIII века, будет небезынтересно узнать о некоторых полезных интернет-ресурсах, обращение к которым может заставить по-новому взглянуть на.

О сборнике “Арабески” Н. В. Гоголя В 1835 году в печати появляются два сборника: “Арабески” и “Миргород”. Именно с этого времени Гоголь всецело отдается писательской деятельности. Содержание сборника “Арабески” разнообразно: сюда вошли статьи о литературе, истории.

“Памятник” Державина и Пушкина “Памятник” Пушкина и “Памятник” Державина очень схожи, потому что в этих стихотворениях общая тема, авторы уверены, что они не умрут, потому что от них останется большая часть, которая принесет им.

Осенний ковер Наступила поздняя осень. Отполыхал пожар листвы в лесах и рощах. Деревья стоят обнаженные, в ожидании снежного наряда. Но осенние краски еще не стерты с лица земли. Они у нас под.

Cистема атлетических упражнений вводного курса занятий атлетической гимнастикой для девушек старшего школьного возраста C Истема атлетических упражнений вводного курса занятий атлетической гимнастикой для девушек старшего школьного возраста. Система атлетических упражнений разработана мной на основе литературных данных по планированию и проведению занятий и с.

Каратаевщина “Каратаевщина” – широкое литературоведческое и философское понятие, основой которого стал образ одного из самых значимых героев романа Толстого “Война и мир”. Этот персонаж – простой крестьянин Платон Каратаев – кардинальным.

Жизненный путь Онегина Роман в стихах А. С. Пушкина “Евгений Онегин” стал значительным событием русской литературы 20-х годов 19 века. Уже само название произведения точно указывает на его главного героя. Онегин – светский.

Читайте также:  Проблема истинного и ложного гуманизма по пьесе Горького На дне: сочинение

Мое отношение к Чацкому и Молчалину Комедия А. С. Грибоедова “Горе от ума” представляет собой реалистически написанную широчайшую картину жизни России после Отечественной войны 1812 года. В богатой галерее образов, данных в комедии, мастерски представлены и.

Личность Наполеона в романе Л. Н. Толстого “Война и мир” В 1867 году Лев Николаевич Толстой закончил работу над произведением “Война и мир”. Основной темой произведения являются войны 1805 и 1812 годов и военные деятели, которые приняли участие в противостоянии.

Образ Башмачкина Тема “маленького человека” в повести Н. В. Гоголя “Шинель” развивается как важная проблема общественной жизни. Главный герой произведения, Акакий Акакиевич Башмачкин, олицетворяет собой всех угнетенных, обездоленных, обреченных на нечеловеческое существование.

Урок информатики для 5 класса на тему “Метод координат” Технологическая карта урока. Босова. Информатика. 5 класс. ФГОС. Урок 9. Метод координат. Цели урока: – систематизировать и обобщить сведения, полученные на предыдущем уроке; -познакомить учащихся с методом координат; – научить.

Состав и строение белков Вопрос 1. Какие вещества называются белками или протеинами? Белки, или протеины, представляют собой биологические полимеры, мономерами которых являются аминокислоты. Все аминокислоты имеют аминогруппу и карбоксильную группу и различаются строением и.

Сейчас вы читаете: Драма “пустой души” по роману-эпопее М. Горького “Жизнь Клима Самгина”

Горького «Жизнь Клима Самгина» и актуальные проблемы

РОМАН М. ГОРЬКОГО «ЖИЗНЬ КЛИМА САМГИНА» И АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ

Роман «Жизнь Клима Самгина» стал итоговым произведением М. Горького. В этом романе автор даёт глубокое художественное обобщение своего жизненного опыта, встреч с известными и неизвестными людьми своей эпохи, многолетних раздумий о судьбах России, её народа, её интеллигенции.

Главного героя романа, Клима Самгина, волнуют вопросы, которые не чужды вниманию и современного человека. И, пожалуй, главный среди них – вопрос о собственной идентичности, рассматриваемый героем как вопрос о «системе идей» или «системе фраз», в которой человек мог бы чувствовать себя свободно, комфортно, не пребывая в постоянной тревоге от ощущения мимолётности бытия и отсутствия смысла жизни. В советском литературоведении это стремление Самгина оценивалось негативно, ибо считалось, что ответ на этот вопрос уже найден в марксистско-ленинской идеологии, а стремление к душевному равновесию и комфорту и связанное с этим двойственное самоощущение героя оценивалось как мещанство и декадентство. «В Климе Самгине, как мы видели, много ущербного, мутного, упадочного. Больной «туберкулёзом духа», он психологически тяготеет к типу декадента»[1, 138].

Клим Иванович Самгин пребывает в состоянии постоянной раздвоенности, постоянно задаёт себе вопросы: а нужно ли, важно ли то, что он делает? то, что делают другие люди и зачем они это делают? «Зачем нужны такие люди, как Сомова, Иноков?»[2, 230]. Как революционеры (Любовь Сомова, Степан Кутузов, Елизавета Спивак и другие), так и консерваторы (историк Козлов), твёрдо убеждённые в своей правоте, имеют счастье быть лишёнными этой раздвоенности. Они знают, что делать и куда идти, и смело идут своей дорогой. Иное дело – Клим Самгин, «двух станов не боец». И здесь прямая связь с современностью, с эпохой постмодерна. Исследователи отмечают, что для человека этой эпохи слово «правда» утрачивает свой смысл, ибо становится столь же вариативной, как и всё остальное. Реальность перестаёт быть твёрдой, она рассыпается на множество «реальностей», каждая из которых имеет право на существование. Человек осуждён на метания между различными вариантами выбора и нормативностью (основой западного правового общества, откуда и пришёл постмодернизм), «что ведёт к разорванности человеческого сознания»[3, 5]. И, поскольку на все эти коренные вопросы он не находит ответа, интеллигент эпохи постмодерна, как и Клим Самгин, погружается в «пыльную скуку», или же вступает в различные радикальные организации, примеров чему немало не только в романе М. Горького, но и в нашей реальности, когда в ряды религиозных фанатиков попадают студенты ведущих вузов России, да и не её одной.

Проблема идентичности тесно связана с другой важной проблемой, нашедшей отражение в романе, – проблемой отношений личности и общества. В самом деле, чтобы обрести свою идентичность, понять, кто он такой и зачем живёт, человек обращает свои взоры на других людей, соотнося свои чувства, мысли, поведение с их чувствами, мыслями, поведением. Но современное общество крайне неоднородно, его раздирают жесточайшие противоречия, оно распадается на множество групп и группок, в каждой из которых формируется, или стремится сформироваться, своя субкультура.

Этот «партикуляризм» (выражаясь словами философа ёва, писавшего о подобных явлениях в европейском обществе ещё более века назад[4]) находит своё отражение и в «Жизни Клима Самгина». Развитие капиталистических отношений в России ломало старую сословную систему, старый уклад жизни. Конечно, в этом были свои положительные моменты: крестьяне получили свободу, выше стала цениться личная инициатива, расширялся кругозор деревенских жителей, переселявшихся в город, университеты пополнялись представителями разных социальных слоёв и разного социального опыта. Но, вместе с тем, возрастало число разочарованных в жизни, деклассированных элементов, – как из крестьян, терявших связь с общиной и землёй, так и из дворян, чьи заложенные имения с молотка уходили в руки буржуазии, которая тоже, впрочем, была неоднородна, пример чему находим в образе купца Владимира Лютова, сотрудничавшего с революционерами и покончившего жизнь самоубийством.

Место сословий в общественной жизни занимают различные группировки, безразличные по отношению друг к другу или враждующие между собой. В романе мы видим рабочие и интеллигентские кружки, занимавшиеся обсуждением разных вопросов, «радения» секты хлыстов, собрания революционеров, сектантов, черносотенцев. Как и сегодня, тогда был актуален вопрос о соотношении личного и общественного в человеке, а в связи с этим – и отношений между личностью и обществом. Клим Самгин чувствует нарастающее давление со стороны людей, партий, группировок, каждая из которых старается перетянуть его на свою сторону. Герой стремится «со всей возможной точностью установить границы своей личности», чтобы «понять истинные запросы моего я»[2, 306] и определить, в чём же состоит общественная обязанность. Современный человек, чувствуя сильнейший напор многочисленных потоков информации со стороны различных слоёв общества и их представителей, также стремится установить эти границы, не дать возможности другим людям или социальным группам манипулировать собой. «Человек новой эпохи – это человек, которым манипулируют, и в первую очередь через средства массовой информации. Он так и не смог стать господином своих чувств и ощущений, он по-прежнему заложник чужой воли, диктуемой через разного рода «медиа»»[3, 3].

Все эти проблемы, несомненно, требуют своего решения. Мысль о необходимости изменения такого неопределённого, зыбкого состояния, в котором находятся и общество, и личность, рано или поздно должна возникнуть. И тогда встаёт вопрос о том, каким образом достичь этого изменения? Нужно ли менять общество, или нужно менять себя? И, если нужно первое, то каким путём – эволюционным, реформистским, или же революционным, радикальным? И, наконец, не приведёт ли это изменение к ещё более худшему положению, чем есть теперь, к непредсказуемым результатам? Клим Самгин пытается разрешить этот вопрос. Постепенно он приходит к тому, что «плывёт по течению»; следуя господствующим стремлениям общества, становится «революционером поневоле», пару раз попадает в тюрьму, переживает хаос различных ощущений и, в конце концов, гибнет под ногами революционной толпы. «Люди все живут… как щепки по реке плывут»[5, 111], – вспоминаются слова ещё одного персонажа М. Горького. Революционеры ведут свою борьбу, попадают в тюрьмы, выходят из них, совершают различные акции, погибают или побеждают. Консерваторы и либералы также ведут политическую борьбу, издают газеты, участвуют в земском движении. Полиция ловит и сажает в тюрьмы борцов с самодержавным строем. А кончается всё это крахом Российской империи, – как бы исподволь, незаметно, «повседневно». Вот о чём неплохо бы задуматься людям нашей эпохи.

Таким образом, в романе М. Горького «Жизнь Клима Самгина» можно выделить несколько проблем, над решением которых бьётся и современное общество. Это проблема человеческой идентичности, проблема отношений личности и общества, проблема выбора эволюционного или революционного пути общественного развития. Конечно, этот роман многогранен и далеко не исчерпывается указанными проблемами, однако их можно отнести к числу «вечных», онтологических проблем человеческого общества, над решением которых – в разных исторических условиях – будут размышлять люди: от философов и литературоведов до рядовых граждан.

1. Жегалов М. Горького «Жизнь Клима Самгина» (основные проблемы и образы). М.: Просвещение, 1965. 312 с.

2. Собрание сочинений в 18 т. Т. 12. М.: ГИХЛ, 1962.

3. Кiслiцына iс чалавекаўзнаства i сучасная лiтаратурная навука //Веснiк Беларускага Дзяржаўнага ўніверсітэта. Сер.4. 2012. №1.

4. Соловьёв силы. Любое издание.

5. Собрание сочинений в 18 т. Т. 16. М.: ГИХЛ, 1963.

Образ и характер Жизнь Клима Самгина (Горький Максим)

Ещё более значительным историческим и социальным содержанием, ещё более совершенным словесным мастерством, ещё большей глубиной психологического анализа отличается итоговое произведение Горького — роман «Жизнь Клима Самгина».

«Жизнь Клима Самгина» представляет собой апофеоз почти полувековой “борьбы Горького против буржуазной реакционной культуры, против антинародной философии, этики и эстетики, выдвигаемых в качестве последнего бастиона эксплуататорскими классами в период их исторического крушения.

Можно с уверенностью сказать, что нет такого философского или эстетического ухищрения реакции, которое не было бы — в истоках своих, в самой сущности своей — разоблачено в горьковской эпопее. Как бы ни изощрялись в словесных хитросплетениях современные западные эстеты и мистики, их туманная декламация не может обмануть нас, нам слишком хорошо известны их предшественники: «рыжий философ» Томилин, пришедший и в теории и, на практике к самому низкопробному цинизму, мистически экзальтированная, враждебная жизни Серафима Нехаева, изломанная Лидия Варавка и прочие декаденты, беспощадно ярко изображенные Горьким. Роман «Жизнь Клима Самгина» усиливает не только нашу политическую, но и нашу эстетическую и философскую бдительность, помогает нам разглядеть, понять всё то ничтожное, опасное, уродливое, противоестественное, что скрывается за разговорами современных декадентских наставников об изжитости морали, о сексуальной революции, о последней свободе и т.

Наши эксперты могут проверить Ваше сочинение по критериям ЕГЭ
ОТПРАВИТЬ НА ПРОВЕРКУ

Эксперты сайта Критика24.ру
Учителя ведущих школ и действующие эксперты Министерства просвещения Российской Федерации.

п. И когда мы наблюдаем на Западе межеумочную позицию либеральной, оппортунистической интеллигенции и слышим её сбивчивые рассуждения о грозящем посягательстве демократии на пресловутую «свободу духа», мы вспоминаем печальные блуждания, и гордыню, и тоску беспредельную, и одиночество, и духовное поражение Клима Ивановича Самгина — главного персонажа горьковской эпопеи.

Мы уже знаем, что Горький интересовался психологией людей, находящихся в процессе самоопределения. Это объясняется не только индивидуальными склонностями художника, многое творчески воспринявшего от психологизма русской классической литературы (особенно от Достоевского), но и суровой требовательностью эпохи, заставившей миллионы людей размышлять над своим местом в социальной действительности, над своей жизненной программой.

Монументальный образ человека, живущего в эпоху невиданных исторических сдвигов и потрясений, но не имеющего социальной позиции и пытающегося определить своё «я» и своё общественное призвание, нарисован Горьким в романе-эпопее «Жизнь Клима Самгина».

Герой романа напряженно, мучительно (иногда доходя до слез) старается разобраться в себе и в том, что происходит вокруг него. В душе Клима Самгина постоянно «кружится медленный вихрь различных мнений, идей, теорий, но этот вихрь только расслабляет его, ничего не давая, не всасываясь в душу, в разум».

Подобно профессору из «Скучной истории» Чехова (о которой, кстати, многозначительно упоминается в романе), горьковский герой никак не может найти общую организующую идею, которая вносит свет и целеустремленность в жизнь человека.

Образ Самгина, как и образ чеховского профессора, мог бы служить иллюстрацией к рассуждениям знаменитого философа Спинозы о природе человеческих стремлений и побуждений, которые «нередко до того противоположны друг другу, что человек влечется в разные стороны и не знает, куда обратиться».

Но чеховский профессор лишь на склоне дней вдруг понял, что он не знает, «куда обратиться». А Самгин начинает с бездорожья и кончает бездорожьем. Ему так и не удалось «найти свою тропу к свободе от противоречий, от разлада с самим собою». Очевидно, здесь перед нами уже новый этап в развитии буржуазного сознания, этап декаданса (было бы упрощением зачислять Самгина в декаденты, но влияние ущербной буржуазной культуры на него — факт несомненный).

Читайте также:  Какое понимание жизни и человека утверждает: сочинение

Нельзя сказать, что Самгин не пытается выйти из лабиринта, из буржуазного тупика. Человек отнюдь не обломовского склада, он вовсе не склонен погрузиться в дремоту повседневного существования, он всё время оглядывается, он мечется по жизни. Его внутренние монологи иногда отличаются страстью. Например: «Как вырваться из непрерывного потока пошлости, цинизма и из непрерывно кипящей хитрой болтовни, которая не щадит никаких идей и «высоких слов», превращая все их в едкую пыль, отравляющую мозг?»

К беспокойным размышлениям о себе, о своей участи его толкало и социальное положение — положение человека умственного труда. Однажды в юности, разглядывая в ресторане финансово-торговых воротил своего родного города, он подумал: «Кончу университет и должен буду служить интересам этих быков». Да и в зрелые годы он порой довольно остро ощущал неприятную для него зависимость от денежного мешка.

В Самгине ещё не умерло известное уважение к заветам отцов, т. е. передовой демократической интеллигенции. В этом полу дворянине-полу разночинце, выросшем в доме, где и в период реакции 80-х годов «не торопились погасить все огни», есть демократическая закваска (отдаленные отголоски декабризма и революционного народничества), и она побуждает его оказывать услуги революции: он распространяет революционные листовки; в его доме большевики всегда могут найти приют; во время Декабрьского вооруженного восстания он даже выполняет обязанности связного между большевистским штабом и баррикадой, рискуя жизнью при этом.

Но идеалы социализма не поняты Самгиным, они остаются ему чужды. Да и знает он их очень мало, представление о них у Самгина довольно-таки фантастическое. А узнать их получше, сблизиться с народом, с народным авангардом. Этому мешает непреодолимый культ своей личности, своего «я». С юношеских лет Самгин находился под влиянием самых разных теорий буржуазных «учителей жизни», начиная от английского социолога Спенсера до немецкого реакционного философа Ницше. Преодолеть внушения буржуазной идеологии он не мог. Она поработила его. В результате история русского интеллигента Клима Ивановича Самгина становится отражением истории упадка и крушения буржуазного индивидуализма.

В сюжетно-тематическом отношении Самгин оказался для Горького весьма удобен не только потому, что воплотил в себе многие типические свойства неприкаянных слоев интеллигенции (и не одной интеллигенции: Петр Артамонов знал ужас раздвоения, мучивший Самгина), но и потому, что самгинское стремление наблюдать жизнь, всё обдумывать позволило худож-нику развернуть широкую панораму России. Мы видим в романе картину постепенного пробуждения народа, видим дела и подвиги подлинно народной интеллигенции — особенно замечательны образ Степана Кутузова, прирожденного бойца и полемиста, и образ скромного, как бы незаметного «товарища Якова», талантливо и твердо руководящего героями баррикады, — видим, как исторически обусловлена, как неизбежна и как справедлива была величайшая революция мировой истории.

Характерное для Горького-психолога стремление идти по линии наибольшего сопротивления, выявлять все грани человеческой натуры, в частности показывать реалистически, во всей сложности людей враждебного или чуждого лагеря, проявилось в романе «Жизнь Клима Самгина» с яркостью и мудростью высокой классики.

Не говоря уже о главном герое, изображение всех, даже самых эпизодических персонажей романа отличается многогранностью и многоцветностью. Гениально обрисован выбитый из колеи, находящийся в полном смятении, отбившийся от своего класса и с чисто русским размахом ломающий всю свою жизнь купец Владимир Лютов. Отвратителен и вместе с тем интеллектуально значителен международный хищник Захар Бердников.

И ещё один пример: мать Клима Самгина — Вера Петровна. Образ Веры Петровны Самгиной окрашивается даже и в трагические тона, когда эта женщина, не нашедшая счастья в союзе с дельцом Варавкой, утрачивает однажды обычную свою сдержанность, немногословность и пытается сказать об этом своему сыну, Климу.

«Она судорожно терлась щекою о его плечо и, задыхаясь в сухом кашле или неудачном смехе, шептала:

— Я не умею говорить об этом, но — надо. О великодушии, о милосердии к женщине, наконец! Да! О милосердии. Это — самое одинокое существо в мире — женщина, мать. Одинока до безумия. Я не о себе только, нет. »

Увы, сын не понимает её, но она ещё верит в то, что он поймет её — и продолжает:

«— Гордость, которую попирают так жестоко. Привычное — ты пойми! — привычное нежелание заглянуть в душу ласково, дружески. Я не то говорю, но об этом не скажешь. Ты должен знать: все женщины неизлечимо больны одиночеством.

И вдруг, взглянув на сына, она отодвинулась от него, замолчала, глядя в зеленую сеть деревьев. А через минуту, поправляя прядь волос, спустившуюся на щеку, поднялась со скамьи и ушла, оставив сына измятым этой сценой».

Сколько скрывается за одной только деталью — «взглянув на сына»! Единственный человек, от которого она ждала понимания, — её младший сын. И хотя Горький ничего не говорит о том, каким было лицо Клима в эти минуты, мы видим это лицо: недоумевающее, усталое, удивленное, даже, наверное, и раздраженное. Мать больше ничего не говорит — просто уходит.

Роман замечателен своей глубокой, ненавязчивой, как бы не сразу заметной, но духовно покоряющей художественной логикой. На протяжении всего повествования каждая идея, отстаиваемая тем или иным персонажем, как бы сопоставляется с действительностью, подвергается реальной исторической проверке. И мы видим, как вся логика исторической процесса подтверждает великую правду, отстаиваемую большевиками. Мы остро ощущаем жизненные корни пролетарского мировоззрения, видим его постепенное становление. У Горького были все основания заметить (в беседе с одним журналистом): «На протяжении всего романа показываю, как формировались большевистские идеи».

В советское время Горький продолжал интенсивно и плодотворно работать также в области новеллистики, драматургии и литературного портрета.

В 20-е годы писателем создана своеобразная, причудливая, творчески дерзкая книга «Заметки из дневника. Воспоминания». Пестрая, эксцентричная коллекция очерковых миниатюр воспринимается как единый образ старой России с её талантливостью, с её чудачествами, с её исканиями и спорами и всей неустроенной жизнью, многое искажавшей в людях и не дававшей простора для развития дарований.

С «Заметками из дневника. Воспоминаниями» имеют немало общего горьковские «Рассказы 1922 —1924 годов». Но здесь типическое в жизни старой России и в её людях раскрывается не путем воссоздания реальных фактов, наблюдений, а путем их творческого преобразования, или, иными словами, на основе художественного вымысла. Книга эта, как и предыдущая, замечательна своим углубленным (порой изощренным) психологизмом. Кроме того, для «Рассказов 1922—1924 годов», как и для некоторых дореволюционных рассказов Горького, характерно весьма плодотворное, эффективное соединение двух эстетических начал — реалистического и романтического.

Источники:

    Горький М. Избранное/ Предисл. Н. Н. Жегалова; Ил. Б. А. Дехтерева.— М.: Дет. лит., 1985.— 686 с., ил., 9 л. ил. Аннотация: В том вошли избранные произведения М. Горького: повести «Детство» И «В людях», рассказы «Макар Чудра», «Челкаш», «Песня о Соколе», «Однажды осенью», «Коновалов», «Бывшие люди» и др.

Посмотреть все сочинения без рекламы можно в нашем

Чтобы вывести это сочинение введите команду /id2748

“Жизнь Клима Самгина”

Над четырехтомным романом писатель работал до своей смерти: первая часть вышла в 1927-м г., вторая – в 1928-м, третья – в 1931-м, четвертая, незаконченная, печаталась в 1933-м (частично) и в 1937-м.

Замысел был грандиозен: представить жизнь русской интеллигенции в панораме бытия всей России на переломе истории, за 40 лет – с 1880-х гг. до 1917-го, до крушения последней русской монархии. В романс поставлены традиционные для русской культуры вопросы: интеллигенция и революция, народ и интеллигенция, личность и история, революция и судьба России. Интеллигенция предстает во множестве фигур, различных идейных, философских и политических течений, в многообразии точек зрения на жизнь – в диалоге, полилоге, “хаосе” голосов. Этот разросшийся непрерывный диалог по преимуществу и сообщает роману его форму, основной способ повествования. Сама по себе такая художественная форма при явной избыточности диалогов в произведении в основном соответствует тону и духу изображаемого времени – возрастающему напряжению по мере приближения его к историческим кульминациям эпохи. Перед нами проходят консерваторы и революционеры, атеисты, ницшеанцы и сторонники нового христианства, оптимисты и пессимисты, декаденты (Нехаева), народники (отец Клима Иван Самгин, его брат Яков, писатель Катин и многие другие) и социал-демократы, марксисты (Кутузов, Елизавета Спивак, Поярков, Гогин, Любаша Сомова), самобытные индивидуальности: умный, трезвый и циничный интеллигент-делец Варавка, ироничный и скептичный аристократ Туробоев, “купеческий сын”, миллионер, сочувствующий марксистам, Лютов, гуманист, вечный защитник женщин врач Макаров, интеллигент-плебей журналист Дронов, пророк-идеалист Томилин, насквозь земная, отрицающая христианство и поверившая в святость хлыстовских радений Марина Зотова.

Разветвленная и многоликая система персонажей держится концентрической формой повествования, единой господствующей в ней точкой зрения Клима Самгина, а читатель не перестает ощущать, что герой смотрит на все сквозь серые, дымчатые очки, обесцвечивающие и искажающие картину мира. Однако точка зрения этой резко “критически мыслящей личности” может служить и средством выражения авторской оценки, несмотря на то, что автор и его “отрицательный” герой Ютим Самгин во многом расходятся в своих взглядах.

Корень характера Самгина – в этом состоит типичная для интеллигенции болезнь духа в понимании Горького – гипертрофия самости, крайний индивидуализм. В это автор метит уже фамилией героя (Самгин) и сценой придумывания ему имени: родители озабочены тем, чтобы сразу выделить сына – имя должно быть необыкновенно и простонародно (прогрессивно). Стремление во что бы то пи стало выделиться из окружения, отличиться постепенно формирует в характере героя расхождение роли и сущности (роль исключительного ребенка, ранняя поза солидности, выдумывание себя), приводит к потере непосредственности и культивирует сухо рассудочное, рационалистическое отношение к миру.

Другой узел внутренних противоречий Самгина – его двойственное отношение к правде: Самгин, считающий себя “не романтиком”, адвокатом трезвой правды, вместе с тем нередко готов отвернуться от неугодной ему действительности, словно стереть се в своем сознании. Таков смысл символического лейтмотива, скрепляющего во многом образный строй романа: “А был ли мальчик?” В то время как читатель знает, что “мальчик” был (эпизод гибели Бориса Варавки, свидетелем которой стал Клим), герой пытается уверить и себя, и нас, что “мальчика” не было, а значит, не было и никакой вины Клима перед утонувшим товарищем. Это формирует в Самгине кардинальное свойство его миросозерцания – скептицизм, стремление неугодные ему факты и явления реальной жизни объявлять иллюзией (отношение его к революции 1905 г.).

Подобную внутреннюю противоречивость Самгина автор раскрывает своеобразными приемами психологического анализа, широко используя богатый инструментарий русских реалистов, в особенности Ф. М. Достоевского. Это внутренние монологи, в которых самооценки героя расходятся с реальным положением вещей; система пародирующих его фигур-“зеркал” (Самгин и Дронов, Самгин и Безбедов и т.д.); образы внутренних двойников Самгина (сны Клима с появлением его двойника, потерявшего собственную тень и вес, и пр.). Тем самым Горький недвусмысленно, хотя и без участия прямого оценочного слова (оно исключено избранной формой повествования от лица героя), жестко судит Самгина, освещая его фигуру едкой иронией и сарказмом.

Однако в образе центрального героя потаенно присутствует и другая сторона. В Самгине есть нечто, что принадлежит самому автору, его духовной биографии: суждения, оценки, некоторые мировоззренческие установки, сомнения (например, недоверие к мужику, оценки деревни, декадентства, “нечаевщины”, космизма в философии и др.). Расстояние между автором и развенчанным им “отрицательным” героем в действительности не столь велико, как кажется на первый взгляд. Это необходимо помнить, чтобы уточнить авторскую позицию в произведении, в частности в отношении к “положительным” персонажам, к Кутузову, в образе которого воплощен характер большевика, главного деятеля русской революции 1905 и 1917 гг.

Степан Кутузов, которого мы наблюдаем на большом промежутке времени, рисуется в чем-то существенно по-иному, нежели Павел Власов из романа “Мать” и другие горьковские герои этого типа. С целью создать впечатление многосторонности личности, Горький впервые знакомит читателя с Кутузовым в окружении веселой молодой компании, іде тот предстает в роли талантливого певца, вводит сюжет его любовных увлечений (Марина Премировав пользуется “утепляющим” приемом внутренней самохарактеристики персонажа в его письмах. Даже в призме восприятия желчного скептика Самгина Кутузов – единственная, встреченная им на пути цельная личность, “существо совершенно исключительное по своей законченности”. Однако это “законченность” силы: Кутузов поражает окружающих способностью их подчинять, умением “сопротивляться людям”, – но эта сила не раз обнаруживает себя как сила однолинейная и жестокая. Кутузов пренебрежительно отмахивается от “микстуры”, “патоки” гуманизма, от жалости, когда ему рассказывают о расстреле солдатами безоружных, о смерти лично ему знакомого человека (старого Дьякона), о гибели множества рабочих в московском восстании: “Меньше, чем ежедневно погибает их в борьбе с капиталом, – быстро и как будто небрежно говорит Кутузов”.

Читайте также:  Своеобразие романтизма М. Горького в рассказах «Макар Чудра» и «Старуха Изергиль»: сочинение

Подобным образом и единомышленник Кутузова Гогин отбрасывает мотивы совести, прозвучавшие у Любани Сомовой, которая, но его словам, “не может изжить народнической закваски, христианских чувств”.

В своем безжалостном прогнозе революции Кутузов допускает даже гибель большинства: “. большинство – думать надо – будет пассивно или активно сопротивляться революции и на этом – погибнет”. Этическая оценка подобного безжалостного расчета принадлежит Самгину: “это – жестоко”, и эту оценку, скорее всего, разделяет сам автор романа. Размышления Кутузова о морали и человечности отличаются безжалостностью, прямолинейностью и, по сути, ведут к их отрицанию: “Человек, это – потом”. Все такого рода суждения Кутузова складываются в конечном итоге в характеристику его философии как “упрощенной”: “”кутузовщина” очень упрощала жизнь. “

Подобный оценочный мотив ведется в романе, конечно, от имени Самгина, но много раз варьируется и повторяется от лица других персонажей и потому не может быть отброшен в определении собственно авторской позиции. Это подкрепляется и тем обстоятельством, что аналогичный упрек в опасном упрощении жизни был прямо, от автора адресован большевикам в очерке Горького “Владимир Ленин” (1924): “Может быть, Ленин понимал драму бытия несколько упрощенно и считал ее слишком легко устранимой. ” Такого рода “упрощение” виделось тогда писателю неизбежным следствием существа самой политики и роли “вождя” в ней:

“Должность честных вождей народа – нечеловечески трудна. Невозможен вождь, который – в той или иной степени – не был бы тираном”.

Неоконченной эпопеей “Жизнь Клима Самгина” завершился творческий путь Максима Горького.

Образ Клима Самгина в романе М. Горького (стр. 1 из 3)

Могилевский Государственный Университет им. А. А.Кулешова

Кафедра русской и зарубежной литературы

Образ Клима Самгина

в романе М. Горького

Выполнила: студентка 4 курса группы «В» р/о, ФСФ

Кисель Елена Владимировна

Образ Клима Ивановича Самгина имеет огромное, еще не в полной степени оцененное, национальное и мировое значение. Это наиболее сложный, емкий и психологически тонкий образ во всем творчестве Горького. В романе нет ни одной сюжетной линии, которая не была бы непосредственно связана с Самгиным. Какая бы ситуация ни изображалась в романе, автора интересует поведение Самгина в данной ситуации, его точка зрения, его переживания. Клим Самгин является представителем русской буржуазной интеллигенции конца XIX — начала XX века. Все оттенки ее психологии, все ее колебания, блуждания и тайные вожделения запечатлены в его образе.

Самгин не красив и не уродлив. В его внешности нет ничего яркого. Внешность Самгина отмечена ординарностью. “А лицо у вас обыкновенное”, — сказала ему Тося. Мелкие, невыразительные черты лица. Клим Самгин вечно находится на грани между порядочностью и аморализмом. Он всегда колеблется и никогда не может двинуться в ту или иную сторону.

Жизнь Клима Ивановича Самгина раскрыта Горьким как жизнь человека, постоянно находящегося в процессе довольно напряженных, мучительных исканий, но не способного что-либо найти, до конца самоопределиться. Над чем бы Самгин ни думал, сознание его всегда было на перепутье, на перекрестке людей и течений.

Он всегда опасался четкой постановки вопросов, твердых решений, стараясь “ставить свое мнение между да и нет”. Эту неустойчивость прививала Самгину вся обстановка, в которой он воспитывался.

Начиная с детских лет и до конца своей бесславной жизни Клим Иванович Самгин верен самому себе. Клим-подросток уже таит в зародыше все то, что потом будет разъедать, подтачивать изнутри его душу, ум, сердце, волю,— иными словами, разрушать человеческую личность.

Сначала постаралась «кривая семья», взрослые, нелепо восторженный отец («Ваня с праздником»,как его метко прозвал Варавка), холодно-равнодушная мать: ради тщеславия и развлечения праздных умов буквально выдумали якобы «оригинального», интересного мальчика-вундеркинда, отняли у него непосредственность и безмятежность детства. А потом и сам Клим начал выдумывать себя. Маленький Самгин казался унылым старичком в кругу своих сверстников, он не умел играть, искренне и простодушно веселиться, стесняя фантазию детей, смущая их. Через всю жизнь пронес он далеко упрятанную зависть к ярким людям, способным любить, глубоко чувствовать, испытывать радость бытия.

Не прошли даром и «уроки», преподанные Варавкой. Клим хорошо усвоил мораль талантливого «делателя денег»: блага мира принадлежат избранным, остальные — рабочая сила. На «хорошую» почву упали семена, посеянные «рыжим мудрецом» Томилиным, искателем «удобопонятных и утешительных истин», утверждавшим «неизбежность зла и вражды на земле». Это от него Клим заимствовал скептическое отношение к прекрасному, «разнузданность мысли», отрицание красоты, непреходящих духовных ценностей, циническое неуважительное отношение к женщине. Индивидуалистическая философия Томилина, разъединяющаялюдей, стала символом веры Клима Самгина. Все эти наставники и духовные учителя сформировали характер скептика и индивидуалиста, избегающего активного участия в событиях, так бурно развивающихся на его глазах.

Все силы ума и души, весь темперамент ушли на бесплодное воспитание качеств «героя и вождя» (героя — вне пространства и времени, вождя — без идеи, без народа) — величайшая из химер Самгиных, приведшая их на грань пропасти, превратившая их в выродившихся «лишних людей» XX века, «наследственных никудышников».

Клим Самгин — один из самых уродливых и зловещих художественных образов. Внешне такой респектабельный, благообразный, подтянутый, такой, казалось бы, прогрессивный (по-своему «гуманен», он даже «помогает» революционерам) — Самгин страшен прежде всего своей обдуманной радикальностью взглядов, видимостью на редкость сдержанного человека, способного что-то открыт, дать людям

Горький постепенно, одну за другой, снимает с Клима все его защитные оболочки. Писатель разоблачает его без всякого нажима, это естественный закономерный процесс.

Жизненный путь Самгина — унылая вереница нравственных, психологических, человеческих и прямых политических поражений. Горький разрушает все фетиши, всех богов, которым молится его герой.

Самгин привык гордиться своей яркой, с его точки зрения, индивидуальностью, неповторимостью. В основе его взаимоотношений с людьми лежит неутолимое честолюбивое стремление быть ни на кого не похожим, но вместе с тем и желание выловить в другом все недюжинное, интересное, что могло при случае пригодиться.

А на самом деле? «Он жил среди людей, как между зеркал, каждый человек отражал в себе его, Самгина, и в то же время хорошо показывал ему свои недостатки». Прием «зеркальности» — блестящий результат оригинальной творческой трансформации Горьким таких средств раскрытия действительности, как, например, часто встречающаяся в мировой литературе «система двойников». «Зеркальная» система образов позволяет углубленно показать не только сокровенную сущность, но и, употребляя известное щедринское выражение, скрытые «готовности» Самгина. Отраженные самгинские черты и качества выступают обычно в других персонажах либо в заостренном, либо в сниженном виде и, достигая своего конечного развития, приобретают компрометирующий героя характер. Люди кичатся своей «неповторимостью», а на поверку сказывается, что первый же из них — Самгин — повторяется глиной из своих черт в безликой провокаторше Никоновой или в рассудительном шпионе Митрофанове, другой — в цинически-беспринципном и таком же всеядном Дронове и сам огорченно догадывается о внутреннем сродстве с ними. Приём «зеркального отражения» с ещё большей наглядностью обнажает пустоту души героя и психологическое мастерство автора. Этой же задаче психологического анализа служат и внутренние монологи Самгина, и его портретные зарисовки, и сложные ассоциативные сближения, например, с живописным миром картин Иеронима Босха, которые Клим рассматривает в берлинском музее, созерцая уродливые чудовища-гротески.

Претендуя на роль героя, «вождя», Самгкн не способен думать о России, народе, о благе людей. Он все видит, все замечает по-своему», то есть так, что мелочи, несущественное приобретает в его глазах уродливо большие размеры, а истинно великое кажется мелким, случайным, ординарным или, пользуясь любимым самгинским словцом, «бездарным». Горький не раз показывает абсолютную несостоятельность представлений Самгина о путях исторического развития. Самгин восхищается тишиной, в которую якобы погружена патриархальная русская деревня, и — въезжает в «бунтующееся» село; докторальным тоном он заявляет Дронову, что революция в России невозможна, и через несколько дней наблюдает начало русской революции, — сколько таких разоблачительных контрастов в романе-эпопее!Среди людей, занятых судьбами страны, народа, будущего, Самгин держится как человек, стремящийся все понять, все изучить ради отыскания конечной истины. На иронический вопрос Кутузова — по-прежнему ли он путается с представителями всевозможного «простофильства», Клим с обидой отвечает: «Не путаюсь, а — изучаю. »

В действительности же, пытаясь выработать свою «систему фраз», которая заменила бы ему всё — гражданские и нравственные идеалы, убеждения и принципы, Клим барахтается в плену чужих фраз, чувств, мыслей и с тревогой ощущает это: «Я все время чувствую себя в чужом платье: то, слишком широкое, оно сползает с моих плеч, то, узкое, стесняет мой рост. » «Самоценная» личность корчится на прокрустовом ложе выдуманного, свободного от всяческих норм «жизненного кодекса».

Паразитическая мысль Самгина не способна ничего создать, бессильна перед значительными явлениями жизни, лишена оригинальности. Постоянная привычка снимать сливки с чужих исканий и открытий сделала его «вместилищем всех ходовых идей», наполняющих сознание разноречивым гулом, «как пустую комнату». Это последнее сравнение Горького символично, ибо сам герой и есть — все пропускающая через себя «цветущая пустота».

Писатель до конца прослеживает процесс обесцвечивания, выветривания души человека старого мира, человека с отсыхающими корнями. Индивидуализм, отстаиваемый Самгиным в качестве основы для всестороннего развития личности, выжигает из его души все мало-мальски светлые задатки, иссушает и опустошает ее (одно время писатель намеревался дать своему произведению название «История пустой души»).

«Горе одинокому!» — сказано было еще в древности. Горький и казнит Самгина самым страшным в жизни — полным духовными физическим одиночеством. «Человек только тогда свободен, когда он совершенно одинок!»— провозглашает Клим Самгин. Свободен? От чего? От всего, что составляет красоту личности, ее достоинство, гордость, неповторимость. В поисках положения, независимого от общества, поборник воинствующего индивидуализма утрачивает одно человеческое качество за другим, у него не оказывается ни друзей, ни человеческих, привязанностей. Он чувствует себя «взвешенным в пустоте», задыхающимся от одиночества. В минуту просветления его «мысль кричит» исступленно: «Один во всем мире. Затискан в какое-то идиотское логовище. »

До жестокости равнодушный к людям, холодный «рассуждающий аппарат» постепенно оказывается окруженным зияющей пустотой. Вакуумом. «Ты хладнокровно, без сострадания ведешь какой-то подсчет страданиям людским,— заметил как-то умный Лютов в разговоре с Самгиным,— как математик, немец, бухгалтер, актив-пассив, и черт тебя возьми. » Жизнерадостной и поэтичной Любаше Сомовой Самгин напоминает «репортера для некрологов». Чужой среди людей, он кажется им «иностранцем»: «предрассудок» — у кого-то мелькнуло и такое удачное сравнение при виде Клима в подчеркнуто символическом костюме алхимика. Бывшие товарищи и сверстники Клима, женщины, с которыми он был близок, постепенно отворачиваются от него, догадываются, что молчаливый «умник» всю жизнь разыгрывал жалкий «маскарад самомнения». «Я, брат, не люблю тебя, нет! Интересный ты, а не симпатичен. И даже, может быть, ты больше выродок, чем я»,— в этой отповеди Лютова сквозит и авторское отношение к Самгину. Даже Дронов, единственный, кто остался вблизи Самгина (и то по причине своей безмерной циничной всеядности), даже он, под горячую руку, бросает в лицо ему хлесткие, оскорбительные слова правды: «Ты — холостой патрон, галок пугать — вот что ты. »

Ссылка на основную публикацию
×
×