Пророческое слово Достоевского: сочинение

«Пророческое слово Достоевского»

На литературных вечерах Достоевский любил чи­тать пушкинское стихотворение «Пророк». Голос у писателя был слабый, но в залах обычно стояла та­кая напряженная тишина, что не терялось ни еди­ное слово. Создавалось впечатление, что Достоевский вкладывал в чтение частичку самого себя, к себе применял гордые слова:
Восстань, пророк, и виждь, и внемли,
Исполнись волею моей,
И, обходя моря и земли,
Глаголом жги сердца людей.

Пророк — это тот, кто несет в мир Божественное слово, кому дано предвидеть будущее. У Пушкина — это поэт, его искусство — предвидения будущего.

Вообще для всей русской литературы XIX в. в той или иной мере был характерен пророческий пафос. В особенности же это относится к Достоев­скому. И не случайно его творчество никого не ос­тавляло равнодушным. У писателя были страстные поклонники, но были и оппоненты, спорившие, по­лемизировавшие с ним. Далеко не во всем был согласен с Достоевским М. Горький, однако он вы­нужден был признать: «Толстой и Достоевский — два величайших гения, силою своих талантов они потряс­ли весь мир, они обратили на Россию изумленное внимание всей Европы, и оба встали, как равные, в великие ряды людей, чьи имена — Шекспир, Данте, Сервантес, Руссо и Гете».

В чем же тайна Достоевского? Что именно он при­нес в мир, чем покорил его?

М. Горький не принимал в творчестве Достоевс­кого именно то, что придавало его таланту особую силу, во многом определяло смысл и значение писа­тельского слова — христианское начало. Сразу же скажем, что вопрос этот чрезвычайно деликатный. Религиозные чувства любого человека ни в коей степени не могут (и не должны) быть предметом осуждения и, может быть, даже обсуждения. Но Достоевский — не просто верующий человек. Он — писатель, а поэтому его взгляды и настроения не могут не отражаться в самом художественном текс­те. И как бы вы ни относились к религии вообще, вы должны знать, что без обращения к Библии, к христианской символике, к истории христианства вам трудно будет разобраться даже в самих сюже­тах «Преступления и наказания» или «Идиота».

В конце концов именно христианское учение предопределило для Достоевского возможность худо­жественного исследования глубочайших противоречий человеческой природы, очень тонких, порою неуло­вимых, но все же существующих различий между духовностью и интеллектом, помогло ему осознать грозную опасность бездуховного мира, какими бы «хрустальными дворцами» ни манил он нас, какими бы материальными соблазнами ни искушал.

В произведениях автора «Братьев Карамазовых» много мрачного, тяжелого. Один из критиков (Н. К. Михайловский) свою статью о Достоевском так и назвал — «Жестокий талант». Однако через все творчество писателя проходит мечта о «золотом веке». Он верил в возможность счастья на земле, мучительно искал пути к достижению гармонии и подлинного расцвета человеческой личности, стре­мясь, по его словам, к «восстановлению погибшего человека».

Только начиная свою литературную деятельность, в 1839 г. (ему всего 18 лет) Достоевский писал бра­ту: «Человек есть тайна. Я занимаюсь этой тайной, ибо хочу быть человеком. » В этих словах заклю­чается подлинное величие Достоевского-человека и Достоевского-художника. Будучи совсем молодым, он уже понимал, что каждый человек есть тайна и что не объяснить эту тайну никакими математи­ческими выкладками и логарифмами, и что, бывает, приходится всю жизнь биться над разгадкой этой тайны — если хочешь быть и оставаться Человеком.

И еще одно важное обстоятельство. Достоевский непрестанно думал о России, о том месте, которое она занимает в мире сегодня и будет занимать завтра, о ее великом предназначении, о «русской идее». Он был убежден, что Россия, не принимая капиталистический путь развития, сможет указать человечеству иной путь, ведущий к более высокому и справедливому общественному устройству. Он не мог себе ясно представить, как именно это про­изойдет, какие реальные силы смогут содействовать осуществлению его заветной мечты. Но мечта была, и связывалась она в сознании писателя прежде всего с думами о счастье своего народа.

«Я никогда не мог понять мысли, — писал он, — что лишь одна десятая доля людей должна полу­чить высшее развитие, а остальные девять десятых должны лишь послужить к тому материалом и средством, а сами оставаться во мраке. Я не хочу мыслить и жить иначе, как с верой, что все наши девяносто миллионов русских (или сколько там их тогда народится) будут все когда-нибудь образо­ванны, очеловечены и счастливы. Верую даже, что царство мысли и света способно водвориться у нас, в нашей России, еще скорее, может быть, чем где бы то ни было, ибо у нас и теперь никто не захочет стать за идею о необходимости озверения одной части людей для благосостояния другой. »

Своеобразным завещанием Достоевского стала его знаменитая речь о Пушкине, которую он прочитал в 1880 г. в Москве по случаю открытия памятника великому русскому поэту. Для Достоевского Пуш­кин — выразитель русской и вместе с тем всемирно исторической идеи, которая заключалась в особом типе человеческих отношений, в смирении перед на­родной правдой, подавлении своего личного, гордого, индивидуалистического начала — в поисках идеаль­ного мироустройства. «И впоследствии, — говорил До­стоевский, — я верю в это, мы, то есть, конечно, не мы, а будущие грядущие русские люди поймут уже все до единого, что стать настоящим русским и будет именно значить: стремиться внести примирение в европейские противоречия уже окончательно, ука­зать исход европейской тоске в своей русской душе, всечеловечной и всесоединяющей, вместить в нее с братской любовию всех наших братий, а в конце концов, может быть, и изречь окончательное слово великой, общей гармонии братского окончательного согласия всех племен по Христову евангельскому закону!»

И пусть все это звучит сегодня как утопическая мечта писателя об очень уж далеких временах, но есть в пророчестве Достоевского отзвук горячего чувства, выраженного с проникающей искренностью.

Пророческое слово Достоевского

На литературных вечерах Достоевский любил читать пушкинское стихотворение “Пророк”. Голос у писателя был слабый, но в залах обычно стояла такая напряженная тишина, что не терялось ни единое слово. Создавалось впечатление, что Достоевский вкладывал в чтение частичку самого себя, к себе применял гордые слова:

Восстань, пророк, и виждь, и внемли, Исполнись волею моей, И, обходя моря и земли, Глаголом жги сердца людей.

Пророк – это тот, кто несет в мир Божественное слово, кому дано предвидеть будущее. У Пушкина – это поэт, его искусство

Вообще для всей русской литературы XIX в. в той или иной мере был характерен пророческий пафос. В особенности же это относится к Достоевскому. И не случайно его творчество никого не оставляло равнодушным. У писателя были страстные поклонники, но были и оппоненты, спорившие, полемизировавшие с ним.

Далеко не во всем был согласен с Достоевским М. Горький, однако он вынужден был признать: “Толстой и Достоевский – два величайших гения, силою своих талантов они потрясли весь мир, они обратили на Россию изумленное внимание всей Европы, и оба встали, как равные, в великие ряды

В чем же тайна Достоевского? Что именно он принес в мир, чем покорил его?

М. Горький не принимал в творчестве Достоевского именно то, что придавало его таланту особую силу, во многом определяло смысл и значение писательского слова – христианское начало. Сразу же скажем, что вопрос этот чрезвычайно деликатный. Религиозные чувства любого человека ни в коей степени не могут быть предметом осуждения и, может быть, даже обсуждения. Но Достоевский – не просто верующий человек.

Он – писатель, а поэтому его взгляды и настроения не могут не отражаться в самом художественном тексте. И как бы вы ни относились к религии вообще, вы должны знать, что без обращения к Библии, к христианской символике, к истории христианства вам трудно будет разобраться даже в самих сюжетах “Преступления и наказания” или “Идиота”.

В конце концов именно христианское учение предопределило для Достоевского возможность художественного исследования глубочайших противоречий человеческой природы, очень тонких, порою неуловимых, но все же существующих различий между духовностью и интеллектом, помогло ему осознать грозную опасность бездуховного мира, какими бы “хрустальными дворцами” ни манил он нас, какими бы материальными соблазнами ни искушал.

В произведениях автора “Братьев Карамазовых” много мрачного, тяжелого. Один из критиков свою статью о Достоевском так и назвал -“Жестокий талант”. Однако через все творчество писателя проходит мечта о “золотом веке”.

Он верил в возможность счастья на земле, мучительно искал пути к достижению гармонии и подлинного расцвета человеческой личности, стремясь, по его словам, к “восстановлению погибшего человека”.

Только начиная свою литературную деятельность, в 1839 г. Достоевский писал брату: “Человек есть тайна… Я занимаюсь этой тайной, ибо хочу быть человеком…” В этих словах заключается подлинное величие Достоевского-человека и Достоевского-художника. Будучи совсем молодым, он уже понимал, что каждый человек есть тайна и что не объяснить эту тайну никакими математическими выкладками и логарифмами, и что, бывает, приходится всю жизнь биться над разгадкой этой тайны – если хочешь быть и оставаться Человеком.

И еще одно важное обстоятельство. Достоевский непрестанно думал о России, о том месте, которое она занимает в мире сегодня и будет занимать завтра, о ее великом предназначении, о “русской идее”. Он был убежден, что Россия, не принимая капиталистический путь развития, сможет указать человечеству иной путь, ведущий к более высокому и справедливому общественному устройству.

Он не мог себе ясно представить, как именно это произойдет, какие реальные силы смогут содействовать осуществлению его заветной мечты. Но мечта была, и связывалась она в сознании писателя прежде всего с думами о счастье своего народа.

“Я никогда не мог понять мысли, – писал он, – что лишь одна десятая доля людей должна получить высшее развитие, а остальные девять десятых должны лишь послужить к тому материалом и средством, а сами оставаться во мраке. Я не хочу мыслить и жить иначе, как с верой, что все наши девяносто миллионов русских будут все когда-нибудь образованны, очеловечены и счастливы… Верую даже, что царство мысли и света способно водвориться у нас, в нашей России, еще скорее, может быть, чем где бы то ни было, ибо у нас и теперь никто не захочет стать за идею о необходимости озверения одной части людей для благосостояния другой…”

Своеобразным завещанием Достоевского стала его знаменитая речь о Пушкине, которую он прочитал в 1880 г. в Москве по случаю открытия памятника великому русскому поэту. Для Достоевского Пушкин – выразитель русской и вместе с тем всемирно исторической идеи, которая заключалась в особом типе человеческих отношений, в смирении перед народной правдой, подавлении своего личного, гордого, индивидуалистического начала – в поисках идеального мироустройства. “И впоследствии, – говорил Достоевский, – я верю в это, мы, то есть, конечно, не мы, а будущие грядущие русские люди поймут уже все до единого, что стать настоящим русским и будет именно значить: стремиться внести примирение в европейские противоречия уже окончательно, указать исход европейской тоске в своей русской душе, всечеловечной и всесоединяющей, вместить в нее с братской любовию всех наших братий, а в конце концов, может быть, и изречь окончательное слово великой, общей гармонии братского окончательного согласия всех племен по Христову евангельскому закону!”

Читайте также:  Тема нравственного падения и возрождения человека в романе Ф. М. Достоевского Преступление и наказание: сочинение

И пусть все это звучит сегодня как утопическая мечта писателя об очень уж далеких временах, но есть в пророчестве Достоевского отзвук горячего чувства, выраженного с проникающей искренностью.

Пророческое слово Достоевского

На литературных вечерах Достоевский любил читать пушкинское стихотворение «Пророк». Голос у писателя был слабый, но в залах обычно стояла такая напряженная тишина, что не терялось ни единое слово. Создавалось впечатление, что Достоевский вкладывал в чтение частичку самого себя, к себе применял гордые слова:

Восстань, пророк, и виждь, и внемли,
Исполнись волею моей,
И, обходя моря и земли,
Глаголом жги сердца людей.

Пророк — это тот, кто несет в мир Божественное слово, кому дано предвидеть будущее. У Пушкина — это поэт,

его искусство — предвидения будущего.

Вообще для всей русской литературы XIX в. в той или иной мере был характерен пророческий пафос. В особенности же это относится к Достоевскому. И не случайно его творчество никого не оставляло равнодушным. У писателя были страстные поклонники, но были и оппоненты, спорившие, полемизировавшие с ним. Далеко не во всем был согласен с Достоевским М. Горький, однако он вынужден был признать: «Толстой и Достоевский — два величайших гения, силою своих талантов они потрясли весь мир, они обратили на Россию изумленное внимание всей Европы, и оба встали, как равные,

В чем же тайна Достоевского? Что именно он принес в мир, чем покорил его?

М. Горький не принимал в творчестве Достоевского именно то, что придавало его таланту особую силу, во многом определяло смысл и значение писательского слова — христианское начало. Сразу же скажем, что вопрос этот чрезвычайно деликатный. Религиозные чувства любого человека ни в коей степени не могут быть предметом осуждения и, может быть, даже обсуждения. Но Достоевский — не просто верующий человек. Он — писатель, а поэтому его взгляды и настроения не могут не отражаться в самом художественном тексте. И как бы вы ни относились к религии вообще, вы должны знать, что без обращения к Библии, к христианской символике, к истории христианства вам трудно будет разобраться даже в самих сюжетах «Преступления и наказания» или «Идиота».

В конце концов именно христианское учение предопределило для Достоевского возможность художественного исследования глубочайших противоречий человеческой природы, очень тонких, порою неуловимых, но все же существующих различий между духовностью и интеллектом, помогло ему осознать грозную опасность бездуховного мира, какими бы «хрустальными дворцами» ни манил он нас, какими бы материальными соблазнами ни искушал.

В произведениях автора «Братьев Карамазовых» много мрачного, тяжелого. Один из критиков свою статью о Достоевском так и назвал -«Жестокий талант». Однако через все творчество писателя проходит мечта о «золотом веке». Он верил в возможность счастья на земле, мучительно искал пути к достижению гармонии и подлинного расцвета человеческой личности, стремясь, по его словам, к «восстановлению погибшего человека».

Только начиная свою литературную деятельность, в 1839 г. Достоевский писал брату: «Человек есть тайна… Я занимаюсь этой тайной, ибо хочу быть человеком…» В этих словах заключается подлинное величие Достоевского-человека и Достоевского-художника. Будучи совсем молодым, он уже понимал, что каждый человек есть тайна и что не объяснить эту тайну никакими математическими выкладками и логарифмами, и что, бывает, приходится всю жизнь биться над разгадкой этой тайны — если хочешь быть и оставаться Человеком.

И еще одно важное обстоятельство. Достоевский непрестанно думал о России, о том месте, которое она занимает в мире сегодня и будет занимать завтра, о ее великом предназначении, о «русской идее». Он был убежден, что Россия, не принимая капиталистический путь развития, сможет указать человечеству иной путь, ведущий к более высокому и справедливому общественному устройству. Он не мог себе ясно представить, как именно это произойдет, какие реальные силы смогут содействовать осуществлению его заветной мечты. Но мечта была, и связывалась она в сознании писателя прежде всего с думами о счастье своего народа.

«Я никогда не мог понять мысли, — писал он, — что лишь одна десятая доля людей должна получить высшее развитие, а остальные девять десятых должны лишь послужить к тому материалом и средством, а сами оставаться во мраке. Я не хочу мыслить и жить иначе, как с верой, что все наши девяносто миллионов русских будут все когда-нибудь образованны, очеловечены и счастливы… Верую даже, что царство мысли и света способно водвориться у нас, в нашей России, еще скорее, может быть, чем где бы то ни было, ибо у нас и теперь никто не захочет стать за идею о необходимости озверения одной части людей для благосостояния другой…»

Своеобразным завещанием Достоевского стала его знаменитая речь о Пушкине, которую он прочитал в 1880 г. в Москве по случаю открытия памятника великому русскому поэту. Для Достоевского Пушкин — выразитель русской и вместе с тем всемирно исторической идеи, которая заключалась в особом типе человеческих отношений, в смирении перед народной правдой, подавлении своего личного, гордого, индивидуалистического начала — в поисках идеального мироустройства. «И впоследствии, — говорил Достоевский, — я верю в это, мы, то есть, конечно, не мы, а будущие грядущие русские люди поймут уже все до единого, что стать настоящим русским и будет именно значить: стремиться внести примирение в европейские противоречия уже окончательно, указать исход европейской тоске в своей русской душе, всечеловечной и всесоединяющей, вместить в нее с братской любовию всех наших братий, а в конце концов, может быть, и изречь окончательное слово великой, общей гармонии братского окончательного согласия всех племен по Христову евангельскому закону!»

И пусть все это звучит сегодня как утопическая мечта писателя об очень уж далеких временах, но есть в пророчестве Достоевского отзвук горячего чувства, выраженного с проникающей искренностью.

Библия в системе поэтики Ф. М. Достоевского «Братья Карамазовы» План. Введение………………………………………………………. ………………………….. 3 Глава I Характеристика мировоззрения Достоевского. 1. Морально-этические и религиозные взгляды художника; вопрос о «природе» человека…………………………12 2. Отношение писателя к Библии; роль.

Биография Достоевский Федор Михайлович (1821 — 1881) Достоевский Федор Михайлович (1821-81), русский писатель, член-корреспондент Петербургской АН (1877). В повестях «Бедные люди» (1846), «Белые ночи» (1848), «Неточка Незванова» (1849, не.

Отражение сложного жизненного пути в творчестве Федора Достоевского Достоевского читает весь мир, впечатляющая сила его романов огромна, но все еще возникают споры: «принимать» или «не принимать» Достоевского? Спросите любую, самую небольшую группу читателей.

Биография Достоевского Федор Михайлович Достоевский — величайший писатель, классик русской литературы, мыслитель. Автор таких бессмертных произведений, как: «Идиот», «Преступление и наказание», «Униженные и оскорбленные», «Братья Карамазовы» и.

Бунт Родиона Раскольникова «Мы все глядим в Наполеоны; Двуногих тварей миллионы. Для нас орудие одно…» «Мятеж не может кончиться удачей: В обратном случае он называется иначе» Цели и.

Способы раскрытия психологии героев в романе «Преступление и наказание» Ф. М. Достоевского В центре каждого литературного произведения стоит человек с его сложным внутренним миром. Каждый писатель — по сути, психолог, задача которого раскрыть душу человека, понять мотивы.

«Легенда о великом инквизиторе» Ф. М. Достоевского Роман Ф. М.Достоевского «Братья Карамазовы» — произведение своеобразное, новаторское уже по самой внутренней структуре своей. Внешне это отчасти занимательный детектив, запутанная история убийства старика Карамазова.

Своеобразие гуманизма Федора Достоевского В 1866 году Достоевский пишет роман «Преступление и наказание». В названии обозначена тема, названы те нравственные категории, о которых будет рассуждать автор. Проблема совершения человеком.

Раскаяние и искупление в романе Достоевского «Преступление и наказание» До сих пор критики и литературоведы спорят о мотивах преступления Родиона Раскольникова — главного героя романа Ф. М. Достоевского «Преступление и наказание». Как многие выдающиеся.

Спасет ли красота мир Федора Достоевского? Когда в народе сохраняется идеал красоты и потребность ее, значит, есть и потребность здоровья, нормы, а следственно, тем самым гарантировано и высшее развитие этого народа.

Петербург Достоевского в романе «Преступление и наказание» Отличительной чертой русской общественной мысли, русской литературы всегда была напряженность духовных исканий, стремление писателей к постановке коренных философских, мировоззренческих вопросов, связанных с нравственной ориентацией человека.

Образы романа «Идиот» Ф. М. Достоевского в интерпретации художника И. С. Глазунова Глубоко национальный русский писатель Федор Михайлович Достоевский обладал особой способностью видеть душу человека, постигать его психику, улавливать тончайшие оттенки внутренней жизни человека. Как художник-психолог Достоевский.

Идейный смысл романа Ф. М. Достоевского «Преступление и наказание» Не убий! Заповедь Христа Среди множества произведений Достоевского («Бесы», «Братья Карамазовы», «Бедные люди», «Подросток», «Идиот» и другие) одним из первых является «Преступление и наказание». В.

Преступление и наказание в произведениях Ф. М. Достоевского и Н. С. Лескова Быть или не быть — таков вопрос; Что благородней духом: покоряться Пращам и стрелам яростной судьбы Иль, ополчась на море смут, сразить их Противоборством? У.

«Бедные люди» Достоевского — не бедные духом В. Г. Белинский увидел в первом романе Ф. М.Достоевского «Бедные люди» «зарождение русского социального романа». Тема «маленького человека» является одной из сквозных тем русской литературы.

Пророческое слово Достоевского

На литературных вечерах Достоевский любил читать пушкинское стихотворение “Пророк”. Голос у писателя был слабый, но в залах обычно стояла такая напряженная тишина, что не терялось ни единое слово. Создавалось впечатление, что Достоевский вкладывал в чтение частичку самого себя, к себе применял гордые слова:

Восстань, пророк, и виждь, и внемли, Исполнись волею моей, И, обходя моря и земли, Глаголом жги сердца людей.

Пророк – это тот, кто несет в мир Божественное слово, кому дано предвидеть будущее. У Пушкина – это поэт, его искусство

Вообще для всей русской литературы XIX в. в той или иной мере был характерен пророческий пафос. В особенности же это относится к Достоевскому. И не случайно его творчество никого не оставляло равнодушным. У писателя были страстные поклонники, но были и оппоненты, спорившие, полемизировавшие с ним.

Далеко не во всем был согласен с Достоевским М. Горький, однако он вынужден был признать: “Толстой и Достоевский – два величайших гения, силою своих талантов они потрясли весь мир, они обратили на Россию изумленное внимание всей Европы, и оба встали, как равные, в великие ряды людей, чьи

Читайте также:  Что мне дало знакомство с личностью и творчеством Достоевского: сочинение

В чем же тайна Достоевского? Что именно он принес в мир, чем покорил его?

М. Горький не принимал в творчестве Достоевского именно то, что придавало его таланту особую силу, во многом определяло смысл и значение писательского слова – христианское начало. Сразу же скажем, что вопрос этот чрезвычайно деликатный. Религиозные чувства любого человека ни в коей степени не могут быть предметом осуждения и, может быть, даже обсуждения.

Но Достоевский – не просто верующий человек. Он – писатель, а поэтому его взгляды и настроения не могут не отражаться в самом художественном тексте. И как бы вы ни относились к религии вообще, вы должны знать, что без обращения к Библии, к христианской символике, к истории христианства вам трудно будет разобраться даже в самих сюжетах “Преступления и наказания” или “Идиота”.

В конце концов именно христианское учение предопределило для Достоевского возможность художественного исследования глубочайших противоречий человеческой природы, очень тонких, порою неуловимых, но все же существующих различий между духовностью и интеллектом, помогло ему осознать грозную опасность бездуховного мира, какими бы “хрустальными дворцами” ни манил он нас, какими бы материальными соблазнами ни искушал.

В произведениях автора “Братьев Карамазовых” много мрачного, тяжелого. Один из критиков свою статью о Достоевском так и назвал – “Жестокий талант”. Однако через все творчество писателя проходит мечта о “золотом веке”.

Он верил в возможность счастья на земле, мучительно искал пути к достижению гармонии и подлинного расцвета человеческой личности, стремясь, по его словам, к “восстановлению погибшего человека”.

Только начиная свою литературную деятельность, в 1839 г. Достоевский писал брату: “Человек есть тайна… Я занимаюсь этой тайной, ибо хочу быть человеком…” В этих словах заключается подлинное величие Достоевского-человека и Достоевского-художника. Будучи совсем молодым, он уже понимал, что каждый человек есть тайна и что не объяснить эту тайну никакими математическими выкладками и логарифмами, и что, бывает, приходится всю жизнь биться над разгадкой этой тайны – если хочешь быть и оставаться Человеком.

И еще одно важное обстоятельство. Достоевский непрестанно думал о России, о том месте, которое она занимает в мире сегодня и будет занимать завтра, о ее великом предназначении, о “русской идее”. Он был убежден, что Россия, не принимая капиталистический путь развития, сможет указать человечеству иной путь, ведущий к более высокому и справедливому общественному устройству. Он не мог себе ясно представить, как именно это произойдет, какие реальные силы смогут содействовать осуществлению его заветной мечты.

Но мечта была, и связывалась она в сознании писателя прежде всего с думами о счастье своего народа.

“Я никогда не мог понять мысли, – писал он, – что лишь одна десятая доля людей должна получить высшее развитие, а остальные девять десятых должны лишь послужить к тому материалом и средством, а сами оставаться во мраке. Я не хочу мыслить и жить иначе, как с верой, что все наши девяносто миллионов русских будут все когда-нибудь образованны, очеловечены и счастливы… Верую даже, что царство мысли и света способно водвориться у нас, в нашей России, еще скорее, может быть, чем где бы то ни было, ибо у нас и теперь никто не захочет стать за идею о необходимости озверения одной части людей для благосостояния другой…”

Своеобразным завещанием Достоевского стала его знаменитая речь о Пушкине, которую он прочитал в 1880 г. в Москве по случаю открытия памятника великому русскому поэту. Для Достоевского Пушкин – выразитель русской и вместе с тем всемирно исторической идеи, которая заключалась в особом типе человеческих отношений, в смирении перед народной правдой, подавлении своего личного, гордого, индивидуалистического начала – в поисках идеального мироустройства. “И впоследствии, – говорил Достоевский, – я верю в это, мы, то есть, конечно, не мы, а будущие грядущие русские люди поймут уже все до единого, что стать настоящим русским и будет именно значить: стремиться внести примирение в европейские противоречия уже окончательно, указать исход европейской тоске в своей русской душе, всечеловечной и всесоединяющей, вместить в нее с братской любовию всех наших братий, а в конце концов, может быть, и изречь окончательное слово великой, общей гармонии братского окончательного согласия всех племен по Христову евангельскому закону!”

И пусть все это звучит сегодня как утопическая мечта писателя об очень уж далеких временах, но есть в пророчестве Достоевского отзвук горячего чувства, выраженного с проникающей искренностью.

Пророческие слова Федора Михайловича Достоевского

Федор Михайлович Достоевский:
По внутреннему убеждению моему, самому полному и непреодолимому – не будет у России, и никогда еще не было, таких ненавистников, завистников, клеветников и даже явных врагов, как все эти славянские племена, чуть только их Россия освободит, а Европа согласится признать их освобожденными!

И пусть не возражают мне, не оспаривают, не кричат на меня, что я преувеличиваю и что я ненавистник славян! Я, напротив, очень люблю славян, но я и защищаться не буду, потому что знаю, что всё точно так именно сбудется, как я говорю, и не по низкому, неблагодарному, будто бы, характеру славян, совсем нет, – у них характер в этом смысле как у всех, – а именно потому, что такие вещи на свете иначе и происходить не могут.

Начнут же они, по освобождении, свою новую жизнь, повторяю, именно с того, что выпросят себе у Европы, у Англии и Германии, например, ручательство и покровительство их свободе, и хоть в концерте европейских держав будет и Россия, но они именно в защиту от России это и сделают.

Начнут они непременно с того, что внутри себя, если не прямо вслух, объявят себе и убедят себя в том, что России они не обязаны ни малейшею благодарностью, напротив, что от властолюбия России они едва спаслись при заключении мира вмешательством европейского концерта, а не вмешайся Европа, так Россия проглотила бы их тотчас же, “имея в виду расширение границ и основание великой Всеславянской империи на порабощении славян жадному, хитрому и варварскому великорусскому племени”.

Может быть, целое столетие, или еще более, они будут беспрерывно трепетать за свою свободу и бояться властолюбия России; они будут заискивать перед европейскими государствами, будут клеветать на Россию, сплетничать на нее и интриговать против нее.

О, я не говорю про отдельные лица: будут такие, которые поймут, что значила, значит и будет значить Россия для них всегда. Но люди эти, особенно вначале, явятся в таком жалком меньшинстве, что будут подвергаться насмешкам, ненависти и даже политическому гонению.

Особенно приятно будет для освобожденных славян высказывать и трубить на весь свет, что они племена образованные, способные к самой высшей европейской культуре, тогда как Россия – страна варварская, мрачный северный колосс, даже не чистой славянской крови, гонитель и ненавистник европейской цивилизации.

У них, конечно, явятся, с самого начала, конституционное управление, парламенты, ответственные министры, ораторы, речи. Их будет это чрезвычайно утешать и восхищать. Они будут в упоении, читая о себе в парижских и в лондонских газетах телеграммы, извещающие весь мир, что после долгой парламентской бури пало наконец министерство в (. страну по вкусу. ) и составилось новое из либерального большинства и что какой-нибудь ихний (. фамилию по вкусу. ) согласился наконец принять портфель президента совета министров.

России надо серьезно приготовиться к тому, что все эти освобожденные славяне с упоением ринутся в Европу, до потери личности своей заразятся европейскими формами, политическими и социальными, и таким образом должны будут пережить целый и длинный период европеизма прежде, чем постигнуть хоть что-нибудь в своем славянском значении и в своем особом славянском призвании в среде человечества.

Между собой эти землицы будут вечно ссориться, вечно друг другу завидовать и друг против друга интриговать. Разумеется, в минуту какой-нибудь серьезной беды они все непременно обратятся к России за помощью. Как ни будут они ненавистничать, сплетничать и клеветать на нас Европе, заигрывая с нею и уверяя ее в любви, но чувствовать-то они всегда будут инстинктивно (конечно, в минуту беды, а не раньше), что Европа естественный враг их единству, была им и всегда останется, а что если они существуют на свете, то, конечно, потому, что стоит огромный магнит – Россия, которая, неодолимо притягивая их всех к себе, тем сдерживает их целость и единство. ”
“России надолго достанется тоска и забота мирить их, вразумлять их и даже, может быть, обнажать за них меч при случае. Разумеется, сейчас же представляется вопрос: в чём же тут выгода России, из-за чего Россия билась за них сто лет, жертвовала кровью своею; силами, деньгами? Неужто из-за того, чтоб пожать только маленькой смешной ненависти и неблагодарности?

О, конечно, Россия всё же всегда будет сознавать, что центр славянского единства – это она, что если живут славяне свободною национальною жизнию, то потому, что этого захотела и хочет она, что совершила и создала всё она. Но какую же выгоду доставит России это сознание, кроме трудов, досад и вечной заботы?”

Пророческое слово Достоевского

На литературных вечерах Достоевский любил читать пушкинское стихотворение «Пророк». Голос у писателя был слабый, но в залах обычно стояла такая напряженная тишина, что не терялось ни единое слово. Создавалось впечатление, что Достоевский вкладывал в чтение частичку самого себя, к себе применял гордые слова:

Восстань, пророк, и виждь, и внемли, Исполнись волею моей, И, обходя моря и земли, Глаголом жги сердца людей.

Пророк — это тот, кто несет в мир Божественное слово, кому дано предвидеть будущее. У Пушкина — это поэт, его искусство — предвидения будущего.

Вообще для всей русской литературы XIX в. в той или иной мере был характерен пророческий пафос. В особенности же это относится к Достоевскому. И не случайно его творчество никого не оставляло равнодушным. У писателя были страстные поклонники, но были и оппоненты, спорившие, полемизировавшие с ним. Далеко не во всем был согласен с Достоевским М. Горький, однако он вынужден был признать: «Толстой и Достоевский — два величайших гения, силою своих талантов они потрясли весь мир, они обратили на Россию изумленное внимание всей Европы, и оба встали, как равные, в великие ряды людей, чьи имена — Шекспир, Данте, Сервантес, Руссо и Гете».

В чем же тайна Достоевского? Что именно он принес в мир, чем покорил его?

М. Горький не принимал в творчестве Достоевского именно то, что придавало его таланту особую силу, во многом определяло смысл и значение писательского слова — христианское начало. Сразу же скажем, что вопрос этот чрезвычайно деликатный. Религиозные чувства любого человека ни в коей степени не могут быть предметом осуждения и, может быть, даже обсуждения. Но Достоевский — не просто верующий человек. Он — писатель, а поэтому его взгляды и настроения не могут не отражаться в самом художественном тексте. И как бы вы ни относились к религии вообще, вы должны знать, что без обращения к Библии, к христианской символике, к истории христианства вам трудно будет разобраться даже в самих сюжетах «Преступления и наказания» или «Идиота».

Читайте также:  В чём отличие Раскольникова от обыкновенных люде: сочинение

В конце концов именно христианское учение предопределило для Достоевского возможность художественного исследования глубочайших противоречий человеческой природы, очень тонких, порою неуловимых, но все же существующих различий между духовностью и интеллектом, помогло ему осознать грозную опасность бездуховного мира, какими бы «хрустальными дворцами» ни манил он нас, какими бы материальными соблазнами ни искушал.

В произведениях автора «Братьев Карамазовых» много мрачного, тяжелого. Один из критиков свою статью о Достоевском так и назвал -«Жестокий талант». Однако через все творчество писателя проходит мечта о «золотом веке». Он верил в возможность счастья на земле, мучительно искал пути к достижению гармонии и подлинного расцвета человеческой личности, стремясь, по его словам, к «восстановлению погибшего человека».

Только начиная свою литературную деятельность, в 1839 г. Достоевский писал брату: «Человек есть тайна… Я занимаюсь этой тайной, ибо хочу быть человеком…» В этих словах заключается подлинное величие Достоевского-человека и Достоевского-художника. Будучи совсем молодым, он уже понимал, что каждый человек есть тайна и что не объяснить эту тайну никакими математическими выкладками и логарифмами, и что, бывает, приходится всю жизнь биться над разгадкой этой тайны — если хочешь быть и оставаться Человеком.

И еще одно важное обстоятельство. Достоевский непрестанно думал о России, о том месте, которое она занимает в мире сегодня и будет занимать завтра, о ее великом предназначении, о «русской идее». Он был убежден, что Россия, не принимая капиталистический путь развития, сможет указать человечеству иной путь, ведущий к более высокому и справедливому общественному устройству. Он не мог себе ясно представить, как именно это произойдет, какие реальные силы смогут содействовать осуществлению его заветной мечты. Но мечта была, и связывалась она в сознании писателя прежде всего с думами о счастье своего народа.

«Я никогда не мог понять мысли, — писал он, — что лишь одна десятая доля людей должна получить высшее развитие, а остальные девять десятых должны лишь послужить к тому материалом и средством, а сами оставаться во мраке. Я не хочу мыслить и жить иначе, как с верой, что все наши девяносто миллионов русских будут все когда-нибудь образованны, очеловечены и счастливы… Верую даже, что царство мысли и света способно водвориться у нас, в нашей России, еще скорее, может быть, чем где бы то ни было, ибо у нас и теперь никто не захочет стать за идею о необходимости озверения одной части людей для благосостояния другой…»

Своеобразным завещанием Достоевского стала его знаменитая речь о Пушкине, которую он прочитал в 1880 г. в Москве по случаю открытия памятника великому русскому поэту. Для Достоевского Пушкин — выразитель русской и вместе с тем всемирно исторической идеи, которая заключалась в особом типе человеческих отношений, в смирении перед народной правдой, подавлении своего личного, гордого, индивидуалистического начала — в поисках идеального мироустройства. «И впоследствии, — говорил Достоевский, — я верю в это, мы, то есть, конечно, не мы, а будущие грядущие русские люди поймут уже все до единого, что стать настоящим русским и будет именно значить: стремиться внести примирение в европейские противоречия уже окончательно, указать исход европейской тоске в своей русской душе, всечеловечной и всесоединяющей, вместить в нее с братской любовию всех наших братий, а в конце концов, может быть, и изречь окончательное слово великой, общей гармонии братского окончательного согласия всех племен по Христову евангельскому закону!»

И пусть все это звучит сегодня как утопическая мечта писателя об очень уж далеких временах, но есть в пророчестве Достоевского отзвук горячего чувства, выраженного с проникающей искренностью.

Герои Достоевского Великое открытие писателя, развивавшего традиции своих замечательных предшественников, заключалось в доказательстве того, что даже самый скромный, забитый, маленький, «падший» человек может быть такой же значительной и неповторимой личностью, наделенной богатством и сложностью внутреннего мира, как и наиболее известные герои мировой. Читать далее.

Музей-квартира Ф. М. Достоевского Мемориальный музей-квартира Ф. М. Достоевского в Петербурге, на углу Кузнечного переулка и улицы Достоевского, рассказывает о двух последних годах жизни писателя. Комнаты в квартире на Кузнечном расположены словно вокруг какой-то оси, так что в любую из них можно войти с. Читать далее.

«Бедные люди» — первый роман Ф. М. Достоевского Достоевский родился в Москве, в семье врача. По воле отца он поступил в инженерное училище, хотя не испытывал никакого интереса ни к профессии инженера, ни к военной службе. Через год после окончания училища Достоевский вышел в отставку и более никогда. Читать далее.

Что мне дало знакомство с личностью и творчеством Достоевского Знакомство с творчеством Достоевского прежде всего дало мне любимого писателя, а любимая книга — это всегда друг и наставник, и новое открытие. Так что приобрела я сразу очень много, что наверное хватит на всю жизнь. Прежде чем впервые взять в. Читать далее.

Проблематика ранних произведений Достоевского Из произведений раннего периода творчества Ф. М. Достоевского мною были прочитаны такие повести, как «Елка и свадьба», «Белые ночи», «Маленький герой», «Мальчик у Христа на елке». И хотя они составляют лишь незначительную часть всего творческого наследия Достоевского, уже по этим. Читать далее.

Сочинение на тему: «Мое впечатление о музее Достоевского в Москве» «Мое впечатление о музее Достоевского в Москве» Музей-квартира Достоевского в Москве на улице Достоевского — это явление уникальное. Где еще можно так явственно почувствовать присутствие писателя, как в месте, где он провел свои детские и отроческие годы? Этот музей был. Читать далее.

«Петербург Достоевского» (По роману Достоевского «Преступление и наказание») ———————————- Город пышный, город бедный, Дух неволи, стройный вид, Свод небес зелено-бледный, Скука, холод и гранит. А. С. Пушкин Петербург… Город, к которому в своих произведениях обращались многие писатели от Ломоносова до поэтов наших дней. «Дух неволи», отмеченный в Петербурге. Читать далее.

О повести «Записки из подполья» Ф. М. Достоевского Достоевский связывал свои мечты о «золотом веке» не с революцией и социализмом, а с идеалами мирного и братского объединения всех людей как основой прекрасного будущего человечества. Герой «Записок…» разрывает все связи с людьми, обрекая себя на полную изоляцию. Но он. Читать далее.

Тема «маленького человека» в романе Федора Достоевского «Преступление и наказание» Тема «маленького человека» является одной из центральных тем в русской литературе. Ее затрагивали в своих произведениях и Пушкин, и Толстой, и Чехов. Продолжая традиции русской литературы, особенно Гоголя, Достоевский с болью и любовью пишет о «маленьком человеке», живущем в холодном. Читать далее.

Интересные подробности жизни и творчества Ф. М. Достоевского Первой книгой, которую будущий писатель прочел в детские годы, стал сборник «Сто четыре священные истории Ветхого и Нового завета». На каторге Достоевского лишили права не только заниматься литературным творчеством, но даже писать и читать. Единственной разрешенной книгой было Евангелие, переданное. Читать далее.

Авторская позиция и форма ее выявления Ф. М. Достоевского «Преступление и наказание» Роман Ф. М. Достоевского был опубликован в 1866 году. Фабула произведения — убийство, совершенное бывшим студентом Родионом Раскольниковым, и расследование этого преступления. Описывая жизнь того времени, Достоевский поднимает различные проблемы. Одна из них — человек и общество. Многие герои Достоевского. Читать далее.

В мире Достоевского Одно слово, сказанное с убеждением, с полной искренностью и без колебаний, лицом к лицу, гораздо более значит, нежели десятки листов исписанной бумаги. Ф. Достоевский Он так и говорил с читателем — всегда как бы лицом к лицу и перед лицом. Читать далее.

Детство и юность Достоевского Достоевский принадлежал к древнейшему роду Ртищевых, родоначальнику которого Даниилу Ивановичу Ртищеву за распространение православия в 1506 году было подарено имение Достоево (тогда Пинский повет). Отсюда и произошла фамилия предков писателя. В его роду были судьи, хорунжие, епископы и много чиновников. Читать далее.

Психологический портрет в русской литературе (по роману Ф. М. Достоевского «Униженные и оскорбленные») Лицом к лицу Лица не увидать. С. Есенин В художественном произведении многое зависит от умения автора нарисовать словесный портрет своего героя. В нашей литературе почти все писатели мастерски этим искусством владели. Федор Михайлович Достоевский, по-моему, исключение из этого правила. Он. Читать далее.

Сочинение на тему: «Смысл названия романа Ф. М. Достоевского «Идиот» Роман «Идиот» — одно из величайших творений Ф. М. Достоевского. Разрабатывая сюжет этого романа, Достоевский отмечал: «Главная мысль романа — изобразить положительно прекрасного человека. Труднее этого нет ничего на свете, а особенно теперь. Прекрасное есть идеал, а идеал… еще далеко. Читать далее.

Спасет ли красота мир Федора Достоевского? Когда в народе сохраняется идеал красоты и потребность ее, значит, есть и потребность здоровья, нормы, а следственно, тем самым гарантировано и высшее развитие этого народа. Ф. Достоевский Мир Достоевского пронизан его идеологией, так что отделить одно от другого, не убив. Читать далее.

Читая Достоевского Во все времена существует и будет существовать понятие общественной морали — определенный набор правил и норм поведения, он во многом определяется той эпохой, в которую выпало жить. Все мы живем в обществе, зависим от него, приспосабливаемся к нему и с. Читать далее.

РОМАН О «ПОЛОЖИТЕЛЬНО ПРЕКРАСНОМ ЧЕЛОВЕКЕ» (ПО РОМАНУ Ф. М. ДОСТОЕВСКОГО «ИДИОТ») I. Психологический роман о трагедии прекрасного человека. Достоевский о замысле романа «Идиот». II. «Всего себя в поливу всех» — этический идеал автора и его героя. 1. Предыстория князя Мышкина. Его портрет. Своеобразие поведения и общения с окружающими. 2. Идея смирения. Читать далее.

Реализм Достоевского Реализм Достоевского наиболее четко подчеркивает проблемы общества, а его нестандартные решения вызывают кучу критики и споров. Сам он моделировал Раскольникова как типичный образ. Мы могли бы идти другим путем, полярного толкования образа Раскольникова — так, как интерпретировал Раскольникова бунинский герой. Читать далее.

Евангельские мотивы в прозе Достоевского Достоевский по праву считается христианским писателем. Все его произведения пронизывает мысль о том, что человечество, забывшее христианские заповеди добра и милосердия, пораженное болезнью индивидуализма неминуемо ждут катастрофические последствия. Каждый из его романов — это пророчество и предупреждение, попытка воззвать к. Читать далее.

Ссылка на основную публикацию
×
×