Комментарии к стихотворениям и поэмам Марии Цветаевой. Часть 1. – художественный анализ: сочинение

Комментарии к стихотворениям и поэмам Марии Цветаевой. Часть 1. – художественный анализ

В зале.— Это стихотворение, как и шесть последующих, впервые было напечатано в первом стихотворном сборнике Цветаевой «Вечерний альбом», М., 1910. На книгу обратили внимание, в частности, М. Волошин, В, Брюсов. Волошин писал, что ни у одной из русских современных женщин-поэтов «девичья интимность не достигала такой наивности и искренности, как у Марины Цветаевой», книга которой—«вся на грани последних дней детства и первой юности»; «автор владеет не только стихом, но и четкой внешностью внутреннего наблюдения, импрессионистической способностью закреплять текущий миг». (Данный материал поможет грамотно написать и по теме Комментарии к стихотворениям и поэмам Марии Цветаевой. Часть 1.. Краткое содержание не дает понять весь смысл произведения, поэтому этот материал будет полезен для глубокого осмысления творчества писателей и поэтов, а так же их романов, повестей, рассказов, пьес, стихотворений.) «Вечерний альбом» — это прекрасная и непосредственная книга, исполненная истинно женским обаянием» (газ. «Утро России», М., 1910, 11 декабря). Брюсов также положительно отзывался о некоей интимности в стихах юной Цветаевой, которые «всегда отправляются от какого-нибудь реального факта»; их автор не боится «вводить в поэзию повседневность». При этом, однако, Брюсов выражал надежду, что в будущем Цветаева «найдет в своей душе чувства более острые. и мысли более нужные», чем в книге «Вечерний альбом» (журн. «Русская мысль», кн. II, М., 1911, с. 233). «Вечерний альбом» строился по трем темам — разделам «Детство», «Любовь», «Только тени». Об истории издания своей первой книги Цветаева вспоминает в очерке «Живое о живом».

В Париж е.— Написано во время поездки Цветаевой в Париж летом 1909 г., где она прослушала в Сорбоынском университете курс лекций, по старофранцузской литературе. Сара— Сара Бернар (18-14— 1923), великая французская актриса, игравшая герцога Рейхштадского в пьесе Роста на «Орленок».

В р а ю.— Как и шесть последующих стихотворений, опубликовано впервые в книге «Волшебный фонарь» (М., 1912), втором сборнике стихов Цветаевой, встреченном в печати гораздо сдержаннее, чем первый. Причина этого отчасти была в явном вызове читателю, брошенном юной Цветаевой, пережившей самую счастливую и беззаботную пору своей жизни. Восьмистишный эпиграф к книге кончался словами:

Прочь размышленья! Ведь женская книга —

Только волшебный фонарь!

Эти слова дали повод С. Городецкому упрекнуть Цветаеву в «причудах», «ломании», хотя он и отметил в авторе «несомненный дар ощущать лирику мгновений» (газ. «Речь», 1912, 30 апреля/13 мая, № 117). Первые два раздела книги (из трех) были также построены как бы в полемике с критикой, ждущей от поэта более «взрослых» стихов: «Деточки», «Дети растут». Прямой вызов был в стихотворении «В. Я. Брюсову» в ответ на его рецензию на «Вечерний альбом»:

Улыбнись в мое «окно»,

Иль к шутам меня причисли,—

Не изменишь, все равно!

«Острых чувств» и «нужных мыслей»

Мне от бога не дано.

По существу же, в книге «Волшебный фонарь» было немало стихов, вполне достойных будущей Цветаевой. За стихотворение «В раю», представленное на конкурс, устроенный Брюсовым зимой 1911/12 г., Цветаева получила приз (она описала этот эпизод в мемуарах о Брю-сове «Герой труда» —BP, 1925, № 9—10, с. 59—61).

Душа и и м я. —- Морское оно, морское.—- Марина (Marina) по-латыни значит — «морская».

«Бежит тропинка с бугорк а. » — Входит в цикл «Ока» из четырех стихотворений. Здесь отражены детские впечатления от пребывания в Тарусе — городке на Оке; природа этого уголка на всю жизнь полюбилась Цветаевой.

«Моим стихам, написан н ы м так ран о. » — «Формула — наперед — всей моей писательской (и человеческой) судьбы»,— сказала Цветаева в 30-е годы о заключительной строфе этого стихотворения (ИП, с. 732). Как три предыдущих и двадцать последующих, относится к юношеским стихотворениям. В архиве Цветаевой (ЦГАЛИ) хранится машинописный экземпляр книги «Юношеские стихи» с авторской правкой 1938—1939 гг., а также часть рукописной тетради с другими стихами того же периода, которую в свое время, еще до отъезда Цветаевой за границу, ей не вернули знакомые, и которая попала к ее дочери лишь в 60-е годы. В 1919 г. Цветаева собиралась издать «Юношеские стихи». «Готовила книгу — с 1913 по 1915 г.— писала она в то время родным,— старые стихи воскрешали, я исправляла и наряжала их, безумно увлекаясь собой 20-ти лет и всеми, кого я тогда любила. » Сборник издан не был, о чем Цветаева вспоминает в очерке «Герой труда» (BP, 1925, № 9—10; 11). В 1928 г., живя во Франции, Цветаева пишет молодому поэту Н. П. Гронскому, отец которого работал в газете «Последние новости», где время от времени ее печатали: «Надеюсь достать из Праги мои «Юношеские стихи». нигде не напечатанные, целая залежь.. Прокормлюсь ими в Последних Новостях с год; если не больше. » Однако в газете стихотворения не появились; в ту пору у Цветаевой неохотно брали не только поздние стихи, но и ранние, более «простые». 19 декабря 1932 г. Цветаева выступила на литературном вечере с чтением детских и юношеских стихотворений, чтобы покрыть долги. В печати при жизни поэта стихотворения 1913—1915 гг. появлялись очень мало.

«Я сейчас лежу ничком. »— Стихотворение обращено к М. С. Фельдштейну (ок. 1885—1948), впоследствии — мужу В. Я. Эфрон, сестры С. Я. Эфрона.

«Идите же! — мой голос нем. » — ТС, с. 254.

«Стать тем, что никому не мил о. » — Посылая в числе других это стихотворение писателю В. В. Розанову 7 марта 1914 г., Цветаева писала: «. я совсем не верю в существование бога и загробной жизни.

Отсюда — безнадежность, ужас старости и смерти. Полная неспособность природы.— молиться и покоряться. Безумная любовь к жизни, судорожная, лихорадочная жажда жить.

Все, что я сказала — правда.

Может быть, Вы меня из-за этого оттолкнете. Но ведь я не виновата. Если бог есть — он ведь создал меня такой! И если есть загробная жизнь, я в ней, конечно, буду счастливой» (ЦГАЛИ). В посылаемом варианте стихотворения была четвертая строфа, которую Цветаева впоследствии опустила:

Забыть все прозвища, все думы,

Свои старинные костюмы,

Начало стихотворения, опущенное в 1938—1939 гг.

Быть нежной, бешеной и шумной.

— Так жаждать жить! — »

Очаровательной и умной,—

Нежнее всех, кто есть и были,

— О, возмущенье, что в могиле

«Над Феодосией угас. » — ДП, М., с. 193.

С. Э. («Я с вызовом ношу его кольцо. »).— ДП, М., 1968, с. 193. Посвящено мужу Цветаевой, Сергею Яковлевичу Эфрону (1893— 1941); свадьба их состоялась 27 января 1912 г. Кольцо, на внутренней стороне которого выгравирована дата свадьбы и имя Марина, находится ныне в Государственном литературном музее в Москве; «его» кольцо, с именем Сергей, не сохранилось.

Але («Ты будешь невинной, тонкой. »).— Журнал «Северные записки», Пг, 1916, № 3, с. 54. Посвящено дочери Ариадне (1912—1975).

«Не думаю, не жалуюсь, не спорю. »—Обращено в брату мужа Цветаевой, Петру Яковлевичу Эфрону (1884—1914), умиравшему от туберкулеза, послано ему в письме от 14 июля; 28 июля П. Я. скончался.

Бабушке.— Посвящено памяти Марии Лукиничны Бернацкой, в замужестве Мейн (1841—1869), бабушке Цветаевой по материнской линии. Навеяно ее портретом, висевшим в московском доме Цветаевых; 6 нем пишет и сестра поэта, А. И. Цветаева («Воспоминания», изд. 2-е, М., 1974, с. 26—27). Однако, как вспоминала А. С. Эфрон, в 1933 г., когда Цветаева разыскала во Франции, в доме престарелых, родственниц своей матери и собирала у них сведения о предках по материнской линии,

«Сегодня таяло, с е г о д н я. ».—ДП, М., 1968, с. 193. Входит в цикл «Подруга», обращенный к поэтессе С. Я. Парнок (1885— 1933).

«Легкомыслие! — Милый грех. ».— ТС, с. 255.

«Мне нравится, что вы больны не мной. » Обращено к М. А. Минцу (1886—1917), впоследствии мужу А. И. Цветаевой.

«Милый друг, ушедший дальше, чем за море. ».— Посвящено памяти П. Я – Эфрона (см. коммент. к стихотворению «Не думаю, не жалуюсь, не спорю. »).

«В гибельном фолианте. » — Ars amandi — так Цветаева называет «не читанную ею» поэму римского поэта Овидия (43 г. до н. э.— 17 г. н. э.) «Искусство любви», о чем говорит в стихотворении «Как жгучая, отточенная лесть. », написанном в тот же день.

«Посадила яблонь к у. », «Отмыкала ларец железный. ». В I, с. 8, 7.

«Летят он и,— написанные наспех. ». Этим стихотворением, исправив его и передатировав в 1938—1939 гг. (в ранней рукописи стояло «22 декабря 1915 г.»), Цветаева начала беловую тетрадь лирики (1916 г.—август 1918 г.).

«Никто ничего не отнял. »; «Ты запрокидываешь голову. »; «Откуда такая нежность. » — Все три стихотворения обращены к поэту О. Э. Мандельштаму (1891—1938), который в это время приезжал в Москву. См. также обращенное к нему стихотворение «Из рук моих — нерукотворный град. » («Стихи о Москве»). Поэзию Мандельштама Цветаева всегда ценила высоко, видела в ней «магию», «чару», несмотря на «путанность и хаотичность мысли», а также утверждала, что на поэзии Мандельштама лежит след «десницы Державина» (статья «Поэт-альпинист», 1934, перевод с сербскохорватского). Мандельштам посвятил Цветаевой в том же 1916 г. стихотворения «В разноголосице девического хора. », «Не веря воскресенья чуду. », «На розвальнях, уложенных соломой. ».На страшный полет крещу вас.— В 1931 г. Цветаева писала, что в 1916 году провожала Мандельштама «в трудную жизнь поэта» (ИП, с. 733—734)

«Разлетелось в серебряные дребезги. »; «Еще и еще—песни. »; «На крыльцо выхожу—слушаю. »; «В день Благовещенья. ».— В1, с. 15, 18, 23, 24.

Распростившись с гостями пернатыми.— В день Благовещенья 25 марта (7 апреля), по народным обычаям, выпускали на волю птиц.

Стихи о Москве (1—9).— Цикл был вдохновлен поездкой Цветаевой зимой 1915/16 г. в Петербург, где она мечтала встретиться с Ахматовой (которой в то время там не было). На литературном вечере, где присутствовали С. Есенин, М. Кузмин и О. Мандельштам, она «от лица Москвы» читала свои юношеские стихи. Много лет спустя в очерке «Нездешний вечер» она вспоминает об этом: «Читаю — как если бы в комнате была Ахматова, одна Ахматова. И если я в данную минуту хочу явить собой Москву — лучше нельзя, то не для того, чтобы Петербург — победить, а для того, чтобы эту Москву — Петербургу подарить. последовавшими за моим петербургским приездом Стихами о Москве я обязана Ахматовой, своей любви к ней, своему желанию ей подарить что-то вечнее любви» («Литературная Грузия», 1971, № 7, с. 20—21).

1. «Облака — вокруг. » — Первенец — дочь Цветаевой Ариадна. Семихолмие.— По преданию, Москва была заложена на семи холмах.

2. «Из рук моих — нерукотворный град. » — Стихотворение обращено к О. Э. Мандельштаму. Часовня звездная — Иверская часовня с голубым куполом, украшенным золотыми звездами, стоявшая у входа на Красную площадь. Пятисоборный. круг — площадь в Кремле с пятью соборами. Нечаянныя Радости — церковь в Кремле.

5. «Над городом, отвергнутым Петром. » — Отвергнутым Петром.— В 1712 г. Петр I перенес столицу из Москвы в Петербург. |

6. «Над синевою подмосковных рощ. ».— Калужскою дорогой,— Цветаева говорит о городке Таруса (см. коммент. к стихотворению «Бежит тропинка с бугорка. »).

8. «Москва! Какой огромный. » — Пантелеймон — имя святого-«исцелителя», изображавшегося на иконах в облике отрока. Иверское сердце червонное горит.— В Иверской часовне находилась икона Иверской божьей матери в окладе из червонного золота.

9. «Красною кисть ю. » — Спорили сотни колоколов.— Об этой строчке Цветаева писала в 1934 г.: «. ведь могла: славили, могла: вторили — нет — спорили! Оспаривали мою душу, которую получили все и никто (все боги и ни одна церковь. (ИП, с. 734).

«Говорила мне бабка люта я. »; «Всюду бегут дорог и. ».— BI, с. 48, 53.

Тема бессонницы не раз встречается в творчестве молодой Цветаевой (см. стихотворение «Нет, легче жизнь отдать, чем час. », «Восхищенной и восхищенной. » и др.). К циклу «Бессонница», созданному в 1916 г., Цветаева впоследствии отнесла стихотворение (№ 11), написанное в 1922 г. и обращенное к Т. Ф. Скрябиной, вдове композитора, страдавшей бессонницей, ускорившей ее кончину (весной 1922 г.), Цветаева не раз ночами дежурила у больной.

Стихи к Блоку (1—18).

Цветаева не была знакома с Блоком. Она видела его дважды, во время его выступлений в Москве 9 и 14 мая 1920 г. Свое преклонение перед поэтом, которого она называла «сплошной совестью», воплощенным «духом» и считала явлением, вышедшим за пределы литературы, Цветаева пронесла через всю жизнь. Она не раз упоминала Блока в своей прозе; главная же ее работа о Блоке — доклад «Моя встреча с Блоком», прочитанный ею 2 февраля 1935 г., не сохранилась.

3. «Ты проходишь на запад солнца. — Первые две

Строки стихотворения перефразируют слова молитвы «Свете тихий»: «Пришедшие на запад солнца, видевшие свет вечерний. ». Свете тихий, святыя славы — слова из этой же молитвы.

5. «У меня в Москве — купола горя т. ».— В них царицы спят и цари.— В Кремлевском Архангельском соборе находится усыпальница русских царей.

9. «Как слабый луч сквозь черный морок адов. ».— Написано после блоковского вечера 9 мая 1920 г. Под грохот рвущихся снарядов.— В этот день в Москве взорвалось несколько артиллерийских складов. Как станешь солнце звать.— Речь идет о стихотворении «Голос из хора», прочитанном Блоком на этом вечере.

Вечер Блока 14 мая записала семилетняя дочь Цветаевой Аля (см. Зв., 1973, № 3. с. 175—176). Тогда же, через Алю, Цветаева передала Блоку свои стихи к нему. Как потом, спустя полтора года, рассказала ей друг Блока Н. А. Нолле, поэт их «прочел — молча, читал — долго — и потом такая до-олгая улыбка».

10. «Вот он — гляди —уставший от чужбин. »;

11. «Други его — не тревожьте его. »;

12. «А над р а в н и н о й. »;

13. «Не проломанное ребро. » — Все четыре стихотворения написаны, судя по пометам в тетради, на девятый день после кончины Блока. Было еще одно, незавершенное:

Останешься нам иноком:

Всем — до единой — женщинам, .

Им, ласточкам, нам, венчанным,

Нам, злату, тем, сединам —

Всем — до единой — сыном

Останешься, всем — первенцем

Посохом нашим странным,

Странником нашим ранним.

Всем нам с короткой надписью

Крест на Смоленском кладбище

Искать, всем никнуть в черед.

Всем — сыном, всем — наследником,

Всем — первеньким, последненьким.

В эти же августовские дни Цветаева писала Ахматовой; «Удивительно не то, что он умер, а то, что он жил. Мало земных примет, мало платья. Он как-то сразу стал ликом, заживо-посмерт ным (в нашей любви). Ничего не оборвалось,— отделилось. Весь он такое явное торжество духа, такой воочию — дух, что удивительно, как жизнь — вообще — допустила.

Анализ стихотворения «Родина» (М.И. Цветаева)

Автор: Самый Зелёный · Опубликовано 21.11.2019 · Обновлено 21.11.2019

Лирика Марины Цветаевой всегда окрашена в нежные тона личного чувства. Своеобразие художественного языка произведения вызвано как свойственным поэтессе порывом чувств, так и особенностями исторического периода, свидетельницей которого она стала. Стихотворение «Родина» — образец отражения личного и общенародного в сложном переплетении, и Многомудрый Литрекон предлагает Вам анализ этого текста по плану.

История создания

Образ Родины лирическая героиня воспринимает двойственно: это и место её рождения, и её духовное Отечество – черта, свойственная модернистам (мы видим подобное в стихотворении А.А. Блока «Родина»). Начало XX века было временем гибели прежней культуры, казалось, что сама суть некогда родных мест неузнаваемо меняется.

Цветаева не приняла революцию и в 1922 году покинула Россию. В 1932 году, когда было создано произведение, поэтесса жила с семьёй во Франции в крайней бедности. Кому посвящено произведение «Родина»? Прежде всего, стране и соотечественникам, разделившим с поэтессой тяжёлые испытания века. Тяготы эмиграции, тоска по навсегда потерянной родной стране, какой автор знала её до революции, побуждали Цветаеву сердцем стремиться в прошлое, в «даль», которая когда-то казалась близкой.

Читайте также:  Что нужно человеку для счастья? (по лирике М. И. Цветаевой): сочинение

Жанр, направление, размер

Стихотворение «Родина» относится к жанру патриотической лирики, оно исполнено сильными чувствами к родной земле, но основано на энергии противоречий. Поэтесса подчёркивает сложные отношения с Родиной, которая стала для неё «чужбиной». Жанровое своеобразие «Родины» проявляется в том, что текст проникнут интонациями личной исповеди, откровения лирической героини, обращённого ко всему, что связывает её с Россией – мысль о ней вызывает отчаянный и невозможный порыв. Он устремлён в воспоминания, героиня как бы прислушивается к тоскливому зову покинутой земли, переданному восклицательными предложениями.

На произведение оказывает влияние модернизм, размывающий традиционные представления о жанрово-тематической системе. Черты этого направления проявляются в обострённом чувстве современности, которого требовал от искусства один из первых модернистов — Шарль Бодлер.

Стихотворение «Родина» написано четырёхстопным ямбом – классическим размером русской поэзии, приближающим звучание стихов к устной речи. Рифмовка парная (AABB).

Композиция

Последние стихи первого и заключительного четверостиший придают произведению «Родина» кольцевую композицию: эпифора «…, родина моя!» акцентирует внимание читателя на движении мысли по мере развития художественного высказывания: встроенные в аналогичные синтаксические конструкции, тождественными оказываются «Россия», «чужбина», «гордыня».

  1. Первые строки произведения – призыв вдуматься в застывшие, давно известные слова, которые становятся бесполезны, когда рвётся связь с Отечеством. Не случайно простую истину произносит именно некий «мужик» — крестьянин, жизнь которого связана с землёй: он видит в ней источник жизни, не мыслит себя без неё.
  2. Второе четверостишие обнажает глубину и ужас расставания лирической героини с родиной.
  3. Третье – посвящено вечной, всё превосходящей духовной связи с оставленным краем. В этой части Родина становится действующим лицом, обращается с призывом к лирической героине. Автор выделяет неумолимость, неотвратимость взаимной тяги человека и места: «Даль, отдалившая мне близь» — в этой строке мы видим, что повседневная реальность эмиграции затмевается, отодвигается в сторону памятью о том, что осталось далеко, в России. Эти воспоминания сопровождают героиню повсюду.
  4. Единственное двустишие в структуре текста как бы замедляет течение мыслей, становится переломной точкой – героиня откликается на вихрь воспоминаний, принимает его. Это подводит читателя к последнему четверостишию – кульминационному восклицанию, в котором лирическая героиня говорит о том, что Россия для неё – и рождение, и смерть.

Образы и символы

Стихотворение «Родина» написано от первого лица, что позволяет создать психологический портрет его лирической героини. Ей присущи общие для всей лирики Цветаевой черты: она видит мир как игру противоречий, столкновений несовместимого, выраженных антонимическими парами: даль – близь, родина – чужбина. Героиня Цветаевой заостряет парадоксальность своего положения, стремясь передать противоестественность изгнания.

Автобиографичность образу героини стихотворения придаёт и упоминание «калужского холма». Этот образ связан с воспоминаниями Марины Цветаевой о детстве в Тарусе, городе Калужской области, где на высоком берегу Оки находилась дача её семьи. Эта отсылка поддерживает недосягаемо-прекрасный мотив дома.

Образ родины в творчестве Цветаевой нередко одушевлён, наделён собственной волей. В этом стихотворении он присутствует не вещественно-зримо, как у Ахматовой в «Родной земле», а как идея, ранящая сердце лирической героини. Для её обозначения Цветаева выбирает слово «даль» — обозначающее и простор, ширь, и далёкое пространство. Мы видим, как привычный когда-то облик России теряет подробности в памяти лирической героини, недостаток которых восполняется интертекстуальностью: строка «но и с калужского холма мне открывается она» созвучна рефрену в «Слове о полку Игореве»: «О русская земля! Уже ты за холмом!»

Темы, настроение и проблемы

Тематика и проблематика стихотворения драматичны и интересны, что характерно для творчества Цветаевой:

  1. Основной темой произведения «Родина» является тема родины: лирическая героиня размышляет о своей Отчизне после пережитых скитаний, тяжело переносит разлуку с ней. Своеобразие патриотической темы заключается в отсутствии явных торжественных интонаций, громких похвал, общих мест. Пафос произведения не в восхвалении величия, а в запечатлении живого, непосредственного чувства человека с непростой судьбой.
  2. Проблемы, поднятые в произведении, обусловлены исторической эпохой: Цветаева размышляет о проблеме изгнания, связи человека с его родной землёй, верности Отечеству.
  3. Стихотворение наполнено отчаянием, вызванным необратимой потерей родины. Лирическая героиня покинула место, где жила прежде, но оно по-прежнему зовёт её «домой», не оставляет в покое, вызывает душевное смятение: «Со всех до горних звезд Меня снимающая мест.» Но настроение лирической героини не статично: горечь уступает место твёрдой, искренней решимости делить с родиной её трагическую участь.

Основная идея

Смысл стихотворения «Родина» заключается в том, что жизнь человека немыслима вдали от Родины, ничто не может утешить тоску разлуки. Через сложные чувства лирической героини раскрывается главная мысль произведения: память о родной земле сопровождает человека всю жизнь, и даже «гордыня» не может помешать любви к Отечеству. Лирическая героиня связана с покинутыми местами кровно и духовно.

Цветаева стремится донести до читателя идею произведения: важно хранить верность родине, даже в то время, когда это становится нравственным подвигом.

Средства выразительности

Тропы, использованные в стихотворении «Родина», разнообразны и индивидуальны: Цветаева совершает эстетические открытия в каждом стихотворении.

  • Наиболее распространены в тексте эпитеты: «неподатливый язык», «до горних звезд», «прирождённая» даль. Они не только украшают произведение, но и через ассоциации вносят в него новые смыслы. Так, эпитет «тридевятая земля» убеждает читателя в том, что родина видится лирической героине почти невозможным, будто сказочным местом, и в то же время связь с традиционно-поэтической формой народного творчества напоминает о национальном своеобразии.
  • Большое значение имеют и метафоры: «Я далью обдавала лбы», «губами подпишусь на плахе» — в последней фразе метафора строится на контрасте образов плахи и губ, казни и поцелуя – эта метафора усиливает впечатление от внутреннего конфликта лирической героини.
  • Сравнения служат для укрепления связей внутри образной системы: «даль, прирождённая как боль», «голубей воды».
  • Анжамбеманы обогащают ритмико-интонационное строение текста, привносят разнообразие в единый ямбический ритм: фразы, замирающие на излёте, передают взволнованную интонацию, чуть сбивчивый стремительный темп речи героини: «Настолько родина и столь/Рок, что повсюду, через всю…». Кроме того, анжамбеман в четвёртом четверостишии перемещает акцент на слово «Домой!», как бы оторванное от предшествующей строки и выделенное цезурой внутри стиха.

Поэзия Цветаевой — повесть о себе

Школьное сочинение

Птица феникс — я, только в огне пою!

Поддержите высокую жизнь мою!

Высоко горю и горю дотла!

И да будет вам ночь — светла!

Марина Цветаева. Трудно встретить человека, в душе которого это имя не пробуждало бы ярких чувств, чье сердце не загоралось бы трепетным огнем от первой же строчки любого из стихотворений этой удивительной поэтессы.

Кем она была? Какую жизнь прожила? О чем мечтала? Кого любила? Как любила? На все эти вопросы можно найти ответы в поэзии самой Цветаевой. Загадка? Тайна? Или откровенность? Чем стали ее стихи для нас? Это зависит от того, насколько мы способны проникнуться высокими чувствами поэтессы. Она раскрыла перед нами свою душу, свою жизнь, — ничего не тая и ничего не приукрашивая, — раскрыла саму себя. Но жизнь ее была сложна, а сердце пылало безудержным, мятежным огнем. Отдавая дань таланту Марины Цветаевой, ее мастерству, силе ее поэтического слова, мы должны были бы называть ее Поэтом, но столько в ее произведениях женственности, столько тем, мотивов, переживаний, близких и понятных прежде всего женщине, что невольно произносишь “Поэтесса”, но обязательно о большой буквы, преклоняясь и восхищаясь.

Писать Марина Цветаева начала очень рано — в шесть лет (когда еще “не знала”, что “поэт”). Она просто прислушивалась к самой себе, пропуская через свою душу весь огромный, еще не познанный мир. И в этой пылкой душе сами собой рождались поэтические строки:

Ах, золотые деньки!

Где уголки потайные,

Где вы, луга заливные

Юная Цветаева еще не познала горечи разочарований, которые ждали ее впереди. Потому ее ранние стихотворения еще наполнены светом и теплотой, восторгом перед жизнью и окружающим миром. Но ей, к сожалению, недолго суждено было наслаждаться этой радостью и светом. Холод и голод, война и неустроенность быта заставили быстро повзрослеть саму поэтессу и наполнили высокой трагедийной напряженностью “сердечной смуты” ее поэзию.

Для чувственной и тонкой души Марины Цветаевой юность стала той гранью, которая разделяет сказку и жестокую реальность. И перейти через эту черту — значит потерять, оставить все теплое и нежное, связанное с детством.

Христос и Бог! Я жажду чуда

Теперь, сейчас, в начале дня!

О, дай мне умереть, покуда

Вся жизнь как книга для меня.

Эти слова написаны семнадцатилетней девушкой. Здесь Цветаева словно проводит черту: ее детство закончилось, она стоит на пороге взрослой жизни. “Детство — лучшие сказки” — это время, когда весь мир видится в розовом свете, когда в душе рождаются светлые, восторженные мечты и сердце искренне верит в их исполнение. Но взрослая жизнь не будет похожа на сказку. Впереди столкновение с суровой реальностью, разрушающей фантазии, ломающей крылья. Драматическое ощущение мира и себя в этом мире постепенно растет в сознании Марины Цветаевой, и она признается:

Захлебываясь от тоски,

Иду одна, без всякой мысли,

И опустились и повисли

Две тоненьких моих руки.

Время, эпоха отражались с необычайной точностью в душе поэтессы. Она не хотела принимать мир таким, каким он был, но понимала, что не в силах что-либо изменить. Единственное, что она могла, — выражать себя, а вместе с тем и эпоху, в пламенных строках своих стихов, чтобы открыть этот мир окружающим, чтобы высказать все самое сокровенное, важное, личное, все, что происходило в ее душе. “Равенство дара души и глагола — вот поэт”, — считала Цветаева и как никто другой соответствовала этому определению. Ее “душа родилась крылатой”, ее дар слова шел из глубины души.

Я счастлива жить образцово и просто:

Как солнце — как маятник — как календарь.

Быть светской пустынницей стройного роста,

Премудрой — как всякая божия тварь.

Знать: Дух — мой сподвижник, и Дух — мой вожатый!

Ходить без докладу, как луч и как взгляд.

Жить так, как пишу: образцово и сжато, —

Как Бог повелел и друзья не велят.

Стихотворения Марины Цветаевой отличает потрясающая искренность. Она всегда отталкивается от реальных фактов, от пережитого впечатления или чувства. Валерий Брюсов писал: “Не боясь вводить в поэзию повседневность, она берет непосредственно черты жизни, и это придает ее стихам жуткую интимность. Когда читаешь ее книгу, минутами становится неловко, словно заглянул нескромно через полузакрытое окно в чужую квартиру и подсмотрел сцену, видеть которую не должны были посторонние”. Поэзия Цветаевой действительно является отражением всей ее жизни, от внешнего окружения до внутренних недугов, от мелочей до глобальных событий и переживаний. Она не стремилась скрыть свою жизнь от окружающих, напротив, она сама открывала настежь “дверь”. Не потому ли поэтессу многие не понимали и не принимали при жизни? Тем не менее, сама она была твердо уверена, что просто жизнь еще не доросла до ее стихов, но когда-нибудь это обязательно произойдет:

Моим стихам, написанным так рано,

Что и не знала я, что я — поэт,

Сорвавшимся, как брызги из фонтана,

Как искры из ракет.

. Моим стихам о юности и смерти

. Настанет свой черед.

Это стихотворение, проникнутое оптимистическим настроением, оказалось пророческим: настал “черед”, настало время, когда каждая написанная Цветаевой строка нашла живой отклик в сердцах людей, прозвучала натянутой струной, позволив лучше понять душу и характер поэтессы. Французский философ Ларошфуко считал, что у каждого человека не один характер, а три: желаемый, кажущийся и действительный. Желаемый — то, как человек воспринимает себя. Цветаева воспринимала себя яркой, дерзкой, смелой. Потому и поэзия ее — “как искры из ракет”. Кажущийся характер — это тот, который видят окружающие. А поскольку окружающие тогда не могли по-настоящему разглядеть Цветаеву, то до определенного срока ее стихам суждено было оставаться “нечитанными”. В действительности же она — настоящий поэт: мудрец, являющий нам истину, волшебник, способный простыми словами ввести читателя в мир гармонии, искренности, красоты. И когда пройдет это бурное, кровавое время, когда люди откроют глаза и души и вспомнят о вечном, — ее поэзии “настанет свой черед”.

А пока это время не настало, сердце Цветаевой разрывается от горечи и растерянности от происходящих в современном ей мире событий, от насилия, террора, несправедливости и жестокости. Болью отзывается жизнь в душе поэтессы, и она не может молчать об этих горьких чувствах:

Горечь! Горечь! Вечный привкус

На губах твоих, о страсть!

Горечь! Горечь! Вечный искус –

В стихотворениях Цветаевой все чаще звучит мотив смерти. Она призывает смерть, предчувствует ее. В смерти она видит единственный выход — единственную возможность уйти от этого кошмара, из этого безумного мира, в котором больше не могла находиться. Нет, она не отказывалась жить — она любила жизнь. Но она отказывалась так жить:

В бедламе нелюдей

С волками площадей

С акулами равнин

Вниз — по теченью спин.

Не надо мне ни дыр

Ушных, ни вещих глаз.

На твой безумный мир

Ответ один — отказ.

От радости — к драме, от гармонии — к бездне и отчаянию — таков путь лирической героини Марины Цветаевой. Таков жизненный путь и самой поэтессы, путь, полный надежд и разочарований, любви и разлук, мечтаний о счастье и гармонии и боли от утраты иллюзий. Тот, кто, прочитав ее стихотворения, сможет до конца понять душевный мир ее лирической героини, тому откроется душевный мир и самой Цветаевой. Он сможет заглянуть в ее душу и увидеть и оценить все многообразие ее переживаний, ощутить силу эмоционального напряжения.

В достаточно узких рамках стихотворения Марина Цветаева умела передать и выразить мысли и чувства общечеловеческого характера, отражающие реальный мир чувств и стремлений и вместе с тем открывающие мир стремлений и переживаний личных. Она писала о вечном, о дорогих ее сердцу вещах и событиях. А это были вещи и события, близкие и понятные каждому: любовь, дружба, верность; душа, жизнь, мечты. Она писала повесть о себе — искренне, открыто, ничего не скрывая и не боясь. Потому что искренность была неотъемлемой частью ее души. Потому что иначе она не могла.

Цветаева не мечтала о славе — но она надеялась, что когда-нибудь случайный прохожий прочтет ее стихотворение и вспомнит о ней с благодарностью и теплотой.

Все таить, чтобы люди забыли.

Как растаявший снег и свечу?

Быть в грядущем лишь горсточкой пыли

Под могильным крестом? Не хочу!

Ее не забыли. Снова и снова, следуя за лирической героиней, мы читаем автобиографию в стихах яркой, и неповторимой личности. Мы узнаем поэтессу в созданных ею образах, учимся сравнивать ее и ее героев, учимся любить и дружить, хранить верность, мечтать, стремиться к добру, ценить искренность и красоту человеческих отношений, учимся жить открыто и честно, в гармонии с самими собой и окружающим миром.

Комментарии к стихотворениям и поэмам Марии Цветаевой. Часть 1. – художественный анализ

В зале.— Это стихотворение, как и шесть впервые, последующих было напечатано в первом стихотворном Цветаевой сборнике «Вечерний альбом», М., 1910. На книгу внимание обратили, в частности, М. Волошин, В, Брюсов. Волошин что, писал ни у одной из русских современных женщин-девичья «поэтов интимность не достигала такой наивности и как, искренности у Марины Цветаевой», книга которой—«грани на вся последних дней детства и первой автор»; «юности владеет не только стихом, но и четкой внутреннего внешностью наблюдения, импрессионистической способностью закреплять миг текущий». (Данный материал поможет грамотно теме и по написать Комментарии к стихотворениям и поэмам Марии Часть. Цветаевой 1.. Краткое содержание не дает понять смысл весь произведения, поэтому этот материал полезен будет для глубокого осмысления творчества поэтов и писателей, а так же их романов, повестей, рассказов, стихотворений, пьес.) «Вечерний альбом» — это прекрасная и книга непосредственная, исполненная истинно женским обаянием» (Утро. «газ России», М., 1910, 11 декабря). Брюсов положительно также отзывался о некоей интимности в стихах Цветаевой юной, которые «всегда отправляются от какого-реального нибудь факта»; их автор не боится «вводить в повседневность поэзию». При этом, однако, Брюсов надежду выражал, что в будущем Цветаева «найдет в душе своей чувства более острые. и мысли нужные более», чем в книге «Вечерний альбом» (Русская. «журн мысль», кн. II, М., 1911, с. 233). «Вечерний строился» альбом по трем темам — разделам «Детство», «Только», «Любовь тени». Об истории издания своей книги первой Цветаева вспоминает в очерке «Живое о Париж».

Читайте также:  Имя Марины Ивановны Цветаевой: сочинение

В живом е.— Написано во время поездки Цветаевой в летом Париж 1909 г., где она прослушала в университете Сорбоынском курс лекций, по старофранцузской литературе. Сара— Сара Бернар (18-14— 1923), великая французская игравшая, актриса герцога Рейхштадского в пьесе Роста на «Как».

В р а ю.— Орленок и шесть последующих стихотворений, опубликовано книге в впервые «Волшебный фонарь» (М., 1912), втором стихов сборнике Цветаевой, встреченном в печати гораздо чем, сдержаннее первый. Причина этого отчасти явном в была вызове читателю, брошенном юной пережившей, Цветаевой самую счастливую и беззаботную пору жизни своей. Восьмистишный эпиграф к книге кончался Прочь:

словами размышленья! Ведь женская книга —

волшебный Только фонарь!

Эти слова дали Городецкому С. повод упрекнуть Цветаеву в «причудах», «ломании», отметил он и хотя в авторе «несомненный дар ощущать мгновений лирику» (газ. «Речь», 1912, 30 апреля/13 117, мая). Первые два раздела книги (из были) трех также построены как бы в полемике с ждущей, критикой от поэта более «взрослых» стихов: «Дети», «Деточки растут». Прямой вызов был в Брюсову «В. Я. стихотворении» в ответ на его рецензию на «Вечерний Улыбнись»:

альбом в мое «окно»,

Иль к шутам причисли меня,—

Не изменишь, все равно!

«Острых нужных» и «чувств мыслей»

Мне от бога не дано.

По книге же, в существу «Волшебный фонарь» было немало вполне, стихов достойных будущей Цветаевой. За стихотворение «В представленное», раю на конкурс, устроенный Брюсовым зимой Цветаева/12 г., 1911 получила приз (она описала эпизод этот в мемуарах о Брю-сове «Герой 1925» —BP, труда, 9—10, с. 59—61).

Душа и и м я. —- Морское оно, морское.—- Marina (Марина) по-латыни значит — «морская».

«Бежит бугорк с тропинка а. » — Входит в цикл «Ока» из четырех Здесь. стихотворений отражены детские впечатления от пребывания в городке — Тарусе на Оке; природа этого уголка на жизнь всю полюбилась Цветаевой.

«стихам Моим, написан н ы м так ран о. » — «Формула — всей — наперед моей писательской (и человеческой) судьбы»,— Цветаева сказала в 30-е годы о заключительной строфе этого 732 (ИП, с. стихотворения). Как три предыдущих и двадцать относится, последующих к юношеским стихотворениям. В архиве Цветаевой (хранится) ЦГАЛИ машинописный экземпляр книги «Юношеские авторской» с стихи правкой 1938—1939 гг., а также рукописной часть тетради с другими стихами того же которую, периода в свое время, еще до отъезда границу за Цветаевой, ей не вернули знакомые, и которая попала к ее лишь дочери в 60-е годы. В 1919 г. Цветаева собиралась Юношеские «издать стихи». «Готовила книгу — с 1913 по писала г.— 1915 она в то время родным,— старые воскрешали стихи, я исправляла и наряжала их, безумно увлекаясь лет 20-ти собой и всеми, кого я тогда любила. » издан Сборник не был, о чем Цветаева вспоминает в Герой «очерке труда» (BP, 1925, 9—10; 11). В 1928 г., живя во Цветаева, Франции пишет молодому поэту Н. П. Гронскому, которого отец работал в газете «Последние новости», время где от времени ее печатали: «Надеюсь достать из мои Праги «Юношеские стихи». нигде не напечатанные, залежь целая.. Прокормлюсь ими в Последних Новостях с если; год не больше. » Однако в газете стихотворения не пору; в ту появились у Цветаевой неохотно брали не только стихи поздние, но и ранние, более «простые». 19 декабря Цветаева г. 1932 выступила на литературном вечере с чтением юношеских и детских стихотворений, чтобы покрыть долги. В при печати жизни поэта стихотворения 1913—появлялись гг. 1915 очень мало.

«Я сейчас лежу Стихотворение. »— ничком обращено к М. С. Фельдштейну (ок. 1885—1948), мужу — впоследствии В. Я. Эфрон, сестры С. Я. Эфрона.

«Идите же! — голос мой нем. » — ТС, с. 254.

«Стать тем, никому что не мил о. » — Посылая в числе других стихотворение это писателю В. В. Розанову 7 марта 1914 г., писала Цветаева: «. я совсем не верю в существование бога и жизни загробной.

Отсюда — безнадежность, ужас старости и Полная. смерти неспособность природы.— молиться и покоряться. любовь Безумная к жизни, судорожная, лихорадочная жажда Все.

жить, что я сказала — правда.

Может меня, Вы быть из-за этого оттолкнете. Но ведь я не виновата. бог Если есть — он ведь создал меня если! И такой есть загробная жизнь, я в ней, буду, конечно счастливой» (ЦГАЛИ). В посылаемом варианте была стихотворения четвертая строфа, которую Цветаева опустила впоследствии:

Забыть все прозвища, все Все,

Свои старинные костюмы,

Начало стихотворения, опущенное в 1938—Быть гг.

1939 нежной, бешеной и шумной.

— Так жить жаждать! — »

Очаровательной и умной,—

всех Нежнее, кто есть и были,

Не знать возмущенье.

— О, вины, что в могиле

«Феодосией Над угас. » — ДП, М., с. 193.

С. Э. («Я с вызовом ношу кольцо его. »).— ДП, М., 1968, с. 193. Посвящено мужу Сергею, Цветаевой Яковлевичу Эфрону (1893— 1941); состоялась их свадьба 27 января 1912 г. Кольцо, на внутренней которого стороне выгравирована дата свадьбы и имя находится, Марина ныне в Государственном литературном музее в его; «Москве» кольцо, с именем Сергей, не сохранилось.

будешь («Ты Але невинной, тонкой. »).— Журнал «Северные 1916», Пг, записки, 3, с. 54. Посвящено дочери Ариадне (1912—думаю).

«Не 1975, не жалуюсь, не спорю. »—Обращено в брату Цветаевой мужа, Петру Яковлевичу Эфрону (1884—умиравшему), 1914 от туберкулеза, послано ему в письме от 14 июля; 28 июля П. Я. скончался.

Бабушке.— Посвящено памяти Лукиничны Марии Бернацкой, в замужестве Мейн (1841—бабушке), 1869 Цветаевой по материнской линии. Навеяно ее висевшим, портретом в московском доме Цветаевых; 6 нем сестра и пишет поэта, А. И. Цветаева («Воспоминания», изд. 2-е, М., Однако, с. 26—27). 1974, как вспоминала А. С. Эфрон, в 1933 г., Цветаева когда разыскала во Франции, в доме престарелых, своей родственниц матери и собирала у них сведения о материнской по предках линии, она установила, что портрет этот изображал не бабушку, а прабабку, графиню Ледуховскую Марию, в замужестве Бериацкую, умершую молодой в 50-е прошлого годы столетия.

«Сегодня таяло, с е г о д н я. ».—ДП, М., 1968, с. Входит. 193 в цикл «Подруга», обращенный к поэтессе С. Я. 1885 (Парнок— 1933).

«Легкомыслие! — Милый грех. ».— ТС, с. Мне.

«255 нравится, что вы больны не мной. » Минцу к М. А. Обращено (1886—1917), впоследствии мужу А. И. Милый.

«Цветаевой друг, ушедший дальше, чем за Посвящено. ».— море памяти П. Я – Эфрона (см. коммент. к стихотворению «Не жалуюсь, не думаю, не спорю. »).

«В гибельном фолианте. » — Ars так — amandi Цветаева называет «не читанную ею» поэму поэта римского Овидия (43 г. до н. э.— 17 г. н. э.) «Искусство любви», о чем стихотворении в говорит «Как жгучая, отточенная лесть. », тот в написанном же день.

«Посадила яблонь к у. », «ларец Отмыкала железный. ». В I, с. 8, 7.

«Летят он и,— написанные наспех. ». стихотворением Этим, исправив его и передатировав в 1938—ранней гг. (в 1939 рукописи стояло «22 декабря 1915 г.»), начала Цветаева беловую тетрадь лирики (1916 г.—1918 август г.).

«Никто ничего не отнял. »; «Ты запрокидываешь Откуда. »; «голову такая нежность. » — Все три обращены стихотворения к поэту О. Э. Мандельштаму (1891—1938), это в который время приезжал в Москву. См. также нему к обращенное стихотворение «Из рук моих — нерукотворный Стихи. » («град о Москве»). Поэзию Мандельштама Цветаева ценила всегда высоко, видела в ней «магию», «несмотря», чару на «путанность и хаотичность мысли», а также что, утверждала на поэзии Мандельштама лежит след «Державина десницы» (статья «Поэт-альпинист», 1934, сербскохорватского с перевод). Мандельштам посвятил Цветаевой в том же стихотворения г. 1916 «В разноголосице девического хора. », «Не веря чуду воскресенья. », «На розвальнях, уложенных соломой. ».На страшный крещу полет вас.— В 1931 г. Цветаева писала, 1916 в что году провожала Мандельштама «в трудную поэта жизнь» (ИП, с. 733—734)

«Разлетелось в серебряные Еще. »; «дребезги и еще—песни. »; «На крыльцо выхожу—день. »; «В слушаю Благовещенья. ».— В1, с. 15, 18, 23, 24.

Распростившись с гостями пернатыми.— В Благовещенья день 25 марта (7 апреля), по народным обычаям, волю на выпускали птиц.

Стихи о Москве (1—9).— Цикл вдохновлен был поездкой Цветаевой зимой 1915/16 г. в где, Петербург она мечтала встретиться с Ахматовой (время в то которой там не было). На литературном вечере, присутствовали где С. Есенин, М. Кузмин и О. Мандельштам, она «от Москвы лица» читала свои юношеские стихи. лет Много спустя в очерке «Нездешний вечер» вспоминает она об этом: «Читаю — как если бы в была комнате Ахматова, одна Ахматова. И если я в минуту данную хочу явить собой Москву — нельзя лучше, то не для того, чтобы Петербург — для, а победить того, чтобы эту Москву — подарить Петербургу. последовавшими за моим петербургским приездом Москве о Стихами я обязана Ахматовой, своей любви к своему, ней желанию ей подарить что-то вечнее Литературная» («любви Грузия», 1971, 7, с. 20—21).

1. «Облака — вокруг. » — дочь — Первенец Цветаевой Ариадна. Семихолмие.— По преданию, была Москва заложена на семи холмах.

2. «Из рук нерукотворный — моих град. » — Стихотворение обращено к О. Э. Мандельштаму. звездная Часовня — Иверская часовня с голубым куполом, золотыми украшенным звездами, стоявшая у входа на Красную Пятисоборный. площадь. круг — площадь в Кремле с пятью Нечаянныя. соборами Радости — церковь в Кремле.

5. «Над отвергнутым, городом Петром. » — Отвергнутым Петром.— В 1712 г. перенес I Петр столицу из Москвы в Петербург. |

6. «Над подмосковных синевою рощ. ».— Калужскою дорогой,— Цветаева городке о говорит Таруса (см. коммент. к стихотворению «Бежит бугорка с тропинка. »).

8. «Москва! Какой огромный. » — Пантелеймон — святого имя-«исцелителя», изображавшегося на иконах в облике Иверское. отрока сердце червонное горит.— В Иверской находилась часовне икона Иверской божьей матери в червонного из окладе золота.

9. «Красною кисть ю. » — Спорили колоколов сотни.— Об этой строчке Цветаева писала в ведь г.: «. 1934 могла: славили, могла: вторили — спорили — нет! Оспаривали мою душу, которую все получили и никто (все боги и ни одна 734. (ИП, с. церковь).

«Говорила мне бабка люта я. »; «бегут Всюду дорог и. ».— BI, с. 48, 53.

Тема бессонницы не встречается раз в творчестве молодой Цветаевой (см. стихотворение «легче, Нет жизнь отдать, чем час. », «восхищенной и Восхищенной. » и др.). К циклу «Бессонница», созданному в 1916 г., впоследствии Цветаева отнесла стихотворение ( 11), написанное в 1922 г. и Скрябиной к Т. Ф. обращенное, вдове композитора, страдавшей бессонницей, кончину ее ускорившей (весной 1922 г.), Цветаева не раз дежурила ночами у больной.

Стихи к Блоку (1—18).

Цветаева не знакома была с Блоком. Она видела его время, во дважды его выступлений в Москве 9 и 14 мая Свое г. 1920 преклонение перед поэтом, которого называла она «сплошной совестью», воплощенным «духом» и явлением считала, вышедшим за пределы литературы, Цветаева через пронесла всю жизнь. Она не раз Блока упоминала в своей прозе; главная же ее работа о доклад — Блоке «Моя встреча с Блоком», прочитанный ею 2 1935 февраля г., не сохранилась.

3. «Ты проходишь на запад солнца. — две Первые

Строки стихотворения перефразируют слова Свете «молитвы тихий»: «Пришедшие на запад солнца, свет видевшие вечерний. ». Свете тихий, святыя слова — славы из этой же молитвы.

5. «У меня в Москве — горя купола т. ».— В них царицы спят и цари.— В Архангельском Кремлевском соборе находится усыпальница русских Как.

9. «царей слабый луч сквозь черный адов морок. ».— Написано после блоковского вечера 9 1920 мая г. Под грохот рвущихся снарядов.— В день этот в Москве взорвалось несколько артиллерийских Как. складов станешь солнце звать.— Речь стихотворении о идет «Голос из хора», прочитанном Блоком на вечере этом.

Вечер Блока 14 мая записала дочь семилетняя Цветаевой Аля (см. Зв., 1973, 3. с. 175—Тогда). 176 же, через Алю, Цветаева передала свои Блоку стихи к нему. Как потом, полтора спустя года, рассказала ей друг Блока Н. А. поэт, Нолле их «прочел — молча, читал — долго — и такая потом до-олгая улыбка».

10. «Вот он — гляди —чужбин от уставший. »;

11. «Други его — не тревожьте его. »;

12. «А проломанное р а в н и н о й. »;

13. «Не над ребро. » — Все четыре стихотворения судя, написаны по пометам в тетради, на девятый день кончины после Блока. Было еще одно, Останешься:

незавершенное нам иноком:

Всем — до единой — ласточкам, .

Им, женщинам, нам, венчанным,

Нам, злату, сединам, тем —

Всем — до единой — сыном

Останешься, первенцем — всем

Посохом нашим Странником,

странным нашим ранним.

Всем нам с надписью короткой

Крест на Смоленском кладбище

Искать, никнуть всем в черед.

Всем — всем, сыном — наследником,

Всем — первеньким, последненьким.

В августовские же эти дни Цветаева писала Ахматовой; «что не то, Удивительно он умер, а то, что он жил. Мало примет земных, мало платья. Он как-то сразу ликом стал, заживо-посмерт ным (в нашей Ничего). любви не оборвалось,— отделилось. Весь он такое торжество явное духа, такой воочию — дух, удивительно что, как жизнь — вообще — допустила.

Сочинение на тему: Поэтический мир Марины Цветаевой

МАРИНА ИВАНОВНА ЦВЕТАЕВА

(1892-1941)

Поэтический мир.

Поэзия М. Цветаевой уникальна: она не вписывается ни в какое стилевое течение ни в русской, ни в мировой литературе. Вместе с тем ее поэзия укоренена в традициях — от русского фольклора до немецких романтиков.

Первый сборник «Вечерний альбом» (1910), изданный еще гимназисткой, состоял из трех разделов — «Детство», «Любовь», «Только тени». Стихи были посвящены камерному миру семьи, собственным, порой наивным, романтическим переживаниям. Но в этих ранних стихах прорезывалась будущая манера Цветае­вой, проявляющаяся в выразительных интонациях, разорванной, взволнованной, эмоционально насыщенной речи. Стихи были светлыми, искренними, но даже в этих полудетских по смыслу стихах уже тихонько звучала трагическая нотка. О «Ве­чернем альбоме» отозвались М. Волошин, Н. Гумилев, В. Брю­сов, отметившие талантливость юной поэтессы.

Затем в 1912 году вышли еще два сборника — «Волшебный фонарь» и «Из двух книг», в которых оттачивалась своеобразная поэтическая система М. Цветаевой. В стихах проявлялась та черта характера поэтессы, которую она в письме к философу В. Роза­нову определила как «судорожную, лихорадочную жадность жить». Тема любви в творчестве Цветаевой идет параллельно с темой разрыва, клятвы верности соседствуют с упреками ревности. В ее стихах чувства выплескиваются наружу в разорванной строке, оборванной, незаконченной фразе. Спокойный мир — не для Цветаевой. Ее стихия — борение страстей, увлечение и разочаро­вание, муки непонятости и жажда неизведанного.

В 1915 году М. Цветаева заканчивает цикл «Юношеские стихи». Они стоят в творчестве поэта особняком. Лирическая героиня — это уже не девушка с романтическим взглядом. Отныне она ощу­щает себя свободной от условностей мира, преступает границы общепринятого: веры, семьи, быта. Героиня пытается найти себя среди отверженных. Она предстает то цыганкой, бродяжкой, то чернокнижницей, колдуньей, то каторжницей. Цветаева приме­ряет разные маски. Воспринимая мир как театр, она проигрыва­ет разные роли, пытаясь понять глубины человека. В ее стихах начинает звучать тема богоотступничества, греховности.

Читайте также:  Ранняя лирика: сочинение

Воровская у ночи пасть:

Стыд поглотит и с Богом тебя разлучит.

Петь и, в глаза улыбаясь, красть.

В стихах (с 1916 по 1920-е г.), собранных в книгу «Версты», появляется не бутафорская, а подлинная жизнь. Необыкновенно важной становится для Цветаевой тема поэта, творчества. Она посвящает циклы стихов трем, по ее мнению, великим поэтам — современникам — А. Блоку, О. Мандельштаму, А. Ахматовой. Блок для Цветаевой — «рыцарь без укоризны», «вседержатель души». Она коленопреклоненно молится ему как воплощению высоко­го искусства.

И по имени не окликну,

И руками не потянусь.

Восковому святому лику Только издали поклонюсь.

И под медленным снегом стоя,

Опущусь на колени в снег,

И во имя твое святое Поцелую вечерний снег —

Там, где поступью величавой Ты прошел в снеговой тиши,

Свете тихий — святыя славы —

Вседержатель моей души.

Блоковский цикл состоит из пятнадцати созданных в разное время стихотворений. Он отражает восхищенное, молитвенное отношение Цветаевой к поэту, имя которого — «птица в руке», «льдинка на языке».

Восторженны и несколько экзальтированны стихи, посвящен­ные А. Ахматовой, которую Цветаева называла «Музой плача», «златоустой Анной всея Руси». Хотя строгий, сдержанный, клас­сически соразмерный стих Ахматовой был совершенно непохож на цветаевскую словесную стихию, бурю чувств, ритмическую неукрощенность, Цветаева поняла родство обеих, равную силу та­ланта, более того: к Ахматовой она относилась как к царице поэзии.

Первая мировая война, канун революции вводят в стихи Цве­таевой тему Родины, России. В стихах этого периода проходят бесконечные русские пейзажи — деревни, церковки, поля, до­роги. В этих просторах рождается русская вольница («Кабы нас с тобой да судьба свела», «Семь холмов — как семь колоколов»). Поэзия Цветаевой по напевности, мелодике становится близка народной песне.

Отмыкала ларец железный.

Вынимала подарок слезный:

С крупным жемчугом перстенек,

С крупным жемчугом.

Кошкой выкралась на крыльцо,

Ветру выставила лицо.

Ветры — веяли, птицы — реяли.

Да в разные стороны.

В 1916-20 гг. Цветаева создает цикл «Стихи о Москве». Москва для поэта — средоточие духовности всей России, «огромный, гостеприимный город», нерукотворный, созданный Богом.

Над городом, отвергнутым Петром,

Перекатился колокольный гром…

Пока они гремят из синевы —

Неоспоримо первенство Москвы.

В стихах московского цикла проявляется глубокое, органиче­ское родство с русским народным творчеством, которое станет основой ее «фольклорных» поэм «Переулочки», «На Красном коне», «Молодец», «Царь-Девица».

Годы революции и гражданской войны были очень тяжелыми в жизни Цветаевой: умерла младшая дочь Ирина, сражался в белой армии, а затем вместе с отступающими войсками вынуж­ден был эмигрировать ее муж Сергей Эфрон. Войну Цветаева воспринимала не с политической, а с гуманистической точки зрения, видя в ней общенародное горе.

Белым был — красным стал,

Красным был — белым стал,

И справа, и слева,

И сзади, и прямо,

И красный, и белый:

Страшную реальность того времени она переплавляла в рваные, полные скорби и боли строки: «Взятие Крыма», «Ох, грибок ты мой, грибочек, белый груздь. » Еще в мае 1917 года, между двумя революциями, Цветаева предвидела, какой будет свобода:

Из строгого, стройного храма Ты вышла на визг площадей…

Свобода! — Прекрасная Дама Маркизов и русских князей.

Свершается страшная спевка,-

Обедня еще впереди!

Свобода! — гулящая девка На шалой солдатской груди!

Эти стихи написаны раньше «Двенадцати» А. Блока, но в по­нимании анархического характера новой свободы оба поэта на­ходят близкие образы.

Разлука с мужем, скорбь о трагической участи Добровольче­ской армии составили основной нерв цикла «Лебединый стан». Символика названия указывает на святость и чистоту офицеров белой армии, воплощавших понятия чести, долга, высокого дос­тоинства. В стихах этого цикла сплавились личные чувства любви к мужу, боли из-за разлуки с ним и гражданский пафос сочувст­вия «белогвардейцам, доблести русской», реквием всему белому движению.

В 1922 году М. Цветаева с дочерью Ариадной уезжает в Бер­лин, затем к мужу в Прагу, где она прожила три года, полюбив Чехию, посвятив ей немало стихов. В пражский период в твор­чество Цветаевой входит социальное начало. В эмиграции были созданы «Поэма Горы», «Поэма Конца», «Поэма Лестницы». С 1925 года Цветаева переезжает во Францию. Здесь была написа­на полная недомолвок и тайн «Поэма Воздуха» — своеобраз­ный философский трактат о посмертных блужданиях духа, реа­лизовался талант Цветаевой-прозаика («Мой Пушкин», «Жи­вое о живом» — о М. Волошине, «Пленный дух» — об А. Белом).

В 1939 году Цветаева с сыном возвращается в Советский Союз, куда годом раньше уехали муж и дочь Возвращение ока­залось началом трагедии: были арестованы Сергей Эфрон и Ариадна. Сама Цветаева жила в очень тяжелых бытовых услови­ях, не было жилья, денег, не был принят к печати сборник стихов. С началом войны Цветаева эвакуируется в Елабугу, где прожила всего 10 дней и 31 августа 1941 года покончила с собой.

Поэзия М. Цветаевой индивидуальна, неповторима. Высокая книжная культура связана в ее творчестве с народно-поэтиче­ским началом. Поэзия Цветаевой органично связана с романти­ческой литературной традицией. Можно сказать, что Цветаева оказалась в русской поэзии последним трагическим романтиком.

Дополнительная литература.

Кудрова И. Версты, дали… Марина Цветаева: 1922-1939. М., 1991.

Орлов Вл. Марина Цветаева. Судьба. Характер. Поэзия. М., 1965.

Павловский А. Куст рябины. Поэзия Марины Цветаевой. Л., 1989.

Разумовская М. Марина Цветаева. Миф и действительность. М., 1994.

Саакянц А. Марина Цветаева: Страницы жизни и творчества (1910-1922). М., 1986.

Швейцер В. Быт и бытие Марины Цветаевой. М., 1992.

Особенности лирики Марины Цветаевой

Рубрика: Филология, лингвистика

Дата публикации: 20.01.2020 2020-01-20

Статья просмотрена: 836 раз

Библиографическое описание:

Марзаганова Л. М. Особенности лирики Марины Цветаевой // Молодой ученый. — 2020. — №3. — С. 134-136. — URL https://moluch.ru/archive/293/66328/ (дата обращения: 21.03.2020).

Конец XIX — начало XX века — период, ознаменовавшийся расцветом отечественной поэзии. Серебряный век подарил миру таких великих мастеров слога, как А. Блок и А. Ахматова, И. Бунин и С. Есенин, В. Маяковский и Н. Гумилев и мн. др. Марина Цветаева яркая представительница периода Серебряного века, поэтесса, чье имя неразрывно связано с историей мировой литературы. Она является символом той эпохи, ее неповторимым элементом. Это поэтесса, которая отличалась уникальностью своего творчества. В данной статье предпринята попытка описать основные мотивы лирики Марины Цветаевой и показать их главные особенности.

Ключевые слова: мотив, лирика, литература, поэзия, Серебряный век, поэтесса.

The End of the XIX — beginning of the XX century-the period marked by the flowering of Russian poetry. The silver age gave the world such great masters of the syllable as A. Blok and A. Akhmatova, I. Bunin and S. Yesenin, V. Mayakovsky and N. Gumilev and many others. Marina Tsvetaeva is a bright representative of the Silver age period, a poet whose name is inextricably linked with the history of world literature. It is a symbol of that era, its unique element. This is a poetess who was distinguished by the uniqueness of her work. This article attempts to describe the main motives of Marina Tsvetaeva’s lyrics and show their main features.

Keywords: motive, lyrics, literature, poetry, Silver age, poetess.

Марина Цветаева в истории русской литературы оставила большой отпечаток и увековечила свое имя. Она оказала большое влияние на развитие русской литературы, становление поэзии своего времени. У нее много работ, ее труды сложно переоценить. Марина Цветаева выпустила в печать сборники стихов, поэмы, стихотворные драмы, автобиографии, мемуары и историко-литературные очерки. Это был поэт-гений с необычайным талантом. Столько времени прошло, а ее произведения актуальны по сей день. Уникальность ее, как поэта, заключалась в том, что М. Цветаева не писала под определенные рамки течений своего времени. Она имела свободный характер поэзии, не похожий на авторов того времени.

Свой первый сборник стихов Марина Цветаева выпустила в 18 лет. Писать она начала гораздо раньше. Поэтесса прожила не долгую жизнь, но за этот короткий промежуток времени она много препятствий встретила. Носили они не только политический характер, личная жизнь поэтессы тоже сложилась не лучшим образом. Марина Цветаева было очевидцем Первой Мировой войны и Гражданской войны, а также прошла две революции. М. Цветаева перенесла гибель дочери, расставание с мужем и эмиграцию. Все эти преграды на ее пути не мешали ей писать. Даже в самые трудные для себя минуты жизни, поэтесса продолжала писать. Она считала поэзию своим призванием и находила в этом свое утешение.

В творчестве любого человека бывают темы, которые автор раскрывает с особой любовью. Марина Цветаева тоже уделяла особое внимание в своих произведениях теме детства. Ее стихотворение «В зале», которое было включено в состав сборника «Вечерний альбом», вполне можно назвать символическим:

Над миром вечерних видений

Мы, дети, сегодня цари…

Детство для поэтессы — это самая трепетная тема. Она считает, что детство — это такой период в жизни человека, когда перед ним открыты все пути для приключений. Это самый активный и быстро проходящий этап в жизни человека. Каждый день ребенок открывает для себя что-то новое, ранее им неизведанное. Ребенок извлекает бесценный опыт из всего своего окружения. Произведения автора полны моральной борьбы детей. Это борьба не только с «тенями», но и главным образом происходит борьба с самим собой.

В стихах Марины Цветаевой мы также замечаем тему дома, которая тесно связана с темой детства. Дух и близость родного дома очень изменили характер поэтессы. Для поэтессы дом — это нечто большее, чем просто жилище. Это ее пространственное расположение, отражение ее жизни. Главные герои ее произведений постоянно стремятся к родному дому, будто их тянут туда какие-то нити, которыми их привязали [1. С. 134].

Стихотворение Марины Цветаевой, написанное в 1913 году «Ты, чьи сны еще непробудны», можно назвать пророческим: автор будто предчувствует, что с родным домом героини что-то произойдет и отражает это в своем стихотворении. Родной дом поэтессы, в котором она родилась в Трехпрудном переулке, в годы революции подвергся бомбежке и был уничтожен. Марина будто чувствовала, что это произойдет с ее домом и написала такие строки, которые впадают в душу:

Будет скоро тот мир погублен,

Погляди на него тайком,

Пока тополь еще не срублен…

В поэзии Марины Цветаевой много произведений, посвященных матери. поэтесса трепетно относится к теме матери и мать в ее жизни занимала большое место. Матери поэтесса посвятила не только стихи, но и прозу. Она написала такие рассказы, как «Мать и музыка» (1934), «Сказка матери» (1934). Каждое ее творение проникнуто особым чувством любви и благодарности матери. Самое известное из ее творений, посвященных матери — это стихотворение из сборника «Вечерний альбом» — «Маме». В нем автор очень точно и очень тонко показал незримую связь матери и дочерей [4. С. 56].

Мать поэтессы была умной и талантливой женщиной. Она многое сделала ради своих детей, раскрыла окружающий мир, многому научила. Именно мать научила Марину ощущать и свою, и чужую боль. Мария Александровна пыталась защитить своих детей от жестокости этого мира, научив их мудрости. Благодаря матери девочки получили отменное воспитание. В будущем наставления матери девочкам во многом помогли:

Наш корабль не в добрый миг отчален

И плывет по воле всех ветров!

Стихи, посвященные душевной тематике в творчестве поэтессы появились попозже. Главные герои произведений Цветаевой Марины стремятся навстречу неизведанному и таинственному. Их не пугает неопределенность и туман будущего. Это особенно заметно в стихотворении «Молитва», в котором цветаевская героиня громко заявляет:

Всего хочу: с душой цыгана

Идти под песни на разбой…

Всю свою неистовость и непокорность характера героиня описала в стихотворении 1912 года «В раю». Здесь поэтесса широко различные приемы слов, одним из которых является противопоставление. Поэтесса земное сравнивает с небесным. Говоря о чувствах героини, сразу же подчеркивается ее память о земном.

В этом стихотворении, в частности, автором щедро использованы различные приёмы, например, противопоставление: здесь небесное. И даже среди своих потерь и поражений поэтесса видит свое счастье, называя их сокровищами своего сердца [3. С. 34].

Но главной темой в произведениях автора все-таки является тема бессонницы. Бессонницу поэтесса характеризует как часть себя. Это неотъемлемая составляющая ее души [3. С. 67–68]. Особенно хорошо это поэтесса показала в своем цикле «Бессонница» 1916 г. бессонница в этом цикле имеет множество оболочек, примеряет разные роли, но главная ее роль — бессонные ночи — остается неизменна и является «вечной спутницей» поэтессы.

Цветаева Марина часто упоминает своих единомышленников — поэтов в своих произведениях. Поэтесса ценила истинные умения и таланты окружавших ее людей и улавливала скрытые смыслы их произведений. Доказательством этому является цикл «Стихи к Блоку» (1921). Блок Марине Цветаевой нравился больше всех поэтов, она обожала его стихи и с удовольствием их читала. По большей части поэтессе больше нравились личные качества характера поэта. О том, с какой теплотой поэтесса относилась нему, можно судить по стихотворению к Блоку:

Имя твое — птица в руке,

Имя твое — льдинка на языке.

Одно-единственное движенье губ.

Имя твое — пять букв.

Оно знакомо многим читателям еще со школы. Поэт для нашей героини соотносится со «святым», а имя поэта для нее как сладкая музыка, служит для нее успокоением. Стих имеет конец: «С именем твоим — сон глубок». Такое отношение к поэту однозначно говорит в сторону особой близости поэта и героини, а сам поэт был для нее неким ценностным ориентиром в огромном мире поэзии.

Нельзя не упомянуть о теме любви в творчестве поэтессы. Как и любой творческой личности, тема любви не чужда для нашей героини. Творчество Марины Цветаевой невозможно представить без этой темы. Для героини ее лирики любить — значит жить, а быть вне любви значит быть вне самой жизни [2. С. 101]. Любовь в понимании поэтессы было частью ее самой, ее жизнью. Невозможно жить и не любить.

Любовь Марины Цветаевой лишена излишеств, тихая, скромная. Но, несмотря на это, она огненная, буйная. Марина Цветаева часто гордится и любуется избранником своей души. Героиня уверена, что поселившись глубоко в сердце, это чувство дарит свет всем, кто его ощущает. Как считает наша героиня, любовь будет жить вечно, так как она служит отражением человеческой сущности.

В гениальности Марины Цветаевой не остается сомнений. Творчество поэтессы актуально по сей день, оно никогда не стареет и не выходит из моды. Их будут читать независимо от эпохи или событий. Наверно, для любого поэта счастье — это быть любимым своими читателями, быть им нужным. Это и есть главная цель каждого поэта. Марина Цветаева увековечила свое имя незабываемым творчеством.

В произведениях героини можно найти любую тему, она написала практически обо всем — о семье и о доме, о матери и о любви, о жизни и смерти. А потому Цветаева будет жить вечно — в своих стихах, в каждой букве, в каждом слове, написанным ею. Читатель никогда не перестанет ценить удивительный талант этой великой женщины, оставившей вечный след в истории мировой художественной культуры.

  1. Анискович Л. А. «Марина Цветаева. Благоуханная легенда» — М., Издательство Логос, 2015 г. — 213 с.
  2. Боброва С. С. «Тайны поэзии Марины Цветаевой» — СПб., Изд-во «МАРК», 2014 г. — 300 с.
  3. Разумовская М. Я. «Марина Цветаева. Миф и действительность» — М., 2015 г. — 260 с.
  4. Цветаева М. И. «Мне нравится, что Вы больны не мной.».. — М., Издательство «Эксмо», 2017 г. — 640 с.
  5. Цветаева М. И. «Хочу у зеркала, где муть.».. — М., Издательство «АСТ», 2016 г. — 320 с.

Ссылка на основную публикацию
×
×