Что же представляла собой поэзия Брюсова: сочинение

Своеобразие поэзии В. Я. Брюсова

Школьное сочинение

В конце 90-х годов XIX века в русской литературе возникает новое направление — символизм. Основоположником этого направления считается Валерий Брюсов — поэт, прозаик, переводчик и главный теоретик символизма. Его творчество было настолько новым, непривычным, своеобразным, что, хотя и вызывало в свое время различные толки, ни для кого не могло остаться незамеченным. Как писатель-символист, Брюсов в своей поэзии особое внимание уделял символу, “туманной неясности”, полутонам. Даже сама личность поэта является загадкой для современников, что создает некий ореол таинственности и недоступности всего, что бы он ни делал. Его творчество, как и сама его жизнь, отражает противоречивые искания человека, стоящего на рубеже двух веков. О своеобразии его поэтического мира можно судить по тому, как описывает поэт сам процесс творчества:

Тень несозданных созданий

Колыхается во сне,

Словно лопасти латаний

На эмалевой стене.

На эмалевой стене

Полусонно чертят звуки

В звонко-звучной тишине.

“Кто из художников не знает, что в эти моменты в его душе родятся самые фантастические картины, — писал Брюсов. — С целью внушить читателю то же настроение я могу прибегать к самым сильным, к самым неестественным преувеличениям. ” Само понятие символизма поэт определил как “поэзию оттенков” в противоположность прежней “поэзии красок”.

Тематика творчества В. Брюсова широка и многообразна. Здесь мы встречаем и гимн мечте, и одиночество лирического героя в современном городе, и традиционное обращение к античности, и собственное восприятие поэзии, жизни, любви. Но о чем бы ни писал поэт, главным всегда оставалось его стремление “вызвать в душе читателя совершенно особые движения”, которые он называл “настроениями”. В. Брюсов был убежден в том, что именно символизм должен стать “поэзией оттенков”, “выразить тонкие, едва уловимые настроения” и тем самым “как бы загипнотизировать читателя”.

Поэта всегда волновали события современности. В его душе неизгладимый след оставили первая русская революция 1905-1907 годов и Первая мировая война, рост промышленного производства, строительство и расширение городов, словом, все социально-экономические преобразования, происходившие в стране. Одной из основных тем поэзии Брюсова стала урбанистическая тема.

Поэт чувствовал большую тревогу за судьбу и жизнь города. С одной стороны, он был убежден, что этот “коварный змей с волшебным взглядом” притягивает людей, овладевает их душами и убивает, бросая в объятия нищеты и порока. С другой — понимал, что современный “стальной”, “кирпичный”, “стеклянный” город является центром науки, искусства и прогресса:

Горят электричеством луны

На выгнутых длинных стеблях;

Звенят телеграфные струны

В незримых и нежных руках.

Можно сказать, что Валерий Брюсов, обеспокоенный судьбой и жизнью города, считавший, что тот, совмещая все ужасы цивилизации, сам “подымает” над собой “нож, с своим смертельным ядом”, отдавал должное его красоте, величию, верил в торжество разума и добра:

Я люблю большие дома

И узкие улицы города, —

В дни, когда не настала зима,

А осень повеяла холодом.

Пространства люблю площадей,

Стенами кругом огражденные, —

В час, когда еще нет фонарей,

А затеплились звезды смущенные.

Город и камни люблю,

Грохот его и шумы певучие, —

В миг, когда песню глубоко таю,

Но в восторге слышу созвучия,

В душе поэта постоянно жила жажда обновления, ожидания счастливых перемен. Погружаясь в романтические мечты, он создавал в своем воображении яркие экзотические картины, ирреальные, неожиданные образы. Реальная жизнь, к сожалению, не могла дать ему те настроения, которые он мечтал испытать. Поэтому, как признавался сам поэт, он искал эти настроения в творчестве и создавал “поэзию, чуждую жизни”, творил свой собственный мир, устремленный к неземной красоте, вечной любви, высокому искусству:

Создал я в тайных мечтах

Мир идеальной природы, —

Что перед ним этот прах:

Степи, и скалы, и воды!

Именно красоту Брюсов считал источником всего лучшего, источником истинного вдохновения. А единственным божеством для поклонения стихотворца является творчество. Поэтому он не замыкался на переживании мрачных минут настоящего, не оглядывался с тоской на прошлое. Он всеми средствами художественного слова и художественного образа стремился приблизить будущее. Тема будущего, космоса все чаще звучит в его стихотворениях (“Сын Земли”, “Детские упования” и др.). в поисках связующего звена истории, в попытках осмыслить закономерности происходящих процессов, предопределить будущее автор старается установить связь времен: между прошлым и настоящим, настоящим и будущим. И все чаще таким связующим звеном снова оказывается гармонии, красота, единство культуры, людей, природы. Мысли о гармонии, счастье и всеобщем единстве заставляют поэта все чаще обращаться к античному миру, где он находил торжество добра, милосердия, человеколюбия, справедливости—тех жизненных ценностей, которых так не хватало в реальном современном мире.

В традициях античности Брюсов осмысливает всю жизнь. (“Правда вечная кумиров”, “Последний мир”), отдельную личность (“Юлий Цезарь”, “Ассаргадон”), природу. Следуя античной традиции в описании окружающего мира, поэт не просто воспевает природу, ее красоту, естественность и гармоническое совершенство, но и стремится проникнуть в тайный смысл простых, обыденных явлений. Так, весна для Брюсова — символ надежды, мечты, обновления мира:

Что же! Пусть не мед, а горечь тайную

Собрал я в чашу бытия!

Сквозь боль души весну приветствую,

Как прежде, светлой песней я!

“Словно строгий счет мгновений”, проходят облака над землей, а “вечер на лесном пути во всей с иным, далеким, сходен”. Пейзажная лирика Валерия Брюсова отличается ясностью, простотой, образностью. Она и заставляет задуматься о смысле жизни, и позволяет проникнуть в тайны Вселенной, и окутывает небывалым ощущением возвышенного, волшебства, поражает красотой и гармонией:

Волна набегает, узорно

Извивами чертит песок

И снова отходит покорно,

Горсть раковин бросив у ног.

Так же как в описании природы, в описании любовного чувства поэт часто обращается к экзотическим образам, к античным традициям. Подобно художникам далекого прошлого, Брюсов воспевает чувственную любовь, настоящую страсть, пылкие сильные чувства. Хотя при этом в любовной лирике поэта часто звучит мотив обреченности, трагичности:

И ты вошла в неутолимый сад

Для отдыха, для сладостной забавы?

Цветы дрожат, сильнее дышат травы,

Чарует все, все выдыхает яд.

День проскользнет. Глаза твои смежатся.

То будет смерть. — И саваном лиан

Я обовью твой неподвижный стан.

И все же красоту, очарование, прелесть автор стремится видеть абсолютно во всем. “Все семь цветов радуги одинаково прекрасны, — писал он, — и все земные переживания не только счастие, но и печаль, не только восторг, но и боль”. Поэт любил жизнь во всех ее проявлениях, пытался осмыслить, понять, проникнуть в суть всех явлений на земле. Но для своего времени он, его поэзия были не всегда понятны, потому что были необычны, новы. Сам Брюсов осознавал это, потому в предисловии к одной из своих книг писал: “Бедная моя книга. Ты будешь похожа. на безумного певца, который вышел на поле битвы, в дым, под выстрелы, — только с одной арфой. Одни, пробегая, не заметят тебя, другие оттолкнут со словами: “не время!”, третьи проклянут за то, что в руках у тебя не оружие. Не отвечай на эти упреки. Они правы: ты не для сегодняшнего дня. Проходи мимо, чтобы спокойно ждать своего часа”. И поэзия его, книга его жизни дождалась своего часа, прошла через упреки, критику, непонимание. Прошла — для того, чтобы теперь светить людям, очаровывать, покорять, поражать, вдохновлять, волновать сердца. И теперь эта книга по праву заняла свое почетное место на золотой полке русской поэтической классики.

Стремясь постигнуть творчество этого незаурядного человека, нужно прежде всего видеть в нем поэта, о стихотворениях которого А. Блок писал: “Книга совсем тянет, жалит, ласкает, обвивает. долго просижу еще над ней, могу похвастаться и поплясать по комнате, что не всю еще прочел, не разгадал всех страниц, не пронзил сердце всеми запятыми”.

Сочинение: Что же представляла собой поэзия Брюсова?

Что же представляла собой поэзия Брюсова?

Отвечая на этот вопрос, прежде всего необходимо отметить различие в художественном уровне перечисленных выше сборников. Среди них «Зеркало теней» – наиболее сильная и творчески-значительная книга (я не могу считать ее, в отличие от глубоко ценимого мною М. Л. Гаспарова, «самоповторением»). Эта книга, при обобщающем подходе к ней, представляет собой новое слово в поэзии Брюсова. Брюсову удалось в ней во многом преодолеть инерцию своего прежнего эмфатического стиля, значительно изменить свое поэтическое зрение и освежить свою тематику. Если в сборнике «Все напевы» были намечены лишь элементы нового, то теперь, в «Зеркале теней» они развились и захватили большое поэтическое пространство.

Эта ломка, расширившая сферы брюсовской поэзии, свидетельствует об еще не исчерпанной в то время творческой силе Брюсова. Но этот подъем был, в сущности, последним в его поэзии. В дальнейшем поэтическом творчестве Брюсова были удачи, но в целом оно уже не могло достигнуть прежнего уровня. Огромные затраты энергии, которые вложил Брюсов в свои прежние стихи, статьи, в свою редакторскую работу и напряженную личную жизнь не прошли и не могли пройти для него бесследно и привели к известному истощению его поэтических сил. Он внес свой исключительно весомый вклад в русскую поэзию и культуру начала XX века и впредь не ослаблял своей разносторонней деятельности, писал стихи в таком же количестве, как и прежде, но его поэтическая работа по своим творческим, чисто эстетическим результатам уже не была такой бесспорной и убедительной для его современников и порою и для него самого, как в годы ее расцвета. Бывали моменты, и нередко, когда его одолевали сомнения в себе и когда ему начинало казаться, «без малейшего преувеличения», что для него «самое лучшее бросить всякие попытки к „творчеству”». В этом общем снижении творческой силы Брюсова-поэта, а не только в расхождении путей, заключалась одна из основных причин несомненного и очень заметного охлаждения к нему и к его поэзии и даже потеря интереса к ней тех крупнейших русских лириков начала века, восторженные отзывы которых о нем предыдущего периода были приведены выше.

Во всяком случае, получилось так, что фактически, по своей значимости центр литературной активности Брюсова заметно сместился от стихов в сторону художественной прозы («Алтарь Победы», «Юпитер поверженный» и другие прозаические опыты), к работе по стиховедению (сюда относится и созданная им антология поэтических образцов по метрике, звукописи и пр. – «Опыты», изд. 1918 г.), к интересному и трудоемкому культурно-историческому исследованию («Учители учителей»), к редакторству и к руководящей работе в московских литературных объединениях.

Но вся эта ситуация, определяя общее течение и очертания творческой деятельности Брюсова, не должна заслонять для нас конкретных особенностей эволюции его поэзии.

Изменения исторической и литературной обстановки и общественных настроений, наряду с личными биографическими факторами и фактами, сыграли здесь, как уже отмечалось, решающую роль. Опыт, приобретенный Брюсовым в предшествующий период, не прошел для него даром. Поэзия его сместилась в своей внутренней сути – стала спокойней и уравновешенней, даже в выражении боли и тревоги. Противостояние «страшному миру», напряженное самоутверждение и тяготение к поэтической норме уже не выдвигались в ней на первый план.

Лирика Брюсова изменилась по содержанию и поэтике. Она уже не выглядела такой торжественной и приподнятой. Резко обозначившееся в предшествующий период тяготение к героизации, транспонированию, к иносказательным формам значительно ослабело. В то же время всегда присутствовавшая в творчестве Брюсова затаенная, эмпирическая основа давала о себе знать активнее, чем прежде. Не превратившись в реалистическое искусство, поэзия Брюсова сдвинулась в сторону эмпирического реализма. В большей мере, чем до сих пор, она насыщалась бытовыми деталями, психологией, стала более конкретной и в некоторых своих руслах даже обиходной.

Что же представляла собой поэзия Брюсова?

Название: Что же представляла собой поэзия Брюсова?
Раздел: Сочинения по литературе и русскому языку
Тип: сочинение Добавлен 03:07:23 07 марта 2012 Похожие работы
Просмотров: 2 Комментариев: 11 Оценило: 0 человек Средний балл: 0 Оценка: неизвестно Скачать
Раздел:Литература и русский язык
Тип:сочинение
Дата добавления:16.01.2014
Размер:5 кб
Короткая ссылка:
Оценить работу:
Просмотров:173

Отвечая на этот вопрос, прежде всего необходимо отметить различие в художественном уровне перечисленных выше сборников. Среди них «Зеркало теней» – наиболее сильная и творчески-значительная книга (я не могу считать ее, в отличие от глубоко ценимого мною М. Л. Гаспарова, «самоповторением»). Эта книга, при обобщающем подходе к ней, представляет собой новое слово в поэзии Брюсова. Брюсову удалось в ней во многом преодолеть инерцию своего прежнего эмфатического стиля, значительно изменить свое поэтическое зрение и освежить свою тематику. Если в сборнике «Все напевы» были намечены лишь элементы нового, то теперь, в «Зеркале теней» они развились и захватили большое поэтическое пространство.

Эта ломка, расширившая сферы брюсовской поэзии, свидетельствует об еще не исчерпанной в то время творческой силе Брюсова. Но этот подъем был, в сущности, последним в его поэзии. В дальнейшем поэтическом творчестве Брюсова были удачи, но в целом оно уже не могло достигнуть прежнего уровня. Огромные затраты энергии, которые вложил Брюсов в свои прежние стихи, статьи, в свою редакторскую работу и напряженную личную жизнь не прошли и не могли пройти для него бесследно и привели к известному истощению его поэтических сил. Он внес свой исключительно весомый вклад в русскую поэзию и культуру начала XX века и впредь не ослаблял своей разносторонней деятельности, писал стихи в таком же количестве, как и прежде, но его поэтическая работа по своим творческим, чисто эстетическим результатам уже не была такой бесспорной и убедительной для его современников и порою и для него самого, как в годы ее расцвета. Бывали моменты, и нередко, когда его одолевали сомнения в себе и когда ему начинало казаться, «без малейшего преувеличения», что для него «самое лучшее бросить всякие попытки к „творчеству”». В этом общем снижении творческой силы Брюсова-поэта, а не только в расхождении путей, заключалась одна из основных причин несомненного и очень заметного охлаждения к нему и к его поэзии и даже потеря интереса к ней тех крупнейших русских лириков начала века, восторженные отзывы которых о нем предыдущего периода были приведены выше.

Во всяком случае, получилось так, что фактически, по своей значимости центр литературной активности Брюсова заметно сместился от стихов в сторону художественной прозы («Алтарь Победы», «Юпитер поверженный» и другие прозаические опыты), к работе по стиховедению (сюда относится и созданная им антология поэтических образцов по метрике, звукописи и пр. – «Опыты», изд. 1918 г.), к интересному и трудоемкому культурно-историческому исследованию («Учители учителей»), к редакторству и к руководящей работе в московских литературных объединениях.

Но вся эта ситуация, определяя общее течение и очертания творческой деятельности Брюсова, не должна заслонять для нас конкретных особенностей эволюции его поэзии.

Изменения исторической и литературной обстановки и общественных настроений, наряду с личными биографическими факторами и фактами, сыграли здесь, как уже отмечалось, решающую роль. Опыт, приобретенный Брюсовым в предшествующий период, не прошел для него даром. Поэзия его сместилась в своей внутренней сути – стала спокойней и уравновешенней, даже в выражении боли и тревоги. Противостояние «страшному миру», напряженное самоутверждение и тяготение к поэтической норме уже не выдвигались в ней на первый план.

Лирика Брюсова изменилась по содержанию и поэтике. Она уже не выглядела такой торжественной и приподнятой. Резко обозначившееся в предшествующий период тяготение к героизации, транспонированию, к иносказательным формам значительно ослабело. В то же время всегда присутствовавшая в творчестве Брюсова затаенная, эмпирическая основа давала о себе знать активнее, чем прежде. Не превратившись в реалистическое искусство, поэзия Брюсова сдвинулась в сторону эмпирического реализма. В большей мере, чем до сих пор, она насыщалась бытовыми деталями, психологией, стала более конкретной и в некоторых своих руслах даже обиходной.

Сочинение Основные темы и мотивы поэзии Брюсова

С приходом двадцатого века, приходит, популярное в то время, течение в литературе. Это был символизм. Одним из его лидеров стал В. Я. Брюсов. Этот человек занимался поэзией, прозой, литературной критикой, наукой. Благодаря ему, многим поэтам открылась дорога в русскую литературу.

В начале своей карьеры, поэт издавал сборники, посвященные символистам. По началу, он отдавал предпочтение французскому символизму, неоднократно об этом писал. Его очень сильно интересовала культура и религия заморских народов. Отдельное внимание уделял истории и античным обычаям.

Прославился безграничным количеством образов в своих произведениях, сила его воображения была неописуемой. Часто о нем говорили, что он имеет возможность путешествовать во времени, по всему миру. Прославился за рубежом, благодаря своему стилю, многих удивляло как ему удавалось так писать. Самую большую популярность поэту принес сборник «Венок». Это был его пятый глобальный шедевр. Символизмом Брюсов увлекался в ранние годы, далее он, понемногу, начал уклоняться от этого течения.

Благодаря символизму, автор смог раскрыть себя, изображал, таким образом, идеи и мысли, которые его мучали в тот момент. Произведения автора продуманы до самых мелких деталей, эмоций в них немного. Брюсов не прятал проблему за красивыми словами, он каждый раз старался обращаться к читателю напрямую.

Автор был очень романтичным человеком. Об этом свидетельствует его произведение «Кинжал», которое никого не оставило равнодушным в девятнадцатом веке. Автор часто сам себе ставил задачи, при этом всегда старался их решить.

Если читать его стихи, можно подумать, что он разговаривает сам с собой, пытаясь достучаться до нас через строки. Он, всячески, презирает такие пороки человечества, как мелочность, суета ради достижения своих корыстных целей, зло, правящее в этом мире.

Поэту очень трудно дается эта борьба. Он не прячется и не боится трудностей. Его главной мыслью считалось, что через поэзию нужно нести свободу и любовь к жизни. Брюсов утверждал, что все писатели находятся на передовой между народом и властью.

Брюсов никогда не придавал свои идеалы, снисходительно относился к несчастным и удрученным. Из прозы видно, что свобода всегда одержит победу, служба людям главная его задача.

После того, как юность прошла на смену романтическим произведениям, пришла серьезность и трезвая оценка происходящему. Увлекался чтением книг про эволюцию и революцию. Ему удалось предусмотрел на перед приход индустрии. Часто восхвалял села, при этом описывая, ничтожность городов.

Сделал большой взнос в литературу, писал про вещи, которые не приходили на ум никому до этого.

Также читают:

Картинка к сочинению Основные темы и мотивы поэзии Брюсова

Популярные сегодня темы

Саша учится в гимназии и живет в мещанском доме в чужой семье. Тетя Варя заменила ему мать. Женщина часто сравнивала мальчика с подснежником за открытость миру, доверчивый взгляд, чистоту души

Произведение повествует о сложных взаимоотношениях людей. Главными героями являются три человека. Это молодой человек Саня Григорьев, Катя Татаринова и Николай Антонови

Картина написана за пять лет до конца 19 века и, как само событие, стала одной из многих славных отеческих страниц истории. Ключевую роль в этом сыграл талантливый и известный полководец. Великий, отважный и мужественный, Ермак Тимофеевич.

Произведение «Двойник» относится к жанру фантастической повести. Достоевский закончил её в 1846 году и после еще год дорабатывал ее перед выпуском в печать.

При первом взгляде на картину можно увидеть террасу, насквозь промоченную только что прошедшим ливнем. Скамья, пол и все предметы, находящиеся на террасе отражаются в водной глади, как в зеркале.

Что же представляла собой поэзия Брюсова

Отвечая на этот вопрос, прежде всего необходимо отметить различие в художественном уровне перечисленных выше сборников. Среди них «Зеркало теней» – наиболее сильная и творчески-значительная книга (я не могу считать ее, в отличие от глубоко ценимого мною М. Л. Гаспарова, «самоповторением»). Эта книга, при обобщающем подходе к ней, представляет собой новое слово в поэзии Брюсова. Брюсову удалось в ней во многом преодолеть инерцию своего прежнего эмфатического стиля, значительно изменить свое поэтическое зрение и освежить свою тематику. Если в сборнике «Все напевы» были намечены лишь элементы нового, то теперь, в «Зеркале теней» они развились и захватили большое поэтическое пространство.
Эта ломка, расширившая сферы брюсовской поэзии, свидетельствует об еще не исчерпанной в то время творческой силе Брюсова. Но этот подъем был, в сущности, последним в его поэзии. В дальнейшем поэтическом творчестве Брюсова были удачи, но в целом оно уже не могло достигнуть прежнего уровня. Огромные затраты энергии, которые вложил Брюсов в свои прежние стихи, статьи, в свою редакторскую работу и напряженную личную жизнь не прошли и не могли пройти для него бесследно и привели к известному истощению его поэтических сил. Он внес свой исключительно весомый вклад в русскую поэзию и культуру начала XX века и впредь не ослаблял своей разносторонней деятельности, писал стихи в таком же количестве, как и прежде, но его поэтическая работа по своим творческим, чисто эстетическим результатам уже не была такой бесспорной и убедительной для его современников и порою и для него самого, как в годы ее расцвета. Бывали моменты, и нередко, когда его одолевали сомнения в себе и когда ему начинало казаться, «без малейшего преувеличения», что для него «самое лучшее бросить всякие попытки к „творчеству”». В этом общем снижении творческой силы Брюсова-поэта, а не только в расхождении путей, заключалась одна из основных причин несомненного и очень заметного охлаждения к нему и к его поэзии и даже потеря интереса к ней тех крупнейших русских лириков начала века, восторженные отзывы которых о нем предыдущего периода были приведены выше.
Во всяком случае, получилось так, что фактически, по своей значимости центр литературной активности Брюсова заметно сместился от стихов в сторону художественной прозы («Алтарь Победы», «Юпитер поверженный» и другие прозаические опыты), к работе по стиховедению (сюда относится и созданная им антология поэтических образцов по метрике, звукописи и пр. – «Опыты», изд. 1918 г.), к интересному и трудоемкому культурно-историческому исследованию («Учители учителей»), к редакторству и к руководящей работе в московских литературных объединениях.

Но вся эта ситуация, определяя общее течение и очертания творческой деятельности Брюсова, не должна заслонять для нас конкретных особенностей эволюции его поэзии.
Изменения исторической и литературной обстановки и общественных настроений, наряду с личными биографическими факторами и фактами, сыграли здесь, как уже отмечалось, решающую роль. Опыт, приобретенный Брюсовым в предшествующий период, не прошел для него даром. Поэзия его сместилась в своей внутренней сути – стала спокойней и уравновешенней, даже в выражении боли и тревоги. Противостояние «страшному миру», напряженное самоутверждение и тяготение к поэтической норме уже не выдвигались в ней на первый план.
Лирика Брюсова изменилась по содержанию и поэтике. Она уже не выглядела такой торжественной и приподнятой. Резко обозначившееся в предшествующий период тяготение к героизации, транспонированию, к иносказательным формам значительно ослабело. В то же время всегда присутствовавшая в творчестве Брюсова затаенная, эмпирическая основа давала о себе знать активнее, чем прежде. Не превратившись в реалистическое искусство, поэзия Брюсова сдвинулась в сторону эмпирического реализма. В большей мере, чем до сих пор, она насыщалась бытовыми деталями, психологией, стала более конкретной и в некоторых своих руслах даже обиходной.

Особенности творчества Брюсова

Жизнь и творчество В. Брюсова

Биография

Серебряный век отмечен целыми созвездиями феноменальных поэтических дарований , и Валерий Яковлевич Брюсов – одно из более ярких. Он был литературным критиком, переводчиком, историком литературы, пушкинистом, занимался редакционно-издательской деятельностью, теорией стиха, исследованием культуры.
Вперед, мечта, мой верный вол!
Неволей, если не охотой!
Я близ тебя, мой кнут тяжел,
Я сам тружусь, и ты работай!

Строки, взятые как эпиграф, были написаны Брюсовым в 1902 году, когда вся читающая Россия видела в нем лидера русского символизма, истинно декадентского поэта.
Русский символизм был прочно связан в читательском представлении с неустойчивостью и туманностью чувств, мнений, красок, со стремлением уловить нечто запредельное, с мистицизмом. У Брюсова можно встретить немало стихов, казалось бы отвечающих таким представлениям, стихов, где поэтизируется одиночество, отъединенность человека в людском море, духовная опустошенность. Но даже в первые годы творческого пути у него нередки стихи о «молодой суете городов», ему свойственна четкая картинность, фламандская живописность в передаче жизненных впечатлений и исторических образов.

Этот контраст, соединение, казалось бы несоединимых черт представляет собой одну из особенностей брюсовской поэзии и его творческого пути. Быть может , никто из русских поэтов столь быстро и остро не почувствовал бесперспективность символизма, ограниченность его литературной программы; но именно Брюсова критика нарекла классиком символизма. Причем это суждение держалось и тогда, когда символизм был давно мертв, сообщество поэтов, его исповедовавших, распалось, а сам Брюсов четко объяснил свое отношение к нему и причины перехода на иные литературные позиции. Правда, Брюсов давал немало оснований для подобных утверждений. Обращаясь к новым темам, властно раздвигая горизонты поэтического творчества, открывая новые возможности стиха, он в то же время оставался адептом тех учений, от которых сам же уходил.

Три с небольшим десятилетия продолжалась его творческая жизнь. Брюсов умер, когда ему едва минуло пятьдесят лет. За эти относительно короткие годы он прошел необычайно яркий путь. Один из самых рьяных участников разного рода декадентских изданий и манифестаций, он позже сближается с М.Горьким, после революции открыто переходит на сторону победившего народа, не только принимает совершившийся исторический поворот, но становится одним из активных строителей новой жизни, вступает в Коммунистическую партию, ведет большую работу по организации издательского дела, подготовке литературных жанров, налаживанию литературной жизни в молодой Советской стране.

Есть нечто общее, что соединяло между собой все этапы творческого пути этого выдающегося писателя. Убежденность в неумирающей ценности завоеваний человеческого духа , вера в силу человека, уверенность в его способности преодолеть все сложности жизни, разгадать все мировые загадки, решить любые задачи и построить новый мир, достойный человеческого гения,- неизменно одушевляли Брюсова. Он оставался верен этим представлениям- не только как содержательной, сюжетной линии творчества , но как позиции, точке зрения на историю и современность – оставался верен всю свою жизнь.

Его не любили, как О. Э. Мандельштама, В. И. Иванова, И. Северянина или К. Д. Бальмонта. В личности Брюсова отсутствовало теплое человеческое обаяние. Часто образ поэта сравнивался с образом большого города — лишенного душевной теплоты, холодного и сурового, но от того не менее красивого и завораживающего, чем идиллический сельский пейзаж.

Такой оригинальный характер сложился не случайно, во многом на него оказало влияния воспитание поэта «в принципах материализма и атеизма». Настольными книгами в семье Брюсовых были сочинения Н. А. Некрасова и Д. И. Писарева, большим уважением пользовались естественные науки и вера в творца — человека. Воспитание, полученное в детстве и юности, сказалось в дальнейшем на всем творческом пути Брюсова. Основой поэтической практики и эстетических мировоззрений стали такие направления, как субъективизм и индивидуализм. Он считал, что в искусстве, в частности в поэзии, более всего важна личность творца, а не само искусство. В этот период и формируется основной образ, прошедший через все творчество Брюсова — образ большого города.

Валерий Яковлевич Брюсов родился 1 (13) декабря 1873 года в Москве, в купеческой семье среднего достатка. Позднее он писал: « Я был первым ребенком и явился на свет, когда еще отец и мать переживали сильнейшее влияние идей своего времени. Естественно, они с жаром предались моему воспитанию и притом на самых рациональных основах… Под влиянием своих убеждений родители мои очень низко ставили фантазию и даже все искусства, все художественное». В автобиографии он дополнял: «С младенчества я видел вокруг себя книги (отец составил себе довольно хорошую библиотеку) и слышал разговоры об «умных вещах». От сказок, от всякой «чертовщины» меня усердно оберегали. Зато об идеях Дарвина и о принципах материализма я узнал раньше, чем научился умножению… Я… не читал ни Толстого, ни Тургенева, ни даже Пушкина; изо всех поэтов у нас в доме было сделано исключение только для Некрасова, и мальчиком большинство его стихов я знал наизусть.».

Детство и юношеские годы Брюсова не отмечены чем-либо особенным. Гимназия, которую он окончил в 1893 году, все более глубокое увлечение чтением, литературой. Потом историко-филологический факультет Московского университета. Подростком он пробует свои силы в прозе, пытается переводить античных и новых авторов. «Страсть.. моя к литературе все возрастала,- вспоминал он позже.- Беспрестанно начинал я новые произведения. Я писал стихи, так много, что скоро исписал толстую тетрадь Poesie, подаренную мне. Я перепробовал все формы- сонеты, тетрацины, октавы, триолеты, рондо, все размеры. Я писал драмы, рассказы, романы… Каждый день увлекал меня все дальше. На пути в гимназию я обдумывал новые произведения, вечером, вместо того чтобы учить уроки, я писал.. У меня набирались громадные пакеты исписанной бумаги».

Все более ясным становилось желание целиком посвятить себя литературному творчеству. К гимназическим годам относятся и его первые выступления в печати, в том числе и такой характерный случай. Поместив в «Листке объявлений и спорта» небольшую заметку без подписи, Брюсов в другом журнале выступил под псевдонимом с возражением на свою же статью. Он намеревался и дальше продолжить эту полемику с самим собой, но отказался издатель. Эта первая, еще полудетская мистификация явилась своеобразной прелюдией к тем развернутым.

Мистификациям будущих лет, когда он создавал несуществующих поэтов, публиковал стихи под столь разными и причудливыми псевдонимами, что исследователи и поныне спорят об их авторстве.

Весной 1894 года вышла из печати тоненькая книжка стихов под названием «Русские символисты». За ней еще две такие же тонкие тетрадки. Стихи и переводы, помещенные в них, были подписаны самыми разными именами. Создавалось впечатление, что выступает большая группа новых поэтов. В действительности большинство стихотворений принадлежало одному Брюсову. Даже обращение к желающим участвовать в данных сборниках с просьбой направлять свои произведения «Владимиру Александровичу Маслову. Москва. Почтамт», которым завершалось предисловие «От издателя» в первом выпуске, тоже было своего рода мистификацией. Под этим именем скрывался сам Брюсов.
Появление сборников было воспринято как литературный курьез. Посыпались рецензии, критические статьи, шутки, пародии. Рецензент «Нового времени», к примеру, гаерничал, рассуждая, что эти произведения доставят удовольствие только тем, «кто не прочь расширить селезенку здоровым смехом».

В следующем, 1895 году вышел сборник «Шедевры», подписанный полным именем автора. В 1897 году появилась книга новых стихов «Это-я». Стихи этих сборников, так же как и «Русские символисты», ошеломляли своей необычностью, дразнили воображение непривычными образами и даже пугали читателя. То его убеждали, что любовь – это «палящий полдень Явы», то приглашали мечтать «о лесах криптомерий» или разделить утверждения автора о ненависти к родине и любви к некоему «идеалу человека». Но за этими внешними эффектами и эпатажем, за присутствовавшим в определенной мере стремлением вызвать литературный скандал, вырисовывалось нечто серьезное и глубокое.
Конечно, за строками о журчащей Годавери не было никакой реальной Индии. Это была чистая условность. Пряная экзотичность подобных образов служила прежде всего резким противопоставлением господствовавшим канонам слащавости, поэтической сглаженности и красивости. Известно объяснение популярных строк, вызвавших в то время немало иронических комментариев:

Тень несозданных созданий
Колыхается во сне,
Словно лопасти латаной
На эмалевой стене.

По этому объяснению: латуни – комнатные пальмы, чьи резные листья отражались по вечерам на кафельном зеркале печки в комнате Брюсова. То же самое и о месяце, который в этом стихотворении оказывается по соседству с луной. Здесь, по словам жены Брюсова , подразумевался большой фонарь, горевший напротив его комнаты. Вполне возможно, что толчками к созданию этих образов послужили именно эти житейские впечатления. Но важно здесь другое- стремление Брюсова придать вещественность этим преходящим впечатлениям, четко их зафиксировать, сообщить зыбким и неясным чувствами ощущениям особую рельефность. Также и любовные стихи этих сборников, наполненные ошарашивающими сравнениями и уподоблениями, их яркие и странные картины служили тому , чтобы раскрыть силу человеческого чувства, богатство страстей и желаний человека. Брюсов писал «Моя любовь палящий полдень Явы» вовсе не потому, что испытывал какую-то особую, ни на что не похожую испепеляющую страсть. Он стремился подчеркнуть этим право человека на такую любовь, на такое чувство.
В «завете», обращенном к «юному поэту»: «Никому не сочувствуй, сам же себя полюби беспредельно»,- читается не только последовательная эгоцентричность, не только противопоставление себя миру, но и требование внимания к человеческому духу, к внутренней жизни, интересам и желаниям человека.

За внешним стремлением эпатировать публику, поразить ее экзотичностью не то чтобы образов, а больше строк и выражений рисовать другое- неприятие мира унылого бытия, мещанского благополучия, вялого либерализма. Поэту мог видится в этом протест против условий жизни, гнетущих человека, душащих и уродующих его, против всевластных норм мещанского комфорта и жизненного благополучия.

Особенности творчества Брюсова

Основные тематические направления лирики Валерия Брюсова:

1)эпизоды мировой истории, сказочные, мифологические сюжеты. При помощи ярких исторических образов, мифов и легенд Брюсов уазыл на человеческие ценности: долг, любовь, честь. Четко прослеживается гения и посредственности.Этому посвящены его знаменитые стихотворения «Александр Великий», «Антоний», «Ассаргадон».

2) Образы современного города как символа современной цивилизации. Брюсов считается одним из первых русских поэтов-урбанистов, множество своих стихотворений он посвятил именно образам современного города. Изображая городскую цивилизацию и развернуто демонстрируя ее жизненный процесс, Брюсов обращается к теме борьбы человеческой воли и материи. Он показывает настолько люди стали зависимы от материального мира, который сами и создали.На фоне ярких городских пейзажей, Брюсов говорит о торжестве человеческого ума и чистого сознания, используя насыщенные и разнообразные метафоры, он описывает душевный подъем человека, принадлежащего к материальному миру, но все же преклоняющемуся не ему, а своему сердцу и душе. Одним из самых известных творений Валерия Брюсова на эту тему является стихотворение «Сумерки», написанное в 1906 году.

Особенности поэзии.

Использование строгой, четко очерченной композиции стиха, параллелизмов, антитез и анафор.

Это делает его символическую лирику полновесной и в некотором смысле совершенной и по форме стихотворения, и по его содержанию. Несмотря на то, что центральное положение в его творчестве занимают сильные и необычные образы, они остаются наглядными и четко определенными, в них нет туманной таинственности и ускользающей загадочности.

Многие современники Брюсова называли творчество поэта «живописью слова».

Юному поэту

Юноша бледный со взором горящим,
Ныне даю я тебе три завета:
Первый прими: не живи настоящим,
Только грядущее – область поэта.
Помни второй: никому не сочувствуй,
Сам же себя полюби беспредельно.
Третий храни: поклоняйся искусству,
Только ему, безраздумно, бесцельно.
Юноша бледный со взором смущенным!
Если ты примешь моих три завета,
Молча паду я бойцом побежденным,
Зная, что в мире оставлю поэта.

Стихотворение В. Брюсова «Юному поэту» было написано 15 июля 1896 года. Уже название произведения указывает на его форму – посвящение.
Вообще, посвящение традиционно для русской классической поэзии. Вспомним хотя бы такие произведения, как «К кн. Вяземскому и В. Л. Пушкину» В. А. Жуковского, «К другу стихотворцу», «Поэту» А. С. Пушкина, «Русскому писателю» Н. А. Некрасова. В.А. Брюсов продолжает в своем творчестве эту традицию.
Композиционно – сюжетную основу стихотворения составляют три завета, данные лирическим героем своему предполагаемому преемнику – будущему поэту. Эти советы переданы в форме повелительного наклонения (не живи настоящим, сам себя полюби, поклоняйся искусству). Лирический герой не просит, а требует, почти приказывает. Видно, как важно для него то, о чем он говорит. Герой искренне ратует за «свое дело» и за то, чтобы оно жило, продолжалось, развивалось.
Важно, что в трех заветах содержится, в лаконичной форме, программа символистов, символистского искусства.

Лирический герой призывает юного поэта сделать объектом своих мыслей, чувств, творений будущее. Формировать грядущее – вот главная обязанность поэта-символиста. Областью искусства должно сделать свой внутренний мир, свои ощущения, эмоции, чувства, мысли. Потому как прежде всего ценен личный мир художника, его индивидуальность.
Смыслом жизни для поэта должно стать искусство. Только оно – сфера жизненных интересов, смысл и цель. Только ради искусства надо жить, творить, чувствовать и мыслить.
Интересно, что стихотворение «бедно» средствами художественной выразительности. Оно довольно сухо, лаконично. Данное произведение имеет форму поэтической программы, четко и ясно излагающей основные постулаты символизма. Стиль «Юному поэту» схож с публицистическим стилем поэтических программ.
В стихотворении можно выделить два «действующих лица». Это, прежде всего, лирический герой, поэт, дающий наставления новому поколению. Этот герой «проявляется» в речи, прежде всего, в заветах, которые он дает «юному поэту». Знаменательно также последние две строки стихотворения:

Молча паду я бойцом побежденным,
Зная, что в мире оставлю поэта.

Сравнение «бойцом побежденным» показывает, что лирический герой видит назначение поэта в борьбе за будущее, грядущее искусство. Он понимает, что труд его несовершенен. Может быть, герой и сам не всегда до конца выполняет заветы. Но он надеется, что следующее поколение будет более совершенным, более талантливым, более «дееспособным».
Каков же в представлении героя этот «поэт будущего»? Брюсов рисует романтический портрет: «юноша бледный со взором горящим». Важно, что в финале стихотворения, после произнесения поэтических заветов, описание юноши меняется – взор его смущен: «Юноша бледный со взором смущенным!» Ответственность, которую лирический герой возлагает на него, делает юношу неуверенным и растерянным. Он сомневается в своих силах. И, в то же время, полон решимости все изменить, совершить великое, создать гениальное.
Таким образом, данное стихотворение – это поэтическая программа символистов, отражение их взгляда на искусство. И, в то же время, это завещание потомкам. И синтаксический строй произведения, его ритмический рисунок отражает эту особенность. Стихотворение наполнено повелительными предложениями. В их составе имеются обращения и бессоюзные предложения. Последние придают стихотворению логичность, лаконичность, ясность. Лишь одно восклицательное предложение (в финале) показывает, насколько важно для лирического героя, чтобы его заветы были услышаны и усвоены.

«Городу» (1907). В.Я. Брюсова волнуют высокие темпы раз­вития цивилизации, всеобщая механизация, расцвет городов и в связи с этим утрата человеком нравственных ценностей, мораль­ных ориентиров. Современный город с бурно развивающейся промышленностью, с заменой ручного труда машинным произ­водством вызывает опасения поэта:

Улица была — как буря.

Словно их преследовал неотвратимый Рок

Мчались омнибусы, кебы и автомобили.

Был неисчерпаем яростный людской поток «Стальной», «кирпичный», «стеклянный», с «железными жилами» город властвует над людьми, являясь средоточен нем порока: злобы, нищеты, разврата. В поэтическом мире Валерия Брюсова город, совмещая в себе все ужасы цивилизации, сам становится собственным палачом и наносит себе непоправимый вред:

Коварный змей с волшебным взглядом!

В порыве ярости слепой

Ты нож, с своим смертельным ядом,

Сам подымаешь над собой.

Город притягивал человека эфемерным величием, масштаб­ностью.

СОНЕТ К ФОРМЕ

Есть тонкие властительные связи

Меж контуром и запахом цветка

Так бриллиант невидим нам, пока

Под гранями не оживет в алмазе.

Так образы изменчивых фантазий,

Бегущие, как в небе облака,

Окаменев, живут потом века

В отточенной и завершенной фразе.

И я хочу, чтоб все мои мечты,

Дошедшие до слова и до света,

Нашли себе желанные черты.

Пускай мой друг, разрезав том поэта,

Упьется в нем и стройностью сонета,

И буквами спокойной красоты!

6).Выяснение лексического значения слова сонет

( запись на доске: Сонет — стихотворение из 14 строк, обладающее строгой системой рифмовки.)

Читайте также:  Мне видеть не дано, быть может: сочинение
Ссылка на основную публикацию
×
×