Самый читаемый поэт на рубеже XIX—XX столетий: сочинение

Сочинение «Самый читаемый поэт на рубеже XIX—XX столетий»

Русский символизм зарождался и оформлялся в 90-900-е годы. Бальмонту суждено было стать одним из его лидеров. Поэт с легкостью отошел от своих ранних стихов с их мотивами жалостливого народолюбия и целиком перешел в лоно художников, считавших себя рожденными “для звуков сладких и молитв”.

В 1900 году появилась его книга “Горящие здания”, утвердившая имя поэта и прославившая его. Это был взлет Бальмонта, его творчества. Он был закреплен “книгой символов” — “Будем как солнце” (1903). Эпиграфом к книге выбраны строки из Анаксагора: “Я в этот мир пришел, чтоб видеть Солнце”.

Поэт декларировал свою полную свободу от предписаний. В его стихах бьет ключом радость бытия, звучат гимны весне. Во всем Бальмонту важно было почувствовать явное или скрытое присутствие солнца:

Я не верю в черное начало,

Пусть праматерь нашей жизни ночь,

Только солнцу сердце отвечало

И всегда бежит от тени прочь.

Тема Солнца в его победе над Тьмой прошла через все творчество Бальмонта.

Резкие, солнечные блики лежат на стихах Бальмонта в канун 1905 г. И все же всего сильней Бальмонт в ином — в поэзии намеков. Символы, намеки, подчеркнутая звукопись — все это нашло живой отклик в сердцах любителей поэзии начала века.

Мы домчимся в мир чудесный,

К неизвестной Красоте!

Красота ему видится и целью, и смыслом, и пафосом его жизни. Красота как цель. Красота, царящая и над добром, и над злом. Красота и мечта — сущностная рифма для Бальмонта. Верность мечте, преданность мечте, самой далекой от реальности, были наиболее устойчивыми в поэте.

Он декларировал стихийность творчества, необузданность, произвольность, полную отрешенность от правил и предписаний, от классической меры. Мера поэта, полагал он, — безмерность. Его мысль — безумие. Романтически мятежный дух поэзии Бальмонта отражается в его стихах о природных стихиях. Серию своих стихотворений он посвящает Земле, Воде, Огню, Воздуху.

Так начинается «Гимн огню». Поэт сравнивает мирное мерцание церковной свечи, полыханье пожара, огонь костра, сверканье молнии. Перед нами разные ипостаси, разные лики огненной стихии. Древняя тайна огня и связанные с ним ритуалы увлекают Бальмонта в глубины истории человечества.

Далее мы погружаемся в иную стихию. Вот перед нами «Воззвание к океану»

Тихий, бурный, нежный, стройно-важный,

Ты — как жизнь: и правда и обман.

Дай мне быть твоей пылинкой влажной,

Каплей в вечном. Вечность! Океан!

Бальмонт — натура в высшей степени впечатлительная, артистичная, ранимая. Он скитался, чтобы увидеть чужое, новое, но всюду видел себя, одного себя. Илья Эренбург верно отметил, что, исколесив моря и материки. Бальмонт “ничего в мире не заметил, кроме своей души”. Он был лириком во всем. В каждом своем движении, в каждом своем замысле. Такова его натура. Бальмонт жил, веря в свою исключительную многогранность и свое умение проникать во все окружающие миры.

Подзаголовок одной из лучших книг Бальмонта “Горящие здания” — “Лирика современной души”. Эта лирика запечатлевает беглые, подчас невнятные, дробные впечатления, мимолетности. Именно эта лирика характеризует зрелую манеру поэта. Все эти миги объединялись в Бальмонте чувством космической цельности. Разрозненные миги не пугали его своей несхожестью. Он верил в их единство.

Но при этом у поэта было стремление моментальное сочетать с целостным познанием мира. В книге “Будем как солнце” Бальмонт по справедливости ставит Солнце в центре мира. Это источник света и совести, в прямом и иносказательном смысле этого слова. Поэт выражает стремление служить главному источнику жизни. Солнце дарует жизнь, жизнь распадается на миги.

Мимолетность возведена Бальмонтом в философский принцип. Человек существует только в данное мгновенье. В данный миг выявляется вся полнота его бытия. Слово, вещее слово, приходит только в этот миг и всего на миг. Большего не требуй. Живи этим мигом, ибо в нем истина, он — источник радости жизни и ее печали. О большем и не мечтай, художник, — только бы выхватить у вечности этот беглый миг и запечатлеть его в слове.

Я не знаю мудрости, годной для других,

Только мимолетности я влагаю в стих.

В каждой мимолетности вижу я миры,

Полные изменчивой радужной игры.

Эту изменчивость, зыбкую радужность, игру запечатлевает поэт в своих произведениях. В этой связи одни называли его импрессионистом, другие — декадентом. А Бальмонт просто страстно желал увидеть вечность сквозь миг, охватить взором и исторический путь народов, и свою собственную жизнь.

Год 1912. Грандиозное кругосветное путешествие. Лондон, Плимут, Канарские острова, Южная Америка, Мадагаскар, Южная Австралия, Полинезия, Новая Гвинея, Цейлон и др. Это путешествие насытило любознательного поэта, в его творчестве появляются новые сюжеты, новые краски. Вот перед нами стихотворение «Индийский мотив».

Как красный цвет небес, которые не красны.

Как разногласье волн, что меж собой согласны

. Как сны, возникшие в прозрачном свете дня,

Как тени дымные вкруг яркого огня,

Как отсвет раковин, в которых жемчуг дышит,

Как звук, что в слух идет, но сам себя не слышит,

Как на поверхности потока белизна,

Как лотос в воздухе, растущий ото дна,

Так жизнь с восторгами и блеском заблужденья

Есть сновидение иного сновиденья.

Но по-прежнему музыкальная речевая река увлекает Бальмонта за собой, он подчиняется ее течению в большей степени, чем смыслу высказывания. На стихах Бальмонта, как на нотах, можно проставить музыкальные знаки, которые обычно ставят композиторы. В этом смысле Бальмонт продолжает в русской поэзии линию, получившую свое классическое выражение у Фета. Бальмонт ставил в заслугу своему предшественнику именно то, что тот установил точное соответствие между мимолетным ощущением и прихотливыми ритмами.

Я — изысканность русской медлительной речи,

Предо мною другие поэты — предтечи,

Я впервые открыл в этой речи уклоны,

Перепевные, гневные, нежные звоны.

Аллитеративность русского слова была сильно увеличена Бальмонтом. Он и сам, со свойственным ему самомнением, писал: “Имею спокойную убежденность, что до меня, в це^гюм, не умели в России писать звучные стихи”. В то же время Бальмонт признается в своей любви к самому русскому языку.

Язык, великолепный наш язык.

Речное и степное в нем раздолье,

В нем клекоты орла и волчий рык,

Напев, и звон, и ладан богомолья.

В нем воркованье голубя весной,

Взлет жаворонка к солнцу — выше, выше.

Березовая роща. Свет сквозной.

Небесный дождь, просыпанный по крыше.

Главенство музыкальной темы, сладкогласие, упоенность речью лежат в основе поэтики Бальмонта. Магия звуков — его стихия. Иннокентий Анненский писал: “В нем, Бальмонте, как бы осуществляется верленовский призыв: музыка прежде всего”.

Бальмонт был эвфонически высоко одарен. Его называли “Паганини русского стиха”. Но аллитеративность Бальмонта подчас навязчива. В пору появления поэта, в конце прошлого века, эта стихотворная музыка казалась откровением и высоким стихотворным мастерством. Однако уже Блок писал, что “Бальмонт и вслед за ним многие современники вульгаризировали аллитерацию”. Отчасти он был прав.

Музыка все захлестывает, все заливает у Бальмонта. Вслушаемся в звуки его стихов:

Между скал, под властью мглы,

Спят усталые орлы.

Ветер в пропасти уснул,

С моря слышен смутный гул.

Поэту удалось поставить своего рода рекорд: свыше полутораста его стихотворений было положено на музыку. Танеев и Рахманинов, Прокофьев и Стравинский, Глиэр и Мясковский создали романсы на слова Бальмонта. От него в этом смысле сильно “отстают” и Блок, и Брюсов, и Сологуб, и Ахматова.

Разумеется, поэтическое слово важно и своим звучанием, и своим значением. Смысл нуждается в слове, слово нуждается в смысле. Романтика, возвышенная речь в лучших творениях Бальмонта проступают с убедительной силой.

ЛИТЕРАТУРА КОНЦА XIX – НАЧАЛА XX ВЕКА общая характеристика

ЛИТЕРАТУРА КОНЦА XIX – НАЧАЛА XX ВЕКА

Более восьмидесяти лет назад Александр Блок высказал на­дежду на внимание и понимание своих будущих читателей. Пят­надцать лет спустя другой поэт, Владимир Маяковский, подво­дя итоги своей литературной работы, впрямую обратится к «уважаемым товарищам потомкам». Людям будущего доверяют поэты самое главное: свои книги, а в них — все то, к чему стремились, о чем думали, что чувствовали люди, жившие в «прекрасном и яростном» XX веке. И сегодня, когда мы стоим на пороге нового тысячелетия, «вам, из другого поколенья», самой историей дана возможность увидеть уходящее столетие в исторической перспективе и открыть для себя отечественную литературу XX в.

Одна из наиболее ярких и загадочных страниц русской куль­туры — начало столетия. Сегодня этот период называют «сереб­ряным веком» русской литературы вслед за «золотым» XIX, когда царили Пушкин, Гоголь, Тургенев, Достоевский, Тол­стой. Но правильнее называть «серебряным веком» не всю лите­ратуру, а прежде всего поэзию, как это делали сами участники литературного движения той эпохи. Поэзия, активно искавшая новые пути развития, впервые после пушкинской поры в нача­ле XX в. выдвинулась на первый план литературного процесса. Надо помнить о том, что термин «серебряный век» условен, но показательно, что самим выбором этой характеристики отдава­лась дань предшественникам, в первую очередь А.С. Пушкину (подробнее об этом — в главах, посвященных поэзии).

Однако на рубеже XIX и XX в. литература развивалась в иных исторических условиях, чем прежде. Если искать слово, характеризующее важнейшие особенности рассматриваемого периода, то это будет слово кризис. Великие научные открытия поколебали классические представления об устройстве мира, привели к парадоксальному выводу: «материя исчезла». Как на­пишет в начале 20-х годов Е. Замятин, «точная наука взорвала самую реальность материи», «сама жизнь — сегодня перестала быть плоско-реальной: она проектируется не на прежние не­подвижные, но на динамические координаты», и самые извес­тные вещи в этой новой проекции кажутся незнакомо-знако­мыми, фантастическими. А значит, продолжает писатель, и пе­ред литературой замаячили новые маяки: от изображения быта — к бытию, к философии, к сплаву реальности и фантас­тики, от анализа явлений — к их синтезу. Справедливо, хотя и непривычно на первый взгляд, заключение Замятина о том, что «у реализма нет корней», если иметь в виду под реализмом «одно голое изображение быта». Новое видение мира, таким образом, определит и новое лицо реализма XX в., который бу­дет существенно отличаться от классического реализма предше­ственников своей «модерностью» (определение И. Бунина). Обо­значившуюся тенденцию к обновлению реализма еще в конце XIX в. проницательно подметил В.В. Розанов. «…После натура­лизма, отражения действительности, естественно ожидать иде­ализма, проникновения в смысл ее… Вековые течения истории и философия — вот что станет, вероятно, в ближайшем будущем любимым предметом нашего изучения… Политика в высоком смысле этого слова, в смысле проникновения в ход истории и влияния на него, и Философия как потребность гибнущей и жадно хватающейся за спасение души — такова цель, неудер­жимо влекущая нас к себе…», — писал В.В. Розанов ( курсив мой. — Л. Т.).

Читайте также:  Анализ стихотворения Бальмонта Я мечтою ловил уходящие тени: сочинение

Сокрушительные последствия для человеческого духа имел кризис веры («Бог умер!» — воскликнул Ницше). Это привело к тому, что человек XX в. все больше стал испыты­вать на себе влияние безрелигиозных и, что поистине страш­но, безнравственных идей, ибо, как предсказывал еще Дос­тоевский, если Бога нет, то «все дозволено». Культ чувствен­ных наслаждений, апология Зла и смерти, воспевание своеволия личности, признание права на насилие, обернув­шееся террором, — все эти черты, свидетельствующие о глу­бочайшем кризисе сознания, будут характерны отнюдь не только для поэзии модернистов.

В начале XX в. Россию потрясли острейшие социальные кон­фликты: война с Японией, первая мировая война, внутренние противоречия и, как итог, размах народного движения, рево­люции. Обострялось столкновение идей, формировались поли­тические движения и партии, которые стремились повлиять на умы людей, на развитие страны. Все это не могло не вызвать ощущения неустойчивости, зыбкости бытия, трагического раз­лада человека с самим собой. «Атлантида» — такое пророческое название даст кораблю, на котором развернется драма жизни и смерти, И. Бунин в рассказе «Господин из Сан-Франциско», подчеркнув трагический подтекст произведения описанием Дьявола, наблюдающего за людскими судьбами.

Каждая литературная эпоха имеет свою систему ценнос­тей, центр (философы называют его аксиологическим, ценно­стным), к которому так или иначе сходятся все пути художе­ственного творчества. Таким центром, определившим многие отличительные особенности отечественной литературы XX столетия, стала История с ее небывалыми социально-истори­ческими и духовными катаклизмами, которая вовлекла в свою орбиту всех — от конкретного человека до народа и государ­ства. Если еще В.Г. Белинский называл свой XIX век по пре­имуществу историческим, то это определение тем более спра­ведливо по отношению к веку XX с его новым мироощущени­ем, основу которого составила идея все убыстряющегося исторического движения. Само время вновь выдвинуло на пер­вый план проблему исторического пути России, заставило ис­кать ответ на пророческий пушкинский вопрос: «Куда ты ска­чешь, гордый конь, И где опустишь ты копыта?» Начавшийся XX век был наполнен предсказаниями «невиданных мятежей» и «неслыханных пожаров», предчувствием «возмездия», как пророчески скажет А. Блок в своей незавершенной поэме с од­ноименным названием. Известна мысль Б. Зайцева о том, что все были задеты («ранены») революционностью, вне зависи­мости от политического отношения к событиям. «Сквозь рево­люцию как состояние души» — так определил современный исследователь одну из характерных особенностей «самочув­ствия» человека того времени. Будущее России и русского на­рода, судьба нравственных ценностей в переломную истори­ческую эпоху, связь человека с реальной историей, непости­жимая «пестрота» национального характера — от ответа на эти «проклятые вопросы» русской мысли не мог уйти ни один ху­дожник. Так в литературе начала века не только проявился традиционный для русского искусства интерес к истории, но сформировалось особое качество художественного сознания, которое можно определить как историческое сознание. При этом совершенно не обязательно искать во всех произведени­ях прямых обращений к конкретным событиям, проблемам, конфликтам, героям. История для литературы прежде всего ее «тайная дума», она важна писателям как толчок для размыш­лений о загадках бытия, для постижения психологии и жизни духа «исторического человека».

Но русский писатель вряд ли считал бы себя выполнившим свое предназначение, если бы не искал сам (порой трудно, даже мучительно) и не предложил человеку кризисной эпохи свое понимание выхода.

Без солнца были бы мы темными рабами,

Вне понимания, что есть лучистый день.

Человек, потерявший цельность, в ситуации глобального кризиса духа, сознания, культуры, общественного устройства, и поиски выхода из этого кризиса, стремление к идеалу, гар­монии — так можно определить важнейшие направления худо­жественной мысли порубежной эпохи.

Литература конца XIX — начала XX в. — явление чрезвы­чайно сложное, остроконфликтное, но и единое в основе сво­ей, поскольку все направления отечественного искусства раз­вивались в общей социальной и культурной атмосфере и по- своему отвечали на одни и те же трудные вопросы, выдвинутые временем. Так, например, идеей неприятия окружающего мира проникнуты не только произведения В. Маяковского или М. Горького, видевших выход из кризиса в социальных пре­образованиях, но и стихи одного из родоначальников русского символизма Д. Мережковского:

Так жизнь ничтожеством страшна,

И даже не борьбой, не мукой,

А только бесконечной скукой И тихим ужасом полна.

Лирический герой А. Блока выразил смятение человека, ухо­дящего из мира привычных, устоявшихся ценностей «в сырую ночь», разуверившегося в самой жизни:

Ночь, улица, фонарь, аптека,

Бессмысленный и тусклый свет.

Живи еще хоть четверть века —

Все будет так. Исхода нет.

Как страшно все! Как дико! — Дай мне руку, Товарищ, друг! Забудемся опять!

Если в оценке настоящего художники были в основном единодушны, то на вопрос о будущем и путях его достижения писатели-современники отвечали по-разному. Символисты уходили в созданный творческим воображением «Дворец Кра­соты», в мистические «миры иные», в музыку стиха. Надежду на разум, талант, деятельное начало человека возлагал М. Горький, который воспел в своих произведениях могуще­ство Человека. Мечта о гармонии человека с миром природы, об исцеляющей силе искусства, религии, любви и сомнения в возможности воплощения этой мечты пронизывают книги И. Бунина, А. Куприна, Л. Андреева. «Голосом улицы безъязы­кой» ощущал себя лирический герой В. Маяковского, взявший на свои плечи всю тяжесть бунта против основ мироздания («долой!»). Идеал Руси — «страны березового ситца», мысль о единстве всего живого звучит в стихах С. Есенина. С верой в возможность социального переустройства жизни и призывом собственными руками ковать «счастия ключи» выступили про­летарские поэты. Естественно, что свои ответы литература да­вала не в форме логической, хотя необыкновенно интересны и публицистические высказывания писателей, их дневники, воспоминания, без которых невозможно представить русскую культуру начала века. Особенностью эпохи стало параллельное существование и борьба литературных направлений, объеди­нивших писателей, близких представлениями о роли творче­ства, важнейшими принципами постижения мира, подходами к изображению личности, предпочтениями в выборе жанров, стилей, форм повествования. Эстетическое многообразие и рез­кое размежевание литературных сил стало характерной чертой литературы начала века.

  1. Как вы понимаете смысл определения «серебряный век»? Есть ли общие черты в литературе XIX в. и в литературе начала века XX? Тождественны ли понятия «литература “серебряного века”» и «лите­ратура рубежа веков»?
  2. Расскажите об условиях, в которых развивалась литература рубе­жа XIX—XX в. Как вы понимаете термин «историческое сознание» ли­тературы?
  3. Получила ли, на ваш взгляд, развитие в литературе «серебряно­го века» гуманистическая тема «маленького человека»? Подтвердите свою мысль конкретными примерами. Вспомните произведения А. Куприна (например, «Гранатовый браслет», «Белый пудель», «Гамбринус»), М. Горького («Коновалов», «На дне») и др.
  4. Подберите материал для сочинения «Дума о России» в произве­дениях писателей начала XX в.»
  5. Дайте характеристику двух основных литературных направлений начала XX в. — реализма и модернизма. В подготовке этого задания вам поможет материал следующих глав.

Самый читаемый поэт на рубеже XIX—XX столетий

Русский символизм зарождался и оформлялся в 90-900-е годы. Бальмонту суждено было стать одним из его лидеров. Поэт с легкостью отошел от своих ранних стихов с их мотивами жалостливого народолюбия и целиком перешел в лоно художников, считавших себя рожденными “для звуков сладких и молитв”.

В 1900 году появилась его книга “Горящие здания”, утвердившая имя поэта и прославившая его. Это был взлет Бальмонта, его творчества. Он был закреплен “книгой символов” — “Будем как солнце” (1903). Эпиграфом к книге выбраны строки из Анаксагора: “Я в этот мир пришел, чтоб видеть Солнце”.

Поэт декларировал свою полную свободу от предписаний. В его стихах бьет ключом радость бытия, звучат гимны весне. Во всем Бальмонту важно было почувствовать явное или скрытое присутствие солнца:

Я не верю в черное начало,

Пусть праматерь нашей жизни ночь,

Только солнцу сердце отвечало

И всегда бежит от тени прочь.

Тема Солнца в его победе над Тьмой прошла через все творчество Бальмонта.

Резкие, солнечные блики лежат на стихах Бальмонта в канун 1905 г. И все же всего сильней Бальмонт в ином — в поэзии намеков. Символы, намеки, подчеркнутая звукопись — все это нашло живой отклик в сердцах любителей поэзии начала века.

Мы домчимся в мир чудесный,

К неизвестной Красоте!

Красота ему видится и целью, и смыслом, и пафосом его жизни. Красота как цель. Красота, царящая и над добром, и над злом. Красота и мечта — сущностная рифма для Бальмонта. Верность мечте, преданность мечте, самой далекой от реальности, были наиболее устойчивыми в поэте.

Он декларировал стихийность творчества, необузданность, произвольность, полную отрешенность от правил и предписаний, от классической меры. Мера поэта, полагал он, — безмерность. Его мысль — безумие. Романтически мятежный дух поэзии Бальмонта отражается в его стихах о природных стихиях. Серию своих стихотворений он посвящает Земле, Воде, Огню, Воздуху.

Так начинается «Гимн огню». Поэт сравнивает мирное мерцание церковной свечи, полыханье пожара, огонь костра, сверканье молнии. Перед нами разные ипостаси, разные лики огненной стихии. Древняя тайна огня и связанные с ним ритуалы увлекают Бальмонта в глубины истории человечества.

Далее мы погружаемся в иную стихию. Вот перед нами «Воззвание к океану»

Тихий, бурный, нежный, стройно-важный,

Ты — как жизнь: и правда и обман.

Дай мне быть твоей пылинкой влажной,

Каплей в вечном. Вечность! Океан!

Бальмонт — натура в высшей степени впечатлительная, артистичная, ранимая. Он скитался, чтобы увидеть чужое, новое, но всюду видел себя, одного себя. Илья Эренбург верно отметил, что, исколесив моря и материки. Бальмонт “ничего в мире не заметил, кроме своей души”. Он был лириком во всем. В каждом своем движении, в каждом своем замысле. Такова его натура. Бальмонт жил, веря в свою исключительную многогранность и свое умение проникать во все окружающие миры.

Подзаголовок одной из лучших книг Бальмонта “Горящие здания” — “Лирика современной души”. Эта лирика запечатлевает беглые, подчас невнятные, дробные впечатления, мимолетности. Именно эта лирика характеризует зрелую манеру поэта. Все эти миги объединялись в Бальмонте чувством космической цельности. Разрозненные миги не пугали его своей несхожестью. Он верил в их единство.

Но при этом у поэта было стремление моментальное сочетать с целостным познанием мира. В книге “Будем как солнце” Бальмонт по справедливости ставит Солнце в центре мира. Это источник света и совести, в прямом и иносказательном смысле этого слова. Поэт выражает стремление служить главному источнику жизни. Солнце дарует жизнь, жизнь распадается на миги.

Мимолетность возведена Бальмонтом в философский принцип. Человек существует только в данное мгновенье. В данный миг выявляется вся полнота его бытия. Слово, вещее слово, приходит только в этот миг и всего на миг. Большего не требуй. Живи этим мигом, ибо в нем истина, он — источник радости жизни и ее печали. О большем и не мечтай, художник, — только бы выхватить у вечности этот беглый миг и запечатлеть его в слове.

Читайте также:  Пути и судьбы поэтов серебряного века в эпоху войн и революций: сочинение

Я не знаю мудрости, годной для других,

Только мимолетности я влагаю в стих.

В каждой мимолетности вижу я миры,

Полные изменчивой радужной игры.

Эту изменчивость, зыбкую радужность, игру запечатлевает поэт в своих произведениях. В этой связи одни называли его импрессионистом, другие — декадентом. А Бальмонт просто страстно желал увидеть вечность сквозь миг, охватить взором и исторический путь народов, и свою собственную жизнь.

Год 1912. Грандиозное кругосветное путешествие. Лондон, Плимут, Канарские острова, Южная Америка, Мадагаскар, Южная Австралия, Полинезия, Новая Гвинея, Цейлон и др. Это путешествие насытило любознательного поэта, в его творчестве появляются новые сюжеты, новые краски. Вот перед нами стихотворение «Индийский мотив».

Как красный цвет небес, которые не красны.

Как разногласье волн, что меж собой согласны

. Как сны, возникшие в прозрачном свете дня,

Как тени дымные вкруг яркого огня,

Как отсвет раковин, в которых жемчуг дышит,

Как звук, что в слух идет, но сам себя не слышит,

Как на поверхности потока белизна,

Как лотос в воздухе, растущий ото дна,

Так жизнь с восторгами и блеском заблужденья

Есть сновидение иного сновиденья.

Но по-прежнему музыкальная речевая река увлекает Бальмонта за собой, он подчиняется ее течению в большей степени, чем смыслу высказывания. На стихах Бальмонта, как на нотах, можно проставить музыкальные знаки, которые обычно ставят композиторы. В этом смысле Бальмонт продолжает в русской поэзии линию, получившую свое классическое выражение у Фета. Бальмонт ставил в заслугу своему предшественнику именно то, что тот установил точное соответствие между мимолетным ощущением и прихотливыми ритмами.

Я — изысканность русской медлительной речи,

Предо мною другие поэты — предтечи,

Я впервые открыл в этой речи уклоны,

Перепевные, гневные, нежные звоны.

Аллитеративность русского слова была сильно увеличена Бальмонтом. Он и сам, со свойственным ему самомнением, писал: “Имею спокойную убежденность, что до меня, в це^гюм, не умели в России писать звучные стихи”. В то же время Бальмонт признается в своей любви к самому русскому языку.

Язык, великолепный наш язык.

Речное и степное в нем раздолье,

В нем клекоты орла и волчий рык,

Напев, и звон, и ладан богомолья.

В нем воркованье голубя весной,

Взлет жаворонка к солнцу — выше, выше.

Березовая роща. Свет сквозной.

Небесный дождь, просыпанный по крыше.

Главенство музыкальной темы, сладкогласие, упоенность речью лежат в основе поэтики Бальмонта. Магия звуков — его стихия. Иннокентий Анненский писал: “В нем, Бальмонте, как бы осуществляется верленовский призыв: музыка прежде всего”.

Бальмонт был эвфонически высоко одарен. Его называли “Паганини русского стиха”. Но аллитеративность Бальмонта подчас навязчива. В пору появления поэта, в конце прошлого века, эта стихотворная музыка казалась откровением и высоким стихотворным мастерством. Однако уже Блок писал, что “Бальмонт и вслед за ним многие современники вульгаризировали аллитерацию”. Отчасти он был прав.

Музыка все захлестывает, все заливает у Бальмонта. Вслушаемся в звуки его стихов:

Между скал, под властью мглы,

Спят усталые орлы.

Ветер в пропасти уснул,

С моря слышен смутный гул.

Поэту удалось поставить своего рода рекорд: свыше полутораста его стихотворений было положено на музыку. Танеев и Рахманинов, Прокофьев и Стравинский, Глиэр и Мясковский создали романсы на слова Бальмонта. От него в этом смысле сильно “отстают” и Блок, и Брюсов, и Сологуб, и Ахматова.

Разумеется, поэтическое слово важно и своим звучанием, и своим значением. Смысл нуждается в слове, слово нуждается в смысле. Романтика, возвышенная речь в лучших творениях Бальмонта проступают с убедительной силой. Юношеская одухотворенность, обнадеженность, радость бытия звучат в стихах Бальмонта. Этим они более всего привлекали как тонких ценителей, так и всех воспринимающих стихи непосредственно, всей душой.

В основном принято говорить о Бальмонте-лирике, а вместе с тем он знаменит своими сатирическими произведениями. Годы литературного успеха Бальмонта — годы, предшествовавшие первой русской революции. Всем были известны антиправительственные выступления поэта. В качестве примера можно привести стихотворение “Маленький султан”. Оно имело обще ственный успех. Более того, это стихотворение — целая главка не только в биографии и творчестве Бальмонта, но и всей русской нелегальной печати. Возникло оно как реакция на избиение демонстрантов 4 марта 1901 года у Казанского собора в Петербурге и последовавшие за этим репрессии. “Маленького султана” передавали из рук в руки, заучивали наизусть, переписывали, использовали в политических прокламациях.

То было в Турции, где совесть — вещь пустая.

Там царствует кулак, нагайка, ятаган,

Два-три нуля, четыре негодяя

И глупый маленький султан.

Так начинается это знаменитое стихотворение. На правящих нулей, негодяев и маленького султана “нахлынули толпой башибузуки”. Они рассеялись. И вот избранники спрашивают поэта: как выйти “из этих темных бед”?

И тот собравшимся, подумав, так сказал:

“Кто хочет говорить, пусть дух в нем словом дышит,

И если кто не глух, пускай он слово слышит,

А если нет, — кинжал!”

Всем читателям, самым неподготовленным, ясно было, что речь идет не о Турции, а о России, Николае П. Впервые это стихотворение было опубликовано за рубежом, в Женеве. В России стихотворение распространялось в списках. Поэту запрещалось жительство в столицах, в столичных губерниях и университетских городах в течение трех лет после написания стихотворения .

Крушение царизма было воспринято Бальмонтом ликующе. Он декларировал свою причастность к общему делу — “могучему потоку”. Но это было в феврале 1917 г.

Бальмонт отвергает Октябрьскую революцию, трактует ее как насилие, он возлагает всю надежду на генерала Корнилова. Поэт не приемлет разруху, террор, решительные способы переустройства мира, он ратует за отделение литературы от политики.

В 1920 году Бальмонт ходатайствует о разрешении ему поездки за границу. В 1921 году он уезжает с семьей в командировку сроком на год. Но этот год продлился двадцать один год, до конца жизни. Бальмонт стал эмигрантом.

Тоска Бальмонта по России бесконечна. Она выражена в письмах: “Я хочу России. Пусто, пусто. Духа нет в Европе”. О ней говорится в стихах:

Мой дом, мой отчий, лучших сказок няня,

Святыня, счастье, звук — из всех желанный,

Заря и полночь, я твой раб, Россия!

Умер Константин Дмитриевич Бальмонт в оккупированном гитлеровцами Париже 24 декабря 1942 года.

В статье “О лирике” Александр Блок написал: “Когда слушаешь Бальмонта — всегда слушаешь весну”. Это верно. При всем многообразии тем и мотивов в его творчестве, при желании передать всю гамму чувств человека, Бальмонт по преимуществу все-таки поэт весны, пробуждения, начала жизни, первоцвета, духоподъемности. Вот одни из последних строк Бальмонта:

Потухли в бездне вод все головни заката,

На небе Зодчий тьмы вбивает гвозди звезд.

Зовет ли Млечный Путь в дорогу без возврата?

Иль к Солнцу новому уводит звездный мост?

В сердце старого поэта на мгновенье возник образ смерти — дороги “без возврата”, но тут же его перебил другой образ звездного моста, уводящего к Солнцу. Так прочерчивается волнистая линия пути человека и поэта.

Литература конца 19 – начала 20 века. Литературные течения (Литература XIX века)

Экономическая и политическая тряска в конце 19, в начале 20 века (зарождение буржуазии, отмена крепостного права) способствовала появлению новых литературных течений. Реализм сменяется пролетарской литературой, появляется модернизм (современный).

К модернизму относятся: символизм, акмеизм и футуризм.

Символизм — первое самое крупное течение, возникшее в России.

Наши эксперты могут проверить Ваше сочинение по критериям ЕГЭ
ОТПРАВИТЬ НА ПРОВЕРКУ

Эксперты сайта Критика24.ру
Учителя ведущих школ и действующие эксперты Министерства просвещения Российской Федерации.

Начало ему положили: Дмитрий Мережковский и Валерий Брюсов. Представители этого течения центральное значение в своем творчестве отдавали символу.

В 1912 году выходит первый сборник стихотворений русских символистов. Затем вышел второй сборник и третий. Предполагалось, что в этих сборниках печатались различные поэты. Но вскоре выяснилось, что автором всех стихотворений в этих сборниках был начинающий поэт Валерий Брюсов, который подписывал стихи различными псевдонимами. Его уловка удалась и на символистов обратили внимание. И вскоре стали появляться новые авторы- символисты.

Символисты делятся на:

– младосимволистов — Вячеслав Иванов, Андрей Белый, Александр Блок.

– старших символистов — Валерий Брюсов, Соловьев, Бальмонт, Зинаида Гиппиус, Федор Сологуб.

Они проповедовали искусство для искусства. Но между ними возникали споры. Старшие отстаивали приоритет религиозно филосовских поисков, а младосимволистов считали декодентами.

Декоденство (в переводе с фр. — упадок) — в литературе это кризисный тип сознания, который выражается в чувстве отчаяния, бессилия. Поэтому у представителей этого течения много уныния, печали.

Акмеизм — возник в 1910 году и генетический связан с символизмом. Представителями этого течения являются: Вячеслав Иванов, Сергей Городецкий, Николай Гумелев, Алексей Толстой. Вскоре они объединились в кружок “Цех поэтов”, к которому присоединились Анна Ахматова, Зинкейвич, Миндельшпам. Акмеисты в отличии от символистов выступали за показ ценностей жизни, отказавшись от не целомудренного стремления символистов познать непознаваемое. По мнению акмеистов, предназначение поэзии в художественном освоении окружающего нас многообразного мира.

Футуризм (будущее) – интернациональное литературное явление. Самое крайнее по эстетическому радикализму, возникшему в Италии и и практически сразу же возникшее в России после выхода в свет футуристического общества “Садок Судей”. Авторами- футуристами были: Дмитрий Бурлюк, Хлебников, Каменский, Маяковский. Футуристы делились на три группы:

эго-футуристы — Игорь Игнатьев, Олимпов, Гнедов, и др.

куба-футуристы — Ивнев, Крисанф.

центрифуга — Борис Пастернак, Бобров, Агеев, Большаков и т. д.

Представители футуризма призывали отсечь все старое и создать новую литературу, способную преобразить мир.

” С высоты небоскребов мы взираем на их ничтожество”

Так они говорили о Горьком, Гумилёве и Блоке.

Посмотреть все сочинения без рекламы можно в нашем

Чтобы вывести это сочинение введите команду /id8921

Внимание!
Если Вы заметили ошибку или опечатку, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter.
Тем самым окажете неоценимую пользу проекту и другим читателям.

Спасибо за внимание.

Откроется после 5 декабря. –>

Сайт имеет исключительно ознакомительный и обучающий характер. Все материалы взяты из открытых источников, все права на тексты принадлежат их авторам и издателям, то же относится к иллюстративным материалам. Если вы являетесь правообладателем какого-либо из представленных материалов и не желаете, чтобы они находились на этом сайте, они немедленно будут удалены.
Сообщить о плагиате

Акмеизм на рубеже XIX и XX веков в русской литературе

Новый всплеск поэтического духа России связан со стремлением современников к обновлению страны, обновлению литературы и с разнообразными модернистскими течениями, как следствие, появившимися в это время. Они были очень разнообразными как по форме, так и по содержанию: от солидного, насчитывающего несколько поколений и несколько десятков лет символизма до еще только нарождающегося имажинизма, от пропагандирующего “мужественно твердый и ясный взгляд на жизнь” (Н. Гумилев) акмеизма до эпатирующего публику, развязного, иногда просто

Читайте также:  Основные настроения поэзии Константина Бальмонта: сочинение

Сочинение на тему “родной край” Город, улица, дом, тропинка, знакомая до боли, – вот она моя маленькая родина. Ей всего 80. Много это или мало? Не знаю. А мне всего 14. Я по сравнению с.

Анализ стихотворения Лермонтова “Тучи” Много стихотворений посвятил М. Ю. Лермонтов теме родины. Во все времена поэты обращались к этой теме: одни прославляли народ и его победы над врагами своей отчизны, другие восхищались ее природой.

Моя семья (4) Когда я была маленькой, у меня были папа, прабабушка, два прадедушки и дедушка. Моего папу звали Артем Александрович, он родился в 1974 году. Учился в городе Красноярске в школе №83.

Можно ли считать оправданной жестокость Устное народное творчество превознесло имя Алексея Довбуша в песнях, легендах и рассказах, навсегда запечатлено в названиях горных скал. И это не удивительно. Веками угнетенный, бедный народ ждал для себя обороны.

Описание животных: Аист-пешеход Мы в мире не одиноки, вокруг нас множество “братьев наших меньших”: зверей, птиц, домашних животных. Мы, конечно, иногда замечаем их красоту, ловкость, грациозность, возможно, необычность. Но часто ли мы смотрим.

Каким должен быть настоящий труд Когда я говорила своему отцу о том, что хочу купить новые брюки или туфли, он обычно вздыхал: “Хорошо, я дам тебе денег”. И тогда несколько недель подряд он работал по.

Новый этап истории немецкого театра XX века Наиболее крупными драматургами несомненно были Бертольт Брехт и Фридрих Вольф. Их творчество – целый этап истории немецкого театра XX века. Ф. Вольф (1888-1953) на протяжении ряда лет полностью разделял художественные.

О любви Любовь – это одно из чувств, которое дано изведать человеку в жизни. Можно сказать, что это чувство делает человека добрее, чище, совершеннее. Тема любви – одна из ведущих тем мировой.

Город моей мечты (42) Я искренне верю, что пройдет время, и мой родной город будет таким, каким я хотела бы его видеть – красивым, светлым и добрым. Да – да, именно, добрым, ведь доброта.

Сочинение-размышление на тему: Давайте поклоняться доброте Добро и зло. Понятия вечные и неразделимые. И пока живы дух и сознание человека, они будут бороться друг с другом, добро будет “открываться” человеку, освещая ему путь к истине. Такую.

Что означает быть современным? (Заметка в газету) Если бы кто-то скрытой камерой снял фильм об одном дне нашего класса, потом этот фильм разместил бы в Интернете, интересно, смогли бы пользователи Интернета определить, современные ли наши девушки и.

Память о войне Я родилась в счастливое, мирное время, но я много слышала о войне, ведь горе и беда не обошли стороной и моих родных и близких. Родной брат моей бабушки Алеша погиб.

Сочинение по картине И. И. Левитана “Свежий ветер. Волга’” И. И. Левитанн замечательный русский художник, который написал много удивительных по красоте картин русской природы. Он был настоящим мастером кисти. Своими картинами он воспевал красоту русской природы. Любая из его.

Война в двух судьбах Война. Какое страшное слово. Война – это горе и страх. Война – это разруха и смерть. Летят годы. Все больше времени отделяет нас от Великой Победы. Все меньше остается людей.

Песенный народный фольклор Крепостной народ не только сетовал и проклинал своих хозяев. Он порой сочувственно изображал в своем творчестве тех заводовладельцев и фабрикантов, которые, по его убеждению, способны были проявить гуманность и великодушие.

Новогодние праздники В канун Нового года землю укрыла белая снежная шуба. Засияли, заблестели снежинки в свете фонарей. Люди спешат домой, несут тюки с подарками и вкусной едой. Если заглянуть в освещенные окна.

Булат Окуджава – признанный основоположник авторской песни Успех пришел к Окуджаве потому, что он обращается не к массе, а к личности, не ко всем, а к каждому в отдельности. Предметом поэзии в его мире стала обыденная, повседневная.

Труд – смысл жизни Человек красив и славен своим трудом. В труде – смысл жизни. Так было и будет во все времена. Не зря же из глубины веков дошло до нас много пословиц, выразивших.

Общечеловеческие ценности в образе Прометея Человечество. Как много вмещает в себя это слово. Вмещает эпохи, цивилизации, все, что с ними связано, все, что в них происходило. А главное – они создавались человеком, эти эпохи и.

Русская литература XIX век Русская литература прошла долгий и трудный путь развития. XIX век – время, когда она достигает особого расцвета. Это целая эпоха, характеризуемая великими именами Пушкина и Лермонтова, Гоголя и Тургенева, Некрасова.

Сейчас вы читаете: Акмеизм на рубеже XIX и XX веков в русской литературе

ГДЗ литература 9 класс, Коровина; поэзия XIX века. Нужно сочинение или эссе

Подготовьте небольшое сообщение или эссе на темы: «Но угаси сей чудный пламень. », «Люблю отчизну я, но странною любовью. », «Нет, я не Байрон, я другой..», «И скучно и грустно..» (на выбор), включив в своё сообщение стихотворные строки поэта.

«Но угаси сей чудный пламень. ». Когда читаешь стихотворение «Молитва», то не сразу понимаешь, . что такое «чудный пламень». Сначала кажется, что так Лермонтов называет свой поэтический дар. Потом задумываешься: а может быть, поэт имеет в виду любовь? земные страсти? волненья? вдохновение? Правильный ответ: всё это вместе составляет «чудный пламень» поэта, его’страстную душу, бешеную жажду жизни. Между «мраком земли могильной» и благочестивым, но страшно безжизненным путём к спасению поэт выбирает землю с её страданиями и волнениями, страстями и вдохновением. Ведь поэт без страданий — не поэт! Страстному и деятельному человеку трудно смирить себя, направить свою душу на «тесный» путь спасения. Эту мысль Лермонтов выражает в поэме «Мцыри», где главный герой бежит из монастыря, ставшего ему родным домом, чтобы обрести истинную, дикую свободу, увидеть родные вершины Кавказа, испытать страдания, но — жить!
У поэта же его деятельная и страстная натура выражается, главным образом, в «жажде песнопений», клокочущей в груди лаве вдохновения. В «Молитве» он просит Господа понять и простить его. К Богу он может вернуться только если угаснет в его груди костёр жизни, затихнет бесконечная душевная и умственная работа, исчезнет источник его творчества.
«Люблю отчизну я, но странною любовью. », – так начинается стихотворение Лермонтова «Родина», о котором Белинский сказал когда-то: «. что за вещь: пушкинская, т.е. одна из лучших пушкинских». Почему же «пушкинская»? Ведь у Пушкина никогда не было стихов о Родине.
И всё-таки с Белинским можно согласиться. Несмотря на то, что Пушкин практически не писал стихов на тему родины, а у Лермонтова тема России является одной из главных, объединяет поэтов то, как выражается их чувство к Родине. У Пушкина любовь к России выражается, главным образом, через любовь к русской природе, восхищение русскими народными обычаями, русским духом. То же можно найти и в стихотворении Лермонтова «Родина».
Для поэта не важны традиционные, «официальные» доказательства величия России:
Ни слава, купленная кровью,
Ни полный гордого доверия покой,
Ни темной старины заветные преданья.
Поэт презирает полицейскую, государственную Россию. Такую страну он отказывается считать своей родиной:
Прощай, немытая Россия,
Страна рабов, страна господ. –
Не принимая Россию официальную, государственную, поэт страстно любит Россию деревенскую, природную. Он восхищается величественным русским простором: «холодным молчаньем» степей, «колыханьем» безбрежных лесов, разливами рек, «подобными морям». Он наслаждается картинами крестьянского (исконно русского) быта: Люблю дымок спаленной жнивы,
В степи ночующий обоз
Избу, покрытую соломой,
С резными ставнями окно.
Поэт любит родину не рассудком, а сердцем. Оттого и возникает противоречивое чувство, которое Лермонтов называет «странною любовью».

«Нет, я не Байрон, я другой. ». Кто такой Байрон, с которым поэт отрицает своё сходство в этом стихотворении? Джордж Гордон Байрон – английский поэт рубежа XVI1I-XIX века, ярчайший представитель английского романтизма. Известность Байрон получил в 1812 г. с появлением первых частей его поэмы «Чайлд Гарольд». Автор поэм «Шиньонский узник», «Дон Жуан». Не только герои Байрона были таинственные, с мрачным прошлым, разочарованные в жизни одинокие угрюмые изгнанники, но и сам поэт в глазах его почитателей был фигурой исполинской, покрытой славой, но с трагической судьбой.
Лермонтов с шестнадцати лет читал Байрона в подлиннике. Его увлекали не только произведения английского поэта, но и его биография. Байронизм и разочарованность были модны в светском обществе того времени (достаточно вспомнить, что в подражании Байрону подозревает Евгения Онегина Татьяна). Говоря, что он «другой», юный Лермонтов хочет подчеркнуть, что трагичность его стихов – не подражательная, а оригинальная, выстраданная им самим.
Лермонтов не отрицает, что и он; и Байрон черпают вдохновение из одного источника. Образы странника, разбитых надежд, угрюмого океана традиционны для романтизма. Но Лермонтов вносит в романтизм своё, новое слово. Во-первых, с него начинается байронизм русский (ведь он странник с «русскою душою»). Во-вторых, он, в отличие от загадочных и «томных» героев Байрона, полон энергии, страсти (об этом свидетельствуют вопросы и восклицания в конце стихотворения). Он готов поведать всему миру о своих тайнах, мыслях, переживаниях. Действительно, по немногочисленному творческому наследию Лермонтова мы можем судить о том, каким великим умом обладал поэт, какая огромная душевная работа постоянно происходила в нём.
«И скучно и грустно. » Основная тема, затронутая поэтом в стихотворении «И скучно и грустно. » – это тема одиночества. Мотив одиночества проходит через всё его творчество. Причины этого кроются в трагических переживаниях детства: ранняя смерть матери, разлука с отцом. Кроме того, мотив одиночества — это излюбленный романтический мотив. Гордость и исключительность отделяют романтического героя от остального мира, возвышают его над простыми людьми, но, одновременно, это делает его безмерно одиноким.
Лирический герой Лермонтова одинок и в дружбе:
И скучно и грустно, и некому руку подать
В минуту душевной невзгоды. –
и в любви:
Любить. но кого же.
на время — не стоит труда,
А вечно любить невозможно.
Одинок он и в обществе. Когда он на светском балу — он погружается в мечты и воспоминания, отгораживая себя от «пестрой» толпы.
Одиночество, разочарование в жизни, дружбе, любви, приводят поэта к трагической мысли, что жизнь лишь «пустая и глупая шутка. ». Но назвать жизнь пустой и глупой может лишь человек, который потерял способность любить, а значит, и потерял смысл жизни. Однако, обратившись к другим стихотворениям Лермонтова, мы видим, что сердце поэта никогда не перестаёт любить, хоть эта любовь и не приносит ему счастья, ведь
. храм оставленный – всё храм,
Кумир поверженный – всё бог!
(«Расстались мы, но твой портрет. »)

Ссылка на основную публикацию
×
×